Полное описание
Согласно версии обвинения, Игорь Бунин инициативно вступил в контакт с сотрудниками СБУ через чат-бот в мессенджере Telegram — STOP Russian War и передавал через него и с помощью электронной почты сведения о военных объектах в Севастополе. При этом он испытывал неприязненное отношение к Российской Федерации и проводимой ею так называемой СВО, то есть руководствовался мотивами политической вражды.
Следствие утверждает, что 14 ноября 2022 года Игорь Бунин через свой личный аккаунт в Telegram передал в чат-бот STOP Russian War информацию о пролёте над Севастополем ракеты или самолёта. В этот же день с Буниным установил контакт, как утверждает следствие, сотрудник СБУ и предложил продолжить конфиденциальное общение по электронной почте на сервисе Proton.
15 ноября 2022 года Бунин якобы поочерёдно посетил места расположения:
- войсковой части 63876 (военного городка № 81) Минобороны России, по адресу: г. Севастополь, Монастырское шоссе, 10;
- войсковой части 85683-С (военного городка № 301) Минобороны России, по адресу: г. Севастополь, Фиолентовское шоссе, 80;
- войсковой части 80365 (военного городка № 179) Минобороны России, по адресу: г. Севастополь, ул. Шабалина, 16.
На местности он якобы «с помощью мобильного приложения «Карты», установленного в его мобильном телефоне, определил точные географические координаты данных объектов». 16 ноября он «передал собранные им 15.11.2022 сведения о воинских частях представителю СБУ» по электронной почте.
17 ноября 2022 года Бунин, по версии обвинения, в течение получаса днём наблюдал за местом расположения войсковой части 13140 (военный городок № 116) Минобороны России, расположенной по адресу: г. Севастополь, Казачья бухта, 25, сфотографировал объект ВС РФ и с использованием мобильного приложения «Карты» определил его точные географические координаты. В тот же день он также определил точные географические координаты примыкающих друг к другу войсковой части 49385 (военного городка № 292) и войсковой части 43536 (военного городка № 277), расположенных по адресу г. Севастополь, ул. Херсонский маяк, 2.
Собранные сведения о местах дислокации войсковых частей в этот же день отправил представителю СБУ на его электронный почтовый ящик.
21 ноября Бунин находился вблизи от места дислокации войсковых частей 80159 и 46434 (военного городка № 5) Минобороны России, по адресу: г. Севастополь, ул. Федоровская, 43-а, «где осуществил скрытое визуальное наблюдение за указанным объектом ВС РФ и при помощи мобильного приложения «Карты», установленного в его мобильном телефоне, определил его точные географические координаты».
В этот же день он посетил войсковую часть 63876 (военный городок № 299) Минобороны России, по адресу: г. Севастополь, ул. Шубикова, 20 и также определил его координаты. После этого, также 21 ноября, Бунин передал эти сведения представителю СБУ.
22 ноября Бунин находился на Графской пристани (причал № 144) — Приморский бульвар (место возле памятной доски расстрелянным матросам крейсера «Очакова»), где якобы осуществил скрытое визуальное наблюдение за:
- местом дислокации подводных лодок Черноморского флота;
- местом стоянки патрульного корабля «Сергей Котов» Черноморского флота;
- местом стоянки большого десантного корабля «Королев» Северного флота и расположением боно-сетевых заграждений (средств механической защиты) места дислокации бригады десантных кораблей Черноморского флота;
- расположением и конструкцией боно-сетевых заграждений Севастопольской бухты;
- местом стоянки противодиверсионного катера «Кинель» Черноморского флота.
Все эти объекты он сфотографировал, определил их координаты и «средства их защиты». В тот же день Бунин якобы передал собранные им сведения и фотоснимки подразделений и объектов ВС РФ представителю СБУ.
23 ноября 2022 он дополнил эти сведения, передав «точные географические координаты и краткое описание: места дислокации подводных лодок Черноморского флота в Южной бухте, места стоянки патрульного корабля “Сергей Котов” Черноморского флота в Южной бухте, места стоянки большого десантного корабля “Королёв” Северного флота и расположения боно-сетевых заграждений (средств механической защиты), места дислокации бригады десантных кораблей Черноморского флота в Южной бухте, расположения и конструкции боно-сетевых заграждений Севастопольской бухты и места стоянки в ней противодиверсионного катера “Кинель” Черноморского флота».
