Пушкаш Наталия Николаевна

Полное описание

2 апреля 2023 года в результате подрыва погиб военкор Владлен Татарский (Максим Фомин). Согласно сообщению Южного окружного военного суда, 3 апреля Наталия Пушкаш «разместила в сети “Интернет” видеозапись о российском военном корреспонденте, погибшем в результате террористического акта, и текстовый комментарий к ней, содержавший лингвистические признаки оправдания террористической деятельности, направленные на формирование у лица идеологии терроризма, убежденности в её привлекательности, представления о допустимости осуществления террористической деятельности». 

Позднее, 24 августа 2023 года, согласно информации суда, Наталия Пушкаш «разместила видеозапись и текстовый комментарий к ней, содержавший призыв граждан и военнослужащих РФ к сдаче в плен вооружённым силам Украины и передаче за денежное вознаграждение военной техники». Эти действия украинки были квалифицированы как публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности России.

Наталия Пушкаш была задержана 25 марта 2025 года, спустя более чем 1,5 года после последней вменяемой публикации, и отправлена под стражу.

В Южный окружной военный суд дело Пушкаш поступило 2 октября 2025 года. Вёл судебный процесс судья Черепов Олег Александрович. 17 февраля 2026 года Наталия Пушкаш была признана виновной по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Оправдание терроризма с использованием Интернета») и п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности государства, с использованием Интернета») и приговорена к 6 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима.

Приговор был обжалован в апелляционной инстанции адвокатом. 22 июля 2026 года судья Апелляционного военного суда Винник Сергей Вячеславович утвердил приговор Пушкаш. 

Женщина участвовала в слушании по видеосвязи из СИЗО-1 Чеченской Республики, проплакав всё заседание. Сквозь слёзы украинка просила смягчить наказание до штрафа — из-за проблем со здоровьем она не может переносить заключение и считает, что не сможет отбыть срок, так как скончается. У Пушкаш инвалидность III группы, повышенное давление и заболевание коленных суставов после ДТП. Женщина рассказала, что даже не может нормально ходить в туалет в СИЗО, ей приходится опускаться, держась обеими руками за стены.

Пушкаш признала вину, раскаялась, отметила, что написала комментарии на эмоциях. Она сказала, что не видела своих детей с 2022 года, и попросила суд, если тот решит оставить наказание без изменения, хотя бы разрешить делать звонки — в чеченском СИЗО осуждённой не позволяли и этого.

В качестве защитников в апелляционном суде выступали Минчинков Юрий Леонидович и Нурбагомедов Нурбагомед Курбанович.

2 апреля 2025 года Наталия Пушкаш была внесена в список экстремистов и террористов Росфинмониторинга с пометкой о террористической деятельности. 

Основания признания политзаключёнными

Контекст уголовного дела

24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.

В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Таким образом, с точки зрения и международного, и российского права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. 

Незаконность применения российского законодательства на оккупированных территориях

Прежде всего стоит отметить, что Наталия Пушкаш — уроженка и гражданка Украины, оказавшаяся под оккупацией в результате агрессивной войны, развязанной Россией. Общие незаконность и необоснованность её преследования усугубляются самим фактом применения УК РФ на оккупированных территориях и использованием в репрессивных целях подконтрольных России судов, организованных на этих территориях.

12 октября 2022 года Генеральная ассамблея ООН осудила попытки аннексии Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины. Соответствующую резолюцию поддержали 143 из 193 государств — членов ООН. Против были только 5, включая Россию. На настоящий момент территории Украины, находящиеся под фактическим контролем Российской Федерации, являются оккупированными территориями. 

Такая квалификация ситуации соответствует определению режима оккупации в международном гуманитарном праве (принятая в Гааге 18 октября 1907 года Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, Положение о законах и обычаях сухопутной войны, ст. 42), а также практике международных судов (ICTY, Prosecutor v. Mladen Naletilic and Vinko Martinovic, IT-98-34-T, Trial Chamber, Judgment of: March 31, 2003, para. 217; Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), Judgment, I.C.J. Reports 2005, p. 168, para 173).

