Full description
В марте 2024 года в Калининграде было возбуждено уголовное дело по факту подрыва 21 марта неустановленным лицом с помощью неустановленного предмета трубы магистрали низкого давления шкафного регуляторного пункта газопровода АО «Калининградгазификации». В результате подрыва «шкафной регуляторный пункт вышел из строя и произошло возгорание газа, тем самым привело в негодное для эксплуатации состояние указанные объекты, что повлекло нарушение нормальной работы газопровода». Уголовное дело было возбуждено по ч. 3 ст. 215.3 УК РФ («Повреждение газопровода, совершённое из хулиганских побуждений»). МЧС по Калининградской области официально о пожаре на газораспределительной станции не сообщало. По данным СМИ, 21 марта в Калининграде случился пожар на газораспределительном пункте для понижения высокого давления, но причиной назвали разгерметизацию трубы низкого давления.
15 октября 2024 года, после прохождения паспортного и таможенного контроля при въезде в Россию, на автомобильном пункте пропуска Мамоново — Гжехотки на территории Калининградской области был задержан уроженец Украинской ССР Николай Гайдук. Он уехал работать в Германию в 1992 году, получил немецкое гражданство и отказался от украинского, поскольку до июня 2024 года законодательство Германии не позволяло иметь два гражданства.
По версии обвинения, при досмотре автомобиля Гайдука под пассажирским сидением сотрудники ФСБ обнаружили пластиковую бутылку, содержащую жидкость — диэтиленгликольдинитрат, массой около 0,5 кг, которую впоследствии экспертиза признала взрывчатым веществом.
На этом основании в отношении Николая Гайдука 16 октября 2024 года было возбуждено уголовное дело по ч. 1 ст. 226.1 УК РФ («Незаконное перемещение через таможенную границу Евразийского экономического союза взрывчатых веществ»).
18 октября 2024 года судья Центрального районного суда Калининграда Андрющенко Алексей Константинович отправил Гайдука в СИЗО на два месяца. Впоследствии суд неоднократно продлевал срок действия этой меры пресечения.
Задержанный Гайдук был опрошен оперативным сотрудником ФСБ, а затем допрошен следователем и признался в том, что именно он в марте взорвал газопровод. На первом опросе он заявил, что не имеет отношения к обнаруженной у него бутылке, однако на допросах у следователя дал признательные показания о том, что действительно вёз эту бутылку с взрывчатым веществом. Как следовало из его показаний, данных 16 октября и 21 октября 2024 года, в марте или ноябре 2023 года (подробнее об этих разночтениях будет сказано ниже), к нему обратился также проживающий в Гамбурге гражданин Украины Александр Жоров, имеющий в Германии статус беженца. Это его бывший сослуживец по армии, в прошлом также — подполковник украинской полиции. Жоров упрекнул Гайдука в том, что он ничего не делает для Украины и попросил его съездить в Калининградскую область для проверки бдительности пропускного режима на автомобильных пунктах пропуска через границу. Жоров передал Гайдуку бутылку с некоей жидкостью и металлический стержень. Эти предметы Жоров попросил привезти в Калининград, спрятать на территории еврейского кладбища в Калининграде, сфотографировать схрон и передать ему фотографии. При этом жидкость из бутылки следовало перелить в бутылку с маркировкой на русском языке. Прибыв в Калининград, Гайдук 14 и 15 декабря 2023 года выполнил все инструкции, скрепил между собой стержень и бутылку, положил в пакет и глубоко закопал в безымянную могилу на еврейском кладбище. За это по возвращении Жоров дал ему 1000 евро. Гайдук также рассказал ему, что досмотр транспортного средства на границе был поверхностным, вопросов о цели визита ему не задавали.
В феврале 2024 года Жоров дал Гайдуку новое поручение для поездки в Калининград, пообещав 3 тысячи евро. Теперь Гайдуку следовало найти по предоставленным им координатам и фотографиям схрон самодельного взрывного устройства (СВУ), заложенного в термос, со взрывателем замедленного действия, откопать его и положить в расположенную неподалеку распределительную станцию для осуществления взрыва газопровода. Термос с устройством следовало прижать к газовой трубе и немедленно покинуть местность.
Также якобы Александр Жоров просил Николая Гайдука разведать другие газовые распределительные станции, чтобы взорвать их позднее. Таким образом, мужчины должны были выразить своё недовольство «проводимой специальной военной операцией на Украине и повлиять на власти России для её окончания». 15 марта 2024 года, приехав в Калининград, Николай Гайдук нашёл устройство со взрывателем, согласно полученной инструкции от Жорова, открыл и закрыл крышку и оставил устройство на том же месте. Съездив в Москву встретиться с друзьями, 21 марта он вернулся в Калининград, забрал предмет из тайника, пришёл к газораспределительной станции, огороженной забором, положил устройство, на которое был надет носок, под забор и прислонил к одной из труб. После этого он уехал и в 21 час 50 минут пересёк государственную границу через пункт пропуска Мамоново.
