Хустик Светлана Викторовна

Полное описание

Светлана Хустик — журналистка из Красноярска, она много писала на социальные темы и сотрудничала с различными изданиями, такими как «Кедр.Медиа», «Сибирь.Реалии», «Такие дела», «Комсомольская правда –- Красноярск» и «Аргументы и факты на Енисее».

С обыском к Хустик силовики пришли 29 сентября 2025 года. Как рассказал муж журналистки, около половины седьмого утра в их частный дом в поселке Солонцы (ближний пригород Красноярска) приехали семь человек: два сотрудника УФСБ, девушка-следователь, двое понятых и ещё двое мужчин в гражданском. Никаких предварительных звонков или вызовов в отделение Светлане, по словам мужа, не поступало. Дмитрий Хустик также уточнил, что в момент обыска в доме кроме него и жены была их 13-летняя дочь, а также сестра Светланы с мужем. У Светланы изъяли компьютер, ноутбук и телефон. У её сестры также забрали технику. Хустик задержали и отправили на допрос.

После обыска в Telegram-канале ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия был опубликован «отчётный» ролик с кадрами обыска и допроса Светланы Хустик. 

Видео сопровождалось информацией о возбуждённом уголовном деле: «Следственным отделом по Центральному району ГСУ СК России по Красноярскому краю и Республике Хакасия возбуждено уголовное дело в отношении журналиста регионального и иностранного интернет-изданий. Она подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 1 ст. 207.3 УК РФ (публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности). Уголовное дело возбуждено на основании материалов УФСБ России по Красноярскому краю. 

По версии следствия, в мае 2023 года подозреваемая, являясь журналистом одного из иностранных интернет-изданий, внесённых Минюстом России в реестр иностранных агентов, разместила в сообществе издания, открытом для публичного просмотра, материал, содержащий под видом достоверных сведений заведомо ложную информацию о действиях Вооружённых Сил Российской Федерации во время проведения специальной военной операции. Установлено, что не позднее апреля 2020 года между подозреваемой и иностранной некоммерческой корпорацией было заключено фрилансерское соглашение об оплате журналистской продукции в виде текстовых материалов. В мае 2023 года после опубликования интервью женщина получила денежное вознаграждение в сумме 64 тысячи рублей».

В опубликованном видео следователь СК Наталья Саватеева также сообщает арестованной женщине, лицо которой заблюрено, что она подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч.1 ст. 207.3 УК РФ. 

Однако когда на следующий день, 30 октября 2025 года, Хустик была доставлена в Центральный районный суд Красноярска для избрания ей меры пресечения, следователь сообщила, что обвинение будет изменено, поскольку статья была переквалифицирована на более тяжкую. В зале суда было заявлено, что Светлане Хустик будет предъявлено обвинение по пп. «г» и «д» ч. 2 ст. 207.3 УК РФ. Таким образом, в действиях журналистки были обнаружены корыстные побуждения и мотивы политической ненависти. Наказание по этой части тяжелее — не до 5, а до 10 лет лишения свободы.

Также на заседании суда стало понятно, что же стало основанием для возбуждения уголовного дела. Оказалось, что речь идёт о материале, опубликованном на сайте издания «Сибирь.Реалии» 21 мая 2023 года, автором которого указана Ольга Сорокина — «»Уманская яма». Художник восстанавливает историю своего попавшего в плен отца». Эта публикация представляет собой основанный на интервью с художником Леонидом Тишковым материал о его выставке «В поле моего отца». Обвинение заявляет, что после публикации статьи журналистка Хустик, работавшая под псевдонимом «Ольга Сорокина», получила вознаграждение в размере 64 тысячи рублей.

Практически вся статья посвящено истории Второй мировой войны, а точнее эпизоду массового пленения советских солдат в Умани в августе 1941 года, а также тому, как художник искал информацию о жизни отца, пережившего эту трагедию, и как он представляет его историю художественными средствами.

