Сидики Руслан Касемович
Руслан Сидики — анархист, гражданин России и Италии, до своего задержания проживал в Рязани. Будучи убеждённым противником российского вторжения в Украину, он, связавшись предположительно с украинскими спецслужбами, решил в одиночку вести партизанскую борьбу и устраивать диверсионные акты. В ночь на 20 июля 2023 года один из собранных Сидики беспилотников долетел до военного аэродрома «Дягилево» в Рязанской области и упал на взлётную полосу, незначительно повредив её. 11 ноября 2023 года Сидики привёл в действие установленные им самодельные взрывные устройства на железнодорожных путях участка Московской железной дороги, которые используются для снабжения группировки российских войск в Украине. В результате взрыва произошло крушение товарного поезда со сходом и повреждением электровоза и девятнадцати вагонов поезда. Руслана Сидики задержали 29 ноября 2023 года и подвергли жестоким пыткам. Его обвинили в прохождении обучения террористической деятельности, двух терактах в составе организованной группы, приготовлении к ещё одному, в двух эпизодах незаконного хранения, перевозки и ношения взрывных устройств и взрывчатых веществ, их незаконном изготовлении и приготовлении к их изготовлению. 23 мая 2025 года суд приговорил анархиста к 29 годам лишения свободы и штрафу. Вскоре после вступления приговора в законную силу в отношении Сидики в связи с теми же действиями возбудили новое уголовное дело — по обвинению в государственной измене.
Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает его признания политзаключённым.
Полное описание
По словам Руслана Сидики, 29 ноября 2023 года на выходе из подъезда дома на окраине Рязани его остановил полицейский. Сотрудник сравнил лицо Сидики с имевшимся у него фотороботом и настоятельно пригласил проехать в отдел полиции № 4 для беседы. Сидики согласился. «Я допустил пару ошибок. Был в плохом состоянии после смерти бабушки. Согласился пойти с ним, надеясь, что просто спросят и отпустят», — позже напишет он из СИЗО журналисту и правозащитнику Ивану Асташину. По утверждению ФСБ, задержание произошло 30 ноября, однако в материалах дела имеются ссылки на оперативно-розыскное мероприятие «Опрос» с участием Сидики, проведённное 29 ноября. По версии силовиков, у них были основания подозревать Сидики в причастности к взрыву на железной дороге 11 ноября 2023 года в Рязанской области, в результате которого сошёл с рельсов грузовой поезд. Задержанный был доставлен в Москву, где судья Дорогомиловского районного суда Рудакова Юлия Геннадьевна 2 декабря отправила его под стражу на два месяца.
Первоначально Сидики было предъявлено обвинение в теракте. Постепенно в деле стали появляться новые эпизоды и обвинения. Так, следствие установило, что кроме взрыва железнодорожного полотна Руслан Сидики был причастен к атаке дрона на военный аэродром «Дягилево» под Рязанью, произошедшей 20 июля 2023 года. Также его заподозрили в подготовке к новому взрыву на железной дороге, который он не успел осуществить. Арестованному были предъявлены обвинения в ещё одном эпизоде теракта, подготовке к нему, изготовлении, хранении и перевозке взрывчатых веществ и взрывных устройств организованной группой, а также приготовлении к такому изготовлению. В мае 2024 года Сидики было предъявлено наиболее тяжкое обвинение — прохождение обучения террористической деятельности. Эта статья предусматривает даже более суровое наказание, чем собственно за террористический акт, — до пожизненного лишения свободы.
Следствие по делу Руслана Сидики продолжалось более полутора лет, уголовное дело было представлено в суд в марте 2025 года.
Согласно версии обвинения, преступная организованная группа, в которой якобы принимал участие Руслан Сидики, была создана в Украине «представителями Главного управления разведки Министерства обороны Украины и других украинских вооружённых формирований (далее спецслужбы Украины)». Обвинение утверждает, а суд соглашается с этой версией, что целями организованной группы, которую образовали «спецслужбы Украины», были «дестабилизация деятельности органов власти Российской Федерации и воздействия на принятие ими решения о прекращении проведения СВО путём совершения террористических актов на территории Российской Федерации».
Руслан Сидики, «негативно относящийся к государственной власти», «желая воспрепятствовать проведению специальной военной операции на Украине», вступил в контакт с этой группой в ноябре 2022 года. После нескольких месяцев переписки Сидики выехал для встречи с этой группой в Турцию, а затем в Латвию. По версии следствия и суда, в ходе этой поездки Сидики прошёл обучение террористической деятельности. Как заявляет сам Сидики, он выехал в Турцию для встречи с представителями силовых органов Украины, прошёл там полиграф, а затем в Латвии вместе с ними он тренировался собирать, оснащать и программировать беспилотные летательные аппараты (БПЛА), изготавливать взрывчатые вещества и взрывные устройства, хотя знания об этих процессах у него были и ранее.
