Бакшеев Сергей Александрович родился 31 августа 1986 года, гражданин РФ, житель села Хомутово в Иркутской области, образование высшее, работал инженером-электроником на заводе. 30 июня 2025 года приговорён по двум эпизодам ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание терроризма с использованием сети “Интернет”»), ч. 2 ст. 280 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности с использованием сети “Интернет”») и п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации с использованием сети “Интернет”») к 6 годам лишения свободы в колонии общего режима. 27 октября 2025 года в апелляции срок был увеличен до 6 лет 8 месяцев колонии общего режима. Лишён свободы с 30 июня 2025 года.
Незадолго до возбуждения уголовного дела Сергея Бакшеева трижды привлекли к административной ответственности по различным статьям КоАП РФ за размещение материалов в Интернете.
Так, 18 октября 2024 года судья Кировского районного суда Иркутска Повещенко Елена Владимировна назначила ему наказание в виде 12 суток административного ареста по ч. 1 ст. 20.3 КоАП РФ («Пропаганда либо публичное демонстрирование нацистской атрибутики или символики») за размещение «нацистского лозунга и нацистской символики» в Telegram-группе.
25 ноября 2024 года судья Иркутского районного суда Иркутской области Калинина Мария Михайловна по ч. 2 ст. 20.3.2 КоАП РФ («Публичные призывы к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации») назначила ему административный штраф в размере 70 тысяч рублей. Поводом для этого стали комментарии Бакшеева, размещённые в Telegram-сообществе «Сарма. Трёп» (как минимум некоторые из них были размещены в 2021 году): «может наконец-то придём к логическому концу? Территориальной раздробленности и Свободной Сибири? Нам с Москвой совсем не по пути»; «Пора уже регионам становиться самостоятельными.»; «Пора Сибири и ДВ уходить из рф.»; «Сибирь — колония РФ. Если уж Русская революция у русских не в чести, то можно вспомнить исторический опыт Американской революции. No taxation without representation!»; «Уже пора поставить забор во всю длину Уральских гор и спокойно жить, а рф пусть с кем хочет с тем и воюет, задолбали.»; «Будущее мира несовместимо со многими вещами, начиная с физического существования некоего Путина.»; «На устранение некоего (удалено из текста) может скинемся? Откроем сбор, все дела.»; «Нет сепаратизма в родном отечестве. Сепаратизм обычно основывается на нелюбви к соседям. А у нас регионализм в чистом виде — Москва грабит и дурит колонии. Поэтому рф надо пересобрать в качестве настоящей федерации, с переносом столицы в Казань, с достаточной свободой субъектов и народов.»; «Давайте уже сдадимся, а? Отделаемся безъядерным статусом и минимальными репарациями, ну и Путина придется отдать — но вам что, Путина жалко, что ли?».
26 декабря 2024 года судья Свердловского районного суда Иркутска Алексеева Наталья Владиславовна назначила Сергею Бакшееву административный штраф в неизвестном размере по ч. 1 ст. 20.3.3 КоАП РФ («Публичные действия, направленные на дискредитацию использования Вооружённых Сил РФ»).
Уголовное дело в отношении Сергея Бакшеева также возбудили из-за его комментариев в Telegram-чатах, которые он оставлял, по мнению суда, «являясь противником проведения Российской Федерацией Специальной военной операции на территории Украины, противником установленного конституционного строя, политического режима и органов власти в Российской Федерации». При этом, как указано в приговоре, умысел на совершение вменённых ему преступлений у Бакшеева появился «в период времени с 1 января 2018 года по 26 сентября 2022 года».
По версии обвинения, 26 сентября 2022 года Бакшеев разместил в Telegram-канале «Сарма. Трёп» от лица пользователя «FreeSiberia» «под публикацией о совершении 26 сентября 2022 года Зининым террористического акта в г. Усть-Илимске Иркутской области (19 января 2024 года Зинин осуждён 1-м Восточным окружным военным судом за совершение преступлений, предусмотренных п. “в” ч. 2 ст. 205 УК РФ, ч. 1 ст. 223 УК РФ, ч. 1 ст. 222 УК РФ) текстовый комментарий, оправдывающий совершение данного террористического акта». По всей видимости, речь идет о следующем, весьма коротком комментарии пользователя FreeSiberia: «Лайк!», которым он отреагировал на опубликованное видео с нападением на военкома в Усть-Илимске. Обвинение расценило этот комментарий из одного слова как публичное оправдание терроризма, совершенное с использованием Интернета и квалифицировало его по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ. Других комментариев Бакшеева под этой публикацией нет.