Насколько можно судить из сообщений журналистов из зала суда, криминальным было сочтено одно предложение в заключительной части материала — оно вставлено в авторский текст в скобках, выделено курсивом и имеет пометку о редакционной вставке. 

Вот цитата из финальной части публикации, где автор статьи привела мнение новосибирского историка о прошедшей выставке. Инкриминируемую Светлане Хустик фразу мы выделили жирным шрифтом:

«…В музейной книге отзывов много записей с благодарностью художнику за отважную работу с памятью. Историк Сергей Чернышов посетил выставку с группой своих студентов из новосибирского Новоколледжа.

— Я восхищён красноярским музеем «Площадь мира». Считаю его одним из лучших музеев в России, и точно лучшим в Сибири. Таких музеев просто нет больше, где могут говорить нормальным языком о проблемах современности, о проблемах истории. Думаю, когда готовилась эта выставка, организаторы и автор не подозревали, в какой контекст она попадёт. Ведь никто не мог предугадать, что случится в конце апреля с жилым домом в Умани (туда в ночь на 28 апреля попала российская ракета, погибли 23 человека, среди них — пятеро детей. — СР).

Но как только выставка попала в этот контекст, пазл окончательно сложился. Художественное высказывание всегда существует в каком-либо контексте. И вот эта светящаяся вывеска, где Human вдруг превращается в uman — первая буква, а вместе с нею и человек исчезает, а человечность заканчивается и начинается Умань, всё это удивительным образом переплетает то, что было в 1941 году, и то, что произошло в апреле 2023.

Ценность экспозиции в том, что Леонид Тишков показал нам человеческое измерение этой трагедии. Ведь с некоторого объёма наш мозг не воспринимает цифры. Вот сидели в этой яме десятки тысяч человек. А сколько это, как представить? Страшно, ужасно, но непонятно. А здесь вот они, конкретные лица, реальный человек, который сидел в этой яме.

Как случилось, что, пережив трагедию Великой Отечественной, мы допустили новую? Начало было положено в брежневские времена, когда принялись героизировать 9 мая. Из трагической даты этот день стал превращаться в красивое героическое действо. Затем, с 1995 года, пошли ежегодные парады на Красной площади. Вот тогда всё и произошло — героизм подменил трагедию. И сейчас, когда на жилой дом в Умани обрушилась ракета, мы вместо того, чтобы ощутить безусловный ужас людей, которые там живут, начинаем рассуждать, чья это ракета. Мне кажется, надо начать с того, что безусловно признать: всё, что происходит, — огромная человеческая трагедия. И не важно, кто на каком языке разговаривает… — говорит Сергей Чернышов».

Этот финальный фрагмент также сопровождается фотографией авторства Yan Dobronosov (Reuters) с подписью: «Многоквартирный дом в Умани (Украина), куда 28 апреля попала российская ракета».

По состоянию на 6 октября 2025 года других подробностей обвинения против Светлены Хустик нет. Также у нас нет информации о позиции защиты. 

В суде по мере пресечения защита ходатайствовала о домашнем аресте. Поддерживая эту позицию, Светлана заявила: «Я не отрицала, что сотрудничала с “Радио Свободой” — это было сразу озвучено. Моё сотрудничество закончилось в 2023 году, когда издание признали нежелательным. Я не получала гонораров, не отправляла текстов. Этот факт я не скрывала. Когда меня задержали, мне начали зачитывать статьи, и в стрессовой ситуации было сложно сразу вспомнить детали. Но я не собираюсь никуда уезжать: у меня тяжело больной отец в больнице, он не транспортабелен. У меня семья здесь, я никогда не планировала эмиграцию — только короткие поездки, как турист».

Несмотря на то, что дома у Светланы Хустик осталась 13-летняя дочь, а её взрослый сын был готов предоставить матери отдельную жилплощадь, где она могла бы отбывать домашний арест, журналистка была отправлена в СИЗО на два месяца.

Защиту Хустик осуществляет адвокат Накорякин Сергей Николаевич.

