Поляков Максим Сергеевич

Полное описание

Согласно приговору суда, гражданин Украины и уроженец Харькова Максим Поляков, отбывая наказание в ФКУ ИК-5 ГУФСИН России по Свердловской области в городе Нижний Тагил, разместил от имени пользователя «Teddy Воу» (@Shark_UA14_88) в различных Telegram-чатах и группах Екатеринбурга (в разделах «Услуги» и «Вакансии» группы «чат Екатеринбург», в группах «Екатеринбург Работа/ Шабашки», «Работа/Халтура Екатеринбург», «Доска объявлений Екатеринбург», «Работа в Екатеринбурге», «Куплю/ Продам в Екатеринбурге» и др.) сообщения и комментарии преступного содержания.

Из приговора следует, что ст. 205.2 УК РФ вменена Полякову за размещение 23, 24 августа и 31 октября 2023 года «графических изображений с текстами украинского военизированного объединения Легион «Свобода России» и националистической организации «Русский добровольческий корпус» (далее РДК), содержащие оправдание деятельности ТО «Легион» и РДК и призывающие к оказанию помощи РДК и ТО «Легион», (финансовой, информационной и в виде личного участия в деятельности)».

Ст. 280.4 УК РФ вменена Полякову за «комментарий от 23 августа 2023 г. к материалам, размещённым в разделе «Услуги» группы «чат Екатеринбург», с призывом к оказанию финансовой и иной помощи украинскому объединению ТО «Легион» и украинской организации «РДК», действующими против безопасности Российской Федерации, а также к вступлению в эти организации, то есть к государственной измене в форме перехода на сторону противника и оказанию финансовой и иной помощи этим иностранным организациям (при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных ст. 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 УК РФ)».

Приговор не приводит ни одного из опубликованных Поляковым сообщений или комментариев. На момент составления справки часть упомянутых в приговоре групп не существует (или же они неверно названы), а в существующих вменённые комментарии не обнаруживаются — по всей видимости, они удалены.

Доказательствами признаны найденный в помещении швейного участка № 1 ИК-5 телефон «Redmi Note 3». Двое заключённых той же колонии показали, что этим телефоном пользовался Поляков, а также что ему принадлежит аккаунт «Teddy Boy» в Telegram, что он состоял в переписке с членами РДК и размещал посты в поддержку РДК и ЛСР.

Известно также, что аккаунт «Teddy Boy» зарегистрирован на украинский номер, а изъятый телефон содержал российскую СИМ-карту, с которой и выходил в Интернет.

Поляков полностью признал вину, оформил явку с повинной и «способствовал следствию». При этом из приговора следует, что он заявил о совершённых им преступлениях сотрудникам оперативного отдела ИК-5 30 января 2024 года, а уголовное дело против него было возбуждено только 15 апреля 2024 года.

По заключению психиатрической экспертизы, у Полякова «в период инкриминируемого деяния и в настоящее время обнаруживаются признаки психических расстройств в виде смешанного расстройства личности и синдрома зависимости в результате сочетания употребления наркотиков и других психо­активных веществ, средняя (вторая) стадия зависимости, в настоящее время воздержание в условиях, исключающих потребление, наркомания. При этом Поляков в полной мере осознавал фактический характер и общественную опасность своих действий и мог руководить ими». Комиссия также рекомендовала проведение реабилитационного лечения Полякова от наркозависимости, которое приговор назвал неосуществимым в силу необходимости отбытия Поляковым наказания. 

24 октября 2024 года судья Центрального окружного военного суда Скачков Андрей Владимирович, с участием гособвинителей Паначевой Надежды Анатольевны, Перевалова Д. А., Комиссарова Дмитрия Александровича вынес приговор. Полякову были назначены 8 лет лишения свободы, а в совокупности с неотбытой частью предыдущего наказания — 9 лет лишения свободы с отбыванием первых З лет в тюрьме, а оставшейся части наказания — в колонии строгого режима, а также штраф в сумме 31 854 рублей и запрет заниматься администрированием сайтов и групп в Интернете на 4 года.

10 июня 2025 года судья Апелляционного военного суда Ушакова Марина Викторовна оставила приговор без изменения.

Интересы Максима Полякова защищал адвокат Бояринцев Алексей Викторович.

17 июля 2024 года Поляков внесён в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга.