Денег Жоров ему не заплатил, зато, узнав, что Гайдук вновь собирается в Москву повидать друзей, предложил ему ещё раз съездить в Калининград и разведать новые газопроводы. 15 октября 2024 года согласившийся на это Гайдук был задержан на границе.
По поводу обнаруженной у него в машине бутылки с жидкостью Михаил Гайдук на опросе ночью 16 октября, сразу после задержания, сказал, что её происхождение ему неизвестно. Однако на допросах у следователя, днём 16 октября, а также 21 октября, показал, что перевозил бутылку, спрятав её под пассажирским сиденьем, по просьбе Жорова, «а также ему было известно, что в ней находится взрывчатое вещество».
После получения признательных показаний Гайдука квалификация подрыва трубы газопровода была изменена со ст. 215.3 на п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ («Совершение террористического акта группой лиц по предварительному сговору»), и 14 ноября 2024 году Гайдуку было предъявлено обвинение. Кроме совершения теракта, его также обвинили в незаконном перемещении взрывчатых веществ через границу (ч. 1.1 ст. 226.1 УК РФ) и их хранении (ч. 1 ст. 222.1 УК РФ).
20 ноября 2024 года, после предъявления обвинения по трём статьям УК РФ, ФСБ отчиталась о задержании мужчины. Согласно кадрам, выложенным РЕН ТВ и Telegram-каналом Mash, силовики окружили темный Ford Focus под управлением Гайдука с двух сторон, вытащили его из салона, повалили на дорогу и достали из его машины бутылку из-под подсолнечного масла с жёлтой жидкостью. Гайдук с рассечённым лбом ответил, что не знает, откуда она. При этом возникает ощущение, что он удивлён обнаружением бутылки и пытается рассмотреть её получше.
«Известия» разместили в канале видеоролик, на котором Николай Гайдук признаёт факт совершения деяний по поручению «сотрудничающего со спецслужбами подполковника украинской полиции Александра Анатольевича Жорова». Этим он планировал «способствовать прекращению войны».
Однако уже в декабре 2024 года, после того, как Николаю Гайдуку удалось встретиться с адвокатом по соглашению, в судебном заседании о продлении меры пресечения он сделал заявление о том, что был вынужден себя оговорить, поскольку сразу после задержания он подвергся избиению и пыткам, а бутылка была ему подброшена.
13 декабря 2024 года судья Центрального районного суда г. Калининграда Герасимова Елена Витальевна рассматривала с участием заместителя прокурора Центрального района Калининграда Ефимова С. Б. ходатайство заместителя начальника следственного отдела УФСБ России по Калининградской области Резникова Е. И. о продлении срока содержания Николая Гайдука под стражей до 22 марта 2025 года. В этом судебном заседании Николай Гайдук огласил письменное заявление об обстоятельствах своего задержания и применённых к нему пытках. Он заявил, что 15 октября 2024 года его с применением физической силы повалили на землю люди в балаклавах, которые сразу сказали ему, что в машине находится бутылка со взрывчаткой. На его слова о том, что он никогда не перевозил никакую взрывчатку, они сразу стали говорить о том, что ему надо сказать, что он общался с тем человеком, которого они назовут, и он уговорил Гайдука совершить подрыв газовой трубы.
По словам Гайдука, «неизвестные люди оскорбляли меня, высказывали в мой адрес матерные слова и называли меня “хохлом” и “террористом”. Всё это время доступа к автомобилю я не имел и не следил за тем, что с ним происходит. Во время когда я лежал на земле к моим рукам прислоняли какие-то предметы, которые мне не были видны <…> Когда в автомобиле обнаружили неизвестную мне бутылку, мной сразу сообщалось, что не имею к ней отношения и не знаю откуда она у меня. <…> Впоследствии мне надели на голову мешок и повезли в неизвестном направлении. Когда привезли, то связали ноги и руки скотчем, надели на голову полиэтиленовый пакет, обмотали его скотчем по шее. И начали пускать через моё тело разряды электрического тока. Когда сказали, что разряд пойдёт через паховую область, то мой испуг пришёл к стадии, что был готов подписать любые документы, только бы истязания прекратились. Истязания током сопровождались ударами, что причиняло дополнительные страдания и боль. Появилось ощущение беспомощности, особенно от угроз, что меня отвезут в неизвестном направлении и убьют, а мой труп никто и никогда не найдёт».
Как следует из заявления, истязания Гайдука продолжались до прихода адвоката по назначению Губжокова Амира Аскербиневича. «Адвокат зашёл в кабинет и поздоровался со следователем, как будто они были давно знакомы. Следователь нас отправил в туалет, где адвокат задал мне несколько вопросов (какие точно не помню), а я ему рассказал об истязаниях. Однако, когда мы вернулись, адвокат ничего следователю не сказал, что у меня вызвало дополнительный страх и разочарование, и с ощущением беспомощности (что всё решено и от меня не зависит) подписывал документы в местах, где показывал следователь. При этом содержание не читал и права мне не разъяснялись. В ходе этой процедуры мной были пересказаны те сведения, которые силой и давлением вынудили меня признать и подписать».