В связи с этим Россия как оккупирующая держава обязана соблюдать Женевскую конвенцию о защите гражданского населения во время войны (далее — ЖК IV), а также нормы обычного гуманитарного права, регулирующие режим оккупации, в частности, содержащиеся в Положении о законах и обычаях сухопутной войны.

В соответствии с международным гуманитарным правом, Россия ограничена в своих законодательных и административных полномочиях. Согласно положениям ЖК IV и нормам обычного гуманитарного права, администрирование оккупированной территории должно осуществляться местными органами, действовавшими на момент начала оккупации, а рассмотрение дел по обвинению в нарушении уголовного законодательства уполномочены осуществлять местные суды. Несмотря на то, что оккупирующая держава может создавать отдельные органы и военные суды с целью более эффективного администрирования территории, она не вправе ни при каких обстоятельствах попросту устранять действовавшую ранее систему органов власти и заменять её новой без наличия на то веских оснований (ЖК IV, ст. 64).

Аналогичным образом Россия не вправе целиком отменять действовавшее на момент начала оккупации уголовное законодательство и заменять его своим. Ограниченные законодательные полномочия предоставлены оккупирующей державе лишь с целью изменения законодательства, применение которого угрожает безопасности или препятствует имплементации международного гуманитарного права, а также для более эффективного администрирования оккупированной территории.

В нарушение ст. 65 Женевской конвенции, изданные Россией как оккупирующей державой законы, предусматривающие уголовную ответственность, не только не были доведены до сведения населения Херсонской области на украинском языке, но и их действию была придана обратная сила. Так, в соответствии с ч. 1 ст. 2 Федерального закона № 395 — ФЗ, «преступность и наказуемость деяний, совершённых на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области до 30 сентября 2022 года, определяются на основании уголовного законодательства Российской Федерации». С 30 сентября 2022 года на оккупированной территории Херсонской области стало применяться законодательство Российской Федерации (ч. 1 ст. 4, ч. 3 ст. 1 Федерального конституционного закона от 4 октября 2022 года №8 — ФКЗ «О принятии в Российскую Федерацию Херсонской области и образовании в составе Российской Федерации нового субъекта — Херсонской области»).

При этом мы в принципе оспариваем соответствие Женевским Конвенциям указанного выше Федерального закона № 395-ФЗ, так как оккупирующая держава может вводить на оккупированной территории новые уголовные положения только для трёх целей: a) чтобы дать возможность оккупирующей державе выполнить её обязательства по Международному гуманитарному праву, b) чтобы обеспечить должное управление территорией и c) обеспечить безопасность персонала, имущества и коммуникационной инфраструктуры вооружённых сил и администрации оккупирующей державы (ЖК IV ст. 64 (2)). Этот перечень правомерных законодательных целей является исчерпывающим. Очевидно, что сама идея комплексного введения на оккупированной территории уголовного закона оккупирующей державы противоречит этим положениям ст. 64 ЖК.

Обвинение по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ

Даже если допустить правомерность применения на территории оккупированной части Херсонской области Украины российского УК, мы считаем преследование Пушкаш по ст. 205.2 УК РФ незаконным.

Наталия Пушкаш была признана виновной в оправдании терроризма с использованием Интернета (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). Основанием для обвинения послужила публикация, посвящённая гибели Владлена Татарского.

Ст. 205.2 УК РФ и раньше, до начала полномасштабного вторжения в Украину, зачастую использовалась властью не для предотвращения общественно опасных последствий высказываний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Уголовные дела по этой статье чаще всего возбуждаются за высказывания в социальных сетях и мессенджерах. С началом широкомасштабных военных действий репрессии с использованием ст. 205.2 УК РФ усилились и стали в первую очередь касаться антивоенных активистов и других людей, каким-либо образом высказывающих своё несогласие с агрессивной войной России в Украине. 

Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).

Нам неизвестно точное содержание видео и комментария, опубликованных Наталией Пушкаш 3 апреля 2023 года. Однако мы считаем, что есть все основания поставить под сомнение их трактовку как оправдание терроризма. 

В убийстве Владлена Татарского была обвинена Дарья Трепова. 25 января 2024 года Санкт-Петербурге военный суд приговорил 26-летнюю девушку к 27 годам лишения свободы — это самый большой срок заключения, назначенный женщине в современной России. Трепова была признана виновной в теракте, в результате которого погиб военкор Владлен Татарский (Максим Фомин) и несколько десятков человек пострадали (п. «б» ч. 3 ст. 205 УК РФ — террористический акт, совершённый организованной группой, повлёкший причинение смерти человеку), а также в незаконном ношении взрывных устройств в составе организованной группы (ч. 4 ст. 222.1 УК РФ) и использовании поддельных документов с целью скрыть другое преступление (ч. 4 ст. 327 УК РФ). Трепова принесла в кафе на встречу с Татарским статуэтку, в которую была заложена взрывчатка. Трепова признала вину только в подделке документов и отрицала, что знала о взрывчатке, однако следствие и суд посчитали, что она была осведомлена о её наличии, что подтверждается перепиской девушки со знакомой, где она допускает свою гибель после встречи с потерпевшим, следами взрывчатого вещества в арендованной ею квартире, а также показаниями свидетеля о намерении убить Татарского и иными доказательствами.

Прежде всего, мы считаем необходимым отметить, что в целом, исходя из норм права, убийство в публичном месте, совершённое общеопасным способом, повлёкшее за собой тяжёлые ранения и травмы для нескольких человек, безусловно является уголовно наказуемым деянием. Вместе с тем, биография Z-пропагандиста Татарского, его высказывания и участие в боевых действия против Украины могли вызывать ненависть к нему как у граждан Украины, так и у россиян, не приемлющих российскую агрессию против другого государства. Владлен Татарский — бывший гражданин Украины и заключённый, который сразу после освобождения в 2014 году присоединился к пророссийским силам, воюющим в Донбассе. До полномасштабного вторжения в Украину Татарский принял российское гражданство, издал три книги о войне и постоянно участвовал в стримах на YouTube-канале под названием REVERSE SIDE OF THE MEDAL, связанном с ЧВК «Вагнер» (сам канал был удалён и затем создан заново, сохранился также одноимённый Тelegram-канал). На фронт Татарский вернулся с началом полномасштабной войны и стал сам активно вести популярный Z-канал в Telegram, у которого было более полумиллиона подписчиков. Будучи одним из наиболее одиозных блогеров, поддерживающих вторжение в Украину, Татарский не стеснялся вещать на свою как минимум трёхсотысячную аудиторию, призывая «похоронить в казармах 10000 украинцев», «воевать, пока на Украине не закончатся люди призывного возраста» и так далее. Таким образом, Владлен Татарский активно поддерживал преступную агрессию, осуществляемую властями РФ, и принимал в ней деятельное участие. 

30 сентября 2022 года, находясь в Кремле, где Владимир Путин подписал указ о «присоединении» к России самопровозглашённых ДНР и ЛНР, части Херсонской и Запорожской областей Украины, Татарский записал и выложил в своём блоге короткое видео, которое быстро распространилось в Интернете. Выходя после церемонии, блогер сказал: «Всё, всех победим, всех убьём, всех, кого надо, ограбим, всё будет, как мы любим. Давайте, с богом». 15 января 2023 года он был внесён в санкционный список Украины за «распространение кремлёвской пропаганды в своих публикациях и докладах». ЧВК «Вагнер», с которой сотрудничал Татарский, в ряде стран имеет статус террористической организации.