Признаки политической мотивации и незаконности лишения свободы

Обвинение и суд рассматривают две группы комментариев Полякова (в одной — несколько комментариев, в том числе один из них от 23 августа 2023 года, во второй — только один, тоже от 23 августа), которые квалифицируются по разным статьям УК (ст. 205.2 и ст. 280.4). Приговор не приводит эти тексты, но описывает содержание. В описании обеих групп комментариев содержатся практически идентичные пункты об оказании всесторонней помощи Легиону «Свобода России» (далее — ЛСР) и РДК (включая финансовую и личное участие), однако в первом случае вменяется ст. 205.2 УК РФ («оправдание терроризма или призыв к террористической деятельности»), а во втором — аналогично описанный призыв к оказанию помощи квалифицируется уже по ст. 280.4 УК РФ как призыв к госизмене в форме перехода на сторону противника.

В качестве обоснования квалификации текстов по разным статьям в приговоре приведена цитата из лингвистической экспертизы:

«В комментариях от 23, 24 августа и 31 октября 2023 г. содержатся призывы к вступлению в «РДК» и ТО «Легион», оказание этим организациям помощи, в том числе финансовой, а «РДК» ещё и информационной, а также оправдание деятельности указанных украинских объединений. Кроме того, в комментарии от 23 августа 2023 г. к материалам, размещённым в разделе «Услуги» группы «чат Екатеринбург» содержится призыв, направленный против безопасности Российской Федерации, путём оказания помощи украинским военизированным объединениям «РДК» и ТО «Легион», деятельность которых курируется иностранными спецслужбами, действующими против безопасности Российской Федерации».

Здесь второй комментарий характеризуется как «направленный против безопасности РФ», однако речь, как и в первом случае, идет об «оказании помощи», а не о призыве к вступлению.

Не зная точных текстов, мы не можем детально оценить их лингвистические нюансы. Возможно, во втором комментарии действительно можно усмотреть призыв к вступлению, но отсутствие внятного обоснования или прямых цитат позволяет нам усомниться в точности лингвистической интерпретации текста судом.

Однако даже в том случае, если комментарии Полякова по своему содержанию соответствуют описаниям в приговоре, мы не считаем правомочным вменение обеих статей УК. Рассмотрим каждую из них. 

Обвинение по ст. 280.4 УК РФ

Контекстом вменённых Полякову действий является преступная война, развязанная Россией против Украины. 24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.

При этом, согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ, общепризнанные принципы и нормы международного права являются составной частью российской правовой системы и имеют приоритет в случае противоречия с национальным правом.

История знает немало примеров того, как тысячи добровольцев из разных стран принимали участие в вооружённых конфликтах на стороне, которую считали правой в случае нападения на неё превосходящих сил агрессора, и такой выбор может признаваться справедливым.

Исходя из этого, по нашему мнению, участие иностранных граждан (включая россиян) в военных действиях на стороне Украины тоже не должны признаваться преступлением — в случае, если это участие соответствует ряду условий, также установленных международным правом. В соответствии с ним единственной запрещённой формой участия иностранца в боевых действиях является наёмничество, критерии которого определяет Международная Конвенция о борьбе с вербовкой, использованием, финансированием и обучением наёмников от 4 декабря 1989 года и протоколы к ней.

Если бы вступивший в РДК или Легион «Свобода России» россиянин попал в плен, на него бы распространялись бы требования Женевских Конвенций об обращении с военнопленными, в частности запрещающих какую-либо дискриминацию «по причинам расы, национальности, вероисповедания, политических убеждений и всем другим причинам, основанным на аналогичных критериях». Требований к гражданству пленённых лиц эти нормы не устанавливают. Сама по себе принадлежность таких лиц к личному составу вооружённых сил стороны конфликта, включая личный состав добровольческих отрядов, дает основания для того, чтобы рассматривать их как военнопленных.

Таким образом, поскольку само присоединение россиян к ВСУ не является преступлением, то не является таковым и призыв к этому, если он имел место.

Необходимо также отметить, что вмененная Полякову ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ») была введена в российское законодательство в июле 2022 года законом, предусматривающим целый ряд новаций в Уголовный кодекс, которые авторы законопроекта связывали с «защитой интересов России», но которые фактически отвечают запросам военного времени и предусматривают преследование граждан за любые попытки противостоять милитаристским решениям военно-политического руководства России.

Так, законом были расширены и стали ещё менее конкретными понятия «государственная измена» и «шпионаж», введено наказание за неопределённое «конфиденциальное сотрудничество со спецслужбами, международными или иностранными организациями». Достаточно широко, по мнению ряда экспертов, можно трактовать и положения рассматриваемой ст. 280.4 УК РФ.

Диспозиция статьи сформулирована следующим образом: «Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, либо к воспрепятствованию исполнения органами власти и их должностными лицами своих полномочий по обеспечению безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных статьями 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 настоящего Кодекса)». При этом в Примечании к этой статье с отсылкой к ст. 104.1 УК РФ указано: «В настоящей статье под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276, 281, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». Среди перечисленных — такие статьи, как «Незаконный экспорт», «Контрабанда денежных средств», «Бандитизм», «Незаконное приобретение оружия», «Контрабанда наркотических средств», «Шпионаж», «Диверсия» и прочее.

