Полное описание

22 января 2025 года Следственный комитет РФ сообщил о задержании «нескольких несовершеннолетних жителей» и возбуждении в их отношении уголовного дела «в связи с совершением ими террористического акта на объектах железной дороги». 

Согласно сообщению Следственного комитета, «подозреваемые в первой половине января 2025 года совершили поджог объекта транспортной инфраструктуры — релейного шкафа, расположенного на участке на перегоне Красноуфимск — Зюрзя Горьковской железной дороги. В результате преступных действий в релейном шкафу повреждено оборудование, обеспечивающее бесперебойное и безопасное движение пассажирских и грузовых поездов по вышеуказанному участку железнодорожного пути, что создало опасность для безопасности движения поездов и причинение значительного имущественного ущерба железной дороге. Сразу после совершения преступления злоумышленников оперативно задержали сотрудники правоохранительных органов». 

Также в сообщении СК РФ говорилось о том, что «инструкции о том, как и где совершить поджоги, подозреваемые получили через мессенджер. За выполнение преступных действий им было обещано 10 тысяч рублей». Уголовное дело было возбуждено по п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ («Террористический акт, совершённый группой лиц по предварительному сговору»). 

Позже стало известно, что задержанными были двое жителей города Красноуфимска Свердловской области: 14-летний Кирилл Блохин и 17-летний Александр Кручинин. 

8 сентября 2025 года агентство «Интерфакс» со ссылкой на пресс-службу центрального МСУТ СКР сообщило, что расследование уголовного дела в отношении завершено. 

Вероятно, дело Блохина и Кручинина 5 ноября 2025 года зарегистрировал Центральный окружной военный суд. Дело рассматривает единолично судья Раицкий Александр Геннадьевич. Судя по карточке дела, в деле появился ещё один эпизод.

Кирилл Блохин и Александр Кручинин были включены в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга 13 февраля 2025 года. На тот момент Кирилл Блохин оказался самым молодым фигурантом перечня Росфинмониторинга.

Основания признания политзаключёнными

Прежде всего стоит отметить, что информации о деле Блохина и Кручинина немного. При анализе их дела мы исходим из того, что сообщения Следственного комитета отражают суть предъявленных подросткам обвинений.

Кирилл Блохин и Александр Кручинин обвиняются в совершении террористического акта. Диспозиция ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями». 

Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие: 

• устрашение населения,
• создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий,
• наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения.

Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как теракта необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. Также важно учитывать, что теракт — это преступление, которое предполагает прямой умысел субъекта, поэтому все признаки объективной стороны преступления должны охватываться его умыслом.

При этом, согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 № 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учётом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)».

Рассмотрим по очереди каждый из признаков террористического акта.

Устрашение населения

Устрашение населения является неотъемлемым признаком данного состава преступления, исходя из смысла нормы — тем звеном, которое должно привести к давлению «устрашившегося» общества или его части на органы власти для их принуждения к изменению каких-то своих решений. Оно должно присутствовать как в субъективной стороне деяния — умысле обвиняемых на такое устрашение, так и в объективной — в фактическом устрашении в результате действий обвиняемых каких-либо представителей населения.

Судя по видео следственных действий на месте происшествия, релейный шкаф, в поджоге которого обвиняются Кирилл Блохин и Александр Кручинин, расположен около железнодорожных путей, имеющих с обеих сторон достаточно плотную (даже в зимних условиях) лесополосу, а дома частного сектора располагаются на значительном удалении (как минимум несколько десятков, а скорее более сотни метров). Вероятно, специально выбирался релейный шкаф, расположенный в плохо просматриваемом месте, чтобы осуществить поджог можно было незаметно и максимально безопасно. Видео также содержит фото обгоревшего релейного шкафа. Он представляет из себя грязный, вероятно со следами копоти и следов огня металлический ящик, который мог активно гореть лишь до тех пор, пока не закончилась горючая жидкость, которой он был облит. Вероятно, валяющаяся рядом пластиковая бутылка — как раз из-под неё. 