Основания признания политзаключённой

Через неделю после начала полномасштабного российского вторжения в Украину, 4 марта 2022 года, Государственная Дума РФ в чрезвычайном порядке (не в виде отдельных законопроектов, а путём внесения поправок в другие, уже принятые в первом чтении) приняла законы о внесении изменений в Кодекс об административных правонарушениях и Уголовный кодекс. Эти законы запрещают призывы к санкциям, распространение фейков о российских вооружённых силах, их дискредитацию, а также призывы к «воспрепятствованию их использования». В тот же день законы одобрил Совет Федерации РФ, и уже вечером их подписал президент. Поправки вступили в силу со дня официального опубликования — 4 марта 2022 года.

Впоследствии формулировка статьи неоднократно менялась, и, согласно редакции от 25 декабря 2023 года, состав преступления, предусмотренного ст. 207.3 УК РФ, сформулирован следующим образом: «Публичное распространение под видом достоверных сообщений заведомо ложной информации, содержащей данные об использовании Вооружённых Сил Российской Федерации в целях защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности либо об исполнении государственными органами Российской Федерации своих полномочий за пределами территории Российской Федерации в указанных целях, а равно содержащей данные об оказании добровольческими формированиями, организациями или лицами содействия в выполнении задач, возложенных на Вооружённые Силы Российской Федерации или войска национальной гвардии Российской Федерации».

Мы полагаем, что эта статья противоречит как российской Конституции и международным обязательствам РФ, так и базовым принципам права.

Согласно ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, <…> имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору».

Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения».

Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной.

Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».

Ограничения свободы выражения, установленные ст. 207.3 УК РФ, со всей очевидностью не служат тем целям, для достижения которых такие ограничения могли бы быть установлены.

Важно отметить, что ограничение свободы выражения не предусмотрено законом даже в условиях военного положения, при котором, согласно пп. 5 и 15 п. 2 ст. 7 ФКЗ «О военном положении», допускается лишь введение «военной цензуры за почтовыми отправлениями и сообщениями, передаваемыми с помощью телекоммуникационных систем, контроля за телефонными переговорами» и «приостановление деятельности политических партий, других общественных и религиозных объединений, ведущих пропаганду и (или) агитацию, а равно иную деятельность, подрывающую в условиях военного положения оборону и безопасность Российской Федерации». Тем более нет оснований для подобных ограничений в ситуации, когда военное положение не введено.

Не менее значимо то, что сами по себе формулировки статьи не позволяют заранее определить, какие высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными. Гражданин не может заранее знать, какие его высказывания, какая информация могут быть сочтены в данном контексте ложными, подпадающими под действие этой нормы.

На этот счёт Конституционный Суд РФ высказывал своё мнение в ряде правовых позиций. Согласно им неоднозначность, неясность и противоречивость регулирования закона недопустимы, поскольку, препятствуя надлежащему уяснению его содержания, открывают перед правоприменителем возможности неограниченного усмотрения, ослабляющего гарантии конституционных прав и свобод (в частности, постановления КС от 20 декабря 2011 года № 29-П, от 2 июня 2015 года № 12-П, от 19 июля 2017 года № 22-П).

Фактически нормы ст. 207.3 УК РФ позволяют преследовать за высказывание любого мнения о использовании Вооружённых Сил РФ и деятельности её государственных органов за границей. Суждения о том, имеют ли упомянутые в статье действия цели «защиты интересов Российской Федерации и её граждан, поддержания международного мира и безопасности» или нет, по своей природе являются оценочными, то есть выражают мнение.

Но даже и применительно к сведениям, т.е. высказываниям о фактах, в условиях ведения военных действий и конкуренции противоречивой информации из разных источников исключительно сложно судить об их правдивости или ложности. Тем более невозможно установление заведомости, т.е. умысла на распространение ложных сведений.

