Полное описание
Как утверждает проект Politzek.org, 20-летнего Владислава Бугаря, жителя села Орлянка оккупированной части Запорожской области, похитили 24 июля 2024 года российские силовики. 17 января 2025 года против него возбудили дело о финансировании терроризма. По версии обвинения, молодой человек в том же январе 2025 года «находясь на территории Запорожской области, с помощью банковского онлайн-сервиса неоднократно переводил средства на банковские счета одной из украинских военизированных националистических организаций». Следственный комитет в своём пресс-релизе уточнил, что Бугарь переводил деньги «Азову» и совершил несколько переводов на сумму 5 тысяч гривен (11 751 рублей). На видеокадрах допроса, о которых пишут провластные СМИ, Бугарь после задержания признаёт, что действительно перечислял эти средства. Силовики утверждают, что вину молодой человек признал.
Дело поступило в суд 26 марта 2025 года. 10 июля 2025 года судья Южного окружного военного суда Черепов Олег Александрович, рассмотрев дело единолично, с участием представителя прокуратуры Слепченко Олега Викторовича, приговорил Владислава Бугаря к 9 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшегося срока — в колонии строгого режима.
Защиту Владислава Бугаря осуществляла адвокат Серёгина Ирина Викторовна. Приговор был обжалован стороной защиты.
2 декабря 2025 года судья Апелляционного военного суда Ноговицын Андрей Анатольевич оставил приговор без изменения, а апелляционную жалобу — без рассмотрения.
3 декабря 2025 года Владислав Бугарь был включён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Основания признания политзаключённым
Контекст уголовного дела
24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Таким образом, с точки зрения и международного, и российского права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Обвинение в финансировании терроризма по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ
Обвинение Владислава Бугаря в финансировании терроризма по ч. 1.1. ст. 205.1 УК РФ строится на признании Верховным судом РФ украинского воинского подразделения «Азов» террористической организацией. Не располагая материалами уголовного дела, мы не знаем какие доказательства предоставило обвинение в обоснование вины Бугаря. Однако даже в том случае, если молодой человек действительно имел своей целью оказать помощь именно «Азову» и переводил на его нужды денежные средства, он не должен подвергаться за это преследованию, поскольку это подразделение признано в России террористической организацией незаконно и необоснованно как по процессуальным, так и по материальным (содержательным) основаниям. Фактически одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и участием в военных действиях, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. Подробно с нашей позицией можно ознакомиться на нашем сайте.
Поскольку признание «Азова» террористической организацией является незаконным, незаконно и любое преследование на этом основании, в том числе преследование Владислава Бугаря, обвиняемого в финансировании терроризма за предполагаемый денежный перевод этому формированию.
Незаконность преследования граждан Украины на оккупированных территориях по российскому УК
Не считая вменяемые Владиславу Бугарю действия криминальными, поскольку речь идёт о финансировании не террористической организации, а законной деятельности подразделения украинских вооружённых сил, мы дополнительно полагаем незаконным само уголовное преследование гражданина Украины, проживавшего в Запорожской области, по российскому Уголовному кодексу.
12 октября 2022 года Генеральная ассамблея ООН осудила попытки аннексии Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины. Соответствующую резолюцию поддержали 143 из 193 государств — членов ООН. Против были только 5, включая Россию. На настоящий момент территории Украины, находящиеся под фактическим контролем Российской Федерации, являются оккупированными территориями.
Такая квалификация ситуации соответствует определению режима оккупации в международном гуманитарном праве (принятая в Гааге 18 октября 1907 года Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, Положение о законах и обычаях сухопутной войны, ст. 42), а также практике международных судов (ICTY, Prosecutor v. Mladen Naletilic and Vinko Martinovic, IT-98-34-T, Trial Chamber, Judgment of: March 31, 2003, para. 217; Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), Judgment, I.C.J. Reports 2005, p. 168, para 173).
В связи с этим Россия как оккупирующая держава обязана соблюдать Женевскую конвенцию о защите гражданского населения во время войны (далее — ЖК IV), а также нормы обычного гуманитарного права, регулирующие режим оккупации, в частности, содержащиеся в Положении о законах и обычаях сухопутной войны.
В соответствии с международным гуманитарным правом, Россия ограничена в своих законодательных и административных полномочиях. Согласно положениям ЖК IV и нормам обычного гуманитарного права, администрирование оккупированной территории должно осуществляться местными органами, действовавшими на момент начала оккупации, а рассмотрение дел по обвинению в нарушении уголовного законодательства уполномочены осуществлять местные суды. Несмотря на то, что оккупирующая держава может создавать отдельные органы и военные суды с целью более эффективного администрирования территории, она не вправе ни при каких обстоятельствах попросту устранять действовавшую ранее систему органов власти и заменять её новой без наличия на то веских оснований (ЖК IV, ст. 64). Это означает, что по общему правилу российские суды, включая Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону, не могут рассматривать дела в отношении жителей оккупированных территорий.
Аналогичным образом Россия не вправе целиком отменять действовавшее на момент начала оккупации уголовное законодательство и заменять его своим. Ограниченные законодательные полномочия предоставлены оккупирующей державе лишь с целью изменения законодательства, применение которого угрожает безопасности или препятствует имплементации международного гуманитарного права, а также для более эффективного администрирования оккупированной территории.
В нарушение ст. 65 Женевской конвенции, изданные Россией как оккупирующей державой законы, предусматривающие уголовную ответственность, не только не были доведены до сведения населения Запорожской области на украинском языке, но и их действию была придана обратная сила. Так, в соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 395 — ФЗ, «преступность и наказуемость деяний, совершённых на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области до 30 сентября 2022 года, определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации». С 30 сентября 2022 года на оккупированной территории Запорожской области стало применяться законодательство Российской Федерации (ч. 1 ст. 4, ч. 3 ст. 1 Федерального конституционного закона от 4 октября 2022 года № 7 — ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Запорожской области и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта — Запорожской области).