Вернувшись в Россию, Руслан Сидики приступил к планированию атаки на аэродром «Дягилево» Минобороны России. С мая по 19 июля 2023 года он изучал местность вокруг аэродрома, затем приобрёл различные компоненты для изготовления взрывчатых веществ и самодельного взрывного устройства (СВУ), а также БПЛА. У себя дома он изготовил взрывные устройства и оснастил ими четыре БПЛА, на один из них он также установил камеру. Все беспилотники были запрограммированы на автоматическое выполнение полётного задания. В ночь на 20 июля Сидики отвёз на велосипеде все беспилотники в район аэродрома, установил их там на сельскохозяйственном поле и привёл в боевую готовность. Однако взлетел только один из четырёх оснащённых беспилотников. Около 4 утра он долетел до «Дягилево» и взорвался. В результате взрыва никто не пострадал, техника, расположенная на аэродроме, также не пострадала, было лишь незначительно повреждено дорожное полотно аэродрома. Согласно ответам на запросы врио командующего Военно-воздушными силами РФ и командира воинской части, в результате падения БПЛА «материальный ущерб причинён не был, порядок работы аэродрома не нарушен, совершённая атака влияния на выполнение боевых задач не оказала».
Три беспилотника остались на месте, их никто не обнаружил, и 23 июля на один из БПЛА случайно наехал КАМАЗ. В результате этого наезда произошёл взрыв, у машины были повреждены две шины, а водитель «испытал страх». После этого происшествия были обнаружены и два оставшихся БПЛА. При попытке их обезвредить оба взорвались, однако в результате этого инцидента также никто не пострадал. Выйти на след человека, установившего БПЛА тогда не удалось.
После нападения на военный аэродром Руслан Сидики стал планировать свои дальнейшие действия, выбрав в качестве объекта для удара железнодорожную ветку, предназначенную для грузовых перевозок военной техники для снабжения российских войск в Украине. Конкретно был выбран участок Московской железной дороги в районе перегона «Рыбное — Блокпост 204 км». Сидики приобрёл в Рязани различные компоненты для взрывчатых веществ и СВУ и изготовил их у себя дома. В ночь на 11 ноября 2023 года он отвёз на велосипеде, и, приведя в боевую готовность, разместил их на 190 километре перегона «Рыбное — Блокпост 204 км» у 6 пикета 3 пути.
Около 7 часов утра 11 ноября 2023 года во время прохождения по этому участку грузового состава Руслан Сидики привёл заряды в действие. В результате взрыва произошло крушение поезда со сходом и повреждением электровоза и девятнадцати вагонов поезда. Машинист и его помощник получили незначительные телесные повреждения, «не повлёкшие какой-либо вред их здоровью». Движение на участке было остановлено, а разбор вагонов и ремонт путей заняли значительное время. В повреждённых вагонах находился груз — компоненты для удобрений, часть груза рассыпалась, другая стала полностью непригодной.
Как утверждает обвинение, после успешной операции на этом участке железной дороги Руслан Сидики стал планировать следующий подрыв. Якобы в этот раз в качестве цели был выбран участок железной дороги в микрорайоне «Дашки» города Рязани. Для подрыва Сидики планировал изготовить новое СВУ из ранее приобретённых компонентов. Он изучил местность, сфотографировал её и сделал видеозапись, которую отправил представителям спецслужб Украины. Как утверждает следствие, подготовить СВУ и взорвать железнодорожное полотно Сидики не смог, так как был задержан правоохранительными органами.
Руслан Сидики вину признал частично. Он не отрицал своих контактов с представителями спецслужб Украины и заявил, что хотел помочь этой стране, так как был против так называемой СВО. Также он признал, что выезжал в Турцию и Латвию в марте 2023 года. Однако, по его словам, он не проходил там обучения террористической деятельности. В Турции он прошёл тестирование на полиграфе, что было необходимо для начала сотрудничества со спецслужбами Украины. В Латвии представители Украины проверили его навыки обращения с БПЛА и взрывными устройствами, каких-либо новых знаний, навыков и умений он не приобрёл. В суде Руслан Сидики подробно рассказал, как снаряжал и программировал БПЛА для нападения на аэродром и как произвёл взрыв на железной дороге. При этом Сидики называл свои действия не террористическими актами, а диверсиями. Он утверждал, что у него не было террористического умысла, а преследовал цель затруднить военные действия России против Украины. Он знал, что военный аэродром может быть использован для ударов по Украине, включая энергетические объекты, что его особенно возмущало. «Цель была уничтожить самолёт, чтобы лишить Минобороны средств ведения военных действий», — заявил он в зале суда. Про подрыв железной дороги он заявил следующее: «Данный путь использовался для военных перевозок, цель была подорвать поезд, перевозящий военную технику». Представитель Украины, с которым контактировал Сидики, предложил ему вознаграждение в сумме 15 тысяч долларов, но тот отказался его получать, по его словам, «по соображениям безопасности». Обвинение в подготовке взрыва на участке железной дороги в микрорайоне «Дашки» Сидики не признал, объяснив своё пребывание на данном участке местности оформлением документов и организацией погребения праха его бабушки. Также он пояснил, что из обнаруженных у него дома веществ и компонентов изготовить взрывчатое вещество и СВУ было невозможно.