Как указано в вынесенном приговоре, «собранные и переданные в СБУ Буниным сведения являются достоверными, могли быть использованы против безопасности Российской Федерации, а именно против ВС РФ. Передача этих сведений представителям иностранной разведки — СБУ, с учётом ведения Украиной военных действий против Российской Федерации, могла повлечь наступление негативных последствий для безопасности Российской Федерации, а именно ВС РФ, выражающихся в нанесении огневого поражения по подразделениям и объектам ВС РФ, в возникновении потерь личного состава и военной техники ВС РФ, а также необходимости привлечения дополнительных сил, материальных средств и ресурсов для восполнения понесенных потерь».
Одним из доказательств обвинения стали показания оперативного сотрудника ФСБ РФ Иванова А. П., который показал, что 25 ноября 2022 года «в ФСБ России поступила информация о жителе г. Севастополя, который через мессенджер Telegram обратился в интернет-ресурс, используемый СБУ для получения сведений о расположении военнослужащих и военной техники ВС РФ. Гражданин был установлен». Сотрудник ФСБ не уточняет, откуда поступила эта информация, а также когда именно и каким образом «гражданин был установлен».
С обыском к Игорю Бунину пришли только 30 января 2023 года. В этот же день он был задержан и впоследствии отправлен в СИЗО. В ходе обыска у него изъяли жёсткий диск компьютера и мобильный телефон. При осмотре телефона прямо на месте в присутствии Бунина в мессенджер Telegram был обнаружен контакт с именем «Миколай» и три сообщения от этого контакта от 29 и 30 января 2023 года: «они могут компенсировать неудобства», «получится проехать до и после работы там?», «Игорь, доброго ранку. Получится проехать мимо и сделать фото?». Также в телефоне было обнаружено приложения «Гугл Карты» и X-VPN.
При осмотре системного блока удалось установить, что в истории посещения электронных адресов браузера имеются сведения о посещении им странички protonvpn.com и в папке «скриншоты» имеются снимки экрана с изображением «фотоснимков военных объектов и подразделений ВС РФ, а также боно-сетевых заграждений».
Других данных тогда обнаружено не было. Однако в ходе ОРМ «Получение компьютерной информации», которое было проведено почти через год, в декабре 2023 года, якобы удалось получить информацию о переписках Игоря Бунина с чат-ботом STOP Russian war и с представителем СБУ. В суд в качестве одного из основных доказательств был представлен протокол осмотра дисков, на которых была зафиксирована информация, якобы собранная в ходе этого ОРМ. Обвинение утверждает, что в ходе ОРМ на диски были записаны «собранные в период с 15.11.2022 по 22.11.2022 и переданные подсудимым в период 16.11.2022 по 23.11.2022 представителю СБУ сведения о дислокации подразделений и объектов ВС РФ, а также о дислокации и защищенности объектов ВС РФ…». Якобы все указанные сведения Бунин передавал на почтовый адрес [email protected]. Справка ФСБ утверждает, что этот адрес «используется сотрудником СБУ для сбора сведений о расположении военнослужащих и военной техники ВС РФ, а также военных объектах Черноморского флота». Источник осведомлённости составителей справки не указан.
Также в суд был представлен протокол осмотра телефонных соединений Игоря Бунина, подтверждающий, что «в период с 17.00 час. 15.11.2022 по 13.51 час. 22.11.2022 он находился и осуществлял передачу данных посредством «Интернета» в зоне покрытия базовых станций, расположенных в местах, соответствующих местам дислокации подразделений и объектов ВС РФ, в отношении которых обвиняемый собрал сведения и передал их представителю СБУ».
Также в основу приговоры положены заключения «комиссии специалистов штаба Черноморского флота» и двух «комиссионных судебных экспертиз», которые пришли к схожим выводам, что «переданные Буниным в распоряжение представителя СБУ сведения являются актуальными, достоверными, не содержат государственной тайны, вместе с тем, могут быть использованы противником против Вооружённых Сил Российской Федерации и безопасности Российской Федерации».
