Полное описание
23-летнего жителя Ростовской области Петра Колистратова задержали 14 апреля 2023 года в посёлке Понуровка Брянской области, в тот же день в отношении него возбудили уголовное дело о покушении на незаконное пересечение границы (ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ). По версии следствия, отражённой в СМИ, после задержания Колистратов якобы добровольно заявил на допросе, что он заполнил анкету для вступления в Русский добровольческий корпус (РДК), после чего получил «тестовое задание» поджечь военкомат в Новошахтинске Ростовской области. Он якобы совершил такой поджог 10 декабря 2022 года, засняв его на видео, после чего получил от РДК инструкции о выезде из России через Казахстан. Но вместо этого он решил выехать по другому маршруту, через Брянскую область, где и был задержан. Как сообщал Telegram-канал «Чё по Ростову?» «во время досмотра у Колистратова пограничники нашли 2 аккумулятора, нож, болторез, 2 мотка верёвок, 120 000 рублей, наушники, зарядное устройство для телефона, паспорт, СНИЛС, медицинскую книжку, а также приписной билет в военкомат и резиновую лодку».
18 апреля 2023 года Советский районный суд Брянска заключил Петра Колистратова под стражу. Как было указано в пресс-релизе, мужчина «с целью вступления в состав ВСУ и оказания иной помощи в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации предпринял попытку пешком незаконно пересечь Государственную границу Российской Федерации с Украиной в обход установленных и открытых пунктов пропуска на территории Стародубского района, однако был задержан пограничным нарядом».
Впоследствии Колистратова обвинили также в покушении на государственную измену (ч. 3 ст. 30, ст. 275 УК РФ) в форме перехода на сторону противника.
16 октября 2023 года уголовное дело поступило в суд для рассмотрения по существу. 11 января 2024 года коллегия Брянского областного суда под председательством Шальнева Андрея Витальевича приговорила Петра Колистратова к 8 годам лишения свободы в колонии строгого режима с последующим ограничением свободы на 1 год 6 месяцев.
Согласно пресс-релизу Брянского областного суда, Колистратов «принял решение перейти на сторону противника и вступить в одно из радикальных националистических вооружённых формирований Украины с целью участия в военных действиях против Вооружённых Сил РФ. Для этого Колистратов вступил в переписку с украинскими вербовщиками и разработал маршрут пересечения Государственной границы, согласно которому прибыл в Брянск, где купил надувную лодку для преодоления водной преграды, а затем — в Стародубский район Брянской области, где пешком направился в сторону Государственной границы Российской Федерации». Также сообщалось, что Колистратов полностью признал свою вину. Приговор не обжаловался и вступил в законную силу 9 февраля 2024 года.
Основания признания политзаключённым
Пётр Колистратов признан виновным в покушении на государственную измену в форме перехода на сторону противника (ч. 3 ст. 30, ст. 275 УК РФ). В июле 2022 года, через несколько месяцев после начала развязанной Россией полномасштабной войны против Украины, Владимир Путин подписал закон, включающий в ст. 275 УК РФ этот состав госизмены. Первоначально за это грозило наказание от 12 до 20 лет лишения свободы, а 28 апреля 2023 года в эту статью были внесены поправки, предусматривающие пожизненное лишение свободы за государственную измену.
Согласно Примечанию к ст. 275 УК РФ, «под переходом на сторону противника <…> понимается участие лица в составе непосредственно противостоящих Российской Федерации сил (войск) иностранного государства, международной либо иностранной организации в вооружённом конфликте, военных действиях или иных действиях с применением вооружения и военной техники». Уже после вынесения приговора Колистратову, Федеральным законом от 28.12.2024 г. это Примечание было дополнено — переходом на сторону противника признаётся теперь и «добровольное участие в деятельности органов власти, учреждений, предприятий, организаций противника, заведомо направленной против безопасности Российской Федерации».
Мы считаем неправомерным обвинение Петра Колистратова по этой статье. Контекстом вменённых ему действий является преступная война, развязанная Россией против Украины. 24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
При этом, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью российской правовой системы и имеют приоритет в случае противоречия с национальным правом. Это означает, что и с точки зрения российского права участие в защите Украины от агрессии является правомерным и ненаказуемым действием.
Исходя из этого, по нашему мнению, участие иностранных граждан (включая россиян) в военных действиях на стороне Украины или призывы к таким действиям тоже не должны признаваться преступлением — в случае, если это участие соответствует ряду условий, также установленных международным правом. В соответствии с ним единственной запрещённой формой участия иностранца в боевых действиях является наёмничество, критерии которого определяет Международная Конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наёмников от 4 декабря 1989 года и протоколы к ней. Согласно ст. 1 этой Конвенции наёмники не входят в личный состав вооружённых сил стороны, находящейся в конфликте, не являются гражданами ни одной из сторон конфликта, а являются лицами, которые, «принимая участие в военных действиях, руководствуются главным образом желанием получить личную выгоду и которым в действительности обещано стороной или по поручению стороны, находящейся в конфликте, материальное вознаграждение, существенно превышающее вознаграждение, обещанное или выплачиваемое комбатантам такого же ранга и функции, входящим в личный состав вооружённых сил данной стороны». Россияне, которые сражаются на стороне Украины, под эти критерии Конвенции не подпадают, поскольку они являются гражданами одной из сторон конфликта — России, действуют в составе вооружённых сил Украины и обладают одинаковым правовым статусом с другими военнослужащими. Также маловероятно, что они получают материальное вознаграждение, превышающее, тем более существенно, вознаграждение других военнослужащих ВСУ. Кроме того, нет никаких оснований полагать, что при вступлении в ВСУ они руководствуются желанием получить материальную выгоду (в таком случае им, очевидно, проще бы было воевать в составе ВС РФ). Гораздо более вероятным представляется, что граждане РФ, несмотря на угрозу преследования стремящиеся вступить в ВСУ, мотивированы своими взглядами, действуют в соответствии со своими оценками политики российского правительства и убеждением в важности личного участия в защите Украины от агрессии, соответствующего нормам международного права. В известных нам случаях преследования граждан России, обвиняемых в покушении или приготовлении по ст. 275 УК РФ, а также по ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие в незаконном вооружённом формировании на территории иностранного государства в целях, противоречащих интересам Российской Федерации») действия, которые они якобы планировали совершить, нельзя отнести к наёмничеству, признаки которого ясно описаны ст. 1 этой конвенции.