Руслан Сидики также заявил, что после задержания 29 ноября 2023 года в первые три дня он подвергался избиениям и пыткам электрическим током. После его задержания у силовиков не было уверенности, что перед ними именно тот человек, которого они искали. В отделе полиции его стали расспрашивать, где он был 11 ноября, Сидики пару раз запутался в ответах и этого оказалось достаточно чтобы вызвать подозрения. Дальше начались пытки, в результате которых Руслан дал признательные показания не только по делу о взрыве на железной дороге, но и по эпизоду с летней атакой на аэродром Дягилево, в котором на тот момент у следствия не было ни подозреваемых, ни каких-либо зацепок.
На стадии следствия в июле 2024 года адвокат Игорь Поповский направил в СК заявление о пытках. Кроме показаний самого Сидики применение к нему насилия доказывала справки из ИВС в Рязани и московского СИЗО-7, в которых описывались травмы, зафиксированные у заключённого при поступлении в эти учреждения. Это заявление было переадресовано из центрального аппарата СК в Рязань, где собственно и происходили пытки, и долго оставалось без ответа. В зале суда прокурор зачитал постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению подсудимого о пытках, вынесенное в декабре 2024 года. Отказ аргументировали тем, что сам Сидики в ноябре 2023 года якобы сказал, что упал при задержании, а травмы не были опасными для жизни и здоровья. В ходе адвокатского опроса Сидики объяснил это так: «Перед тем, как отвезти меня в ИВС, человек в маске спросил у меня, откуда повреждения на моём лице. После моего ответа, что это он и нанес их, он ударил меня по голове, сказав, чтобы я так больше не говорил. Затем он повторно спросил у меня, откуда повреждения на моем лице, на этот раз я ответил, что где-то ударился. Эти действия заставили меня чувствовать, что сотрудники “правоохранительных” органов могут безнаказанно пытать людей, и какие-либо заявления и жалобы лишь приведут меня к более жестоким пыткам с их стороны. По этой причине я не отвечал на вопросы в разных учреждениях о том, откуда у меня синяки и другие характерные следы на теле, хотя вид этих телесных повреждений исключает их случайность <…> в СИЗО-7 ко мне пришли на допрос люди, которые присутствовали при моих пытках в день моего задержания. С ними был государственный адвокат по фамилии Щур. После того, как адвокат покинул следственный кабинет, эти люди пригрозили мне, что в случае, если от меня будут проблемы, или мои показания, по их мнению, будут недостаточно “правдивыми”, то они меня “достанут”, где бы я ни находился, и события первых дней моего задержания повторятся вновь. Эти их слова также повлияли на то, что я боялся заявлять о пытках, и, честно говоря, я до сих пор опасаюсь за свою жизнь и здоровье [из-за угроз] со стороны этих людей, которые пытали и избивали меня после задержания».
Ещё одно постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению о пытках было вынесено следователем в октябре 2025 года, спустя почти год после поданных Сидики и адвокатом Поповским обращений в ноябре и декабре 2024 года. Отказ был аргументирован теми же основаниями, что и ранее.
Стоит отметить, что 3 июня 2025 года Центр общественных связей ФСБ опубликовал видео задержаний и допросов четверых россиян, осуждённых за сотрудничество с украинскими спецслужбами. Одним из четверых был Руслан Сидики. Судя по видео, хотя его задержание происходит в силовой манере (его валят на снег и выкручивают ему руки), никакого падения, которое могло бы привести к травмам, на видео не зафиксировано.
Именно силовым давлением, пытками и угрозами Сидики объясняет свои явку с повинной и первоначальные показания на следствии, в которых он признал, что имел террористический умысел, совершил именно террористические акции, и готовил ещё одну на железной дороге. Впоследствии от этих показаний Сидики отказался.
Следствие вёл и обвинительное заключение составил старший следователь 4 следственного отдела Управления по расследованию военных преступлений, геноцида и реабилитации нацизма ГСУ СК РФ Разгуляев В. Н. Утвердил обвинительное заключение первый заместитель Генерального прокурора РФ Разинкин Анатолий Вячеславович.
Во время процесса во 2-м Западном окружном военном суде адвокат ходатайствовал о признании Руслана Сидики военнопленным в рамках Женевской конвенции. После заседания защитник отметил, что статус военнопленного диверсанта позволил бы Сидики претендовать на обмен.
Дело Руслана Сидики рассматривал единолично судья Шишов Олег Александрович. Он пришёл к выводу, что такое ходатайство не соответствуют положениям Женевской конвенции, «поскольку подсудимый является гражданином Российской Федерации и к личному составу вооружённых формирований Украины не относится, равно как и к личному составу иных ополчений или добровольческих формирований Украины. Кроме того, данное обстоятельство не освобождает Сидики от ответственности за совершение общественно-опасных деяний, запрещённых уголовным законом, и не влияет на виновность и наказуемость за содеянное им».