2 октября 2022 года, по версии обвинения, Сергей Бакшеев «в интернет-группе “FreeSiberia” посредством личной учётной записи с именем “Sergei”, в публичной новостной группе с наименованием “Сарма. Трёп” <…> опубликовал <…> текстовый комментарий, содержащий призывы к осуществлению экстремистской деятельности, а именно к враждебным, насильственным действиям в отношении социальной группы военнослужащим Вооружённых сил РФ». Речь идёт о таком комментарии: «Убивайте офицеров, идите домой. Или на Москву, у вас оружие есть. Враг не в Украине — враг в Кремле». Это высказывание следствие и суд квалифицировали как публичный призыв к осуществлению экстремистской деятельности в Интернете (ч. 2 ст. 280 УК РФ).
1 ноября 2022 года Бакшеев в Telegram-группе «Иркутский блог» под публикацией о сборе гуманитарной помощи военнослужащим ВС РФ в зону так называемой СВО «опубликовал <…> текстовый комментарий, содержащий призывы к финансированию Вооружённых Сил Украины в рамках проведения СВО, а именно к совершению преступления, предусмотренного ст. 275 УК РФ, то есть к деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». По всей видимости, речь могла идти вот об этом комментарии пользователя FreeSiberia: «Да, из полезного можно ещё донатить ВСУ. Например, Камиль Галеев регулярно собирает https://t.me/kamil_galeev/2833 Это если хотите, чтобы поменьше всяких вагнеровцев и отбитых добровольцев домой вернулось». Чуть ниже опубликован ещё один комментарий этого пользователя, в котором уточняется: «Это для ВСУ, чтобы побольше мобиков унавозили».
24 ноября 2022 года Бакшеев в публичной новостной группе с наименованием «Сарма. Трёп» вновь опубликовал текстовый комментарий, «содержащий призывы к финансированию Вооружённых Сил Украины в рамках проведения СВО и призывы против проведения частичной мобилизации в Российской Федерации, а именно к совершению преступления, предусмотренного ст. 275 УК РФ, то есть к деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Речь идет о следующем комментарии пользователя FreeSiberia: «Можно ещё донатить ВСУ или помогать со сведениями ЦРУ — тоже благое дело и на пользу». Эти комментарии суд квалифицировал по п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, совершённые с использованием сети “Интернет”»).
1 декабря 2022 года, в Telegram-группе «Иркутский блог» под публикацией «о привлечении Тимофеева к уголовной ответственности за оправдание террористического акта, совершённого 1 апреля 2022 года в отношении топливно-энергетического комплекса, а также объектов хозяйственной инфраструктуры, расположенных в Белгородской области, опубликовал текстовый комментарий, оправдывающий совершение данного террористического акта». По всей видимости, речь может идти об этом комментарии пользователя FreeSiberia: «Терроризм — это тактика запугивания. Этим занимается рф, уничтожая энергетическую инфраструктуру Украины. А атака на россиянскую нефтебазу — это хорошо спланированная и блестяще выполненная военная операция. Там не только лётчикам, там и штабным надо героев давать. И даже героев россии». Размещение этого комментария следствие и суд квалифицировали по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание терроризма, совершённое с использованием сети “Интернет”»).
Как следует из текста приговора, в суде Бакшеев подтвердил фактические обстоятельства дела и не отрицал своего авторства вменённых ему комментариев, заявил о признании вины и раскаянии в содеянном, сообщил, что пересмотрел свои взгляды. Публикация с «выстрелом Зининым по военкому им была прокомментирована положительно, поскольку он боялся частичной мобилизации и думал, что данные события остановят призыв. Под публикацией видеообращения военнослужащих РФ к представителям власти РФ он опубликовал комментарий, содержащий призывы к враждебным насильственным действиям в отношении офицеров Вооружённых сил РФ, поскольку он жалел мирных граждан Украины и не понимал целей и задач СВО.
В телеграм-группе “Иркутский блог” он оставил комментарий об оказании финансовой помощи ВСУ, поскольку он думал, что денежные средства, перевёденные противнику, могут поспособствовать окончанию боевых действий.