История знает немало примеров того, как тысячи добровольцев из разных стран принимали участие в вооружённых конфликтах на стороне, которую считали правой в случае нападения на неё превосходящих сил агрессора, и такой выбор может признаваться справедливым.
При этом, согласно ст. 16 Женевской Конвенции III, с учётом положений Конвенции, касающихся звания и пола, «держащая в плену держава должна со всеми военнопленными обращаться одинаково, без какой-либо дискриминации по причинам расы, национальности, вероисповедания, политических убеждений и всем другим причинам, основанным на аналогичных критериях».
Этот принцип запрета дискриминации относится и к критерию гражданства. Так, ст. 4 Женевской Конвенции III закрепляет перечень категорий лиц, которые могут считаться военнопленными в случае попадания во власть неприятеля. Требований к гражданству пленённых лиц эта норма не устанавливает. Сама по себе принадлежность таких лиц к личному составу вооружённых сил стороны конфликта, включая личный состав добровольческих отрядов, дает основания для того, чтобы рассматривать их как военнопленных.
Хотя позиции судебных органов разных стран по этому вопросу не полностью однозначны, мы полагаем, что, особенно применительно к конкретной войне, агрессивной со стороны Российской Федерации и правомерной со стороны защищающейся от агрессии Украины, можно обоснованно сделать вывод о том, что если бы Колистратов действительно вступил в какое-либо подразделение ВСУ, включая Русский добровольческий корпус, и оказался бы в плену, он не подлежал бы ответственности за сам факт участия в боевых действиях. Тот факт, что Колистратову не удалось вступить в РДК и поучаствовать в боевых действиях, никак не меняет эти выводы. Очевидно, что наказание за приготовление к деянию, которое, будучи завершённым, не должно было бы рассматриваться как преступление, не отвечает принципу справедливости и вообще здравому смыслу.
В то же время, сам факт наличия у Петра Колистратова намерения именно принять участие в боевых действиях на стороне Украины, а не просто покинуть Россию, вызывает некоторые сомнения.
Нам не доступны документы обвинения и полный текст приговора, поэтому мы опираемся на информацию из СМИ. В одном из наиболее подробных описаний дела сказано, что Колистратов привлёк внимание пограничников ФСБ тем, что у него была с собой резиновая лодка. Также сказано, что «ничего особо подозрительного при нём не нашли», но в ходе беседы с пограничниками выяснилось, что Пётр — из Ростовской области и что он намеревался перебраться в Украину и вступить в РДК. Какими были обстоятельства этой «беседы», в каком состоянии находился Колистратов, говорил ли он это в действительности и если говорил, то насколько это было правдиво, неизвестно.
Можно предположить, что, как и во многих других случаях, в деле Колистратова для доказывания намерения перехода на сторону противника использовали сообщения и переписку, обнаруженные в его мобильном телефоне. Однако следует понимать, что ни подобная переписка с друзьями и знакомыми, ни даже направление анкеты в РДК не могут служить однозначными доказательствами того, что задержанный намеревался участвовать в военных действиях на стороне ВСУ. Наличие в переписке вопросов о возможности принятия участия в военных действиях тоже совершенно не обязательно свидетельствуют о том, что наводящий такие справки непременно примет в них участие в ближайшем или отдалённом будущем. Такие вопросы могут задаваться, а утверждения могут делаться из интереса, из бравады либо ещё по каким-либо причинам.
Что касается так называемого «тестового задания», которое Колистратов якобы выполнил, то есть поджога военкомата в Новошахтинске с помощью трёх «коктейлей Молотова», то, несмотря на то, что после задержания сообщалось, что ему грозит уголовное дело за террористический акт (ст. 205 УК РФ), в итоге поджог военкомата ему вменён не был. В приговоре Колистратова приведены две уголовные статьи, ни одна из которых не предполагает ответственности за возможный поджог военкомата. Это указывает на то, что эпизод про «тестовое задание» мог быть полностью выдуман — или самим Колистратовым, или правоохранительными органами. Отметим также, что ни правоохранительные органы, ни СМИ не сообщали о факте поджога военкомата в Новошахтинске в декабре 2022 года.
Что касается обвинения по ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ («Покушение на незаконное пересечение государственной границы РФ»), то, безотносительно к его обоснованности, максимально возможное наказание по этой статье составляет 1 год 6 месяцев лишения свободы, которые в любом случае Колистратов уже давно отбыл.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно Международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Петра Колистратова является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и других прав и свободы, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Петра Колистратова политическим заключённым и требует прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации в СМИ:
16 апреля 2023 года. ASTRA. В Брянской области пограничники задержали 23-летнего жителя Новошахтинска, который якобы хотел вступить в «Русский добровольческий корпус» и воевать на стороне Украины
31 мая 2023 года. МК. Желавшего воевать за Украину россиянина задержали
12 января 2024 года. The Insider. Ростовчанина приговорили к 8 годам колонии по делу о госизмене. ФСБ утверждает, что он хотел поехать в Украину, вступить в РДК
Дата обновления справки: 30.09.2026 г.
