Алексея Григорьева посадили на 20 лет за антивоенную позицию. Мы публикуем историю, рассказанную его бабушкой

Наш подписчик Илья Ктырёв прислал нам текст, рассказывающий о судьбе Алексея Григорьева. Мы публикуем его с минимальной редактурой и корректурой. Если вы тоже хотите рассказать историю о ком-то из малоизвестных политзаключенных, пишите в наш бот.

7 февраля этого года Центральный окружной военный суд в Екатеринбурге приговорил 27-летнего жителя Новотроицка Алексея Григорьева к 20 годам лишения свободы по делу о подготовке теракта и госизмене. До своего заключения молодой человек открыто заявлял о своем неприятии войны, за что он подвергся угрозам и пыткам в изоляторе. Алексей считает, что дело против него стало результатом провокации ФСБ. Об Алексее и его взглядах со слов бабушки политзаключенного подробно написал наш подписчик.

Бабушка в одиночку воспитывала Алексея и всячески его загружала, чтобы он не привыкал лениться. Юноша не тратил время на гулянки, потому что всегда находил время на более полезные дела для себя и для единственного по-настоящему близкого человека, его бабушки. Он не имел вредных привычек, занимался спортом и много читал, занимался самообразованием. 

Когда-то Алексей был верующим и хотел стать военным. Сразу после школы он пытался поступить в рязанское военное десантное училище, но не прошёл по конкурсу — ему не хватило нескольких баллов. После этого он добровольно пошёл в армию в 2016 году. Когда он вернулся домой через год, выяснилось, что его взгляды изменились. Григорьев начал читать Маркса, Энгельса, Кропоткина и Бакунина. Своей бабушке он рассказывал, что считает себя левым анархистом. 

Уже учась в машиностроительном колледже и работая в ломбарде, Алексей начал участвовать в протестной деятельности. Например, он выступал на митинге в поддержку рабочих машзавода в Орске, которым месяцами не выплачивали зарплаты, из-за чего одна женщина повесилась прямо на работе, так как не могла прокормить детей.

Война застала его на третьем курсе учебы. Григорьев очень переживал из-за гибели людей не только из-за того, что после армии стал противником любого кровопролития, но и потому, что его корни идут из Украины. Помимо этого Алексей жертвовал деньги украинской организации, которая помогала российским солдатам сдаваться в плен. Подробно свою позицию он обозначил в последнем слове на суде:

«Война — это грязь, кровь и дерьмо.

Когда мы прекратим перекладывать ответственность на других и начнём сами решать свои проблемы? Неужели мы хотим, чтобы нас ненавидели наши потомки? Что мешает нам прекратить эту войну?! Тюрьма у человека в голове, а не там, где я нахожусь. Находясь на свободе, мы сами себя посадили в тюрьму. Наша тюрьма — это наши страхи.

Я обращаюсь к российскому народу. Пожалуйста, прекратите это безумие, сделайте всё, чтобы остановить эту войну! Хватит ждать и надеяться на кого-то. Чем больше мы ждем — тем больше людей погибнет! Ожидание — это убийство. Перестаньте убивать людей!»

По сообщениям слушателей, судья несколько раз пытался остановить Григорьева и просил это сделать его адвоката, но Алексей не останавливался.

Бабушка политзаключенного очень много рассказала о том, насколько добрый человек ее внук. Он никогда не дрался и никого не обижал. Поскольку его бабушка является инвалидом II группы, Алексей следил, чтобы она успевала принимать дорогостоящие лекарства, которые он сам покупал. Сам делал уколы, чтобы бабушка могла ходить. Всегда и везде сопровождал её, потому она страдает головокружением. Также во время сна у нее останавливалось дыхание, из-за чего она могла умереть, поэтому он чутко спал и прислушивался, следя за дыханием своего единственного родного человека. Если оно останавливалось, он её будил. Помимо этого, Алексей за свои деньги купил дорогую стиральную машину, очки и большой вентилятор, потому что у бабушки из-за давления поднималась температура.

В застенки Григорьев просил присылать ему не еду, а книги. Он читал их сам и давал другим — по словам Алексея, среди его сокамерников много хороших людей, которые тоже сели за свои оппозиционные взгляды. Но помимо этого ему пришлось столкнуться с пытками и угрозами расправы над его бабушкой со стороны администрации СИЗО-1 города Оренбурга. Из-за этого в телефонных разговорах он просил её стараться не выходить из квартиры и никому не открывать дверь. Адвокат политзаключенного подтвердил, что его подзащитного многократно избивали. Также Григорьева угрожали убить. Всё это подтвердил его сокамерник. На суде Алексей также об этом заявлял, на что судья угрожал, что за клевету добавит ему еще несколько лет.

Когда в Берлине был марш в защиту политзаключенных, в первых рядах кто-то нёс портрет Алексея Григорьева. Его бабушка считает, что вырастила достойного человека и гордится своим внуком.