В телеграм-группе “Иркутский блог” им оставлен комментарий, оправдывающий видео с оправданием террористического акта на нефтебазе в Белгороде, поскольку он думал, что это может замедлить проведение боевых действий».
Также суд положил в основу обвинительного приговора показания свидетеля, который якобы видел в Интернете комментарии Бакшеева, а также силовиков, занимавшихся расследованием и оперативным сопровождением уголовного дела, и девушки Бакшеева, охарактеризовавшей его положительно и подтвердившей, что она вместе ним собрала деньги на оплату штрафа.
Суд в приговоре процитировал выводы лингвистической экспертизы по поводу одного из комментариев Бакшеева: «Убивайте офицеров, идите домой. Или на Москву, у вас оружие есть. Враг не в Украине — враг в Кремле». Эксперты решили, что этот комментарий допускает интерпретацию «в качестве призыва к деятельности, имеющей признаки террористической. В нём содержится призыв к насильственным действиям в отношении группы лиц “офицеры ВС РФ”, а также призыв к не конкретизированным насильственным действиям в отношении представителей высших федеральных органов власти. При этом последний с позиции лингвистической квалификации следует также интерпретировать в качестве призыва к совершению преступлений по мотивам политической ненависти либо вражды, содержатся высказывания, допускающие интерпретацию в качестве призыва и публичного побуждения к деятельности, направленной против безопасности государства».
Адвокат просила назначить Бакшееву наказание, не связанное с лишением свободы, указала, что подзащитный обязуется уплатить штраф и сделал для этого сбережения, обратила внимание на состояние здоровья Бакшеева и его положительные характеристики.
В качестве смягчающих обстоятельств по всем статьям и эпизодам обвинения суд учёл признание подсудимым своей вины, «дачу им показаний в ходе предварительного следствия об обстоятельствах и мотивах совершённых им преступлений», его состояние здоровья, «обусловленное наличием тяжёлых заболеваний», тяжелое заболевание его матери и оказание ей помощи и «что в настоящее время он пересмотрел своё отношение к содержанию размещённых им текстовых комментариев и относится к ним отрицательно». Отягчающим наказание обстоятельством суд признал «совершение преступления в условиях вооружённого конфликта в период мобилизации».
30 июня 2025 года судья 2-го Восточного окружного военного суда Бурмистров Сергей Алексеевич, рассмотрев дело за два заседания с участием государственного обвинителя — прокурора отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления прокуратуры Забайкальского края юриста 2 класса Макушевой В. Б., приговорил Сергея Бакшеева:
Частично сложив сроки наказаний, суд окончательно назначил Сергею Бакшееву наказание в виде 6 лет лишения свободы с отбыванием в исправительной колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов электронных и информационно телекоммуникационных сетей, в том числе сети Интернет, на 4 года 6 месяцев.
Сергей Бакшеев был взят под стражу в зале суда.
27 октября 2025 года судья Апелляционного военного суда Кожевников Борис Аширбаевич рассмотрел апелляционную жалобу, поданную осуждённым и апелляционное представление, поданное прокурором. Приговор был изменён: срок наказания был увеличен до 6 лет 8 месяцев колонии общего режима.
Интересы Бакшеева в суде представляла адвокат Воротникова Ангелина Леонидовна.
6 июня 2025 года Росфинмониторинг внёс Сергея Бакшеева в список экстремистов и террористов с пометкой о принадлежности к терроризму.
Основания признания политзаключённым
Несостоятельность обвинения по п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы в Интернете к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ»)
Статья 280.4 УК РФ была введена в российское законодательство в июле 2022 года. Тот же закон предусматривал целый ряд новаций в Уголовный кодекс, которые авторы законопроекта связывали с «защитой интересов России», но которые фактически отвечают запросам военного времени и предусматривают преследование граждан за любые попытки противостоять милитаристским решениям военно-политического руководства России.
Так, законом были расширены и стали ещё менее конкретными понятия «государственная измена» и «шпионаж», введено наказание за неопределённое «конфиденциальное сотрудничество со спецслужбами, международными или иностранными организациями». Достаточно широко, по мнению ряда экспертов, можно трактовать и положения рассматриваемой ст. 280.4 УК РФ.
