Полное описание

В большинстве источников указывается, что ночью 30 декабря 2024 года на железнодорожных станциях в городах Лобня и Дмитров Московской области были подожжены электропоезда. Однако в действительности поджоги были осуществлены 28 и 30 декабря. В обоих случаях было разбито окно в кабине машиниста, внутри кабины разлита и подожжена горючая жидкость. В Лобне огонь быстро потух, в Дмитрове головной вагон поезда выгорел. 

1 января 2025 года были задержаны Артём Жаров и Даниил Кулаков, их обвинили в совершении поджогов. 3 января Останкинский суд Москвы заключил их в СИЗО.

Согласно сообщениям СМИ, Кулаков в поисках возможности заработать познакомился в Интернете с «неустановленным лицом» под ником Rich Silver, который предложил за 100 тысяч рублей совершить поджог на железной дороге. Молодой человек согласился и получил соответствующие инструкции. В свою очередь, Кулаков решил привлечь к выполнению задания своего знакомого Жарова. Кроме участия в поджоге Жаров должен был предоставить свой криптокошелёк для получения вознаграждения. По версии следствия, Rich Silver являлся агентом СБУ.

Поджог электропоезда в депо в Лобне оказался неудачным. Солярка в кабине машиниста не разгорелась. После просмотра видео заказчик потребовал повторить поджог. Молодые люди купили на автозаправке бензин и подожгли электричку в Дмитрове. В ходе поджогов роли распределялись следующим образом: Кулаков непосредственно осуществлял поджог, а Жаров производил видеосъемку. В Дмитрове молодые люди выбрали электропоезд, стоящий на запасных путях. Дальнейшие события издание «Коммерсантъ» со ссылкой на следствие описало следующим образом: «Даниил Кулаков разбил стекло кабины молотком, проник внутрь, облил и обложил смоченными горючей жидкостью тряпками пластиковые части кабины, а затем поджег. На этот раз возгорание получилось значительнее: свидетели показали, что выгорела не только кабина электрички, но и примыкавшая к ней часть вагона. Пожар экстренным службам пришлось тушить почти три часа».

Как сообщало информационное агентство ТАСС, ссылаясь на материалы дела, электропоезду в Лобне практически не было причинено ущерба, а электропоезд в Дмитрове пришлось снять с эксплуатации. При этом, согласно информации издания «Коммерсантъ», ущерб от поджога в Лобне составил 8 миллионов рублей, а в Дмитрове — 29 миллионов рублей. 

Задержанные отрицали намерение совершить террористический акт и говорили о желании получить денежное вознаграждение за поджог. На допросе Жаров утверждал, что поджоги электричек не являются терактом, они совершены из корыстной заинтересованности, а куратором их действий является не агент украинских спецслужб, а представитель РЖД, который, по словам обвиняемого, хотел под видом диверсии получить страховые выплаты за списание неликвидного транспорта. «Перед совершением акций мы убедились, что в самой электричке и рядом с ней никого из людей нет», — сказал Жаров в Останкинском суде Москвы перед повторным избранием ему ареста. 

Первоначально сообщалось, что Жарову и Кулакову были предъявлены обвинения в совершении террористического акта, а также в покушении на террористический акт, позднее, по всей видимости квалификацию поджога в Лобне поменяли: в карточке дела в суде фигурирует только один оконченный эпизод теракта. 

В ходе судебного процесса оба обвиняемых также отказались признать себя виновными в совершении террористического акта.

Приговор был вынесен 22 января 2026 года судьёй 2-го Западного окружного военного суда Борисовым Эдуардом Борисовичем. 11 февраля 2026 года Московско-Ярославская транспортная прокуратура сообщила, что суд признал Артёма Жарова и Даниила Кулакова виновными по п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ («Террористический акт, совершённый группой лиц по предварительному сговору») и приговорил обоих к 18 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части наказания — в исправительной колонии строгого режима и ограничению свободы на 2 года. Одним из осуждённых подана апелляционная жалоба.

17 марта 2025 года Артём Жаров и Даниил Кулаков были включены в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга с отметкой о принадлежности к терроризму.

Признаки политической мотивации и незаконности преследования

Прежде всего стоит отметить, что у нас нет доступа к материалам дела Жарова и Кулакова и мы вынуждены опираться на сообщения СМИ и уже упоминавшийся пресс-релиз транспортной прокуратуры.

Артём Жаров и Даниил Кулаков обвиняются в совершении террористического акта. Диспозиция ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями». 

Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие: 

• устрашение населения,
• создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий,
• наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения.

Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как теракта необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. Также важно учитывать, что теракт — это преступление, которое предполагает прямой умысел субъекта, поэтому все признаки объективной стороны преступления должны охватываться его умыслом.

При этом, согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 № 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учётом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)».

Рассмотрим по очереди каждый из признаков террористического акта.

Устрашение населения

Устрашение населения является неотъемлемым признаком данного состава преступления, исходя из смысла нормы — тем звеном, которое должно привести к давлению «устрашившегося» общества или его части на органы власти для их принуждения к изменению каких-то своих решений. Оно должно присутствовать как в субъективной стороне деяния — умысле обвиняемых на такое устрашение, так и в объективной — в фактическом устрашении в результате действий обвиняемых каких-либо представителей населения.

