Статья УК:
Участие в деятельности организации, которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической.
Наказывается лишением свободы на срок от 10 до 20 лет со штрафом в размере до 500 тысяч рублей либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период до трех лет либо без такового.
Государственная измена
Артём Анохин — сотрудник ФСИН, кинолог и водитель Воронежского СИЗО-1 в специальном звании прапорщика внутренней службы. Его приговорили к 20 годам лишения свободы по шести статьям УК РФ, включая госизмену, за взаимодействие с Легионом «Свобода России», в который он, по версии обвинения, вступил, отправив анкету в мессенджере. По поручению представителей Легиона он якобы собрал взрывное устройство и два устройства для сбрасывания военных эшелонов с рельсов, а кроме того изготовил листовки и передал собеседникам в мессенджере служебную информацию.
Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает его признания политзаключённым.
По версии следствия, Артём Анохин, проходивший службу в ФКУ СИЗО-1 УФСИН России по Воронежской области водителем, в звании прапорщика внутренней службы, был «не согласен с внутренней и внешней политикой РФ, включая проведение СВО». 18 сентября 2022 года он «инициировал в мессенджере Telegram контакт с представителями украинского объединения «Легион „Свобода России“». В ходе переписки Анохин дал согласие на вступление в организацию, представил свои анкетные данные, а также заполнил и отправил анкету кандидата.
С ним связался представитель Легиона под аккаунтом «В…». Анохину прислали инструкции — «литературу по изготовлению самодельных взрывных устройств». В ходе переписки Анохин сначала отказался от предложения участвовать в какой-либо активной деятельности напрямую, пояснив это тем, что «не хотел, чтобы погибли люди». Тем не менее, как утверждают следствие и суд, через год, в ноябре 2023 года мужчина, «использовав инструкции, присланные кураторами, изготовил самодельное взрывное устройство на основе полимерного шприца и бездымного пороха» с зарядом взрывчатого вещества массой 1,2 г, сфотографировал его и отправил снимок своим собеседникам в мессенджере. Это устройство Анохин хранил у себя дома, оно было обнаружено при его обыске перед задержанием.
Как утверждает следствие, с ноября 2023 года взаимодействие Анохина с ЛСР стало регулярным и приобрело характер совместной деятельности в составе организованной группы.
Затем, в начале января 2024 года, согласно версии обвинения, по заданию своих собеседников Анохин изготовил около 50 листовок с информацией якобы от имени администрации города о предстоящих ракетных ударах по местам массового скопления граждан в Воронеже. Собеседники поручили ему разместить эти листовки в тайнике на ул. Матросова в Воронеже для их дальнейшего распространения. Из этого тайника их впоследствии забрал и распространил свидетель по делу Иван Максимов.
В феврале 2024 года, как следует из материалов дела, в частности, из показаний самого Ивана Максимова, последний поджёг релейный шкаф. После этого поджога Артём Анохин получил от своего собеседника в мессенджере поручение «прибыть на место происшествия (остановочная платформа ОП 239 км), произвести визуальный осмотр и фотофиксацию повреждений, после чего переслать отчёт кураторам». Он выполнил это поручение 9 февраля 2024 года.
В апреле 2024 года Анохину было поручено сфотографировать на мобильный телефон схемы оповещения личного состава отдела охраны СИЗО и передать эти сведения представителям «Легиона». Анохин, работая в СИЗО, имел доступ к этим сведениям и, находясь на дежурстве, тайно сфотографировал их на телефон и отправил собеседникам. Схемы оповещения сотрудников содержали порядок сбора сотрудников СИЗО при объявлении тревоги и персональные данные сотрудников. Схемы оповещения личного состава — это служебные документы УФСИН, которые определяют порядок сбора сотрудников следственного изолятора при объявлении различных сигналов тревоги. По заключению экспертизы, такая информация, будучи передана иностранным представителям, могла нанести вред безопасности РФ.
В ноябре 2024 года Анохин якобы дал согласие на выполнение нового задания. Для осуществления крушения железнодорожного состава — воинского эшелона, ему было поручено пройти обучение: изучить чертежи устройств принудительного сброса с рельсов колёс железнодорожного подвижного состава («колёсосбрасывателей»), правила работы с взрывчатыми веществами и БПЛА, изготовить указанные устройства и совершить диверсию в Лискинском районе Воронежской области.
В январе 2025 года у Анохина поменялся «куратор»: если раньше он общался с неким «В.», то теперь поручения ему давал представитель «с учётной записью “К.”». Он якобы предложил Анохину денежное вознаграждение за подрыв воинского эшелона, однако в дальнейшем эта тема в материалах дела теряется, а роль Анохина сводится лишь к изготовлению устройств.