Диспозиция статьи сформулирована следующим образом: «Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, либо к воспрепятствованию исполнения органами власти и их должностными лицами своих полномочий по обеспечению безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных статьями 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 настоящего Кодекса)». При этом в Примечании к этой статье с отсылкой к ст. 104.1 УК РФ указано: «В настоящей статье под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276, 281, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». Среди перечисленных — такие статьи, как «Незаконный экспорт», «Контрабанда денежных средств», «Бандитизм», «Незаконное приобретение оружия», «Контрабанда наркотических средств», «Шпионаж», «Диверсия» и прочее.
Следует отметить, что формулировка «публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации», является исключительно широкой и неконкретной. В качестве таких «призывов» могут трактоваться практически любые высказывания относительно деятельности государства в военной сфере, сфере безопасности, работы любых государственных учреждений и ведомств, безотносительно к реальным и потенциально возможным последствиям таких высказываний, но при этом не столь опасные для власти, чтобы охватить их уже упомянутыми в статье составами: 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 УК РФ.
Главным, что объединяет разные виды «призывов», которые могут подпасть под санкции ст. 280.4 УК РФ, является понятие «безопасность РФ», против которой они должны быть направлены. И само это понятие, и попытка определить чью-либо деятельность как направленную против этой безопасности являются оценочными. Такая формулировка не позволяет заранее определить, какие призывы и высказывания являются правомерными, а какие — запрещёнными. Перечисление в Примечании к статье более трёх десятков хаотично выбранных из законодательства статей УК РФ, которые якобы описывают деятельность, «направленную против безопасности РФ», не вносит ясности в оценку высказываний как потенциально криминальных. Напротив — нагромождение из нескольких десятков разных по своей сути составов преступлений в рамках одной статьи не может не привести к абсолютно произвольному и расширительному пониманию положений ст. 280.4 УК РФ.
По версии обвинения и суда, своими комментариями «Да, из полезного можно ещё донатить ВСУ. Например, Камиль Галеев регулярно собирает https://t.me/kamil_galeev/2833 Это если хотите, чтобы поменьше всяких вагнеровцев и отбитых добровольцев домой вернулось» и «Это для ВСУ, чтобы побольше мобиков унавозили» Бакшеев призывал финансировать Вооружённые силы Украины, то есть совершить государственную измену — действия, направленные на оказание финансовой помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации. Исходя из этого, обвинение было обязано доказать, что финансирование Вооружённых сил Украины, к которому призывал Бакшеев, направлено против безопасности Российской Федерации.
Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».
Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами.
Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.
Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.
При этом суверенитет Российской Федерации, независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.
Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года, а не оказание финансовой помощи пытающейся защититься от агрессии Украины.
Исходя из вышеизложенного мы полагаем, что призывы Бакшеева «донатить ВСУ» направлены не на создание угрозы перечисленным в Стратегии аспектам национальной безопасности, а, напротив, на противодействие главной угрозе безопасности РФ и его уголовное преследование за такое высказывание по ст. 280.4 УК РФ является необоснованным.
На наш взгляд, фраза Бакшеева об «унавоживании мобиков» выглядит циничной и резкой, однако в контексте развязанной Россией войны и нахождении российских военных на чужой территории мобилизованные являются легитимной военной целью для комбатантов противоборствующей стороны.
Безосновательность обвинений по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ в публичном оправдании терроризма
Ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе, в 2023 году по ней было возбуждено 173 подобных дела, в 2024-м — 284, а в 2025 году — 242 дела.
Произвольный характер правоприменения этой статье, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.
По нашему мнению, сотрудники ФСБ целенаправленно ищут в социальных сетях посты для возбуждения новых уголовных дел по статье «об оправдании терроризма» с целью имитации работы и улучшения своих служебных показателей. Об этом, в частности, может свидетельствовать и трёхкратное привлечение Бакшеева к административной ответственности перед возбуждением уголовного дела.