В дальнейшем на Гайдука оказывалось давление сотрудниками ФСБ: его вынуждали отказаться от адвоката Морозова Романа Владимировича, с которым было заключено соглашение о защите. 27 ноября на встрече с адвокатом в СИЗО Гайдук выразил Морозову согласие на свою защиту. Это вызвало гнев у следователя Резникова, который вынуждал Гайдука отказаться от этого защитника, в качестве меры наказания его почти 2 часа продержали лёжа на полу. 28 и 29 ноября Гайдука, по указанию Резникова, вывозили из СИЗО в здание УФСБ, чтобы сорвать его встречу с адвокатом Морозовым.
Также Николай Гайдук сделал заявление о полной своей невиновности и о том, что был вынужден оговорить себя после истязаний, опасаясь их продолжения.
На данный момент квалификация вменяемых Гайдуку деяний выглядит следующим образом. По утверждению следствия, Гайдук и Жоров, находясь на территории Германии, «в период до 13 декабря 2023 года» вступили в предварительный сговор, «направленный на совершение незаконного перемещения через таможенную границу Таможенного союза в рамках ЕврАзЭС из Республики Польша в Российскую Федерацию компонентов взрывного устройства».
Действия Николая Гайдука, якобы перевёзшего 13 декабря 2023 года предметы, признанные компонентами взрывного устройства и взрывчатым веществом, следствие квалифицировало по п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ («Незаконное перемещение через таможенную границу Евразийского экономического союза взрывчатых веществ и взрывных устройств группой лиц по предварительному сговору»). Хранение этих же предметов в автомобиле Гайдука 13-14 декабря 2023 года, до их помещения в тайник, квалифицированы по п. «а» ч. 3 ст. 222.1 УК РФ («Незаконное хранение взрывчатых веществ и взрывных устройств группой лиц по предварительному сговору»).
По утверждению обвинения, 15 апреля 2024 года тайник на кладбище был обнаружен сотрудниками ФСБ и из него были изъяты «запал МД-5М и взрыватель замедленного действия ВЗД-ЗМ, являющиеся взрывными устройствами, смесь алюминиево-магниевого порошка типа ПАМ и магниевой стружки, тюбик красного цвета, содержащий силиконовый герметик, губка для мытья посуды, тюбик, содержащий универсальный клей из хлоропренового каучука, а также жидкость — диэтиленгликольдинитрат, являющаяся взрывчатым веществом». Согласно выводам экспертизы, из этих предметов возможно изготовить взрывное устройство, пригодное для производства взрыва. Вменяемые Гайдуку действия по помещению «не позднее 16 декабря 2023 года» этих предметов в тайник квалифицированы следствием по ч. 5 ст. 33, ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 223.1 УК РФ («Пособничество приготовлению к незаконному изготовлению взрывных устройств группой лиц по предварительному сговору»).
Затем, по версии следствия, в период до 13 марта 2024 года Гайдук вступил с Жоровым в ещё один предварительный сговор — «направленный на совершение взрыва объекта газовой инфраструктуры в г. Калининграде с использованием взрывного устройства».
Инкриминируемые Николаю Гайдуку действия по подрыву газовой трубы 21 марта 2024 года следствие квалифицировало как теракт по п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ — совершение группой лиц по предварительному сговору взрыва, устрашающего население и создающее опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба, наступления иных тяжких последствий, в целях воздействия на принятие органами власти Российской Федерации решения о прекращении дальнейшего проведения «СВО». Другим участником группы следствие считает Александра Жорова, в отношении которого возбуждено уголовное дело по п. «в» ч. 2 ст. 226.1 УК РФ, п. «а» ч. 3 ст. 222.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 223.1 УК РФ, ч. 1 ст. 30, ч. 1 ст. 205 УК РФ («Приготовление к совершению теракта») и ч. 4 ст. 205.1 УК РФ («Организация совершения теракта»).
Действия Гайдука по перевозке через границу и хранению в салоне автомобиля бутылки с взрывчатой жидкостью до её изъятия 15 октября 2024 года квалифицируются по ч. 1 ст. 222.1 УК РФ («Незаконное хранение взрывчатых веществ») и по ч. 1.1 ст. 226.1 УК РФ («Незаконное перемещение через таможенную границу Евразийского экономического союза взрывчатых веществ»).
15 января 2026 года судья Первого апелляционного суда Троян Юрий Викторович с участием прокурора отдела управления Генеральной прокуратуры Российской Федерации Матвеева Д. В. рассмотрел апелляционную жалобу защиты на очередное продление срока содержания Гайдука под стражей. Как следует из протокола заседания, Николай Гайдук вновь повторил, что невиновен, что его насилием заставили себя оговорить, зи заявил о своём намерении привлечь виновных в фабрикации его дела к ответственности. «Я настроен на достижение справедливости, поскольку такие пытки — это позор для страны, эти люди должны быть наказаны. Я хочу именно в российском суде доказать, что такие люди существуют», — сказал Гайдук.
