Голик Михаил Борисович

Полное описание

Как следует из пресс-релиза Великоновгородского окружного военного суда, двадцатилетний Михаил Голик, «будучи не согласным с проводимой органами власти Российской Федерации внутренней и внешней политикой, в целях дестабилизации их деятельности, принял решение совершить террористический акт, устрашающий население и создающий опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий, а именно поджог релейного шкафа входного нечётного светофора.

В ночное время с 16 на 17 апреля 2024 года Голик, взяв с собой заранее приисканные средства совершения преступления, в том числе  канистру с моторным маслом, жидкость для розжига и монтировку, добрался до релейного шкафа входного нечётного светофора и поджёг его, вследствие чего произошло его возгорание, вывод из строя и последующее уничтожение, то есть совершил поджог, устрашающий население, создающий опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба и наступления иных тяжких последствий».

В релизе указывается, что молодой человек в судебном заседании виновным себя в предъявленном обвинении признал полностью, а от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предоставленным ему ст. 51 Конституции Российской Федерации. 

Суд учёл в качестве смягчающих обстоятельств активное способствование расследованию совершённого преступления, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики по месту жительства и учёбы.

29 апреля 2025 года судья 1-го Западного окружного военного суда Козлов Юрий Анатольевич, единолично рассмотрев дело посредством видео-конференц-связи с Великоновгородским гарнизонным военным судом, приговорил Михаила Голика к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а остальной части наказания — в исправительной колонии строгого режима.

23 июля 2025 года судья Апелляционного военного суда Тарлавина Людмила Викторовна оставила приговор без изменения. 

Интересы Голика представляли адвокаты Мясникова Татьяна Сергеевна и Кушнир Валерий Николаевич.

23 мая 2024 года Росфинмониторинг включил Михаила Голика в список экстремистов и террористов с пометкой о принадлежности к террористической деятельности. 

Основания признания политзаключённым

Михаил Голик обвиняется в поджоге релейного шкафа на железной дороге. Мы полагаем, что антивоенные, а также квалифицируемые таким образом поджоги различных объектов не должны произвольно квалифицироваться как террористические акты. Механическая их квалификация по соответствующей статье УК представляется политически мотивированной и направленной, с одной стороны, на запугивание общества неадекватно суровым наказанием, а с другой — на маркировку этих протестных акций в общественном сознании негативным ярлыком «терроризм». Мы не владеем материалами дела и не знаем, каковы обстоятельства совершённого поджога, однако выражаем сомнения в правильности квалификации действий молодого человека и считаем весьма вероятным, что признаки терроризма приписаны ему произвольно и из соображений политической целесообразности.

После начала полномасштабной войны России против Украины, в ситуации тотального подавления мирных протестов в России прошла волна нападений на объекты с Z-символикой, попыток поджогов военкоматов и других административных зданий. Первоначально уголовные дела по фактам поджогов или попыток поджогов возбуждались в основном по ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества, совершённые из хулиганских побуждений, путём поджога, взрыва или иным общеопасным способом») или по различным частям ст. 213 УК РФ («Хулиганство»). После объявления 21 сентября 2022 года частичной мобилизации представитель Главного организационно-мобилизационного управления Генштаба Вооружённых сил России контр-адмирал Владимир Цимлянский объявил, что на «поджигателей» будут заводить дела о терроризме, что чревато для них куда более длительными сроками лишения свободы. Однако до сих пор это не стало абсолютным правилом, в регионах часть дел и после этого заявления возбуждалось по менее тяжким статьям УК РФ. 

Диспозиция ч. 1 ст. 205 УК РФ звучит следующим образом: «Совершение взрыва, поджога или иных действий, устрашающих население и создающих опасность гибели человека, причинения значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий, в целях дестабилизации деятельности органов власти или международных организаций либо воздействия на принятие ими решений, а также угроза совершения указанных действий в целях воздействия на принятие решений органами власти или международными организациями». 

Таким образом, обязательными признаками преступления, позволяющими квалифицировать его как террористический акт, являются следующие: 

— устрашение населения

— создание опасности гибели человека, причинения значительного ущерба либо наступления иных тяжких последствий,

— наличие цели дестабилизации деятельности органов власти или воздействия на принятие ими решения.