Как заявлено в приговоре, Игорь Бунин «признал фактические обстоятельства инкриминируемого ему деяния, показав, что является пацифистом, выступает за мир…». Бунин утверждал, с одной стороны, что он не знал, что его собеседник представляет СБУ, с другой — что «передавал собранную информацию, чтобы в ответ на это ему с Украины сообщили, когда они собираются нанести удары по Крыму и Севастополю, чтобы он мог предупредить об этом граждан». Также Бунин заявлял в суде, что «сведения, который он передавал, в том числе по заданию «Миколая» являются не секретными, общедоступными. Точные сведения о российских воинских частях он передать не мог, т. к. не имел спецтехники и специальных знаний для установления точных координат». Кроме того, Бунин указал, что «скриншоты воинских объектов на его компьютере фальсифицированы сотрудниками ФСБ, у него подобной информации в компьютере не было».
Судебная коллегия подконтрольного России Севастопольского городского суда в составе председательствующего судьи Кожевникова Игоря Владимировича, судей Никитина Геннадия Владимировича и Землюкова Данила Сергеевича рассмотрела уголовное дело Игоря Бунина в закрытом режиме за три заседания и 7 февраля 2024 года приговорила его по ст. 275 УК РФ («Государственная измена — совершённый гражданином РФ шпионаж: передача, собирание в целях передачи противнику сведений, которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, совершённые в условиях иных действий с применением вооружения и военной техники с участием Российской Федерации») к 15 годам лишения свободы в колонии строгого режима со штрафом в размере 200 тысяч рублей и с ограничением свободы сроком на 2 года. Принадлежащие Бунину компьютер и мобильный телефон признаны орудиями преступления и обращены в доход государства.
Обвинение в суде представляли заместитель прокурора г. Севастополя Абраменко Анатолий Александрович и начальник уголовно-судебного отдела прокуратуры г. Севастополя Сбытова Екатерина Владимировна.
Судебная коллегия Третьего апелляционного общей юрисдикции в составе председательствующей Капориной Елены Евгеньевны, судей Удод Елены Валентиновны и Носковой Анны Анатольевны рассмотрела жалобу стороны защиты и 8 октября 2024 года оставила приговор без изменения. Государственное обвинение представляла прокурор Барсукова Елена Юрьевна.
7 июля 2025 года Верховный Суд Российской Федерации оставил кассационную жалобу адвокатов без удовлетворения, а обжалуемые судебные решения — без изменения.
Защиту Игоря Бунина осуществляли адвокаты Музыка Александр Сергеевич и Флёров Сергей Георгиевич.
Основания признания политзаключённым
Контекст уголовного дела
24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Таким образом, само по себе участие в защите Украины от агрессии является правомерным с точки зрения международного, а значит, и российского права и не может быть основанием для уголовного преследования.
Игорь Бунин — коренной житель Крыма, родился в Севастополе. После распада Советского Союза Бунин автоматически стал гражданином Украины, как родившийся и проживающий на её международно признанной территории. Нам неизвестно, когда и при каких обстоятельствах он получил гражданство Израиля, а вот гражданином РФ, скорее всего, стал после захвата и незаконной аннексии этой территории Россией.
В 2014 году РФ провела фактически принудительную паспортизацию на оккупированной территории Крыма. 25 июня 2024 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение по делу Ukraine v. Russia (re Crimea). Суд признал, что автоматическое присвоение российского гражданства жителям Крыма после событий февраля–марта 2014 года и их фактическое лишение возможности от него отказаться представляло собой нарушение статьи 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, декларирующей недопустимость вмешательства публичной власти в частную и семейную жизнь. Кроме того, хотя это прямо не указано в названном решении, общий подход Суда в данном деле предполагает учёт норм международного гуманитарного права, в частности положений Четвёртой Женевской конвенции 1949 года. Статьи 45 и 47 Конвенции запрещают юридическую передачу граждан, проживающих на оккупированных территориях, под контроль другого государства без их согласия и изменения их правового статуса. Таким образом, навязывание гражданства населению оккупированной территории запрещено.
В докладе от февраля 2024 года, подготовленном Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека (УВКПЧ), констатируется что «незаконная аннексия Крыма Российской Федерацией в 2014 году привела к навязыванию российского гражданства, законов и порядков во всех сферах жизни на полуострове».