«…Я прошёл таможню, меня полностью проверили с собаками, зачем бы я вёз эту бутылку с каким-то гидронитратом на пассажирском кресле? Какой контрабандист будет так делать, проезжая таможню? Как они могли узнать, что в бутылке взрывчатое вещество? Они провели какой-то бумажкой, подожгли жидкость, увидели, что она горит и сразу решили, что это взрывчатое вещество, после чего надели мне на голову мешок и увезли. Не было никакой экспертизы, вещество определили “на глаз”, а меня признали контрабандистом», — заявил Николай Гайдук.
Кроме того, он указал на волокиту по своему делу. «В течение года содержания под стражей с моим участием не проводили никаких следственных действий, я просто сижу в камере и всё. Срок меры пресечения продлевали, ссылаясь на необходимость проведения каких-то экспертиз, в том числе психиатрической, которая была проведена только через год. Все мои сокамерники проходили такую экспертизу в течение двух месяцев, а меня почему-то направили туда лишь спустя год. Следствие намеренно затягивается по непонятным мне причинам».
«…Мы постоянно говорим о презумпции невиновности. Основными доказательствами обоснованности подозрений в причастности Гайдука Н.В. к инкриминируемым ему деяниям являются его показания, которые были даны под давлением. Тот адвокат, который был ему предоставлен, не обратил на это внимание и не прислушался к Гайдуку. Помимо протокола допроса нет ни единого доказательства причастности моего подзащитного к тем преступлениям, которые ему вменяются», — сказал адвокат Морозов.
Защитник подтвердил свою готовность и согласие своей супруги предоставить место проживания Гайдуку в своей квартире, если ему будет изменена мера пресечения. Он просил избрать меру пресечения в виде запрета определённых действий, чтобы мужчина мог хотя бы час в день гулять на улице. Защитник указывал, что сложность дела, заявленная ФСБ в качестве основания для продления меры пресечения, не доказана: уголовное дело расследуется следственной группой, никаких новых доказательств по делу нет, Гайдук находится в СИЗО в ожидании заключения экспертизы безосновательно, кроме того, он не может покинуть РФ, поскольку у него отсутствует паспорт. Кроме того, адвокат Морозов сказал, что в его квартире ФСБ проводила обыск, в ходе которого ничего противозаконного не было обнаружено (очевидно, речь идёт о проведённом в квартире Морозова ОРМ в мае 2025 года по делу адвоката Марии Бонцлер), следовательно, Гайдук может там проживать до вынесения приговора.
Тем не менее, решение суда первой инстанции об очередном продлении срока содержания Гайдука под стражей по итогам апелляционного рассмотрения 16 января 2026 года было оставлено в силе.
Уголовное дело в отношении Николая Гайдука расследует следственная группа СО УФСБ по Калининградской области, в которую входят или в разное время входили сотрудники следственного отдела УФСБ России по Калининградской области: майор юстиции Голотин Э. А., заместитель начальника следственного отдела майор юстиции Резников Е. И., капитан юстиции Матевосов Э. Р., Булгаков О. С.
Защиту Николая Гайдука осуществляет адвокат Морозов Роман Владимирович.
Основания признания политзаключённым
Имеющиеся у нас материалы дела позволяют сделать вывод о том, что вина Николая Гайдука не доказана, а само уголовное дело против него имеет явные признаки фабрикации.
Обвинение строится на двух основных доказательствах: признательных показаниях Гайдука, данных в период непосредственно после задержания, от которых он впоследствии отказался, и на обнаруженной или якобы обнаруженной в его автомобиле бутылке с жидкостью, которая по итогам экспертизы была признана взрывчатым веществом. Кроме того, как вспомогательное доказательство упоминается тайник с компонентами взрывчатки, обнаруженный на кладбище в Калининграде сотрудниками ФСБ. Рассмотрим эти доказательства следствия.
На распространённом силовиками видео заметно, что у Гайдука рассечён лоб, что вероятно произошло при задержании. Однако и впоследствии мужчина заявлял, что его насилием принудили к самооговору. Родственники Гайдука утверждают, что первичные показания были получены под физическим и психологическим давлением, «с применением пыток электрическим током, удушений пакетом, инсценировкой расстрела, побоев, угроз и запугивания».
Факт применения насилия подтверждается имеющейся в деле выпиской из книги учёта лиц, содержащихся под стражей ОМВД России по Центральному району Калининграда, где у поступившего 16 октября 2024 года Николая Гайдука зафиксированы многочисленные телесные повреждения в виде ссадин и гематом, однако никаких жалоб он при этом не заявил.
Отсутствие жалоб Гайдук пояснил в своём заявлении о пытках следующим образом: «16 октября 2024 года при помещении меня в ИВС были зафиксированы множественные травмы на моём теле, но боясь угрозы повторения истязаний, мной были сообщены ложные сведения о полученных травмах. В последующем, со стороны следователя постоянно поступали в той или иной форме угрозы повторения истязаний. Поэтому я послушно подписывал документы и не сопротивлялся».