Тот факт, что российские правоохранительные органы в условиях полномасштабной войны, противоречащей нормам международного права и российскому законодательству, преследуют за оправдание терроризма не сторонников незаконной ЧВК «Вагнер» (включая Татарского), действительно призывающих к терроризму и массовому убийству жителей другой страны, а тех, кто — как правило, в ненасильственной форме — выступает против войны и агрессивной пропаганды, само по себе носит политический, незаконный характер.

Не оправдывая совершённого Дарьей Треповой, мы убеждены, что все дела, возбуждаемые силовиками впоследствии в связи с высказываниями о её поступке — такие, как дело 77-летней пенсионерки Ларисы Кузнецовой из Ставропольского края, пиарщика из Екатеринбурга Ярослава Ширшикова, жителя Ангарска Константина Шуханова и многие другие — имеют ярко выраженный политический характер и преследуют цель устрашить противников российской агрессии в Украине.

Также следует учитывать, что само по себе признание лица виновным в совершении преступления террористической направленности (в случае с Дарьей Треповой — в совершении теракта) не означает обязательной автоматической квалификации всех высказываний, оправдывающих или одобряющих действия такого лица, по ст. 205.2 УК РФ. Тем не менее, в российской правоприменительной практике сложилась именно такая порочная практика. Можно вспомнить хотя бы множество уголовных дел, возбуждаемых до сих пор по этой статье за комментарии одобрительного или сочувственного характера о поступке анархиста Михаила Жлобицкого, взорвавшего 31 октября 2018 года бомбу в приёмной УФСБ по Архангельской области или даже с размышлениями о причинах этой акции (например, в случае с уголовным преследованием журналистки Светланы Прокопьевой).  

Есть все основания полагать, что и в случае Наталии Пушкаш приговор по ст. 205 УК РФ был вынесен лишь на основании того, что она одобрительно высказалась о самом факте смерти военкора. Между тем, даже не рассматривая обоснованность квалификации действий Дарьи Треповой именно по ст. 205 УК РФ, необходимо отметить, что в случае с уголовным делом в отношении Наталии Пушкаш обвинение должно было доказать, что умысел обвиняемой был направлен именно на высказывание о том, что идеология и практика терроризма являются правильными и нуждаются в поддержке и подражании. 

Сложившаяся в России судебная практика не даёт никаких оснований считать, что в суде реально доказывалось, что Пушкаш, размещая публикацию, преследовала умысел на оправдание идеологии насилия и практики воздействия на принятие решений органами государственной власти. И, напротив, есть все основания полагать, что Наталия Пушкаш хотела выразить солидарность со своей страной, Украиной, в связи с гибелью одного из наиболее одиозных пропагандистов и активных участников вооружённого вторжения.

Таким образом, публикация Пушкаш не может трактоваться как оправдание терроризма только из-за того, что содержит положительные оценки смерти военкора. 

Следует также отметить, что ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 169, в 2024 — 298, в 2025 году — 338, при этом данные за 2025 год ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 77 таких дел.

Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.

Обвинение по п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ 

Статья 280.4 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности РФ») была введена в российское законодательство 14 июля 2022 года. Одновременно с ней в Уголовный кодекс был внесён ряд новаций, которые их авторы связывали с «защитой интересов России», но которые фактически отвечают запросам военного времени и предусматривают преследование граждан за любые попытки противостоять милитаристским решениям военно-политического руководства России. 

Так, были расширены и стали ещё менее конкретными понятия «государственная измена» и «шпионаж», введено наказание за неопределённое «конфиденциальное сотрудничество со спецслужбами, международными или иностранными организациями». Достаточно широко, по мнению ряда экспертов, можно трактовать и положения рассматриваемой ст. 280.4 УК РФ.