«За десять лет работы над докладами о ситуации с правами человека на полуострове пренебрежение Российской Федерацией своими обязательствами по международному гуманитарному праву нанесло серьёзный долгосрочный ущерб народу Крыма, — подчёркивают авторы доклада. — Аналогичная картина складывается и в других частях Украины: через восемь лет после оккупации и незаконной аннексии Крыма Российская Федерация приступила к оккупации и последующей незаконной аннексии районов Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей, где УВКПЧ зафиксировало нарушения аналогичного характера».
После начала 24 февраля 2022 года полномасштабного вторжения и захвата значительных территорий Украины под фактическим контролем Российской Федерации оказалось ещё несколько миллионов граждан Украины. В июне 2024 года власти Украины заявляли, что всего под российской оккупацией могут оставаться около 6 миллионов её граждан. По данным Human Rights Watch, российские власти уже выдали паспорта примерно 3,5 млн жителей оккупированных территорий на востоке Украины. «Для многих из них получение российского паспорта было не актом свободного волеизъявления, а вопросом выживания. Копируя собственные практики, применявшиеся в оккупированном Крыму с 2014 года, с целью принудить жителей этих территорий к получению российских паспортов власти прибегают к запугиванию, а также угрозам произвольного лишения свободы, аннулирования имущественных прав и лишения доступа к медицинскому обслуживанию, социальным льготам, свободе передвижения и трудоустройству» (HRW).
20 марта 2025 года глава Российской Федерации Владимир Путин подписал Указ №159, который требовал от граждан Украины, проживающих на оккупированных территориях Запорожской, Херсонской, Донецкой и Луганской областей, либо «урегулировать своё правовое положение», либо уехать. Фактически это означает, что они должны были получить российские паспорта не позднее 10 сентября 2025 года. В противном случае они, как и оставшиеся без российских паспортов жители Крыма, должны считаться «иностранными гражданами», на которых распространяются требования законодательства о правовом положении иностранцев — такие как максимальный срок пребывания продолжительностью 90 дней, обязательное медицинское освидетельствование и ряд ограничений на осуществление трудовой деятельности.
Все эти действия являются формой юридического давления и инструментом незаконной интеграции населения оккупированной территории, что прямо запрещено международным гуманитарным правом.
Власти Украины неоднократно заявляли, что не считают нарушителями своих граждан, получивших паспорта РФ под принуждением, а «насильственная паспортизация незаконна и не признаётся в Украине и в мире, поскольку противоречит принципам и нормам международного права и является нарушением Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны».
В свете всего вышесказанного преследование гражданина Украины, проживающего на оккупированной территории, получившего, по всей видимости, паспорт РФ в ходе кампании по незаконной насильственной паспортизации, по обвинению в измене государству, которое грубо нарушало его права и свободы, представляется особенно абсурдным и циничным.
Неправомерность обвинения в шпионаже
В последние годы наблюдается устойчивая тенденция к резкому росту количества дел о госизмене. Согласно данным правозащитного проекта «Первый отдел», к 10 декабря 2025 года общее число фигурантов дел по статьям 275 (госизмена), 276 (шпионаж), 275.1 (конфиденциальное сотрудничество с иностранцами) и 276.1 (оказание помощи противнику иностранным гражданином или лицом без гражданства) УК РФ составило не менее 1627 человек (в 2024 году их было около тысячи) из которых 1431 человек (88 %) стали жертвами уголовного преследования уже после начала полномасштабной войны России против Украины.
С февраля 2022 года по статьям о государственной измене, шпионаже и «конфиденциальном сотрудничестве» были осуждены более тысячи человек. При этом в 2023 году было вынесено 37 приговоров по этим статьям, а в 2024 году — 385. 2025 год стал рекордным по числу приговоров по этим статьям — на 20 декабря было известно о приговорах 468 людям, при этом ещё не менее 420 находились под следствием, а материалы дел 179 человек уже поступили в суды. С учетом задержек в публикации судебных решений итоговая цифра за 2025 год, вероятно, приблизится к 500 осужденным, что означает рост не менее чем на 30 % по отношению к 2024 году (385 осуждённых), тогда как ещё в 2023 году их было всего 37. При этом российское государство не раскрывает полную статистику по делам этой категории, поэтому реальное число уголовных дел, фигурантов и приговоров может быть выше.