Мы отмечаем, что любые показания, данные в таких обстоятельствах не должны считаться допустимыми доказательствами. Согласно ст. 75 УПК РФ, недопустимы и не могут быть положены в основу обвинения доказательства, полученные с нарушением требований Кодекса. К таким нарушениям в первую очередь относится применение насилия и пыток, прямо запрещённых в ч. 2 ст. 9 УПК РФ. Их использование должностными лицами с целью получения показаний квалифицируется как преступление в соответствии со ст. 286 УК РФ.
Эти нормы соответствуют международно-правовым стандартам справедливого судебного разбирательства. Так, п. 3 (g) ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах закрепляет: «каждый имеет право не быть принуждаемым к даче показаний против самого себя или к признанию себя виновным». Кроме того, ст. 15 Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания 1984 года также запрещает использование «заявления, которое, как установлено, было сделано под пыткой <…> в ходе любого судебного разбирательства».
Таким образом, нормы как российского, так и международного права категорически исключают возможность использования доказательств, полученных путём применения насилия или пыток. Это служит гарантией справедливости судебных разбирательств и защиты прав человека.
При этом Николай Гайдук отказался от своих признательных показаний, невзирая на угрозы, сразу как только у него появился адвокат по соглашению. До этого, как утверждал Гайдук, он неоднократно рассказывал о применённом к нему насилии и следователю, и конвоирам, однако на его слова никто не реагировал.
В судебном заседании о продлении меры пресечения 13 декабря 2024 года, где защита подала заявление о пытках и вынужденном самооговоре, и Гайдук рассказывал, как именно его пытали в «подвале ФСБ», судья Герасимова внезапно поинтересовалась: «Вы просили, чтоб вам вызвали скорую помощь?»
Вопрос явно вызвал удивление Гайдука. После паузы он произнёс: «Дело в том, что меня пытали током <…> как я мог просить? Я был завязан скотчем <…> не до скорой помощи было. Я мыслил только об одном: остаться бы в живых — и всё».
В то же время следователь, по чьему ходатайству продлялась мера пресечения, возражал против приобщения к делу заявления о пытках, поскольку, на его взгляд, оно не имело отношения к рассматриваемому в судебном заседании вопросу.
В части обвинения в хранении взрывчатого вещества и его перемещении через границу в октябре 2024 года главным доказательством обвинения, помимо признательных показаний Николая Гайдука, является бутылка с взрывчатым веществом. Однако это доказательство далеко не бесспорно. Защита утверждает, что бутылка была обнаружена не сразу при осмотре автомобиля, а спустя 4 часа после фактического задержания Гайдука, и в течение всего этого времени контроля за автомобилем у него не было. Мы не знаем, на чём основывается это утверждение, поскольку не владеем всеми материалами дела, однако в нашем распоряжении есть заключение экспертизы, согласно которому на бутылке отсутствуют отпечатки пальцев Гайдука и следы его ДНК. Следы взрывчатого вещества обнаружены на руле и на внутренней ручке водительской двери автомобиля, однако их нет в смывах с рук Николая Гайдука. Такие выводы экспертизы наводят на мысли о том, что остаточные следы вещества могли быть нанесены в салоне автомобиля не Гайдуком, а иными лицами. Также обращает на себя внимание отсутствие подписи Гайдука в протоколе ОРМ «Обследование участков местности <…> и транспортных средств» на нескольких страницах, начиная с описания обнаруженных и изъятых в его автомобиле предметов (в том числе бутылки с жидкостью).
Анализ версий происшедшего, занесённых в протоколы его опроса и допросов, заставляет усомниться в их правдоподобности. В своих первых показаниях в ходе ночного опроса 16 октября 2024 года задержанный, задержанный, как ни странно, признавая своё знакомство с Жоровым, выполнение его поручений и факт подрыва газовой трубы в Калининграде, утверждает, что никакой бутылки при себе при задержании не имел и видит её впервые. При этом, подчеркнём, он признаёт, что ехал в Калининград по поручению Жорова, чтоб найти там другие интересующие последнего газораспределительные станции, а также перевозил бутылку с жидкостью ранее.
Не очень понятно, с какой целью мужчина придерживается такой противоречивой версии, однако можно предположить, зачем от него могли требовать таких показаний силовики. Допуская, что версия с бутылкой по каким-то причинам может оказаться несостоятельной, они добивались подробных признательных показаний сотрудничества с представителем украинских спецслужб. Сама версия противоречива и в ином: Гайдук рассказывает, что его приятель Жоров, возможно, подбросил в его автомобиль бутылку, чтобы создать Гайдуку проблемы и не выплачивать вознаграждение за выполнение его поручений. Однако непосредственно перед этим Гайдук рассказывает, что Жоров больше никаких денег за помощь ему не обещал, однако вновь просил съездить в Калининград «на разведку», на что Гайдук с готовностью согласился.