При этом мы в принципе оспариваем соответствие Женевским Конвенциям указанного выше Федерального закона № 395-ФЗ, так как оккупирующая держава может вводить на оккупированной территории новые уголовные положения только для трёх целей: a) чтобы дать возможность оккупирующей державе выполнить её обязательства по Международному гуманитарному праву, b) чтобы обеспечить должное управление территорией и c) обеспечить безопасность персонала, имущества и коммуникационной инфраструктуры вооружённых сил и администрации оккупирующей державы (ЖК IV ст. 64 (2)). Этот перечень правомерных законодательных целей является исчерпывающим. Очевидно, что сама идея комплексного введения на оккупированной территории уголовного закона оккупирующей державы противоречит этим положениям ст. 64 ЖК.
Тем не менее, российские суды всё более массово осуждают по российскому УК украинцев, вынужденно получивших российское гражданство, в том числе перечислявших или якобы перечислявших денежные средства в помощь ВСУ, по обвинениям в госизмене, а тех, у кого есть только украинское гражданство, — в финансировании терроризма. 17 февраля 2025 года по обвинению в пожертвовании 470 гривен (1 127 рублей) «Азову» и «Правому Сектору» к 10 годам лишения свободы приговорена жительница Старобельского района Луганской области Украины Екатерина Коровина. 28 января 2025 года по обвинению в перечислении в «Азов» 50 гривен (120 рублей) был приговорён к 8 годам 6 месяцам лишения свободы 19-летний житель Луганской области Иван Семикоз. 21 апреля 2025 года за денежные переводы на нужды ВСУ к 14 годам каждая были приговорены две жительницы оккупированного Энергодара в Запорожской области Лилия Качкарёва и Светлана Долгополова. 23 октября 2025 года к 12 годам 6 месяцам лишения свободы за переводы денег ВСУ приговорена жительница города Голая Пристань в частично оккупированной Херсонской области Юлия Станика, а 10 сентября к 9 годам — жительница Макеевке в Донецкой области Елена Николаева. Обе они, как и Бугарь, были обвинены в том, что перечисляли средства «Азову».
С помощью фабрикации подобных дел силовые структуры улучшают свою рабочие показатели, одновременно помогая властям держать людей в страхе и повиновении. Издание «Холод» обнаружило с апреля 2023 года по август 2024 года 74 случая преследования жителей Херсонской и Запорожской областей по так называемым статьям против общественной безопасности и государственной власти. Информация о них публикуется на сайтах управлений Следственного комитета и государственных информагентств, в Telegram-канале «Оперативные сводки» с полумиллионной аудиторией, а также в пророссийских локальных медиа. В 49 случаях из 74 говорилось о задержаниях мирных жителей и возбуждении уголовных дел против них. В 21 случае — о вынесенных им приговорах. Также удалось обнаружить сообщения о четырёх жителях оккупированных территорий, погибших при задержании.
Если Владислав Бугарь действительно, как утверждает следствие, осуществлял перечисление средств в «Азов», его целью, очевидно, было помочь своей стране и соотечественникам в защите от агрессии — такой порыв является естественным и закономерным. Цинично и абсурдно требовать от украинцев, оказавшихся в оккупации, лояльности России и отказа от помощи своему государству, к чему их принуждают репрессиями.
Применение незаконного удержания в неволе
Если верна информация проекта Politzek.org и Владислав Бугарь действительно был похищен 24 июля 2024 года российскими силовиками, то этот факт подтверждают сложившуюся на оккупированных территориях практику незаконных похищений, пыток и удержаний людей в неволе без всяких правовых оснований. По имеющейся информации, уголовное дело о финансировании терроризма в отношении Бугаря было возбуждено только 17 января 2025 года. Вполне вероятно, что Бугарь с июля 2024 года до января 2025 года был лишён свободы незаконно. Кроме того, в таком случае, по всей видимости, можно говорить об отсутствии события преступления, поскольку ему вменяются переводы, сделанные в январе 2025 года.
Мы обращаем внимание на то, что преступления российских силовиков на оккупированных территориях Украины, включая похищения людей, носят систематический характер и подтверждаются докладами международных организаций, структур ООН и правозащитников, к примеру: «Аналитический обзор военных преступлений России в местах свободы на неподконтрольных территориях Украины», доклад ЦЗПЧ «Мемориал» «Украина: военные преступления российских агрессоров. Доклад миссии российских правозащитников» (части 1, 3), заявления и доклады независимой международной комиссии Совета по правам человека ООН по расследованию нарушений в Украине, доклады спецдокладчика ООН по правам человека в России Марианы Кацаровой (2024 г., 2025 г.). С точки зрения международного права есть все основания расценивать совокупность нарушений, допущенных российской стороной в отношении военнопленных и гражданского населения на оккупированных территориях Украины, как военное преступление.
Независимый правозащитный Проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Владислава Бугаря является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, то есть на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к Владиславу Бугарю в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ, Международным пактом о гражданских и политических правах и Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Владислава Бугаря политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования, а также расследования обстоятельств его задержания и лишения свободы в период до предъявления обвинений.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
22 января 2025 года. Блокнот Запорожье. 20-летнего запорожца из Васильевского района уличили в финансировании «Азова»
15 июля 2025 года. Медиазона. Жителю Запорожской области назначили девять лет лишения свободы по делу о донатах украинским военным
Дата обновления справки: 12.08.2026 г.