21 января Анохин получил указание перевезти одно из двух изготовленных им устройств-«колёсосбрасывателей» в тайник на улице 3-го Интернационала и передать координаты места своему собеседнику в мессенджере. 21 января он отнёс устройство в тайник на улице Матросова, на следующий день, по требованию собеседников перенёс его в другой тайник, на улицу Интернационала, откуда его изъяли сотрудники ФСБ 24 января 2025 года. Второе устройство Анохин оставил в своем гараже, откуда его изъяли в тот же день при проведении обыска. 24 января 2025 года Анохин был задержан.
Ему предъявили обвинение по ст. 275 УК РФ («Государственная измена»), ч. 2 ст. 205.5 УК РФ («Участие в деятельности организации, которая в соответствии с законодательством Российской Федерации признана террористической»), ст. 281.2 УК РФ («Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности»), ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 281 УК РФ («Приготовление к диверсии, совершённое организованной группой»), ч. 3 ст. 223.1 УК РФ («Незаконное изготовление взрывного устройства, совершённое организованной группой») и ч. 4 ст. 222.1 УК РФ («Незаконное хранение взрывного устройства, совершённое организованной группой с использованием сети “Интернет”»).
Дело поступило в суд для рассмотрения по существу 21 ноября 2025 года. В судебном заседании Артём Анохин вину в содеянном признал полностью, заявил о раскаянии, однако от дачи показаний отказался, воспользовавшись положениями ст. 51 Конституции РФ. Были оглашены его показания на предварительном следствии, из которых следовало, что «решение о вступлении в Легион он принял после начала СВО, а также после изучения публикаций статей в сети “Интернет”, связанных с ней, от чего он стал испытывать негативное отношение к её проведению, и как следствие к государственным органам РФ и её президенту, в связи с чем принял решение помочь Украине, вступив в Легион».
Помимо признательных показаний Анохина на предварительном следствии суд положил в основу обвинительного приговора показания свидетелей, результаты оперативно-розыскных мероприятий и экспертные заключения. Как указано выше, в жилище Анохина было обнаружено СВУ на базе полимерного шприца с зарядом бездымного пороха, которое эксперты посчитали пригодным для совершения взрыва, в гараже и тайнике были изъяты два металлических «колёсосбрасывателя». Согласно заключению специалиста, изготовленные Анохиным устройства были признаны «соответствующими характеристикам штатных изделий “КСБ-Р” и способны вызвать принудительный сход поезда с рельсов».
При осмотре мобильного телефона Анохина были обнаружены переписки с кураторами под псевдонимами «В…» и «К…», содержащие инструкции, чертежи и отчёты о выполненных заданиях, включая фотографии схем оповещения сотрудников СИЗО. На изъятом системном блоке компьютера найдены файлы с чертежами взрывных устройств и история браузера с запросами о характеристиках рельсов и железнодорожных колес. Кроме того, к делу были приобщены данные биллинга, записи камер видеонаблюдения в районе тайников. На одном из изъятых «колесосбрасывателей» был обнаружен биологический материал, происхождение которого от Анохина также было подтверждено заключением экспертизы.
Суд признал отягчающим обстоятельством совершение преступлений в период мобилизации, «поскольку деятельность Анохина была направлена на противодействие целям СВО и объявленной в связи с этим мобилизации».
В качестве смягчающих обстоятельств суд признал активное способствование раскрытию и расследованию преступлений, признание вины, раскаяние в содеянном, явку с повинной по эпизоду незаконного изготовления самодельного взрывного устройства.
Кроме того, при назначении наказания суд учёл, что Анохин ранее не судим, впервые привлекается к уголовной ответственности, положительно характеризуется, а также его возраст, состояние здоровья, трудоспособность, имущественное положение, поведение после совершения преступлений и условия жизни его и его родственников.
С учётом всех этих обстоятельств 18 декабря 2025 года судья 2-го Западного окружного военного суда Иванов Максим Николаевич, рассмотрев дело единолично с участием государственного обвинителя — старшего прокурора отдела управления прокуратуры Воронежской области советника юстиции Мозгалёва Максима Юрьевича, приговорил Артёма Анохина:
Окончательно, путём частичного сложения наказаний, суд приговорил Артёма Анохина к 20 годам лишения свободы с отбыванием первых 4 лет в тюрьме, а оставшегося срока — в колонии строгого режима, со штрафом в размере 1 миллион рублей, с лишением специального звания и с ограничением свободы сроком на 2 года после освобождения.