Также, сославшись на постановление об отказе в возбуждении уголовного дела по заявлению Сидики о пытках, судья Шишов счёл допустимыми доказательствами явку с повинной и показания Сидики от 30 ноября 2023 года, от которых тот впоследствии отказался.
Кроме показаний самого Руслана Сидики в суд в качестве доказательств были представлены показания свидетелей, знакомых Сидики, и его переписки в соцсетях, доказывающие, что он негативно относился к «СВО», а также показания потерпевших: представителей МО РФ и сотрудников аэродрома «Дягилево», владельца автомобиля КАМАЗ, повреждённого взрывом, и его водителя Богатырёва, машинистов электровоза Тарабукина и Уньшакова, представителей РЖД, собственника повреждённых вагонов и находившегося в них груза. Также были изучены и положены в основу приговора экспертизы взрывных устройств и веществ, протоколы осмотра места происшествия и участков местности, в том числе с описанием найденного велосипеда, принадлежавшего Сидики, и его одежды, протокол обыска у Сидики, в ходе которого были изъяты его электронные устройства, а также «ёмкости с различными веществами и предметы в виде проводов, штекеров, микросхем, лампочек, шприцов, стеклянных банок, аккумуляторов, мультиметра, бытовых инструментов, метизов, клейких лент и посуды, прибор ночного видения с оголовьем к нему, нательный видеорегистратор» и другие предметы.
Суд счёл, что приготовление Руслана Сидики к новому террористическому акту на Московской железной дороге доказано его переписками с представителем силовых структур Украины по имени Александр. В ходе переписки Сидики прислал Александру карту участка дороги и сопроводил её комментарием, что взрыв железнодорожного полотна на данном участке может нарушить его работу значительнее, чем взрыв, совершённый 11 ноября на 190 километре перегона «Рыбное — Блокпост 204 км». Позднее Сидики также отправил в чат видео прохождения поезда. Руслан Сидики уверял суд, что эти рассуждения носили чисто теоретический характер, съёмку он объяснил желанием узнать, какого рода груз может находиться в подобном поезде, а находился он в том месте, как было указано выше, с целью организации похорон своей бабушки.
В итоге суд признал действия Сидики, связанные с его выездом в Турцию и Латвию в марте 2023 года, встречу с представителями силовых структур Украины и практические занятия по запуску БПЛА обучением террористической деятельности и квалифицировал их по ст. 205.3 УК РФ.
Действия Сидики по изготовлению взрывчатки и оснащению СВУ четырёх БПЛА в мае–июле 2023 года суд квалифицировал по ч. 3 ст. 223.1 («Незаконное изготовление взрывчатых веществ и взрывных устройств организованной группой»), а их хранение и перевозку к месту запуска — по ч. 4 ст. 222.1 УК РФ («Незаконное хранение, перевозка и ношение взрывчатых веществ и взрывных устройств организованной группой»). Эти же и другие действия, приведшие к взрыву на аэродроме «Дягилево» и под колёсами КАМАЗа, суд квалифицировал по п.п. «а» и «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ как террористический акт («Совершение организованной группой взрыва, устрашающего население и создающего опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти и воздействия на принятие ими решений, повлекший причинение значительного ущерба»).
Действия Сидики, связанные с изготовлением, установкой и приведением в действие взрывных устройств на железной дороге 11 ноября 2023 года, суд квалифицировал по тем же статьям: ч. 3 ст. 223.1, ч. 4 ст. 222.1 и п. «а» и «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ (по этой статье помимо причинения значительного имущественного ущерба, было вменено также «наступление иных тяжких последствий»).
Наконец, переписку Сидики с Александром об участке железной дороги в районе микрорайона «Дашки» и хранение им дома компонентов, из которых, по версии обвинения, можно было изготовить взрывчатку, суд оценил как приготовление к «незаконному изготовлению взрывчатого вещества и взрывного устройства организованной группой» (ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 223.1 УК РФ) и приготовление к террористическому акту (ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ). По всем вменённым составам преступлений суд вменил квалифицирующий признак «совершённые организованной группой».
