Неправомерность обвинений по ст. 208 УК РФ в участии в Батальоне им. Номана Челебиджихана
Контекст появления уголовных дел
На январь 2026 года нам известно о более чем 40 обвинительных приговорах по ч. 2 ст. 208 УК РФ против граждан, якобы причастных к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана, — это число включает только фигурантов, которые находятся в местах лишения свободы. Сколько дел такого рода возбуждено против людей, находящихся в настоящий момент на подконтрольной Украине территории, сказать сложно. Однако периодически появляются сообщения об обысках на оккупированных территориях у родственников граждан Украины по уголовным делам, возбуждённым по указанной статье, а также о том, что суды в Крыму выносят по ней заочные обвинительные приговоры. Подавляющее большинство арестованных и осуждённых по делам, связанным с деятельностью Батальона имени Номана Челебиджихана, — крымские татары (рассмотренные нами дела против них можно найти по ссылке).
По версии российского ФСБ, члены этого объединения принимали участие в так называемой гражданской продовольственной блокаде Крыма, которая была организована в конце 2015 года на образовавшейся после оккупации полуострова границе между ним и материковой частью территории Украины. Кроме того, в приговоре одному из фигурантов, Осману Кадырову, суд без ссылок на какие-либо источники утверждает, что Батальон владеет различными видами оружия и его целью является «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации». В качестве единственного примера такой деятельности суд приводит подрыв его членами опор линий электропередач, идущих в Крым из других регионов Украины (об этом эпизоде будет подробнее рассказано ниже).
В сентябре 2015 года народный депутат Украины Мустафа Джемилев, председатель Меджлиса крымскотатарского народа, народный депутат Украины Рефат Чубаров и вице-президент Всемирного конгресса крымских татар, предприниматель Ленур Ислямов на пресс-конференции в Киеве объявили о старте инициативы по организации гражданской блокады Крыма и выдвинули политические требования к властям Российской Федерации. Среди этих требований было освобождение украинских и крымскотатарских активистов, задержанных российскими властями, таких как Надежда Савченко, Олег Сенцов, Ахтем Чийгоз, Мустафа Дегерменджи и других, прекращение преследования крымских татар, создание свободных условий для работы в Крыму украинских СМИ и иностранных журналистов, а также снятие запрета на въезд в Крым для лидеров крымскотатарского народа.
Одновременно Ленур Ислямов заявил о создании Батальона имени Номана Челебиджихана. Конечной целью этого добровольческого объединения, по словам Ислямова, было участие в освобождении Крыма от российских захватчиков. Однако на начальном этапе участники Батальона активно включились в прямые действия на границе с Крымом по обеспечению продовольственной блокады.
Эта блокада началась как гражданская инициатива и представляла собой действия активистов по недопущению грузового транспорта для пересечения образовавшейся после захвата полуострова «границы» и торговли с предприятиями в оккупированном Крыму. Однако уже 23 ноября 2015 года президент Украины Пётр Порошенко обратился к правительству страны с предложением изучить вопрос о прекращении грузового транспортного сообщения и товарооборота с Крымом. В тот же день премьер-министр Украины Арсений Яценюк созвал внеочередное заседание правительства, на котором рассматривались вопросы энергообеспечения, а также поставок продовольствия в Крым, и в итоге правительство Украины временно запретило перемещение грузовых потоков через границу с Крымом.
16 декабря 2015 года правительство Украины приняло решение о запрете поставок работ, товаров и услуг в Крым и из Крыма. Действие постановления не распространялось на поставку из Крыма в Украину товаров, имеющих стратегическое значение для отраслей экономики и безопасности государства, при подтверждении Министерства экономического развития и торговли, а также на ввоз в Крым гуманитарной помощи, поставляемой международными гуманитарными организациями в соответствии с перечнем, утверждённым Министерством социальной политики.
Соответственно, блокада Крыма как гражданская инициатива осуществлялась непродолжительный период времени с сентября по декабрь 2015 года, после чего ситуация и правила пересечения границы уже регулировались властями Украины. Батальон имени Номана Челебиджихана получил известность именно благодаря своему активному участию в блокаде Крыма на этом первом этапе. При этом позднее участники Батальона (а точнее — созданного на его основе и официально зарегистрированного Общественного объединения «Аскер») осуществляли совместное с Погранслужбой Украины патрулирование границы и пунктов пропуска.