Приговор был обжалован стороной обвинения за мягкостью наказания. 20 мая 2026 года Апелляционный военный суд с участием судьи Пересады Александра Николаевича оставил приговор без изменения.
Защиту Артёма Анохина осуществлял адвокат по назначению Лернер Игорь Моисеевич.
11 марта 2025 года Артём Анохин был включён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Признаки политической мотивации дела
Обвинение в участии в деятельности террористической организации
Артём Анохин был обвинён в участии в деятельности «террористической организации», это обусловлено тем, что он якобы отправил заполненную анкету своим собеседникам в мессенджере и выполнял в Воронеже задания представителей ЛСР. Это обвинение опирается на признание Легиона «Свобода России» террористической организацией в России. Это решение, которое вынес 16 марта 2023 года судья Верховного суда РФ Олег Нефёдов по заявлению Генпрокурора России Игоря Краснова, мы считаем необоснованным и незаконным как по процессуальным, так и материальным (содержательным) основаниям. Легиона «Свобода России» — подразделение украинских вооружённых сил, участвующее в отражении российской агрессии. Согласно международному праву, человек не может привлекаться к уголовной ответственности за сам факт участия в боевых действиях. Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом. Подробнее о нашей позиции можно почитать здесь.
Кроме того, даже если рассматривать действия в качестве декларации вступления в некое объединение, речь не идёт о подразделении ВСУ, которое фактически и было объявлено террористической организацией Верховным судом России. Мы исходим из того, что вступление в официальную армейскую структуру происходит по определённой регламентированной процедуре (вероятнее всего, требующей личного присутствия и подписи), а никак не посредством переписки в мессенджерах. При этом даже если какие-то лица присоединялись к структурам, аффилированным с Легионом «Свобода России», в силу незаконности и необоснованности этого решения ВС РФ их действия не могут рассматриваться как участие в деятельности террористической организации в смысле ст. 205.5 УК РФ.
Обвинение по ст. 275 УК РФ
Артёму Анохину вменены два состава преступления «государственная измена». Суд не указывает, за какие конкретные действия вменён каждый из них, однако, анализируя материалы дела, мы предполагаем, что состав оказания «иной помощи иностранному государству или его представителям» вменён за изготовление и хранение самодельного взрывного устройства в ноябре 2023 года, изготовление и передачу через тайник листовок с дезинформацией о планируемых ракетных атаках на Воронеж в январе 2024 года, фотофиксацию повреждений релейного шкафа на железной дороге и отправку фото «представителю ЛСР», а также за изготовление и хранение устройств («колёсосбрасывателей») для подготовки диверсии на железной дороге в Лискинском районе в отношении воинского эшелона в январе 2025 года.
Полностью диспозиция первого из составов госизмены, вменённых Анохину, звучит как «оказание иной помощи иностранному государству, иностранной организации и их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». Таким образом, обязательным признаком этого состава преступления, подлежащим доказыванию, является направленность против безопасности РФ деятельности, в осуществлении которой обвиняемый оказывает помощь. Субъективная сторона этого состава преступления характеризуется прямым умыслом.
Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».
Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в эту страну, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами.
Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.
Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.
При этом суверенитет Российской Федерации, её независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.
2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Мы полагаем, что Артём Анохин совершал вменённые ему действия, преследуя цель подорвать военный наступательный потенциал РФ, и тем самым ослабить возможность ведения агрессивной войны против Украины — войны, которая, как указано выше, и является подлинной причиной возникновения угрозы национальной безопасности России. В своих показаниях на предварительном следствии Анохин говорил, что испытывал негативное отношение к «СВО», в связи с чем решил помочь Украине путём вступления в Легион «Свобода России». На наш взгляд, желание помочь жертве агрессии не может трактоваться как намерение причинить ущерб безопасности России. Поэтому мы полагаем, что в действиях Анохина отсутствует умысел на совершение государственной измены в форме «оказания иной помощи иностранному государству и его представителям».
При оценке обоснованности вменения Анохину государственной измены в форме шпионажа, необходимо учитывать, что суд не конкретизировал какие именно действия, образующие состав шпионажа и указанные в ст. 276 УК РФ, совершил Анохин. Это обстоятельство само по себе свидетельствует о нарушении права на справедливый суд, поскольку ограничивает право обвиняемого эффективно защищаться от предъявленного ему обвинения. Как предусмотрено в п. 1, 3 ч. 1 ст. 47 УПК РФ, «обвиняемый вправе знать в чём он обвиняется» и возражать против обвинения. Суд указал, что собранные и переданные Анохиным сведения (фото схемы оповещения личного состава отдела охраны СИЗО) направлены «против органов уголовно-исполнительной системы Российской Федерации». Эта формулировка даёт основания предположить, что Анохину вменили шпионаж в форме «собирания, хранения для передачи и передаче сведений которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации, совершённые в условиях вооружённого конфликта, военных действий или иных действий с применением вооружения и военной техники с участием Российской Федерации».