В рамках уголовного дела по ст. 205.2 УК РФ квалифицированы два комментария Бакшеева. В первом он, по мнению суда, оправдывает террористический акт — действия Зинина, застрелившего военкома. Мы предполагаем, что речь идёт о коротком комментарии — «Лайк!». Наша позиция заключается в том, что подобные короткие и эмоциональные реплики-комментарии, являющиеся по сути «лайками» и существующие лишь в контексте публикаций, под которыми они размещены, не могут побудить кого-либо к каким-либо общественно-опасным действиям и не дают убедительных оснований полагать, что умысел автора комментария был направлен на оправдание терроризма. Кроме того, на момент оставления комментария (он был сделан в день события — 26 сентября 2022 года) Бакшеев не мог знать о последующей квалификации судом действий Зинина. Изначально Зинину предъявили обвинение по ст. 317 УК РФ («Посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа») и ст. 222 УК РФ («Незаконная перевозка оружия»).
Во-вторых, как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).
В комментарии Бакшеева не содержится каких-либо суждений о необходимости воздействия насильственными способами на принятие решений органами власти и устрашение населения. Следовательно, в его действиях в принципе отсутствует состав преступления.
Ранее, 8 мая 2024 года, по аналогичному обвинению, за якобы оправдание в комментарии действий Зинина, был, например, приговорён к 2 годам 6 месяцам лишения свободы журналист из Биробиджана Сергей Корнилевский. Наш проект признал его политзаключённым. Можно предположить, что высказывания о поступке Зинина стали одними из стандартных оснований для возбуждения уголовных дел по статье об оправдании терроризма, и силовики специально просматривают чаты и страницы в Интернете в поисках подобных высказываний. Ранее такими поводами стало выражение одобрения атакам на Крымский мост, самоподрыву Михаила Жлобицкого у здания УФСБ в 2018 году, деятельности Легиона «Свобода России» и РДК и некоторые другие.
Второй комментарий, вменённый Бакшееву по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, — оправдание «террористического акта, совершённого 1 апреля 2022 года в отношении топливно-энергетического комплекса, а также объектов хозяйственной инфраструктуры, расположенных в Белгородской области».
Мы полагаем, что речь идёт о следующем комментарии: «Терроризм — это тактика запугивания. Этим занимается рф, уничтожая энергетическую инфраструктуру Украины. А атака на россиянскую нефтебазу — это хорошо спланированная и блестяще выполненная военная операция. Там не только летчикам, там и штабным надо героев давать. И даже героев россии».
Мы полагаем, что в вышеприведённом тексте Бакшеева оправдание террористической деятельности отсутствует. Удар ВСУ по источникам топлива для российской техники в ходе войны — это, очевидно, не теракт, а легитимные военные действия.
2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.
Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Как сообщали российские СМИ, в результате этого удара не пострадал ни один человек. Очевидно, что целью украинских военных было лишение вражеской стороны источников топлива для снабжения группировки российских войск, что является абсолютно оправданным действием, реализующим право Украины на самооборону от агрессии. Преследование Бакшеева в связи с комментарием об этом ударе неправомерно, так как он выражал своё отношение именно к законным действиям украинских военных.
Примечательно, что свой комментарий Бакшеев оставил под публикацией о привлечении к уголовной ответственности также за оправдание этого удара ВСУ Владимира Тимофеева, который был приговорён за это к 2 годам 8 месяцам лишения свободы. Наш проект по аналогичным основаниям признал Владимира Тимофеева политзаключённым.
Обвинение по ч. 2 ст. 280 УК РФ («Публичные призывы в Интернете к осуществлению экстремистской деятельности)
Эта статья инкриминирована Сергею Бакшееву за комментарий «Убивайте офицеров, идите домой. Или на Москву, у вас оружие есть. Враг не в Украине — враг в Кремле».
Преступление по этой статье считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли оно кого-то к реальным действиям, могли ли наступить общественно опасные последствия и наступили ли они, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел в связи такого рода обвинениями.
При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти, в случае наличия которых есть основания для преследования за такие высказывания и их законодательного запрета. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору».
Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр.
Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»:
«При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещённой информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план.
С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие».
Социальным и политическим контекстом высказываний Сергея Бакшеева стала развязанная Россией агрессивная война против Украины, поляризовавшая российское общество, вызвавшая гнев и возмущение у одной его части и ура-патриотизм и шпиономанию у другой. При этом общественные активисты и критики власти были и остаются лишены возможности открытой дискуссии с представителями власти и выражения своей позиции через прессу (независимые от власти СМИ фактически полностью уничтожены).