Важно отметить, что все эти признаки не заменяют, а дополняют друг друга, т.е. для квалификации деяния как теракта необходимо, чтобы присутствовал каждый из них. Также важно учитывать, что теракт — это преступление, которое предполагает прямой умысел субъекта, поэтому все признаки объективной стороны преступления должны охватываться его умыслом.

Согласно п. 2 Постановления Пленума ВС РФ от 09.02.2012 № 1, «устрашающими население могут быть признаны такие действия, которые по своему характеру способны вызвать страх у людей за свою жизнь и здоровье, безопасность близких, сохранность имущества и т.п. Опасность гибели человека, причинение значительного имущественного ущерба либо наступления иных тяжких последствий должна быть реальной, что определяется в каждом конкретном случае с учётом места, времени, орудий, средств, способа совершения преступления и других обстоятельств дела (данных о количестве людей, находившихся в районе места взрыва, о мощности и поражающей способности использованного взрывного устройства и т.п.)».

Нам не кажется, что порча и уничтожение релейных и батарейных шкафов непременно вызывают страх у населения, и, несмотря на многочисленные подобные поджоги, у нас нет информации о том, что в связи с ними гибли люди, причинялся значительный имущественный ущерб или наступали иные тяжкие последствия. При этом элементарный здравый смысл подсказывает, что выход из строя одного релейного шкафа, который всегда может произойти в силу естественных причин — поломки, износа оборудования, обесточивания, обрыва связи — не должен и не может иметь столь тяжких последствий, как сход поездов с рельс и человеческие жертвы. Подобное абсурдное предположение не может быть принято без серьёзных обоснований и описания того, какие условия должны сложиться и как обвиняемые способствовали их наступлению.

Источник издания «Настоящее Время», работавший на железной дороге и пожелавший сохранить анонимность, рассказал изданию о последствиях поджогов релейных шкафов. По его словам, релейный шкаф — это конструкция, предназначенная для размещения в нём аппаратов и реле управления сигнализацией и блокировкой на участках железной дороги.

«Это действительно похоже на металлический шкаф, в основном серого цвета, внутри которого находятся рейки с клеммами и проводами, а также различные реле. Такие шкафы стоят вдоль путей. Все эти приборы и провода предназначены для работы блокировки на путях. Один шкаф может отвечать за один или несколько блок-участков на перегоне».

В случае, если вывести из строя один такой шкаф, на одном или нескольких блок-участках (часть железнодорожного перегона, ограниченная с двух сторон светофорами или светофором и станцией; используется как средство сигнализации и связи) перестанет работать блокировка, а это приведёт к замедлению движения поездов на перегоне. «Помимо светофора, на путях есть ещё локомотивный светофор — тот, который находится внутри кабины локомотива и дублирует сигналы, получая код с путей. Если повреждается блокировка, перегон переводят на другие средства связи, например, на телефонную связь… На ремонт после поджога может уйти от нескольких часов до суток — в зависимости от того, как сильно был повреждён шкаф, как далеко он расположен от ближайшей крупной станции».

Аналогичным образом бывший машинист в разговоре с изданием «Медиазона» указал в качестве рисков повреждения релейного шкафа лишь то, что «это может замедлить движение на сутки. Скорее всего, блокировка не будет работать, и пока её будут восстанавливать, поезда будут ездить по одному».

Как видно из высказываний этого и других экспертов-железнодорожников, поджоги шкафов не приводят к крушениям поездов и гибели людей, а лишь замедляют движение составов. Вследствие всего вышеизложенного мы полагаем, что действия Михаила Голика по статье о совершении террористического акта квалифицированы неверно. Его действия могли бы быть квалифицированы по ч. 1 ст. 267 УК РФ — «разрушение, повреждение или приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние транспортного средства, путей сообщения, средств сигнализации или связи либо другого транспортного оборудования, <…> если эти деяния создали угрозу жизни, здоровью и безопасности граждан либо угрозу уничтожения или повреждения имущества физических и (или) юридических лиц». Максимальное наказание по этому составу составляет 1 год лишения свободы, который он уже отбыл, в то время как срок, назначенный судьёй Голику, в 12 раз больше.