В своём последнем слове в суде Руслан Сидики заявил: «Сожалею, что мои действия подвергли опасности [Александра] Богатырёва, [Сергея] Тарабукина, [Дмитрия] Уньшакова. Они не являлись целью, и я рад, что это не привело к серьёзному вреду здоровью. Моей целью была военная техника России и логистические цепочки, которые используются для перемещения военной техники и топлива к ней. Таким образом я хотел затруднить ведение боевых действий против Украины. Разумеется, любой хлопок или новость о подрыве может испугать кого-то. Точно так же, как и пролёт ракет над домами и начало боевых действий несут в себе устрашение населения страны, против которой эти действия ведутся. Я не раз говорил, что у меня не было намерения целенаправленно запугивать кого-либо. Цели я выбирал сам. Стоянка военных самолётов была мной атакована с целью уничтожения военных самолетов. Подрыв поезда — с целью выведения из строя железнодорожного пути, на котором я обнаружил движение военной техники. Хотел бы отметить, что я вёл наблюдение за движением поезда на пути, который я подорвал, и убедился, что на нём отсутствует движение пассажирских составов. Для дополнительной гарантии я имел визуальный контакт. Если бы мне была безразлична жизнь людей, я бы мог пустить поезд под откос без прямого участия. К попытке изготовить новое взрывное устройство и подорвать ещё один поезд я никакого отношения не имею <…> Невозможность мирным способом повлиять на действия властей и уголовное преследование людей, несогласных с этим, приводит к тому, что кто-то уедет из страны, а кто-то решится принять какие-либо действия. В любом случае, независимо от тяжести деяния, применение пыток при допросе недопустимо, если мы живем в правовом государстве. Пытать током и избивать связанного человека — крайне низкий поступок. Здесь ответственность ложится не только на того, кто применял данные методы допроса, но и на того, кто знает, и на того, кто не реагирует и помогает скрыть. И напоследок я зачитаю фрагмент стишка Нестора Махно: “Пускай схоронят нас сейчас, Но наша суть не канет в лету, Она воспрянет в нужный час и победит, я верю в это”».
23 мая 2025 года суд приговорил Руслана Сидики к лишению свободы:
- по ст. 205.3 УК РФ — на 18 лет с ограничением свободы на 1 год;
В связи с эпизодом атаки на военный аэродром в июле 2023 года: - по ч. 3 ст. 223.1 УК РФ — на 8 лет со штрафом 500 тысяч рублей;
по ч. 4 ст. 222.1 УК РФ — на 7 лет со штрафом 300 тысяч рублей; - по п. «а», «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ — на 12 лет c ограничением свободы на 1 год;
В связи с эпизодом взрыва на Московской железной дороге 11 ноября 2023 года: - ч. 3 ст. 223.1 УК РФ — на 10 лет со штрафом 600 тысяч рублей;
- по ч. 4 ст. 222.1 УК РФ — на 9 лет со штрафом 500 тысяч рублей;
- по п. «а», «в» ч. 2 ст. 205 УК РФ — на 13 лет c ограничением свободы на 1 год;
В связи с эпизодом приготовления к взрыву на железной дороге в Рязани: - по ч. 1 ст. 30, ч. 3 ст. 223.1 УК РФ — на 5 лет со штрафом 250 тысяч рублей;
- по ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 205 УК РФ — на 6 лет с ограничением свободы на 1 год.
Путём частичного сложения наказаний по совокупности преступлений Сидики было назначено окончательное наказание в виде лишения свободы на срок 29 лет, из которых первые 9 лет он должен провести в тюрьме, а остальные 20 — в исправительной колонии строгого режима, со штрафом в размере 2 миллиона рублей и ограничением свободы на 2 года после освобождения.
В качестве обстоятельств, смягчающих наказание, суд признал явку с повинной и «активное способствование раскрытию и расследованию преступлений».
Также осуждённый должен будет выплатить компенсацию морального вреда потерпевшим: водителю «КАМАЗА» и машинистам электровоза, а также по гражданским искам потерпевших о возмещении имущественного ущерба — физических и юридических лиц — на общую сумму чуть менее 56 миллионов рублей. Суд постановил конфисковать в доход государства денежные средства Сидики в криптовалюте на его счёте на бирже Binance.
В суде первой инстанции обвинение поддерживали: старший прокурор 2 отдела управления государственных обвинителей Главного уголовно-судебного управления Генеральной прокуратуры РФ Карпова Галина Владимировна и начальник отдела государственных обвинителей уголовно-судебного управления Прокуратуры Рязанской области Маторин Борис Викторович.
Приговор был обжалован как стороной защиты, так и стороной обвинения. 1 июля 2026 года судья Апелляционного военного суда Солин Анатолий Валентинович оставил приговор без изменения.
В апелляционном суде Сидики повторил, что его пытали током после задержания, из-за чего он оговорил себя и подписал пустые листы протоколов. Также он заявил, что не считает свои действия терактами, устрашающими общество, а рассматривает их как диверсии против военных объектов.
Защиту Руслана Сидики осуществляли адвокаты Поповский Игорь Олегович и Альдаев Александр Александрович (в суде апелляционной инстанции).
В начале сентября 2026 года стало известно, что в отношении Сидики возбудили новое уголовное дело. Его обвинили в государственной измене в форме «оказания иной помощи иностранному государству, иностранной организации, их представителям в деятельности, направленной против безопасности РФ». Такой помощью следствие посчитало всё те же действия, за которые Сидики уже был осуждён, — атаку на военный аэродром и подрыв железнодорожных путей.