Есть веские основания полагать, что именно контекст подавления общественной дискуссии и очевидная невозможность донести свой антивоенный голос до власти спровоцировали резкий и эмоциональный тон комментария. Сергей Бакшеев, не приемлющий российской агрессии, стал вступать в дискуссии со сторонниками войны в региональном сообществе Иркутский блог и группе Сарма, а также в созданным им самим Telegram-чате на 12 человек, пытаясь переубедить их, при этом большинство его комментариев были убедительными и взвешенными. Не раз он подвергался оскорблениям и угрозам, однако продолжал настаивать на неправоте России и необходимости оказания помощи Украине. На предложения о сборах помощи для российских военных Бакшеев отвечал призывами донатить ВСУ. По сути это было его антивоенным высказыванием.
В то же время его общественный статус не даёт оснований полагать, что оставленные им комментарии получили широкое распространение или даже что он на это рассчитывал. Его целью было переубеждение сетевых собеседников, а не призывы к расправе с кем бы то ни было. Дискуссии он вёл преимущественно в несогласной с ним среде, где являлся не авторитетным спикером, а очевидно инакомыслящим. Его прошлое не даёт оснований полагать, что он имел склонность к экстремистской, террористической и другой насильственной деятельности и мог являться авторитетом для лиц, склонных к подобному. О малой вероятности реализации призывов мужчины говорит и то, что с момента написания им комментариев до заключения его под стражу прошло два с половиной года, и на данный момент нам ничего неизвестно об убийствах офицеров военнослужащими в результате публичных призывов со стороны противников агрессивной войны.
Как уже было сказано выше, с точки зрения Рабатского плана важно также оценить, входило ли в намерения автора высказываний спровоцировать расправу над лицами, которых он упоминал в своих высказываниях, или эти высказывания носили риторический, абстрактный характер.
Анализируя с этой точки зрения оставленный Сергеем Бакшеевым комментарий «Убивайте офицеров, идите домой. Или на Москву, у вас оружие есть. Враг не в Украине — враг в Кремле», мы полагаем, что он носит образный характер, тем более что в сетевом сообществе вряд ли состояли люди, способные воспользоваться этим советом. Это делает его скорее не призывом, а фигурой речи. Если трактовать высказывание прямо, оно формально содержит призыв к насилию. Однако в контексте прочих изученных нами высказываний Бакшеева, с учётом его эмоционального состояния, мы полагаем возможным не применять к нему принцип исключения, содержащийся в п. b cт. 3.3. Руководства по определению понятия «политический заключённый». Это связано с тем, что степень общественной опасности комментариев Сергея Бакшеева, как следует из данного анализа, крайне невелика, а его гражданская позиция неприятия агрессивной войны должна быть скорей общественно одобряемой, а не уголовно наказуемой.
При этом с начала полномасштабной войны риторика противоборствующих сторон закономерно радикализировалась. Можно вспомнить хотя бы некоторые высказывания пропагандистов, сделанные примерно в то же время и ярко отражающие господствующую на телеэкране и в других средствах массовой информации РФ точку зрения. До сих пор ничего не известно об уголовном преследовании известных деятелей, предлагавших топить украинских детей «прямо вот там, где “плыве кача”. Прям топить надо таких детей, прямо в Тисине…» (пропагандист Антон Красовский), обещавших, что «всех победим, всех убьём, всех, кого надо, ограбим» (военный Z-блогер Владлен Татарский), и призывавших: «…давайте наконец-то перенаправим наши ракеты в центры принятия решений этой долбанной нацистской Европы» (пропагандист Владимир Соловьёв). Учитывая, что все эти высказывания распространялись на гораздо большую аудиторию, чем комментарии Бакшеева, его преследование носит очевидно избирательный характер.
Даже если в высказываниях Бакшеева есть формальные признаки правонарушений, то, на наш взгляд, их реальная общественная опасность невелика, а назначенное ему наказание вопиюще неадекватно ей.
Мы не принимаем во внимание формального признания Сергеем Бакшеевым своей вины, поскольку очевидно, что выбирая такой способ защиты, он рассчитывал получить наказание, не связанное с лишением свободы. В то же время? он внятно проговаривает, что его отношение к тем или иным событиям диктовалось желанием остановить боевые действия и российскую агрессию.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Сергея Бакшеева является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Сергея Бакшеева политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Дата составления справки: 13.03.2026 г.