Прежде всего стоит отметить, что поджог в Лобне оказался неудачным и вряд ли кто-либо из посторонних вообще заметил его. Поджог электрички в Дмитрове привёл к выгоранию кабины машиниста. Сам процесс горения и его масштабы хорошо видны на видео, выложенных в Telegram-каналах. Пожар произошёл в тёмное время суток. Точное место осуществления поджога по имеющимся видео определить сложно. Однако можно заметь, что обзор горящей электрички ограничен нежилыми постройками и стоящими рядом вагонами. В сообщения СМИ также указывалось, что поезд стоял на запасном пути. Учитывая время и место поджога, вполне возможно предположить, что если пожар и был замечен местными жителями, то их число было крайне невелико.

У нас нет доступа к материалам дела, и мы не знаем как обвинение доказывало, что поджог в Дмитрове произвёл устрашающий эффект на население. Скорее всего, это было просто продекларировано без каких-либо веских аргументов. С нашей точки зрения, утверждение, что на пятый год полномасштабной войны поджог электропоезда в ночное время и в плохо просматриваемом месте способен произвести устрашающее действие, является по меньшей мере спорным. 

Ещё меньше оснований полагать, что молодые люди имели умысел на устрашение населения. Очевидным мотивом их действий, о котором они заявляли с самого начала, было желание получить вознаграждение, которое им обещали за осуществление поджога. Хотя деталей судебного разбирательства известно немного, информационное агентство ТАСС сообщало, что «допрошенный в понедельник в суде сотрудник правоохранительных органов, который принимал участие на стадии предварительного расследования дела, сообщил, что молодые люди совершили поджоги электричек из-за финансовой выгоды».

Создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий

Нет никаких оснований утверждать, что действия Жарова и Кулакова создали опасность для гибели людей. Поджоги были совершены ночью в депо и на запасных путях станции, где в тот момент никого не было. Артём Жаров подчеркнул, что они специально убедились в отсутствии людей: это свидетельствует о том, что их умысел не был направлен создание опасности для людей; более того, они сознательно стремились избежать таких последствий. 

Согласно уже приводившимся выше сведениям, в суде были озвучены оценки ущерба по обоим эпизодам в 8 миллиона рублей и 29 миллионов рублей. Это, верноятно, можно считать значительным ущербом, хотя, весьма возможно, не сильно заметным в масштабах деятельности ОАО «РЖД». 

Наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения

Ещё раз оговоримся, что мы не имеем доступа к материалам дела. Насколько можно судить, с момента задержания и до окончания судебного процесса Жаров и Кулаков последовательно объясняли свои действия исключительно желанием получить вознаграждение за поджог. Это, в частности, было подтверждено уже упоминавшимися выше показаниями в суде сотрудника правоохранительных органов, осуществлявшего предварительное расследование. Исходя из имеющейся информации, нет никаких оснований утверждать, что осуждённые имели намерение как-либо повлиять на органы власти.

Таким образом, мы приходим к выводу, что действия Артёма Жарова и Даниила Кулакова не оказали устрашающего воздействия на население, не создали угрозы жизни людей и не имели такой цели, а также с высокой долей вероятности не имели цели дестабилизировать деятельность органов власти или повлиять на их решения. Соответственно, квалификация совершённого поджога как террористического акта неверная. Более правильной, на наш была бы квалификация их действий по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение имущества путём поджога») или ст. 267 УК РФ («Приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения»).

Наказание по ст. 167 УК РФ и ст. 267 УК РФ гораздо мягче, чем в случае обвинения в теракте. Максимальный срок лишения свободы по ч. 2 ст. 167 УК РФ — 5 лет лишения свободы. По ст. 267 УК РФ максимальное наказание составляет 1 год лишения свободы (если не был причинён вред здоровью), в случае крупного ущерба (ч. 4) — до 4 лет лишения свободы. При этом на момент написания данной справки — конец мая 2026 года Жаров и Кулаков провели в СИЗО уже 1 год 5 месяцев. Таким образом, если бы им были вменены ст. 167 УК РФ или ст. 267 УК РФ и отбывание наказание было бы назначено в колонии общего режима, то, с учётом пересчёта срока пребывания в СИЗО, они уже отбыли бы более 2 лет наказания.

По вменённой же молодым людям ч. 2 ст. 205 УК РФ предусмотрено до 20 лет лишения свободы, при этом Жаров и Кулаков, несмотря на отсутствие человеческих жертв и иных серьёзных последствий, приговорены огромному, почти максимальному сроку — 18 лет. Такое наказание, как нам представляется, неадекватно совершённому молодыми людьми и не отвечает принципу справедливости.

Мы считаем, что предъявление обвинения по более тяжкой статье в совокупности с утверждением, что за поджогом стояли украинские спецслужбы, является частью кампании по запугиванию противников войны в Украине и демонстрацией показательной жестокости, с которой власти будут пресекать любые действия, которые могут быть истолкованы как несогласие с полномасштабным вторжением.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Артёма Жарова и Даниила Кулакова имеет признаки политической мотивации и в значительной степени направлено на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Уголовное преследование и лишение свободы было в существенной мере применено к ним в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» требует переквалификации предъявленных обвинений и справедливого рассмотрения уголовного дела в отношении Артёма Жарова и Даниила Кулакова. 

Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает ни согласия с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий.

Как помочь

Если у вас есть информация о том, в каком СИЗО или исправительной колонии содержатся Артём Жаров и Даниил Кулаков, сообщите, пожалуйста, в наш Telegram-бот или на почту: [email protected]

Публикации о деле:

4 января 2025 года. РБК. Поджигавших электрички безработных арестовали в Москве по делу о теракте 

12 января 2026 года. Коммерсантъ. Террористов подвела электричка

12 февраля 2026 года. Медиазона. 18 лет заключения дали двоим москвичам за поджог электричек в Лобне и Дмитрове 

Дата обновления справки: 28.05.2026 г.