Признаки политической мотивации дела
Контекст уголовного дела
24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Таким образом, мотивы действий Сидики были правомерными и направленными на содействие реализации норм международного права.
Неправомерность применения антитеррористического законодательства
В описанном контексте необоснованным представляется утверждение обвинения, что представители Главного управления разведки Министерства обороны Украины и других «украинских вооружённых формирований», названные в приговоре «спецслужбы Украины», предположительно имевшие отношение к вменённым Сидики действиям, объединились в преступную организованную группу с целью проведения террористических актов на территории России. Целью вооружённых сил страны, подвергшейся агрессии, её силовых органов, включая Главное управление разведки, является прежде всего отражение вооружённой агрессии, лишение противника способности продолжать нападение и вести боевые действия. Именно на это, а не на совершение терактов и были направлены действия Руслана Сидики, координировавшиеся и направлявшиеся, как утверждается, представителями Главного управления разведки Министерства обороны Украины, действовавшими в интересах государства Украина, ведущего законную оборонительную войну.
Защита Руслана Сидики и он сам совершенно правомерно указывают, что его действия не имели признаков терроризма и были направлены на объекты либо военного, либо двойного назначения одной из воюющих сторон.
Террористический акт — это преступление, которое предполагает прямой умысел. Теракт имеет цель устрашить население и в результате оказать влияние на органы власти. Руслан Сидики совершал нападения на военный аэродром и используемую для перевозки военных грузов железнодорожную ветку с иными целями, а именно с целью уничтожить военную технику.
Диспозиция ч. 1 ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями».
Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие:
- устрашение населения;
- создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий;
- наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения.
Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как теракта необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. Также важно учитывать, что теракт — это преступление, которое предполагает прямой умысел субъекта, поэтому все признаки объективной стороны преступления должны охватываться его умыслом.
При этом, согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 № 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учётом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)».
Руслан Сидики не нападал на гражданские объекты, где могло бы находиться гражданское население, с целью его напугать или подвергнуть опасности гибели. В приговоре бездоказательно указано, что в результате действий Сидики «было запугано население, создана опасность гибели потерпевших Богатырёва, Тарабукина, Уньшакова и иных лиц». Однако ни эти факты запугивания и реальной угрозы гибели, ни нацеленность умысла Сидики именно на запугивание и убийство населения, не были доказаны в суде.
Естественно предполагать, что всякие военные действия способны вызвать страх у населения и грозят ему гибелью. Так, 10 октября 2025 года Управление Верховного комиссара ООН по правам человека сообщило, что с начала полномасштабного вторжения России в Украину на территории этой страны убиты как минимум 14 383 и ранено 37 540 гражданских лиц. Управление по правам человека уточнило, что полные потери мирного населения, скорее всего, значительно выше, особенно в таких городах как Мариуполь, Лисичанск, Попасная и Северодонецк, где шли интенсивные боевые действия. От военных действий бежало, спасая свои жизни, как минимум 14,3 миллиона граждан Украины, из них 6,3 миллиона выехали за пределы страны. Неизбежные в ходе вооружённого противостояния ответные атаки Украины по объектам военного и двойного назначения на территории России также приводят к разрушениям и жертвам среди гражданского населения. Мы полагаем, что именно на ослабление возможности России вести агрессивную войну против Украины, влекущую за собой в конечном счёте разрушительные последствия для населения обоих государств, и был направлен умысел Руслана Сидики.
Нацеленность умысла Руслана Сидики на нанесение военного ущерба России, а не на устрашение населения и создание опасности гибели людей, подтверждается не только его заявлениями в зале суда, но и всеми его действиями — выбором объектов, средств и времени нападения. Руслан Сидики снарядил дроны, запрограммированные на нападение на военный аэродром и повреждение военной техники. Мощность зарядов была небольшой — при попадании по технике, СВУ могли бы её повредить, но на бетонной проезжей части, куда реально попал дрон, от взрыва была лишь небольшая воронка, ущерб от которой даже не имел финансовой оценки. Запрограммированное время взлёта беспилотников — 4 утра, когда по расчётам Сидики на аэродроме не должно было быть персонала.
Подрыв КАМАЗа Сидики вовсе не планировал, повреждение машины произошло из-за наезда на один из невзлетевших БПЛА. В результате этого наезда у автомобиля разорвало две шины, а расходы на их замену составили около 64 тысяч рублей.