Упомянутые органические дефекты ст. 207.3 УК РФ определяют её неправовой характер, вследствие которого даже её добросовестное применение является недопустимым. Однако и сам факт срочного внесения указанной статьи в Уголовный кодекс немедленно после начала полномасштабной вооружённой агрессии против Украины, и сопровождавшая её рассмотрение и принятие риторика официальных лиц, и, главное, контекст её применения — ведущиеся боевые действия и сопутствующая им государственная военная пропаганда — исключают подобную добросовестность. В ситуации, когда единственными правдивыми сведениями и оценками объявляются сведения и оценки официальных российских источников, не только оправдывающих агрессивную войну и отрицающих многочисленные свидетельства гибели мирных жителей в результате российских ударов и военных преступлений, совершаемых российскими силами, но и запрещающих называть события, с любой точки зрения, являющиеся войной, словом «война», применение этой неправовой по своей природе статьи УК также имеет исключительно недобросовестный и неправовой характер. Основанием для уголовного преследования становятся как правомерные мнения, оценивающие войну и связанные с ней обстоятельства, так и утверждения о задокументированных и подтверждённых фактах.

Квалифицирующие признаки ч. 2 этой статьи, предусматривающей ужесточение наказания вплоть до 10 лет лишения свободы, зачастую носят субъективный характер, так, п. «д» предусматривает наличие «мотива политической, идеологической, расовой, национальной или религиозной ненависти или вражды либо мотива ненависти или вражды в отношении какой-либо социальной группы». В современных условиях доказывание присутствия такого мотива сводится к простой декларации следствием его наличия. Вместе с тем, исходя из того, что любое выступление против войны само по себе является общественно полезным и не имеет вовсе никакой общественной опасности, ни один из квалифицирующих признаков, если он не образует самостоятельного состава преступления, не может рассматриваться как усиливающий общественную опасность деяния.

Исходя из изложенного, Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает, что ст. 207.3 УК РФ носит антиправовой характер, создана для осуществления политических репрессий против критиков власти и должна быть отменена. Любые преследования по этой статье являются неправомерными и должны быть прекращены.

Дело Светланы Хустик является продолжением линии властей на подавление активности всех граждан России, несогласных с войной в Украине и осуждающих её. В настоящее время независимому правозащитному проекту «Поддержка политзаключённых. Мемориал» известно о более чем 130 случаях неправомерного лишения свободы по ст. 207.3 УК РФ (в том числе по совокупности с другими обвинениями). Всего же в наших списках политзаключённых на момент подготовки настоящей справки более 300 человек, лишённых свободы за антивоенную позицию.

Но даже на этом печальном фоне дело Светланы Хустик выделяется своей абсурдностью. Фактически журналистке инкриминировано высказывание, ей не принадлежащее. Предложение, которое, судя по информации из зала суда, стало основанием для обвинения, было редакторской вставкой, о чём свидетельствуют все возможные признаки: предложение помещено в скобки, выделено иным шрифтом — курсивом и имеет подпись: «СР», что означает название издания: «Сибирь.Реалии». Мы изучили не только современный вид статьи, ставшей основанием для обвинения, но и её архивные изображения от апреля 2025 и мая 2023 года — оформление инкриминируемой части текста было одинаковым на протяжении всего этого времени, и оно явно указывает на редакторскую вставку в авторский текст. Также не может быть инкриминирована Светлане Хустик подпись под фотографией разрушенного дома в Умани: очевидно, что именно редакция (а не автор статьи) отвечает за подписи под фотографиями, особенно прямо не относящимися к теме публикации.

При этом ни авторский текст, ни приведённое в качестве прямой речи мнение историка Сергея Чернышова о происходившем в Умани в 1941 и в 2023 годах не содержит утверждений о принадлежности ракеты, разрушившей жилой дом в апреле 2023 года, той или иной стороне. Напротив, в высказывании подчёркивается, как важно признать, что всё происходящее — огромная человеческая трагедия, но «мы вместо того, чтобы ощутить безусловный ужас людей, которые там живут, начинаем рассуждать, чья это ракета». Можно сказать, что добавленный в текст комментарий редакции противоречит этой мысли. 