Следует отметить, что формулировка «публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации», является исключительно широкой и неконкретной. В качестве таких «призывов» могут трактоваться практически любые высказывания относительно деятельности государства в военной сфере, сфере безопасности, работы любых государственных учреждений и ведомств, безотносительно к реальным и потенциально возможным последствиям таких высказываний, но при этом не столь опасные для власти, чтобы охватить их уже упомянутыми в статье составами: 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 УК РФ.

Главным, что объединяет разные виды «призывов», которые могут подпасть под санкции ст. 280.4 УК РФ, является понятие «безопасность РФ», против которой они должны быть направлены. И само это понятие, и попытка определить чью-либо деятельность как направленную против этой безопасности являются оценочными. Такая формулировка не позволяет заранее определить, какие призывы и высказывания являются правомерными, а какие — запрещёнными. Перечисление в Примечании к статье более трёх десятков хаотично выбранных из законодательства статей УК РФ, которые якобы описывают деятельность, «направленную против безопасности РФ», не вносит ясности в оценку высказываний как потенциально криминальных. Напротив — нагромождение из нескольких десятков разных по своей сути составов преступлений в рамках одной статьи не может не привести к абсолютно произвольному и расширительному пониманию положений ст. 280.4 УК РФ.

Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».

Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами.

Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.

Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.

При этом суверенитет Российской Федерации, независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.

Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года. 

Известно, что комментарии, вменяемые Полякову, были посвящены противодействию российской агрессии против Украины и призывам к оказанию финансовой и иной помощи Легиону «Свобода России» и РДК — официальным подразделениям украинской армии. Таким образом, посты Полякова фактически были направлены не на угрозу национальной безопасности РФ, а на противодействие этой угрозе. Поэтому мы считаем необоснованной квалификацию вмененных Полякову комментариев по ст. 280.4 УК РФ.

Обвинение по ст. 205.2 УК РФ

Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть к совершению преступлений, предусмотренных соответствующими статьями УК РФ.

Известно, что ст. 205.2 УК РФ зачастую используется властью не для предотвращения общественно опасных деяний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения. Само по себе вменение статьи об оправдании терроризма и призывах к террористической деятельности в данном случае в принципе противоправно, поскольку приведённые судом описания текстов не содержат упоминаний каких-либо конкретных террористических действиях. Обвинение основано исключительно на признании в России Легиона «Свобода России» и Русского добровольческого корпуса террористическими организациями. Мы считаем решения о включении РДК и ЛСР в список террористических организаций неправомерными как по материальным, так и процессуальным основаниям. Подробнее о нашей позиции относительно этих решений можно почитать здесь. 

Неправовое одновременное вменение двух статей УК

Обе вменённые Полякову статьи связаны с высказываниями в отношении одних и тех же организаций — РДК и Легиона «Свобода России». Именно поэтому обвинение в призывах к участию в деятельности террористической организации противоречит обвинению в призывах к госизмене. 

Ст. 280.4 УК РФ вменена за публичные призывы к госизмене в форме перехода на сторону противника. При этом ст. 275 УК РФ, описывающая госизмену в форме такого перехода, содержит два примечания.

Примечание 1 говорит, что «под противником в настоящей статье понимаются иностранное государство, международная либо иностранная организация, непосредственно противостоящие Российской Федерации в вооружённом конфликте, военных действиях или иных действиях с применением вооружения и военной техники».

Примечание 2 — что «под переходом на сторону противника в настоящей статье понимается участие в составе сил (войск) противника в вооружённом конфликте, военных действиях или иных действиях с применением вооружения и военной техники».

То есть ст. 280.4 УК РФ предусматривает ответственность за переход на противоположную сторону вооружённого конфликта, которая в соответствии с международным гуманитарным правом является легитимным участником такого конфликта и, как было обосновано по ссылке выше, не может квалифицироваться как террористическая организация. В то же время, состав ст. 205.2 УК РФ предусматривает призыв к участию в деятельности именно террористической организации или оправдание её действий.

Если обвинение считает Легион «Свобода России» и РДК террористическими организациями и квалифицирует действия Полякова как призыв к участию в них (ст. 205.2 УК РФ), то квалифицировать аналогичные призывы как приготовление к «переходу на сторону противника» (ст. 280.4 УК РФ) нельзя. И наоборот, если ему вменено приготовление к «переходу на сторону противника», значит, Легион и РДК рассматриваются обвинением не как террористическая организация, а как часть вооружённых сил Украины. Таким образом, квалификация одних комментариях об этих формированиях в соответствии с ч. 2 ст. 205.2 УК РФ, а другого (судя по заключению эксперта, идентичного по содержанию) — по ч. 2 ст. 280.4 УК РФ невозможна.