Стоит также отметить, что вменённая Анохину форма шпионажа появилась в Уголовном кодексе РФ на основании Федерального закона № 260-ФЗ от 14 июля 2022 года, подписанного Владимиром Путиным через несколько месяцев после начала полномасштабного вторжения в Украину. Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации были продиктованы запросами военного времени и создали новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России. Диспозиция внесённого в ст. 276 УК РФ состава шпионажа, который инкриминировали Анохину, не отличается достаточной правовой определённостью, что способствует расширительному толкованию правовой нормы. Непонятно, что относится к «иным действиям с использованием вооружения и военной техники с участием Российской Федерации». В отличие от иных форм шпионажа, который подразумевают преступную деятельность, направленную против безопасности Российской Федерации, инкриминируемый Анохину состав преступления криминализирует «передачу, собирание в целях передачи противнику сведений, которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации». На практике такая формулировка создаёт возможность для уголовного преследования за действия, которые не привели к наступлению общественно опасных последствий, а лишь создали некую гипотетическую возможность их наступления. Крайне сомнительно, что схемы оповещения личного состава отдела охраны СИЗО, не принимающего участия в военных действиях, могут интерпретироваться подобным образом, что ставит под сомнение обоснованность привлечения Анохина к уголовной ответственности по этой форме государственной измены.
Шпионаж признаётся преступлением практически во всех государствах, однако его чрезмерно расширительный состав и толкование в правоприменительной практике позволяют российскому государству использовать обвинение в совершении этого особо тяжкого преступления в качестве репрессивного инструмента в отношении несогласных с политикой правящего режима и развязанной им агрессивной войной.
Обвинение в приготовлении к диверсии, незаконном изготовлении и хранении взрывных устройств (ч. 1 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 281 УК РФ, ч. 3 ст. 223.1 УК РФ и ч. 4 ст. 222.1 УК РФ)
Можно предположить, что Артём Анохин действительно изготовил СВУ и два устройства для организации крушения воинского эшелона. Одно из них, по версии обвинения, он положил в тайник, два других хранил у себя дома и в гараже, причём взрывное устройство – на протяжении длительного времени, что может подтверждать его слова о нежелании причинять вред людям.
Заметим дополнительно, что обвинение и суд указали объект, относительно которого Анохин совершил приготовление к диверсии: колёсосбрасыватели были изготовлены, а затем один из них положен в тайник для осуществления сброса с рельсов колёс железнодорожного подвижного состава — воинского эшелона в районе остановочного пункта 718 км перегона Евдаково — Сагуны на территории Лискинского района Воронежской области. Как утверждает обвинение, именно такое задание было дано мужчине его собеседниками в мессенджере и обнаружено в его переписке. При этом, вменяя мужчине ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, обвинение утверждает, что Анохин являлся участником Легиона «Свобода России», являющегося, как было указано выше, украинским военным подразделением. Следовательно в некотором смысле, если принять логику обвинения и суда, то воинский эшелон противника являлся для Легиона и его участников легитимной целью. Согласно выводам суда, приготовление к диверсии было совершено в целях «подрыва обороноспособности Российской Федерации». Эта цель, согласно диспозиции ч. 1 ст. 281 УК РФ, является обязательным признаком состава преступления. Мы сомневаемся, что умысел Анохина был направлен на достижение цели подрыва обороноспособности РФ. В Федеральном законе РФ от 31.05.1996 N 61-ФЗ «Об обороне» под ней понимается «система политических, экономических, военных, социальных, правовых и иных мер по подготовке к вооружённой защите и вооружённая защита Российской Федерации, целостности и неприкосновенности её территории». Как указывает суд, целью диверсии было «нарушение снабжения Вооружённых Сил РФ, принимающих участие в проведении СВО». Исходя из этой фабулы обвинения, очевидно, что умысел Анохина был направлен на подрыв не обороноспособности РФ, а её наступательного потенциала, используемого в агрессивной войне против Украины, тем более учитывая выбранное место для атаки, расположенное на приграничной территории, и цель, которую постулирует суд — нарушение снабжения российской оккупационной группировки войск в Украине. Вследствие этого мы считаем, что статья о диверсии вменена Артёму Анохину необоснованно.