Отметим, что этот опрос проводился в отсутствие адвоката в ночное время, с 4:40 до 7 часов утра, в протоколе есть собственноручная запись Гайдука о том, что против опроса в ночное время он не возражает. Протокол опроса подписан старшим оперуполномоченным 3 отделения ОЗКСБТ УФСБ России по калининградской области майором Казанцевым А. Ю. Допрошенный в качестве подозреваемого днём 16 октября, Гайдук дал показания, почти дословно повторяющие его рассказ, изложенный в протоколе ночного опроса, но с одним существенным отличием — на этот раз он заявил, что обнаруженную в салоне бутылку с жидкостью ему передал Жоров.
Через несколько дней, 21 октября 2024 года Гайдук был допрошен уже в качестве обвиняемого майором ФСБ Резниковым Е. И. В допросе участвовал защитник по назначению Губжоков Амир Аскербиевич, адвокат Калининградской коллегии адвокатов «ГРОЗНЫЙ и ПАРТНЕРЫ», 16 октября не обративший внимания на заявление задержанного о применении пыток. Возникает ощущение, что целью этого допроса было в первую очередь исправить недочёты первого, от 16 октября: иначе сложно объяснить, каким образом за 19 минут (допрос продолжался с 14:56 до 15:15) Гайдук сумел практически дословно повторить историю, которую в прошлый раз, при опросе после задержания, рассказывал в течение почти двух с половиной часов. Текст протокола практически полностью совпадает с текстом протоколов опроса и допроса в день задержания, однако в нём есть несколько существенных отличий.
В показаниях от 16 октября Гайдук утверждает, что Жоров впервые связался с ним в ноябре 2023 года, на допросе 21 октября дата их первого контакта смещается на март 2023 года.
В версии показаний от 21 октября подробно описывается инструктаж Жорина как осуществлять разведку газораспределительной станции во время поездки в Калининград в октябре 2024 года, однако перед поездкой он внезапно передаёт Гайдуку «такую же» бутылку с жидкостью, поясняет, что это взрывчатое вещество и предлагает спрятать её в тайнике на кладбище, «как в прошлый раз». Поэтому в заключительной части допроса Гайдук уже не удивляется факту обнаружения в его автомобиле этой бутылки и не говорит, что не имеет к ней отношения, поясняя, что сам положил её «под сиденье пассажира на переднем сиденье».
Также некоторые изменения были внесены в эпизод с подрывом газовой трубы. Если в показаниях Гайдука 16 октября никак не описывается цель совершения этого подрыва, то в протоколе допроса 21 октября уже приводится формулировка, позволяющая следствию обосновать переквалификацию деяния на статью о теракте: «Жоров также сказал мне, что жители Калининградской области должны понять, что взрывы происходят не только на Украине, но и в России. В результате этого они должны выразить недовольство проводимой специальной военной операцией на Украине и повлиять на власти России, для её окончания». В постановлении о переквалификации деяния от 14 ноября 2024 года следователь прямо указывает на эти показания обвиняемого Гайдука как на основании квалифицировать подрыв газовой трубы по п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ.
Кроме того, в показаниях от 21 октября появляется и ещё одно задание для поездки в марте 2024 года, о котором Гайдук ранее не говорил: «также Жоров просил меня найти и разведать газовые распределительные станции и газопроводы, для возможных дальнейших взрывов». В связи с этим Гайдук рассказывает о проведённой им 20 марта 2024 года разведке местности около одной из газораспределительных станций в Калининграде (в районе памятника 1200 гвардейцам), о чём он сообщил Жорову по возвращении в Германию: «по его поручению отыскал газовую трубу, показал с помощью приложения “Гуглмапс” её местонахождение и сообщил о наличии вокруг неё забора и отсутствии какой-либо иной охраны, за что он меня также поблагодарил».
В версии показаний от 16 октября инструктаж Жорова, проведённый Гайдуку для проведения взрыва, выглядел следующим образом: «Дальше он пояснил, что за одним из надгробий (показал фото) закопан тубус, который мне необходимо откопать и положить в расположенную неподалёку газораспределительную станцию, показал её фото и координаты. При этом он мне пояснил, как надо инициировать взрывное устройство — плотно придавить определённым концом тубуса к газовой трубе и немедленно покинуть данную местность и убыть домой». Свои действия во исполнение этого инструктажа, Николай Гайдук 16 октября описывал так: «Из пакета я достал неизвестный мне предмет, на который был надет чёрный носок. Потом я пошёл с изъятым мной предметом до газораспределительной станции, огороженной забором. Далее я засунул руку под забор и прислонил к одной из труб обнаруженный ранее предмет и немедленно покинул местность».