Если бы Руслан Сидики имел умысел на совершение террористического акта, устрашающего население и создающего опасность гибели людей, объектом для нападения было бы логично выбрать гражданский, а не военный аэродром, гражданский, а не военный поезд. Однако для второго нападения он выбирает железнодорожную ветку, которая, по его убеждению, предназначена для движения грузовых поездов и военных грузов. Заложив 11 ноября 2023 года взрывное устройство на пути, он не покидает место, а остаётся на расстоянии визуального контакта и производит взрыв только убедившись, что поезд, который он подрывает — товарный. Руслан Сидики в суде заявил, что он планировал подорвать пути после того, как по нему проследует локомотив с машинистами, но немного не рассчитал время прохождения и произвёл взрыв раньше запланированного. Однако даже и в этом случае, локомотив существенно не пострадал, он не сошёл с рельсов, а поездная бригада не получила серьёзных травм, вред здоровью людей не был нанесён. Основной удар, как и планировал Сидики, пришёлся на груз, который он считал предназначенным для военных целей. В суд не было представлено доказательств, что подрыв товарных вагонов на отдалённой железнодорожной ветке вне населённого пункта мог вызвать и вызвал массовый страх людей за свою жизнь, здоровье и имущество. Страх, испытанный Богатырёвым (водитель КАМАЗа), Тарабукиным и Уньшаковым (поездная бригада электровоза), нельзя считать устрашением населения в целом.
Руслан Сидики и его защита утверждали, что его действия правильно было бы квалифицировать по ст. 281 УК РФ («Диверсия»), а именно — совершение взрыва, направленного на разрушение или повреждение предприятий, сооружений, объектов транспортной инфраструктуры и пр., если эти действия совершены в целях подрыва экономической безопасности и (или) обороноспособности Российской Федерации. Однако мы сомневаемся в обоснованности такой квалификации. Нам представляется, что действия Сидики не преследовали целей «подрыва экономической безопасности и (или) обороноспособности Российской Федерации». Согласно п.66 «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года целями обеспечения экономической безопасности Российской Федерации являются «укрепление экономического суверенитета страны, повышение конкурентоспособности российской экономики и её устойчивости к воздействию внешних и внутренних угроз, создание условий для экономического роста Российской Федерации, темпы которого будут выше мировых». Совершенно очевидно, что российская военная агрессия против Украины, повлёкшая экономические санкции со стороны международного сообщества, а также рост военных расходов и сопутствующие экономические проблемы, в значительно большей степени снижает качество и уровень жизни граждан России, ставит под угрозу стабильность российской экономики и экономический рост в стране, чем действия Сидики, ставшие основанием для его уголовного преследования.
В Федеральном законе РФ от 31.05.1996 N 61-ФЗ «Об обороне» (в редакции от 07.07.2025) под обороной понимается «система политических, экономических, военных, социальных, правовых и иных мер по подготовке к вооружённой защите и вооружённая защита Российской Федерации, целостности и неприкосновенности её территории». Как мы указывали выше, Сидики пытался помочь Украине в отражении вооружённой агрессии и причинить ущерб наступательному, а не оборонительному потенциалу РФ. По сути это косвенно подтверждают и сторона обвинения, и суд, указывая, что Сидики желал «воспрепятствовать проведению специальной военной операции на Украине».
Именно о таком умысле заявляет Руслан Сидики, его же, на наш взгляд, подтверждают свидетели, рассказывающие о его неприятии войны, решениях органов государственной власти РФ о начале полномасштабной агрессии и её продолжении. С умыслом помешать войне и «подорвать» военные возможности России Руслан Сидики предположительно вступил в контакт с представителями вооружённых сил и силовых структур Украины. Такой умысел подтверждает и выбор объектов атак, время, средства нападения, а также реально наступившие последствия. В результате действий Сидики повреждения получили военные объекты, транспорт и транспортная инфраструктура.
При таких обстоятельствах более обоснованной нам представляется квалификация действий Руслана Сидики по атаке на военный аэродром «Дягилево» и повреждение КАМАЗА вследствие наезда на БПЛА со взрывчаткой по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества путём взрыва или иным общеопасным способом»). Максимально возможная санкция по этой статье составляет 5 лет лишения свободы. Действия по подрыву железнодорожного полотна участка Московской железной дороги могли быть квалифицированы по ч. 4 ст. 267 УК РФ («Разрушение, повреждение или приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние транспортного средства, путей сообщения, повлекшие причинение крупного ущерба»), максимальная санкция по которой составляет 4 года лишения свободы за оконченное деяние, а уголовная ответственность за приготовление к нему (которое он якобы совершал в отношении участка железной дороги в Рязани) отсутствует, поскольку это преступление относится к категории средней тяжести.
Что касается тренировок, по снаряжению взрывными устройствами, программированию и управлению БПЛА, которые Руслан Сидики, как утверждает следствие, проходил под руководством представителя ВС Украины, то их, по нашему убеждению, нельзя считать обучением терроризму. По этой статье обвинения Сидики получил самый большой срок лишения свободы — 18 лет.
