Мы считаем политзаключёнными украинских военнопленных из батальона «Айдар»
18 бойцов и служащих ВСУ, в том числе двух женщин, судят по статьям об участии в террористической организации и попытке насильственного захвата власти
Правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», руководствуясь международными критериями, считает Игоря Гайоху, Виталия Грузинова, Владислава Ермолинского, Семёна Забайрачного, Сергея Калинченко, Владимира Макаренко, Романа Недоступу, Сергея Никитюка, Тараса Радченко, Александра Таранца, Николая Чуприну, Вячеслава Байдюка, Виталия Крохалёва, Евгения Пятигорца, Дмитрия Федченко, Андрея Шолика, Марину Мищенко и Лилию Прутян политзаключёнными. Всех их преследуют по статьям об участии в деятельности террористической организации и насильственном захвате власти, а часть из них – ещё по статье об обучении террористической деятельности.
Их уголовное преследование нарушает право на справедливое судебное разбирательство, а также Женевскую конвенцию об обращении с военнопленными. Мы требуем прекратить уголовное преследование военнопленных, расследовать их заявления о пытках и привлечь виновных к ответственности.
![](https://memopzk.org/wp-content/uploads/2024/07/aidar-3.png)
В чём суть дела военнопленных из батальона «Айдар»?
Все фигуранты уголовного дела в 2019 – 2022 году служили на разных должностях в 24-м отдельном штурмовом батальоне «Айдар». Этот батальон ВСУ создали в 2015 году на базе одноимённого добровольческого формирования. Большинство подсудимых задержали российские военные и силы «ДНР» в марте-апреле 2022 года, вскоре после начала полномасштабного вторжения России в Украину. До июля 2023 года военнопленных из батальона «Айдар» содержали под стражей в «ДНР» и, вероятно, пытали. Затем после аннексии «ДНР» Россией их доставили в Ростов-на-Дону и предъявили обвинения по УК РФ.
Семерых фигурантов — Байдюка, Крохалёва, Мищенко, Прутян, Пятигорца, Федченко и Шолика — судят только по двум статьям: об участии в деятельности террористической организации (ч. 2 ст. 205.5 УК РФ) и насильственном захвате власти (ст. 278 УК РФ). Им грозит до 30 лет лишения свободы.
Ещё одиннадцать человек — Гайоху, Грузинова, Ермолинского, Забайрачного, Калинченко, Макаренко, Недоступу, Никитюка, Радченко, Таранца и Чуприну — обвиняют также в прохождении обучения в целях осуществления террористической деятельности (ст. 205.3 УК РФ). Им грозит пожизненное лишение свободы.
С июля 2023 года уголовное дело рассматривает Южный окружной военный суд.
Почему мы считаем политзаключёнными военных из «Айдара»?
Всех обвиняемых судят не за конкретные военные преступления, а за сам факт прохождения службы в ВСУ. Это грубо нарушает положения Женевской конвенции, запрещающей преследовать военнопленных исключительно за их участие в вооружённом конфликте.
Кроме того, преследование военных 24-го отдельного штурмового батальона ВСУ по террористическим статьям неправомерно даже формально. Решение «Верховного суда ДНР» о признании батальона «Айдар» террористическим принято в 2016 году и относится не к подразделению ВСУ, а к добровольческому батальону, который был расформирован в 2015 году. Решение Южного окружного военного суда России об объявлении «Айдара» террористическим сообществом вынесено в сентябре 2023 года, уже после задержания обвиняемых, и не может иметь обратной силы.
Обвинение по статье о насильственном захвате власти незаконно и абсурдно, поскольку сама «ДНР» появилась в 2014 году в результате вооружённого захвата власти на части территории Украины при прямой поддержке РФ. Участие бойцов добровольческого батальона «Айдар» или одноимённого 24-го отдельного штурмового батальона ВСУ в боевых действиях по восстановлению конституционного порядка на территории Украины и отражению российской военной агрессии легитимно согласно украинскому и международному праву.
В этом уголовном деле нет события и состава преступления. Это показательный процесс над военнослужащими ВСУ, которые в рядах украинских вооружённых сил участвовали в отражении российской агрессии.
Подробнее описание дела и позиция правозащитного проекта изложены в нашей справке.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Как помочь?
На нашем сайте вы можете сделать пожертвование для помощи всем политзаключённым в России.