Базировался Батальон на границе материковой Украины с Крымом в посёлке Чонгар. Некоторые источники, прежде всего российские, указывают, что на начало 2016 года в нём насчитывалось до 250 участников, он принимал участие в диверсионных действиях в Донбассе, а содействие ему оказывали власти Турции. Однако каких-либо доказательств достоверности этой информации на данный момент нет, как нет и достойной доверия информации о вооружении участников объединения (в том числе мы не считаем убедительным голословное утверждение об этом вооружении, содержащееся в приговоре Осману Кадырову). Вообще упоминания о деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана после окончания гражданской блокады Крыма практически отсутствуют.
Таким образом, насколько можно судить на основании более или менее подтверждённой информации, Батальон имени Номана Челебиджихана, известный с 2015 года, — это не столько вооружённое формирование, сколько, по сути, общественное объединение (вероятно, парамилитарного характера), которое в течение короткого времени действовало на границе с Крымом — самостоятельно, однако с ведома государственных властей Украины и во взаимодействии с ними. Позднее оно было зарегистрировано как Общественное объединение «Аскер».
При этом 1 июня 2022 года Верховный суд РФ удовлетворил иск Генеральной прокуратуры о признании «Крымскотатарского добровольческого батальона им. Номана Челебиджихана» террористической организацией и запрете его деятельности на территории РФ.
В ноябре 2023 года Рефат Чубаров сообщил, что «на базе роты имени Номана Челебиджихана, бойцы которой закалились в боях под Бахмутом, формируется особый штурмовой батальон». Новое подразделение в течение некоторого времени носило название 48-й отдельный штурмовой батальон им. Номана Челебиджихана и входило в состав Сил территориальной обороны. Позднее оно было переведено в состав Сухопутных войск ВСУ. Весной 2025 года подразделение было реорганизовано. На его новом сайте не упоминается ни имя Номана Челебиджихана, ни крымские татары, ни Ленур Ислямов, изменена также эмблема подразделения.
Несмотря на то, что у истоков как общественного объединения, так и одноимённого (в течение некоторого времени) военного подразделения ВСУ стоял Ленур Ислямов, между ними нет тождества. В отличие от подразделения ВСУ, Батальон имени Номана Челебиджихана, действовавший в 2015–2016 годах на административной границе с Крымом, по сути представлял собой отдельное общественное объединение, не являвшееся частью государственных структур. Он не являлся официальным воинским формированием и не входил в состав ВСУ. Тем самым, достоверных оснований считать их одной и той же структурой не имеется.
Большинство известных нам лиц, преследуемых по ч. 2 ст. 208 УК РФ за участие в деятельности этого объединения, обвиняются исключительно в том, что они находились в месте расположения Батальона на границе с Крымом в 2015-2017 годах, выполняли хозяйственные задачи, охрану, досмотр транспортных средств, осуществляли снабжение и строили жильё. Насколько нам известно, никто из них не обвиняется в участии в реальных боевых действиях или диверсиях, за исключением основателя этого образования Ленура Ислямова, который 10 декабря 2020 года был заочно приговорён Верховным судом Крыма к 19 годам лишения свободы в колонии строгого режима. Ислямова обвинили в создании вооружённого формирования, не предусмотренного законом (ч. 1 ст. 208 УК РФ), в совершении диверсии организованной группой с причинением значительного имущественного ущерба (п.п. «а», «б» ч. 2 ст. 281 УК РФ), а также в шести эпизодах публичных призывов к осуществлению действий, направленных на нарушение территориальной целостности России, с использованием средств массовой информации (ч. 2 ст. 280.1 УК РФ). Диверсия, в осуществлении которой был признан виновным Ислямов, заключалась в подрыве линий электроснабжения, в результате которой была приостановлена подача электричества в Крым.