Обвинение в прохождении обучения диверсионной деятельности
По ст. 281.2 УК РФ, как прохождение обучения диверсионной деятельности, следствие и суд квалифицировали «действия Анохина, который в период времени с ноября 2023 года по 24 января 2025 года, для совершения противоправных действий, направленных на совершение диверсии и незаконное изготовление взрывных устройств, путём переписки в мессенджере “Telegram” с представителями Легиона и просмотра в сети “Интернет” обучающих материалов, получил необходимые теоретические знания о правилах обращения с взрывчатыми веществами и взрывными устройствами, беспилотными летательными аппаратами, способах изготовления колесосбрасывателя, в том числе чертежи специального устройства – колёсосбрасывателя КСБ-Р, методические материалы по осуществлению диверсионной деятельности, в том числе мерах конспирации, противодействия правоохранительным органам, а также практические умения в осуществлении указанных действий, суд квалифицирует как прохождение обучения, заведомо для обучающегося проводимого в целях совершения преступления, предусмотренного ст. 281 УК РФ, в том числе приобретение знаний, практических умений при изучении способов совершения указанных преступлений, правил обращения с взрывными устройствами, иными предметами, представляющими опасность для окружающих».
Эта оценка представляется нам неверной. Во-первых, прохождение обучения, на наш взгляд предполагает субъекта обучения, обучающего, и хотя бы минимальную институализацию процесса. Просмотр видеороликов и изучение литературы у себя дома к таковому обучению отнести невозможно.
Во-вторых, нам представляется неверным искусственное выделение обучения из собственно подготовки к деянию, квалифицированному как приготовление к диверсии. При признании преступления оконченным, подготовка к нему (такая как тестирование, тренировки, приобретение компонентов, изучение сайтов в Интернете) должна охватываться составом этого преступления, а не создавать отдельный состав. Тем не менее, в правоприменении по преступлениям о действиях террористической и диверсионной направленности сложилась парадоксальная ситуация, при которой приготовление к совершению деяния (в форме самообучения каким-либо навыкам) может наказываться строже, чем само деяние. Так, Артём Анохин за приготовление к диверсии приговорён к 9 годам лишения свободы, а за прохождение обучения в целях совершения диверсии — к 16 годам. Это является явным нарушением принципа справедливости наказания и его целей, закреплённых в ст. 6, 43 УК РФ.
Мы полагаем, что действия Артёма Анохина по подготовке к диверсии, если таковые и имели место, являлись неотъемлемой частью самого деяния и не должны наказываться по отдельной статье, поскольку фактически это является формой повторного наказания за совершение одних и тех же деяний. В то же время неочевидна и квалификация действий Анохина по статье о диверсии в силу причин, изложенных выше.
Не отрицая потенциальной общественной опасности некоторых действий Анохина, необходимо ещё раз подчеркнуть что им двигал антивоенный мотив и порыв инициативно помочь стране, против которой осуществляется военная агрессия. Такая позиция существенно снижает, на наш взгляд, общественную опасность совершённого. Следует также отметить, что если бы Россия не развязала войну против соседнего государства, то и деяния, вменённые Артёму Анохину, были бы просто невозможны.
Об Артёме Анохине известно, что он работал в СИЗО кинологом, а когда собаку списали по возрасту, он забрал её домой и остался работать в СИЗО водителем. На его попечении находится мать-пенсионерка с пенсией в размере 15 тысяч рублей, из которых 7 тысяч уходят на коммунальные расходы. Двадцатилетний срок лишения свободы и штраф в размере одного миллиона рублей для человека, находящегося в такой жизненной ситуации, при учёте, что от его действий никто не пострадал, безусловно, является актом мести государства за противодействие агрессивной войне и направлен на устрашение в России всех несогласных с этой войной.
Как пишут волонтёры, из-за того, что Анохин являлся сотрудником ФСИН, администрация СИЗО, где он содержался, могла воспринимать его как «предателя», в связи с чем для него были созданы особо строгие условия содержания: он был лишён свиданий, передач, его переписка с матерью была затруднена. Благодаря усилиям волонтёров, были собраны средства на посещения Артёма Анохина в СИЗО адвокатом.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» находит, что уголовное дело против Артёма Анохина имеет признаки политической мотивации, направлено на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т. е. на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы с большой вероятностью было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» требует прекращения уголовного преследования Артёма Анохина по статьям о государственной измене, участии в деятельности террористической организации и прохождении обучения в целях осуществления диверсионной деятельности деятельности и пересмотра его уголовного дела по другим статьям справедливым судом, в том числе с учётом применимых международно-правовых стандартов.
Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
18 декабря 2025 года. Прокуратура Воронежской области. В г.Воронеже вынесен приговор по уголовному делу о государственной измене и подготовке диверсии
Дата составления справки: 01.09.2026 г.