Одновременно, кто бы ни был автором инкриминируемой фразы, её содержание, по нашему мнению, не может быть интерпретировано как «заведомо ложное» хотя бы в силу противоречивости поступавшей на тот момент информации и невозможности однозначно установить «ложную» и «достоверную» версию причин трагедии.

Ракетный удар по Умани, упомянутый в статье, произошёл в ночь на 28 апреля 2023 года в ходе полномасштабного вторжения войск Российской Федерации на территорию Украины. В этот день, помимо Умани, под обстрел попали Днепропетровская и Киевская области, где также были зафиксированы разрушения и жертвы. В результате частичного обрушения подъезда жилого дома в Умани погибли 23 человека, в том числе шестеро детей. Ещё 18 человек получили ранения. 18 июля 2023 года от полученных после удара ран скончалась 26-летняя женщина. Общее число жертв атаки достигло 24 человек.

Главнокомандующий ВСУ Валерий Залужный заявил, что удар наносился с бомбардировщиков Ту-95 из акватории Каспийского моря ракетами Х-101 и Х-555. По словам украинских военных, всего россияне в ходе атаки выпустили 23 крылатых ракеты, 21 из которых была сбита. Также в ту ночь российские военные для атаки по Украине использовали дроны. 

Минобороны России заявило, что российские войска «нанесли групповой ракетный удар высокоточным оружием по пунктам дислокации резервов ВСУ, цель удара достигнута». При этом представитель Минобороны не пояснил, какие здания были выбраны в качестве целей и почему при этом были разрушены жилые дома. О жертвах среди мирного населения в сообщении Минобороны РФ также не сообщалось. В официальном Telegram-канале Минобороны РФ утром 28 апреля была опубликована фотография с ракетной установкой и надписью «Точно в цель».

Государственный телеканал «Россия-1» и Telegram-канал телеведущего и пропагандиста Владимира Соловьёва выдали кадры удара по Умани за обстрел Донбасса украинскими военными.

Таким образом, разрушение подъезда жилого дома и жертвы среди гражданского населения в Умани не вызывают никаких сомнений. Произошедшее подтверждается многочисленными свидетельствами жителей Умани, спасателей и журналистов, работавших на месте событий. Опубликованная в издании «Сибирь.Реалии» фотография с места трагедии является только одной из множества подобных, сделанных в Умани корреспондентами мировых СМИ, и также не может быть подвергнута сомнению. Нет никаких оснований считать, что изображённый на ней жилой дом находится не в Умани, а «в одном из населённых пунктов Донбасса», как утверждали российские пропагандистские СМИ.

Версия о том, что в ходе подтверждённого Министерством обороны РФ «группового ракетного удара» был поражён жилой дом в Умани, представляется наиболее вероятной и непротиворечивой. Более того, 19 октября 2023 года на сессии Генеральной ассамблеи ООН был представлен доклад Независимой международной комиссии по расследованию событий в Украине. В разделе A. «Нарушения, совершённые в ходе боевых действий» в параграфе 19 указано, что у комиссии «имеются разумные основания, позволяющие сделать вывод о том, что нанесённый 28 апреля 2023 года удар по жилому дому в городе Умань, Черкасская область, а также нанесённые 3 мая 2023 года удары, в результате которых пострадали супермаркет и автозаправочная станция в городе Херсон, Херсонская область, являлись неизбирательными нападениями, совершёнными российскими вооруженными силами в нарушение международного гуманитарного права. В результате этих нападений большое количество гражданских лиц были убиты и получили ранения, а также были разрушены гражданские объекты. В обоих случаях Комиссия пришла к выводу, что российские вооружённые силы не приняли возможных мер предосторожности с целью убедиться, что пострадавшие объекты не являются гражданскими».

Таким образом, версия о нанесении ракетного удара войсками Российской Федерации по жилому дому в Умани получила подтверждение в ходе международного расследования, в то время как репортажи российских пропагандистских СМИ, иллюстрировавших кадрами из Умани сообщения о «нападениях на Донбасс», имеют все признаки фальсификации.