Ст. 205.3. УК РФ («Прохождение обучения в целях осуществления террористической деятельности») имеет следующую диспозицию: «прохождение лицом обучения, заведомо для обучающегося проводимого в целях осуществления террористической деятельности либо совершения одного из преступлений, предусмотренных статьями 205.1, 206, 208, 211, 277, 278, 279, 360 и 361 настоящего Кодекса, в том числе приобретение знаний, практических умений и навыков в ходе занятий по физической и психологической подготовке, при изучении способов совершения указанных преступлений, правил обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми, отравляющими, а также иными веществами и предметами, представляющими опасность для окружающих». Если Руслан Сидики и проходил обучение — что сам он отрицает, заявляя, что знания об изготовлении СВУ и управлении БПЛА у него были и ранее — то это было обучение не терроризму, а военным действиям или диверсиям, нацеленным на нанесение ущерба вооружённым силам РФ.
Даже ст. 281 УК РФ («Диверсия»), по которой гипотетически можно было бы оценить действия Сидики в российском тылу, не входит в перечень статей, перечисленных в ст. 205.3 УК РФ. Ничто не говорит о том, что он планировал совершать такие преступления, как захват заложника, организация незаконного вооружённого формирования, угон воздушного судна, насильственный захват власти и пр., он не проходил обучения с такими целями.
Таким образом, статья, по которой Руслану Сидики назначено наиболее суровое наказание — «обучение террористической деятельности» — неприменима для квалификации его действий, равно как необоснованной является квалификация по статьям о совершении террористического акта и приготовлении к нему.
Мы полагаем, что государство выбрало для оценки действий Руслана Сидики террористические статьи УК с целью назначить ему максимально суровое наказание для запугивания общества и других потенциальных участников сопротивления правящему режиму. Также это делается в пропагандистских целях для маркировки в общественном сознании партизанских действий, в действительности направленных против военной мощи государства-агрессора негативным ярлыком «терроризм», который априори направлен против мирного населения.
Обвинение по статье о госизмене
Мы не усматриваем в действиях Руслана Сидики и состава преступления, предусмотренного ст. 275 УК РФ — государственная измена в форме «оказания иной помощи иностранному государству, иностранной организации, их представителям в деятельности, направленной против безопасности РФ». Одним из обязательных признаков этого деяния, подлежащим доказыванию, является направленность деятельности, в которой оказывается помощь, против безопасности Российской Федерации, а также прямой умысел обвиняемого на совершение преступления. Мы считаем, как уже указывали выше, что умысел Руслана Сидики был направлен на помощь Украине в отражении вооружённой агрессии и причинение ущерба наступательному, а не оборонительному потенциалу РФ. Такие действия не могут рассматриваться как направленные против безопасности РФ, что следует даже из российского законодательства. Напротив, согласно нему преступлением является, напротив, развязывание агрессии — ст. 353 УК РФ предусматривает уголовную ответственность за «планирование, подготовку, развязывание и ведение агрессивной войны», то есть квалифицирует такие действия как преступление.
Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии». Из этого определения никак не следует, что к сфере национальных интересов России относится ведение агрессивных войн против других государств. Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — полномасштабного вторжения в эту страну в конце февраля 2022 года, действиями именно властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц во всех регионах страны.
Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.
Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.
При этом суверенитет Российской Федерации, её независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.
Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная её властями против Украины, и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года, в то время как действия Руслана Сидики были направлены на противодействие этим угрозам и не подрывали безопасность РФ.
Мы приходим к выводу, что действия Руслана Сидики, направленные в условиях кровопролитной войны против вооружённых сил и транспортной инфраструктуры страны-агрессора, не могут быть квалифицированы как терроризм или государственная измена. Они должны получить свою обоснованную правовую оценку только с учётом контекста, мотивов и реальных последствий его действий.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Руслана Сидики имеет признаки политической мотивации и направлено на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Уголовное преследование и лишение свободы были в существенной части применены к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» требует прекращения преследования Руслана Сидики по ст. 205 УК РФ, ст. 205.3 УК РФ, 275 УК РФ , пересмотра его уголовного дела справедливым судом, в том числе с учётом применимых международно-правовых стандартов, а также объективного расследования его заявлений о пытках.
Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле:
5 сентября 2024 года. The Insider. «Из-за того, что я кричал, мне засунули тряпку в рот». Задержанный за диверсию на железной дороге анархист Руслан Сидики рассказал о пытках
26 февраля 2025 года. Коммерсантъ. Удобрения пустили под откос. Завершено дело о терактах гражданина России и Италии
22 апреля 2025 года. The Insider. Охота на партизан. Как ФСБ и МВД вычисляют российских диверсантов, пускающих под откос поезда
20 мая 2025 года. Медиазона. «Я себя сравнивал с партизанами Второй мировой, когда они поезда под откос пускали». Допрос анархиста Руслана Сидики в военном суде
23 мая 2025 года. Медиазона. «Пытать током и избивать связанного человека — крайне низкий поступок». Последнее слово Руслана Сидики, которому грозит 30 лет заключения
23 января 2026 года. The Insider. Анархисту Руслану Сидики, осуждённому на 29 лет за диверсию, отказали в возбуждении дела против полицейских, которые его пытали
2 июля 2026 года. DOXA. Руслану Сидики утвердили приговор в 29 лет заключения
Дата составления справки: 26.10.2026 г.