За время войны по статье о государственной измене, как впрочем и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. В 2024 году медианный срок назначенного наказания составлял 12 лет, в 2025 году этот показатель вырос до 15 лет. В 2025 году впервые в практике применения статей 275 и 276 УК РФ были провозглашены четыре приговора с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы за государственную измену и шпионаж. Значительно изменилась и практика применения этих статей — в подавляющем большинстве случаев обвинения предъявляются людям, не имевшим доступа к государственной тайне. Основаниями для обвинений становятся контакты с провокаторами, пожертвования, зачастую речь идёт не об оконченном преступлении, а лишь о предполагаемом намерении. Параллельно усиливается институциональный контроль ФСБ — с 2026 года следственные изоляторы центрального подчинения передаются в ведение этой спецслужбы, что фактически концентрирует в одном ведомстве следствие, оперативную работу и содержание под стражей обвиняемых по делам о «государственной безопасности».
Столь значительное расширение и ужесточение практики применения уголовной статьи о государственной измене сами по себе дают весомые основания предполагать политически мотивированные злоупотребления и высокий риск произвольного характера применения этих норм. Согласно выводам в исследовании «Первого отдела», «анализ доступных судебных материалов показывает, что эти дела носят устойчиво политически мотивированный характер и используются как инструмент подавления антивоенных настроений и устрашения общества» и «как один из ключевых механизмов политического контроля и подавления инакомыслия в условиях войны».
Согласно приговору, Игорь Бунин признан виновным по ст. 275 УК РФ («Государственная измена — совершённый гражданином РФ шпионаж). Бунину вменили шпионаж в форме «передачи, собирании в целях передачи противнику сведений, которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, совершённые в условиях иных действий с применением вооружения и военной техники с участием Российской Федерации»). Эта форма шпионажа были введена в ст. 276 УК РФ 14 июля 2022 года. Тогда Федеральным законом № 260-ФЗ были расширены понятия «госизмена» (ст. 275 УК РФ), «шпионаж» (ст. 276 УК РФ), введена статья 275.1 УК РФ о неопределённом «конфиденциальном сотрудничестве с иностранцами». Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации продиктованы запросами военного времени и создают новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России.
Описанный выше рост числа преследований как граждан России, так и граждан Украины по обвинениям в госизмене и шпионаже обусловлен в том числе внесёнными после начала полномасштабной войны в законодательство изменениями, позволяющие излишне широко трактовать диспозиции соответствующих статей уголовного кодекса. Если ранее под «шпионажем» подразумевались сбор, похищение, передача или хранение в целях передачи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям сведений, составляющих государственную тайну, а также «передача или собирание по заданию иностранной разведки или лица, действующего в её интересах, иных сведений для использования их против безопасности Российской Федерации», то теперь криминальной является передача «противнику» любых сведений, которые «могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации, совершённые в условиях вооружённого конфликта, военных действий или иных действий с применением вооружения и военной техники с участием Российской Федерации». Мы полагаем, что в таком виде норма лишена правовой определённости. Гражданину крайне сложно заранее определить, какие сведения могут или не могут быть использованы против целого списка институций, какие имеются в виду «другие войска», формирования и органы Российской Федерации, что имеется в виду под условиями «военных действий» и «иных действий с применением вооружения».
В силу устоявшейся правовой позиции Конституционного Суда РФ самого по себе нарушения требования определённости правовой нормы, влекущего её произвольное толкование правоприменителем, достаточно для признания такой нормы не соответствующей Конституции РФ (в частности, постановления КС РФ от 6 апреля 2004 года N 7-П, от 20 декабря 2011 года N 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П и др.). Суд поясняет, что неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П).