Через пять дней показания Гайдука о подрыве трубы выглядят уже иначе. Куда более подробным оказывается инструктаж, полученный от Жорова. «…При этом он мне пояснил, что взрывное устройство состоит из полулитрового термоса со взрывчаткой, в который вмонтирован взрыватель замедленного действия <…> Чтобы инициировать взрыватель, необходимо открутить крышку взрывателя, выдернуть чеку, закрутить крышку обратно. Далее установить термос, прижав его дном к газовой трубе, и немедленно покинуть данную местность». Аналогичным образом видоизменяются и действия Николая Гайдука у трубы. Теперь он «откручивает крышку термоса, откручивает крышку взрывателя, выдёргивает чеку», «накручивает» и «закручивает» всё в обратном порядке, засовывает руку под забор, прислоняет дно термоса к одной из труб и покидает местность.
Помимо более подробной версии подрыва с описанием взрывного устройства, в тексте появляется «взрыватель замедленного действия». Это может быть связано с тем, что, как следует из материалов дела, днём 16 октября 2024 года, уже после ночного опроса Гайдука, силовики получили ответ из информационно-аналитического отдела ФСБ, содержащий информацию о том, что 21 марта Гайдук действительно пересёк государственную границу и выехал в Польшу в 21 часов 49 минут. В то же время, согласно постановлению о возбуждении уголовного дела, подрыв трубы был осуществлён неустановленным лицом из хулиганских побуждений 21 марта с 23 часов 00 минут до 23 часов 25 минут, когда Гайдука уже не было в России. Расхождение во времени потребовало каких-то разумных объяснений, и поэтому в текст показаний Гайдука, практически идентичных первым, был добавлен «взрыватель замедленного действия».
Никаких следов Гайдука на месте происшествия следствие не обнаружило, биллинг звонков или видеозапись происшедшего, показания свидетелей в материалах дела в настоящее время отсутствуют. В связи с вышеизложенным, нам представляется крайне сомнительной причастность Гайдука к подрыву газовой трубы 21 марта 2024 года, и эту часть его обвинения мы находим недоказанной.
Ещё один фрагмент показаний Гайдука от 21 октября, который отличает их от показаний от 16 октября, касается первого эпизода контрабанды взрывчатки и компонентов СВУ, якобы совершённого в декабре 2023 года.
В показаниях от 16 октября Гайдук сообщает, что Жоров передал ему пластиковую бутылку объёмом до 1 литра и металлический стержень, ни о каких иных переданных ему предметах не упоминает. На допросе 21 октября Гайдук рассказывает, что бутылка была больше — объёмом 1,5 литра — и помимо неё и металлического стержня также Гайдуку были переданы, им перевезены и помещены 13 декабря 2023 года в тайник «порошок серебряного цвета (как пояснил Жоров А.А., это сыпучее вещество для покраски, так называемая “серебрянка”), который я провёз в подлокотнике своего автомобиля; два фломастера, упакованные в стрейч-плёнку, которые провёз в дверце своего автомобиля со стороны пассажира спереди: пластилин тёмного цвета, который я спрятал в термос; тюбик (цвет не помню) с неизвестным мне содержимым, возможно герметик, который я провёз в подлокотнике своего автомобиля. Термос я провёз в кармане сзади пассажирского сиденья своего автомобиля. Что находилось во фломастерах мне неизвестно. Жоров А.А. категорически запретил мне их открывать, не сказав, что в них».
Мы предполагаем, что этот фрагмент был дополнен и изменён, чтобы привести надиктованные Гайдуку показания в соответствии с перечнем предметов, изъятых из тайника, обнаруженного или якобы обнаруженного сотрудниками ФСБ на кладбище в апреле 2024 года.
Следует добавить, что сторона защиты утверждает, что в настоящее время первый протокол показаний задержанного Гайдука — его опроса в ночь на 16 октября — в материалах дела отсутствует. Не исключено, что сотрудники ФСБ вынуждены были пойти на подтасовку документов, чтоб скрыть описанные выше противоречия.
Вызывает сомнения факт осознанной перевозки Гайдуком подобным образом взрывчатой жидкости, исходя из того, что вещество диэтиленгликольдинитрат десенсибилизированный разные источники относят к 1-му классу опасности при перевозке, к веществам и изделиям, характеризующимся опасностью взрыва. Перевозка его в автомобиле на сидении или под ним представляется крайне непредусмотрительной и беспечной, помимо того, что, как указывалось выше, согласно показаниям Гайдука, Жоров посылал его «на разведку», а чтобы проверить бдительность пограничников, как уже указано выше, вовсе нет необходимости возить с собой настоящую взрывчатку, к тому же — в любой момент способную взорваться.
Также важно обратить внимание на то, как Гайдук в своих признательных показаниях (в этой части они одинаковы в протоколах опроса и допросов в октябре 2024 года) описывает обстоятельства своего задержания: «через 50 метров от КПП меня остановили сотрудники ФСБ, предъявив постановление о проведении ОРМ “Обследование помещений, зданий, сооружений, участков местности и транспортных средств», сообщив, что подозревают меня в контрабанде взрывчатых веществ». Чтобы убедиться в недостоверности этих показаний, достаточно посмотреть распространённое ФСБ видео задержания Гайдука — на нём люди в камуфляже и балаклавах, в жёсткой силовой манере, без объяснений причин, не представляясь и не предъявляя никаких документов, вытаскивают мужчину из автомобиля и укладывают лицом в асфальт.
