Политзаключённую журналистку Нику Новак сразу после 3 месяцев в ПКТ отправили в ШИЗО

Группа поддержки журналистки сообщила, что Нику сразу после отбытия 3 месяцев в помещении камерного типа (ПКТ) отправили на 15 суток в ШИЗО. Это произошло 20 мая. Что именно стало поводом для штрафного изолятора неизвестно — цензор вымарал целых 8 строк письма, оставив только скобку-улыбку в конце.

«Хотела я тут порадоваться – вчера наконец-то заменили кран в камере, сегодня принесли бачок с питьевой водой. А потом раз – и приезжает пом. Прокурора. Ну вот ничего не могут сделать от чистого сердца. Может потому что сердце не совсем такое», — написала Ника.

Недавно Новак внезапно узнала, что в колонии №11 «Бозой», где она отбывает срок, якобы подаётся горячее водоснабжение.

«И вот смотрю на кран – а где? И почему тогда мы, девочки, подмываемся [слово вымарано, но понятно по смыслу, что ледяной – прим. Группы поддержки] водой, а я постоянно то циститом мучаюсь, то молочницей от переохлаждения, ножки в [слово «ледяной» снова вымарано] воде моем, а потом парацетомол и порошки пьем – болеем. Где условия из ответа? [далее 15 строк письма жирно вымараны цензором]», — поделилась политзаключённая.

Кроме того, Ника рассказала, что в суде по делу провокаторши Анжелики, где Новак ранее выступала в качестве свидетеля, «наша “милая девочка”» не признает вину в избиении одной из осуждённых.

«Признавала, признавала, а тут раз – и нет. Но тут в чем дело – видео же есть, а в соответствии с законом его обязаны хранить до вынесения судебного решения, при любом раскладе. А если не сохранили, насколько я помню, иная ответственность. А если не сохранили, то почему? Прямо-таки история с моей гематомой – странно, но куда-то пропало фото с ней. [далее 4 строки вымараны]. А еще очень любопытны “двойные стандарты”, одних периодически “тюкают” напоминаниями о преступлениях, других, совершивших более серьезные “поступки” чуть не превозносят [вымараны ещё полторы строки]», — рассказала Ника.

Журналистку Нику Новак в 2024 году приговорили к четырём годам колонии якобы за «сотрудничество с иностранной организацией на конфиденциальной основе». В заключении она уже трижды объявляла голодовку: в августе — из-за наказания после жалоб на условия, в сентябре — из-за блокирования писем, в октябре — из-за пыточных условий в колонии Иркутской области, а в ноябре — из-за продолжающихся провокаций со стороны соседки по камере (Анжелики).