Эта диверсия — единственный пример якобы противоправной деятельности Батальона и его попыток «насильственного изменения основ конституционного строя и нарушения целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы», направленной на отторжение «из состава Российской Федерации» аннексированного Крыма.
Таким образом, в распоряжении российских властей отсутствуют надлежащие доказательства того, что Батальон как организация участвовал в диверсиях или вооружённой борьбе. Единственное судебное решение, в котором такие действия фигурируют, — это приговор Ислямову, вынесенный в условиях отсутствия независимости и прозрачности судом, учреждённым на территории незаконно аннексированного Крыма. При этом, согласно принципу индивидуальной уголовной ответственности, сам факт осуждения Ислямова не может служить основанием для автоматического обвинения всех бывших участников Батальона в аналогичных действиях. Более того, в российских источниках практически нет упоминаний о какой-либо активности Батальона после завершения гражданской блокады Крыма в конце 2015 года.
Необоснованность применения ст. 208 УК РФ к участникам Батальона имени Номана Челебиджихана
Наш опыт рассмотрения подобного рода дел свидетельствует об общем низком уровне доказывания в делах по обвинению в участии в Батальоне имени Номана Челебиджихана. Зачастую основными доказательствами становятся показания «серийных» и тайных свидетелей, дающих их под копирку, сомнительные опознания и ролики из Интернета, на которых до сих пор не обнаруживался ни один из осуждённых. Пример такого рода уголовного дела, о котором известно немного больше, — дело Ленура Халилова. Ознакомиться с этим уголовным делом, как и с другими делами по обвинению в участии в Батальоне имени Номана Челебиджихана, можно на нашем сайте. С нарастанием волны арестов и приговоров свидетельствовать друг против друга всё чаще стали односельчане или родственники, задержанные на новых оккупированных территориях или в Крыму.
При этом, вне зависимости от доказанности факта причастности конкретного фигуранта к Батальона имени Номана Челебиджихана, мы заявляем о недопустимости применения ст. 208 УК РФ ко всем реальным или предполагаемым участникам этого объединения в принципе. В уже упоминавшемся выше приговоре Осману Кадырову указывается, что Батальон не входит в структуру Министерства обороны, Министерства внутренних дел или Национальной гвардии Украины и не имеет правовых оснований функционирования на территории страны. Однако мы считаем, что, несмотря на то, что создание Батальона не было закреплено законодательно, а добровольческому объединению не был присвоен номер воинской части, его деятельность в Украине нельзя считать нелегальной, поскольку государство, будучи на протяжении длительного времени осведомлённым о наличии этого объединения и его активной деятельности, не предпринимало никаких мер к её прекращению. В любом случае, оформление статуса добровольческого батальона, действующего на территории Украины, является внутренним делом этого государства. Смысл ст. 208 УК РФ предполагает наказание за участие в антигосударственном вооружённом формировании, действующем вопреки законодательству того государства, на территории которого оно образовано. Это очевидно не применимо к деятельности Батальона имени Номана Челебиджихана, чья деятельность не только не пресекалась украинским государством, но и имела ярко выраженную проукраинскую и патриотическую окраску. Следствие не предоставило никаких доказательств нарушения законодательства Украины при создании и деятельности Батальона.
Также стоит критически отнестись к тому, что, по утверждению следствия, деятельность Батальона имени Номана Челебиджихана имела цели, противоречащие интересам Российской Федерации. С нашей точки зрения, аннексия Крыма, а также прямое вооружённое вмешательство России в конфликт на востоке Украины, очевидно противоречащие международному законодательству и обязательствам России, повлекли прямые негативные последствия для многих сфер жизни страны. Следствием агрессивных действий, предпринятых руководством Российской Федерации по отношению к Украине, стали многочисленные человеческие жертвы, военные преступления, преступления против личности и собственности на оккупированных территориях. Долговременные негативные последствия преступных решений руководства РФ, связанные с вооружённой агрессией против Украины начиная с 2014 года, позволяют охарактеризовать именно эти действия как противоречащие интересам Российской Федерации. В то же время, меры по противодействию агрессивной внешней политике нынешнего руководства Российской Федерации можно расценивать как направленные на её благо.