Кто бы ни был автором фразы «туда в ночь на 28 апреля попала российская ракета, погибли 23 человека, среди них — пятеро детей. — СР», он не должен привлекаться за это к уголовной ответственности в силу описанных выше причин.

Отдельно стоит обратить внимание на обнаруженные следствием признаки «преступления», которые позволили квалифицировать его по более тяжкой части статьи.

Утверждение о том, что Хустик «распространяла заведомо ложную информацию» с корыстными побуждениями, в связи с тем, что она как журналистка получала гонорар за свою работу в соответствии с договором, представляется абсурдным. Кроме того, даже если предположить, что «вознаграждение в сумме 64 тысячи рублей», упоминаемое следствием, полагалось автору текста именно за «распространение заведомо ложной информации об использовании Вооружённых Сил РФ», а не за добросовестную журналистскую работу, то, очевидно, в таком случае этой теме была бы посвящена статья целиком, а не небольшой комментарий в её конце.

Что же касается такого квалифицирующего признака, как «политическая ненависть», мы в принципе относимся к нему критически и считаем, что в большинстве случаев он приписывается произвольно. В действующем российском уголовном законодательстве не указано, что следует понимать под политической ненавистью или враждой как мотивом совершения преступления, — это создаёт недопустимую правовую неопределённость. Не выработано это определение и правоприменительной деятельностью Верховного Суда РФ.

Сама по себе «политическая ненависть» не является криминальным деянием, и выяснение наличия этого мотива имеет смысл, на наш взгляд, только в случае насильственных преступлений. И даже в таких случаях для признания преступления совершённым по мотиву ненависти необходимо достоверно установить, что побудительной причиной содеянного послужили не какие-либо иные мотивы, а именно обезличенная ненависть к той или иной социальной группе. Тем не менее, суды, преследуя несогласных, ограничиваются в приговорах лишь констатацией мотивов «политической вражды и ненависти», не утруждая себя доказыванием их наличия.

При этом даже если исходить из того, что некая «политическая ненависть» может быть обстоятельством, отягчающим высказывание, совершенно непонятно, как следствие по делу Хустик обосновывает её наличие в краткой информационной ремарке, не содержащей ни малейших эмоциональных оценок, а представляющей собой лишь крайне лаконичное утверждение о фактах (пусть и ошибочное с точки зрения следствия). 

Вопиюще беззаконное преследование Светланы Хустик — один из многочисленных примеров политически мотивированных преследований журналистов за профессиональную деятельность. Такого дел всё больше: в 2024 году к реальным срокам были приговорены 13 журналистов — больше, чем за любой из предыдущих годов. За девять месяцев 2025 года обвинительные приговоры с лишением свободы вынесли уже 9 сотрудникам СМИ.

В том числе несколько журналистов были, как и Хустик, были обвинены по ст. 207.3 УК РФ. Один из них — издатель алтайской газеты «Листок» Сергей Михайлов: за публикации о преступлениях российских военных в Буче и Мариуполе суд приговорил его к 8 годам лишения свободы. Журналист RusNews из Подмосковья Роман Иванов по аналогичному делу был приговорён к 7 годам колонии. Вероятно, самый известный пример — журналистка того же RusNews Мария Пономаренко, которую суд приговорил к 6 годам колонии и 5 годам запрета на журналистскую деятельность. Всех их мы считаем политическими заключёнными.

Мы считаем, что подобные преследования направлены как на прекращение деятельности конкретных журналистов, так и на запугивание журналистского сообщества в целом. Подробнее о преследовании журналистов можно почитать в нашем обзоре.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Светланы Хустик является политически мотивированным, направленным на устрашение общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Светлану Хустик политической заключённой, требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования.

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации в СМИ:

1 октября 2025 года. NGS24. Журналистку из Красноярска отправили в СИЗО из-за чужих слов в тексте? Что на самом деле стало поводом для ареста

1 октября 2025 года. Новая газета. Реалии. Сибирь. К предъявленному Светлане Хустик обвинению: следствие не понимает, как работает журналистика

Дата создания справки: 06.10.2025 г.