Помимо сказанного, мы считаем вполне вероятной версию вовлечения молодого человека в противоправную деятельность самими сотрудниками российских спецслужб, которые часто сами подстрекают молодых людей и подростков к подобным действиям для фабрикации уголовных дел и улучшения таким образом своих ведомственных рабочих показателей.

В апреле 2023 года Медиазона отмечала, что с начала осени 2022 года по апрель 2023 сотрудники силовых ведомств отчитались о задержании не менее 66 человек, обвинённых в совершении диверсии на железной дороге, чаще всего в связи с попытками поджечь релейный шкаф. По данным издания, большинство были задержаны после ужесточения наказания за «диверсии» — соответствующий закон президент РФ Владимир Путин подписал 29 декабря 2022 года. В указанный последующий период был задержан 51 человек из 66 известных фигурантов таких дел.

Чаще всего задержанные, по информации издания,  — это люди младше 25 лет, треть из них — несовершеннолетние. По данным журналистов, в большинстве случаев задержанных обвиняют в поджоге релейных шкафов, где находится железнодорожная автоматика. Как правило, в делах также фигурируют некие «кураторы», которые якобы обещали задержанным деньги за поджог. Медиазона указала, что часто подобные дела строятся по одной схеме: группу молодых людей задерживают за поджог релейного шкафа, совершить который их за деньги попросил неизвестный в Telegram. Антивоенные мотивы в сообщениях силовиков тоже звучат, но куда реже. Вообще подробностей о таких делах мало — ими неохотно делятся как власти, так и родные и защитники обвиняемых. В большинстве случаев силовики сообщают, что «диверсанты» получили «заказ» на поджог от «кураторов из Украины». Доказательств существования таких «кураторов» или сведений об их задержании в публичном доступе нет.

ОВД-инфо отмечало, что только за июнь 2024 года более 15 человек в 7 регионах РФ были осуждены по делам о поджогах релейных шкафов. 3 из них — несовершеннолетние. Сроки для совершеннолетних, как указывает правозащитный проект, начинаются от 11 лет. Самый суровый приговор вынесли в Москве Кириллу Горькову и Евгению Заичкину. Горькова приговорили к 22 годам 3 месяцам заключения, из которых 5 лет в тюрьме, а оставшийся срок — в колонии строгого режима, а Заичкина — к 17 годам заключения, из них 3 года в тюрьме, а оставшийся срок — в колонии строгого режима. За поджоги релейных шкафов к 20 годам лишения свободы по совокупности преступлений был приговорён двадцатилетний житель Мордовии Артём Бегоян.

Разумеется, подобные действия являются правонарушением, однако несоразмерность наказания, назначенного Михаилу Голику — 12 лет лишения свободы за вывод из строя одного релейного шкафа, — очевидна. Мы полагаем, что, избирая именно такое наказание, суды и власти в целом стремятся устрашить население России, в зародыше подавляя любой протест, и видим в этом политическую составляющую преследования Михаила Голика. 

Другая политическая составляющая, мотив, упоминается в информационном сообщении суда: молодой человек якобы был не согласен с проводимой органами власти Российской Федерации внутренней и внешней политикой. В настоящее время главное направление внешней политики — агрессивная война против Украины, а внутренней — репрессии против собственных граждан, несогласных с войной. Помимо того, издание МК без ссылок на источник осведомлённости утверждает, что «молодой человек является сторонником одной из экстремистских организаций и совершил поджог по политическим мотивам». Нам представляется, что антивоенная и оппозиционная позиция и мотивация не увеличивают, а уменьшают общественную опасность даже тех деяний, в которых наличествует состав преступления, в том числе — поджога релейного шкафа Михаилом Голиком.

Мы не доверяем признанию молодым человеком своей вины, поскольку подобные признания зачастую делаются в надежде облегчить свою участь, а иногда — под воздействием шантажа, давления или вследствие обмана.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Михаила Голика является политически мотивированным, направленным на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией и Международным пактом о гражданских и политических правах. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Михаила Голика политическим заключённым и требует пересмотра его уголовного дела справедливым судом, в том числе с учётом применимых международно-правовых стандартов.

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации в СМИ:

30 апреля 2025 года. Медиазона. Суд приговорил к 12 годам заключения 20-летнего жителя Великого Новгорода по делу о поджоге релейного шкафа

Дата составления справки: 12.12.2025 г.