Именно такое излишне широкое толкование правовых норм позволило обвинению и суду поставить в вину Игорю Бунину передачу неизвестному лицу общедоступных сведений. Все перечисленные в приговоре объекты отмечены на картах Google по указанным в приговоре адресам. При этом на картах «Яндекс» эти объекты дополнительно отмечены именно как военные с помощью заблюривания, что, однако, никак не мешает по всем этим картам определять их точные координаты. Дополнительно «Яндекс карты» предоставляют возможность панорамного обзора объектов, где они вовсе не заблюрены. В приговоре не поясняется, каким образом Игорь Бунин мог с помощью установленной в его телефоне программы Google-карты точнее определить координаты воинских частей 85683, 80365, 13140, 49385, 43536, 63876, 80159 и 46434 Минобороны России, уже отмеченных на спутниковых снимках.
Суд апелляционной инстанции в ответ на возражения защиты, указавшей, что Google-карты — стандартная программа, с помощью которой невозможно дополнительно провести особо-точные измерения на месте, указал лишь, что «с помощью данной программы возможно получение GPS-координат любого места, при этом производителем указано о возможности точного определения каждого местоположения на карте», — что также не раскрывает, какая именно уточняющая информация могла быть добавлена Буниным к Google-картам.
Согласно заключениям экспертиз, «передача этих сведений СБУ с учётом ведения Украиной военных действий против Российской Федерации может повлечь причинение ущерба безопасности Российской Федерации, а именно Вооружённым Силам Российской Федерации». Однако при оценке этих заключений и действий Игоря Бунина необходимо учитывать, что, как было сказано выше, это Российская Федерация начала агрессивную войну против Украины и ведёт против неё военные действия на её международно признанной территории, которой является и Крым. Также и все переданные Игорем Буниным сведения, если он действительно их передавал, касаются территории Украины. Расположение российских воинских частей и военных кораблей на этой территории являются следствием незаконного вторжения и нарушения Российской Федерацией международно признанных границ Украины. Таким образом, мы ещё раз предлагаем обратить внимание, что все действия, инкриминируемые Игорю Бунину, были направлены на защиту стороны вооружённого конфликта, подвергшейся акту международной агрессии, то есть ставшей жертвой «высшего международного преступления».
Кроме прочего, мы считаем необходимым обратить внимание на заявления самого Игоря Бунина, который утверждал в суде, что действовал в интересах защиты мирного населения Севастополя. Хотя мы сомневаемся, что предположительно переданные им сведения могли содержать информацию, существенную для определения точного местонахождения военных объектов, само по себе стремление такие данные передать и получить лежит в правовом поле, определяемом Женевскими конвенциями.
Протокол № 1 от 1977 года к Четвертой Женевской Конвенцией от 12 августа 1949 года о защите гражданского населения во время войны определяет, что нападения неизбирательного характера запрещаются. К нападению неизбирательного характера относятся нападения, при которых поражаются военные объекты и гражданские объекты без различия.
Воинские части 85683, 80365, 13140, 49385, 43536, 63876, 80159 и 46434 Минобороны России расположены в густой гражданской застройке города Севастополя. Нападение на эти военные объекты в силу положений Женевских конвенций в условиях войны допустимо. При этом п. 2 ст. 52 Протокола № 1 от 1977 года прямо требует, чтобы такие нападения строго ограничивались этими объектами. Ст. 57 этого же Протокола определяет, чтобы при подготовке нападения на военный объект сторона конфликта делала «всё практически возможное, чтобы удостовериться в том, что объекты нападения не являются ни гражданскими лицами, ни гражданскими объектами и не подлежат особой защите, а являются военными объектами в значении статьи 52, пункт 2, и что в соответствии с положениями настоящего Протокола не запрещается нападение на них». Так же: «При проведении военных операций на море или в воздухе каждая сторона, находящаяся в конфликте, предпринимает, в соответствии со своими правами и обязанностями согласно нормам международного права, применяемым в период вооружённых конфликтов, все разумные меры предосторожности, с тем чтобы избежать потерь жизни среди гражданского населения и ущерба гражданским объектам». Таким образом, усилия Украины, если представители вооружённых сил этого государства действительно входили в контакт с Игорем Буниным, по установлению точных координат военных объектов, расположенных в Севастополе, не просто укладываются в положения Четвертой Женевской Конвенции и протоколов к ней, а являются обязательными действиями по защите гражданского населения в силу требований этого международного документа.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Игоря Бунина является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и устрашение общества в целом, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, других прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Игоря Бунина политзаключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Дата обновления справки: 03.03.2026 г.