С учётом всего вышесказанного представляется весьма вероятным, что само горение, которое, судя по всему, продолжалось недолго, могло быть не замечено никем из окружающих. Предположить, что его не только заметили, но и оно произвело устрашающий эффект на население, достаточно сложно. Также сложно представить, что новость об очередном сгоревшем релейном шкафе в январе 2025 года могла кого-либо напугать. 

У нас нет доступа к материалам дела, и мы не знаем как обвинение собирается доказывать, что совершённый поджог произвёл устрашающий эффект на население. Скорее всего, это будет просто продекларировано без каких-либо веских аргументов. С нашей точки зрения поджог релейного шкафа, расположенного в плохо просматриваемом месте, вряд ли может трактоваться как действие, устрашающее население.

Ещё меньше оснований подозревать двух подростков в умысле на устрашение населения. Очевидным мотивом их действий, который прямо указывается в сообщениях Следственного комитета, было желание получить вознаграждение, которое им обещали за осуществление поджога. 

Создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий

Источник издания «Настоящее Время», работавший на железной дороге и пожелавший сохранить анонимность, рассказал изданию о последствиях поджогов релейных шкафов. По его словам, релейный шкаф — это конструкция, предназначенная для размещения в нём аппаратов и реле управления сигнализацией и блокировкой на участках железной дороги: «Это действительно похоже на металлический шкаф, в основном серого цвета, внутри которого находятся рейки с клеммами и проводами, а также различные реле. Такие шкафы стоят вдоль путей. Все эти приборы и провода предназначены для работы блокировки на путях. Один шкаф может отвечать за один или несколько блок-участков на перегоне».

В случае, если вывести из строя один такой шкаф, на одном или нескольких блок-участках (часть железнодорожного перегона, ограниченная с двух сторон светофорами или светофором и станцией; используется как средство сигнализации и связи) перестанет работать блокировка, а это приведёт к замедлению движения поездов на перегоне. «Помимо светофора, на путях есть ещё локомотивный светофор — тот, который находится внутри кабины локомотива и дублирует сигналы, получая код с путей. Если повреждается блокировка, перегон переводят на другие средства связи, например, на телефонную связь… На ремонт после поджога может уйти от нескольких часов до суток — в зависимости от того, как сильно был повреждён шкаф, как далеко он расположен от ближайшей крупной станции».

Аналогичным образом бывший машинист в разговоре с изданием «Медиазона» указал в качестве рисков повреждения релейного шкафа лишь то, что «это может замедлить движение на сутки. Скорее всего, блокировка не будет работать, и пока её будут восстанавливать, поезда будут ездить по одному».

Как видно из этих высказываний экспертов-железнодорожников, поджоги шкафов не приводят к крушениям поездов и гибели людей, а лишь замедляют движение составов. Как было сказано выше, подожжённый релейный шкаф расположен в безлюдном месте, поэтому сам по себе поджог также, очевидно, не нёс угозы для чьей-либо жизни. 

Что касается размера ущерба, причинённого поджогом, то у нас нет данных о его оценке в деле. В аналогичных случаях величина ущерба обычно оценивается от нескольких десятков до нескольких сотен тысяч рублей. Законодательство не содержит однозначного критерия определения того, какой ущерб в данном случае стоит считать значительным. Для справки приведём данные о доходах ОАО «РЖД»: в 2025 году они составили 3,1 трлн рублей. Если предположить, что ущерб от поджога равнялся, например, 310 тысяч рублей, то это составило бы 0,00001% (или одну десятимиллионную часть) от выручки ОАО «РЖД», что вряд ли является значительным ущербом для компании. 

Наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения

Ещё раз оговоримся, что мы не имеем доступа к материалам дела. Однако предполагать, что действия подростков были связаны с их желанием дестабилизировать деятельность органов власти и повлиять на принятие ими решений, достаточно сложно. Более вероятным представляется их желание получить вознаграждение за поджог. Исходя из описанных выше возможных последствий подобного поджога — самым серёзным из которых является замедление движения поездов в течение нескольких дней, пока ремонтируется релейный шкаф — можно предположить, что заказчик поджога также не преследовал подобную цель. 

Таким образом, с высокой долей уверенности можно утверждать, что действия Кирилла Блохина и Александра Кручинина не оказали устрашающего воздействия на населения и не имели такой цели, не создали угрозу жизни людей и не имели цели дестабилизировать деятельность органов власти и повлиять на их решения. Соответственно, квалификация совершённого поджога как террористического акта неверная. Более правильной была бы квалификация их действия по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение имущества путём поджога») или ч. 1 ст. 267 УК РФ («Приведение в негодность транспортных средств или путей сообщения»).

Наказание по ст. 167 УК РФ и ст. 267 УК РФ гораздо мягче, чем в случае обвинения в теракте. По ч. 2 ст. 205 УК РФ предусмотрено до 20 лет лишения свободы; с учётом несовершеннолетнего возраста на момент совершения деяния Блохину и Кручинину грозят сроки до 10 лет. При этом максимальный срок лишения свободы по ч. 2 ст. 167 УК РФ — 5 лет. По ч. 1 ст. 267 УК РФ максимальное наказание составляет до 1 года лишения свободы (если не был причинён вред здоровью). При этом, согласно УК, лицу, совершившему преступление средней или небольшой тяжести в возрасте от 14 до 16 лет впервые, лишение свободы не назначается — таким образом, Блохин, которому на момент поджога едва исполнилось 14, при квалификации по любой из этих статей в принципе не мог бы быть лишён свободы. Также не может применяться лишение свободы к несовершеннолетним в возрасте до 18 лет, впервые совершившим преступление небольшой тяжести (это относилось бы к Кручинину при квалификации по ч. 1 ст. 267 УК РФ). При этом на момент написания данной справки, май 2026 года, Блохин и Кручинин провели в СИЗО уже 1 год 4 месяца.

Нам неизвестны подробности второго эпизода, предположительно вменённого Блохину и Кручинину, однако исходя из опыта анализа подобных дел можно предположить, что вышеприведённые рассуждения применимы и к нему. Кроме того, можно предположить, что если бы речь шла о более серьёзном инциденте, силовики не преминули бы сообщить об этом через провластные СМИ. 

Мы считаем, что необоснованная квалификация поджога как теракта политически мотивирована и направлена, с одной стороны, на демонстрацию показательной жестокости, с которой власти будут пресекать любые действия, которые могут быть истолкованы как несогласие с полномасштабным вторжением, а с другой — на маркировку этих протестных акций в общественном сознании негативным ярлыком «терроризм».

При этом заключение под стражу совсем юных людей, не совершивших насильственных преступлений, само по себе представляется возмутительным: мы убеждены, что государство должно иметь в своём арсенале иные методы воздействия на подростков.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Кирилла Блохина и Александра Кручинина является политически мотивированным, направленным на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ним в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Кирилла Блохина и Александра Кручинина политическими заключёнными, требует их немедленного освобождения, переквалификации уголовного дела и рассмотрения дела справедливым судом. 

Признание людей политзаключёнными не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий.

Как помочь

Если вам известно, в каком исправительном учреждении находятся Кирилл Блохин и Александр Кручинин, напишите в наш Telegram-бот или на почту: [email protected].

Публикации в СМИ:

22 января 2025 года. Медиазона. СК отчитался о задержании в Свердловской области «группы подростков»; их подозревают по делу о теракте из‑за поджога релейного шкафа 

8 сентября 2025 года. Интерфакс. Подростков на Урале будут судить по делу о поджоге железнодорожного объекта 

Дата составления справки: 02.05.2026 г.