Кроме того, утверждение суда в приговоре Кадырову о том, что целью Батальона являлось «насильственное изменение основ конституционного строя и нарушение территориальной целостности Российской Федерации, в том числе путём осуществления вооружённой борьбы, направленной на отторжение Республики Крым из состава Российской Федерации», представляется абсурдным и юридически несостоятельным. Согласно международному праву, Крым является оккупированной территорией Украины, а не частью Российской Федерации. Таким образом, никакие действия, направленные на прекращение оккупации и восстановление контроля Украины над своей территорией, не могут рассматриваться как посягательство на территориальную целостность России, поскольку речь идёт не об «отторжении» её региона, а о восстановлении международно признанных границ Украины. Следовательно, попытка квалифицировать деятельность Батальона как незаконную только на этом основании не выдерживает критики.
Кроме того, необходимо учитывать тот факт, что Батальон имени Номана Челебиджихана был образован крымскими татарами для защиты права жить на своей исторической родине в том государстве, гражданами которого они в большинстве своём являлись. Все предпринимаемые ими для этого действия, во-первых, имели своей целью защиту прав, гарантированных Конституцией Украины, а во-вторых, совершались на территории Украины и имели последствия также для территории Украины — Крыма, но никак не России.
Незаконность применения российского законодательства на оккупированных территориях
Общие незаконность и необоснованность преследований крымских татар (вне зависимости от того, являются ли они гражданами Украины или России) по ст. 208 УК РФ в связи с обвинениями их в участии в Батальоне им. Номана Челебиджихана усугубляются применением УК РФ на оккупированных территориях и использованием в репрессивных целях подконтрольных России судов, организованных на этих территориях.
12 октября 2022 года Генеральная ассамблея ООН осудила попытки аннексии Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины. Соответствующую резолюцию поддержали 143 из 193 государств — членов ООН. Против были только 5, включая Россию. На настоящий момент территории Украины, находящиеся под фактическим контролем Российской Федерации, являются оккупированными территориями.
Такая квалификация ситуации соответствует определению режима оккупации в международном гуманитарном праве (принятая в Гааге 18 октября 1907 года Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, Положение о законах и обычаях сухопутной войны, ст. 42), а также практике международных судов (ICTY, Prosecutor v. Mladen Naletilic and Vinko Martinovic, IT-98-34-T, Trial Chamber, Judgment of: March 31, 2003, para. 217; Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), Judgment, I.C.J. Reports 2005, p. 168, para 173).
В связи с этим Россия как оккупирующая держава обязана соблюдать Женевскую конвенцию о защите гражданского населения во время войны (далее — ЖК IV), а также нормы обычного гуманитарного права, регулирующие режим оккупации, в частности, содержащиеся в Положении о законах и обычаях сухопутной войны.
В соответствии с международным гуманитарным правом, Россия ограничена в своих законодательных и административных полномочиях. Согласно положениям ЖК IV и нормам обычного гуманитарного права, администрирование оккупированной территории должно осуществляться местными органами, действовавшими на момент начала оккупации, а рассмотрение дел по обвинению в нарушении уголовного законодательства уполномочены осуществлять местные суды. Несмотря на то, что оккупирующая держава может создавать отдельные органы и военные суды с целью более эффективного администрирования территории, она не вправе ни при каких обстоятельствах попросту устранять действовавшую ранее систему органов власти и заменять её новой без наличия на то веских оснований (ЖК IV, ст. 64).
Аналогичным образом Россия не вправе целиком отменять действовавшее на момент начала оккупации уголовное законодательство и заменять его своим. Ограниченные законодательные полномочия предоставлены оккупирующей державе лишь с целью изменения законодательства, применение которого угрожает безопасности или препятствует имплементации международного гуманитарного права, а также для более эффективного администрирования оккупированной территории.Уголовное преследование крымских татар, проживающих на оккупированных территориях Украины, в соответствии с законодательством оккупирующей державы, т. е. Российской Федерации, рассмотрение уголовных дел в незаконно учреждённых на оккупированных территориях судах, вывоз осуждённых для отбывания наказания в регионы Российской Федерации — всё это представляет собой грубое нарушение положений ЖК IV.