Подобная квалификация представляется невозможной даже по формальным основаниям. В ст. 280.4 УК РФ указывается, что она применяется к деяниям, в которых нет состава ст. 205.2 УК РФ, что исключает возможность совокупности этих двух статей УК применительно к идентичным деяниям. Мы полагаем, что следствие и вслед за ним суд, исходя из политической задачи «утяжеления» наказаний через «навешивание» дополнительной статьи обвинения, искусственно выделили один комментарий, имеющий, по сути, то же содержание, что и остальные, и квалифицировало его не по ст. 205.2, а по 280.4 УК РФ, в целях обхода с помощью этой манипуляции содержащегося в УК запрета.

О возбуждении уголовных дел в отношении лиц, уже отбывающих наказание

Главными доказательствами того, что Поляков является автором опубликованных от имени анонимного аккаунта комментариев, являются его признательные показания и показания других заключенных. 

Отметим, что СИЗО и колонии уголовно-исполнительной системы являются достаточно непрозрачной средой, при этом ФСБ и администрация этих учреждений получают широкое поле для манипуляций осуждёнными, давления на них и, таким образом, фальсификации новых уголовных дел. Мы считаем, что обвинение, построенное на словах других осуждённых, содержащихся в СИЗО, тюремной больнице или колонии, в принципе не может являться состоятельным. Под давлением администрации эти лица могут дать любые показания, оговорив себя, другого осуждённого или следственно арестованного, будучи сами зависимыми от администрации лицами, либо выполняя её поручения по «разработке» избранной жертвы в интересах следствия.

Мы не можем исключить, что подобное произошло и в отношении Максима Полякова, при этом его украинское гражданство могло стать дополнительным поводом для применения к нему нового наказания.

При этом мы с недоверием относимся и к признательным показаниям самого Полякова: они часто даются с целью «заработать» смягчающие обстоятельства и сократить срок неизбежного наказания. 

Прочие обстоятельства

Определённые вопросы вызывает также странная хронология возникновения этого дела. Приговор упоминает, что уголовное дело было заведено почти через три месяца после якобы состоявшейся явки с повинной Полякова к сотрудникам оперативного отдела ИК. Это может быть связано, например, с попытками достижения каких-либо негласных договоренностей, определением участия других фигурантов, давлением на Полякова с целью получения показаний на кого-либо или иными неизвестными неправовыми обстоятельствами. 

Вызывает вопросы также и то, что Поляков «продвигал» ЛСР и РДК исключительно в екатеринбургских группах Telegram. Можно предположить, что он знал их и был подписан на них ещё со времени своей деятельности по распространению наркотика. Однако вряд ли Поляков сохранил и использовал с тех пор свой тогдашний аккаунт, который стал известен правоохранителям. Возможно, однако, что его использовали сотрудники ФСБ для фабрикации нового дела. Если же ему уже в заключении кто-то передал аккаунт, зарегистрированный на украинский телефонный номер, то все равно неясно, почему в адресатах его пропаганды присутствует только Екатеринбург. В любом случае, приговор не проясняет этот вопрос.

О возможности признании политзаключённым

По первому уголовному делу Поляков находился под стражей с 22 декабря 2017 года. 12 марта 2019 года он приговорен по ч. 3 ст. 30, ч. 5 ст. 228.1 УК РФ («Покушение на сбыт наркотических средств в особо крупном размере») к 8 годам 6 месяцам лишения свободы в колонии строгого режима. Суд зачёл время содержания под стражей из расчёта один день за один день отбывания наказания в колонии строгого режима. Таким образом, Поляков должен был бы отбыть своё наказание по первому приговору 22 июня 2026 года, а его второй приговор (по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ и п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ) мы считаем незаконным. На момент написания справки (середина февраля 2026 года) Поляков отбыл уже 8 лет 2 месяца лишения свободы. По истечении срока лишения свободы, назначенного приговором 2019 года, мы будем считать его политическим заключённым.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное преследование Максима Полякова по обвинениям в оправдании терроризма и публичных призывах к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ является политически мотивированным, направленным на устрашение противников агрессивной войны и общества в целом, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы по данному приговору применено к Полякову в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» требует отмены вынесенного Максиму Полякову приговора по обвинениям в оправдании терроризма и публичных призывах к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ, прекращения его уголовного преследования по вмененным в рамках этого дела статьям и его освобождения по истечении срока, назначенного по предыдущему приговору.

Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Дата обновления справки: 02.02.2026 г.