Мы полагаем, что протокол допроса от 21 октября следователь составлял путём механического копирования показаний Гайдука из протокола его опроса от 16 октября и добавлял нужные обвинению формулировки. Иначе невозможно объяснить, что в протоколе допроса от 21 октября, проводившегося в кабинете следователя, содержатся дословно совпадающие с протоколом опроса от 16 октября фразы: «После завершения мероприятия {ОРМ “Обследование участков местности <…> и транспортных средств”} я был доставлен в неизвестное мне здание, где проводили настоящий опрос. Иные места расположения подобных тайников мне неизвестны».
Нам представляется, что всё вышеизложенное в своей совокупности свидетельствует о фабрикации дела против Николая Гайдука. Отсутствие убедительных доказательств восполняется его признательными показаниями, данными сразу после задержания и полученными с применением незаконных способов воздействия. От этих показаний Гайдук отказался сразу после вступления в дело адвоката по соглашению.
Дело Гайдука схоже с делом против преподавателя из Москвы Эльдара Марченко, обвинённого в том, что он приехал в Курск с целью наведения украинских дронов на цель — военный аэродром. Обвинение Марченко также имеет признаки фабрикации, основывается на его первичных показаниях, полученных под пытками, и характеризуется отсутствием каких-либо иных убедительных доказательств. В суд были представлены фотографии следов пыток Марченко на его теле, а факт наличия у него этих повреждений подтверждён показаниями опрошенного в суде члена ОНК Москвы, посетившего Марченко в спецприёмнике. Несмотря на эти обстоятельства, 12 августа 2025 года Марченко, случайно оказавшийся в Курске, без каких-либо убедительных доказательств его вины, был приговорён по статье о совершении террористического акта к 16 годам лишения свободы. Наш проект признал Эльдара Марченко политическим заключённым.
В случае с Эльдаром Марченко, мы полагаем, что причиной внимания к нему ФСБ, скорей всего, явилась высказываемая им антивоенная позиция, а в случае с Николаем Гайдуком — его украинское происхождение. Помимо того, мы допускаем, что немецкое гражданство Гайдука делает его дополнительно ценным активом российских репрессивных властей при возможном обмене с Германией политическими заключёнными. Любопытно, что при описании ситуации провластные СМИ упомянули, что в телефоне Гайдука «силовики нашли совместное фото с канцлером Германии Олафом Шольцем».
Отметим, что давление на Николая Гайдука, пусть и не в форме прямого насилия, продолжается и в настоящее время. Так, в следственном изоляторе, где он содержится, он был поставлен на профилактический учёт как лицо, склонное к совершению преступлений террористической направленности. Мы считаем постановку на профилактический учёт по категории «склонный к совершению преступлений террористического характера и экстремистской направленности» единственно в связи с характером статьи УК, которая инкриминируется обвиняемому, даже до вынесения ему приговора, незаконной, противоречащей п. 27 Приказа-72 от 20 мая 2013 г. «Об утверждении Инструкции по профилактике правонарушений среди лиц, содержащихся в учреждениях уголовно-исполнительной системы» и ухудшающей положение обвиняемого в суде. Аналогичным образом мы считаем незаконной и постановку на соответствующие профучёты уже осужденных политзаключённых, поскольку даже признание судом лица виновным в совершении преступлений не является информацией о его «замыслах» в дальнейшем, наличия которой требует названный пункт Приказа для постановки на профилактический учёт. К сожалению, подобная неправовая практика применяется в последнее время практически ко всем политзаключённым.
Кроме того, мы допускаем, что сложность расследования уголовного дела против Гайдука, к которой апеллирует следствие ФСБ, обосновывая длительный срок его содержания под стражей, не вызвана объективными причинами. Вполне обоснованно предположить, что у следствия не хватает убедительных доказательств вины Гайдука, достаточных для суда для вынесения обвинительного приговора, даже с учётом нынешней практики тенденциозного рассмотрения политически мотивированных уголовных дел в России.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Николая Гайдука является политически мотивированным, направленным на устрашение общества, то есть упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к Николаю Гайдуку в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Николая Гайдука политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
20 ноября 2024 года. Медиазона. ФСБ отчиталась о задержании в Калининградской области гражданина Германии по делу о подрыве газовой трубы
20 ноября 2024 года. ТАСС. ФСБ задержала гражданина ФРГ, прибывшего для теракта на объекте ТЭК
20 ноября 2024 года. Вот Так. ФСБ заявила о задержании гражданина Германии, подозреваемого в подрыве газопровода. Рассказываем, что о нём известно
4 апреля 2025 года. Sota Vision. Военный суд в Калининграде спустя полгода принял заявление о пытках гражданина ФРГ, обвиняемого в теракте и контрабанде взрывчатых веществ
Дата обновления справки: 03.06.2026 г.