Диспозиция статьи сформулирована следующим образом: «Публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, либо к воспрепятствованию исполнения органами власти и их должностными лицами своих полномочий по обеспечению безопасности Российской Федерации (при отсутствии признаков преступлений, предусмотренных статьями 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 настоящего Кодекса)». При этом в Примечании к этой статье с отсылкой к ст. 104.1 УК РФ указано: «В настоящей статье под деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации, понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 189, 200.1, 209, 210, 222 — 223.1, 226, 226.1, 229.1, 274.1, 275 — 276, 281, 283, 283.1, 284.1, 284.3, 290, 291, 322, 322.1, 323, 332, 338, 355 — 357, 359 настоящего Кодекса». Среди перечисленных — такие статьи, как «Незаконный экспорт», «Контрабанда денежных средств», «Бандитизм», «Незаконное приобретение оружия», «Контрабанда наркотических средств», «Шпионаж», «Диверсия» и прочее.

Следует отметить, что формулировка «публичные призывы к осуществлению деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации», является исключительно широкой и неконкретной. В качестве таких «призывов» могут трактоваться практически любые высказывания относительно деятельности государства в военной сфере, сфере безопасности, работы любых государственных учреждений и ведомств, безотносительно к реальным и потенциально возможным последствиям таких высказываний, но при этом не столь опасные для власти, чтобы охватить их уже упомянутыми в статье составами: 205.2, 280, 280.1, 280.3, 284.2 и 354 УК РФ.

Главным, что объединяет разные виды «призывов», которые могут подпасть под санкции ст. 280.4 УК РФ, является понятие «безопасность РФ», против которой они должны быть направлены. И само это понятие, и попытка определить чью-либо деятельность как направленную против этой безопасности являются оценочными. Такая формулировка не позволяет заранее определить, какие призывы и высказывания являются правомерными, а какие — запрещёнными. Перечисление в Примечании к статье более трёх десятков хаотично выбранных из законодательства статей УК РФ, которые якобы описывают деятельность, «направленную против безопасности РФ», не вносит ясности в оценку высказываний как потенциально криминальных. Напротив — нагромождение из нескольких десятков разных по своей сути составов преступлений в рамках одной статьи не может не привести к абсолютно произвольному и расширительному пониманию положений ст. 280.4 УК РФ.

Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».

Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами. 

Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений. 

Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями. 

При этом суверенитет Российской Федерации, независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.

Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года. 

Наталия Пушкаш была осуждена по п. «в» ч. 2 ст. 280.4 УК РФ за размещение видео и комментария с призывом к российским военнослужащим сдаваться в плен и передавать военную технику ВСУ. Таким образом, действия Наталии Пушкаш, а именно призывы не участвовать в войне с Украиной и сдаваться в плен, нельзя рассматривать как направленные против безопасности Российской Федерации. Напротив, они были направлены на восстановление мира, против войны как главной угрозы безопасности и в связи с этим являются общественно-полезными. 

Исходя из вышесказанного, мы считаем, что в действиях Наталии Пушкаш не было умысла на совершение преступления, предусмотренного ст. 280.4 УК РФ и, соответственно, предъявление ей обвинения и осуждение по этой статье необоснованно.

Отметим, что Пушкаш было задержана спустя 2 года после первой вменяемой ей публикации и более 1,5 лет спустя после второй. Приговор ей был вынесен ещё, 1,5 года спустя. Никаких негативных последствий после публикации её комментариев не наступило, да и не могло наступить, поскольку в её действиях полностью отсутствует состав преступления и какая-либо общественная опасность. При этом даже если бы формально такая опасность имелась, реальное лишение свободы, тем более на достаточно длительный срок, в отношении женщины, имеющей инвалидность и обвиняемой всего лишь в написании комментариев — несоразмерное и возмутительно жестокое наказание. Преследование Наталии Пушкаш является частью масштабной кампании преследования и запугивания, развёрнутой российскими властями на оккупированных территориях Украины. В рамках этой кампании большое число местных жителей были привлечены к уголовной ответственности или подверглись репрессиям внепроцессуального характера, например, похищениям и содержанию в невыносимых условиях в течение длительного времени без предъявления каких-либо обвинений. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Наталии Пушкаш является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения мнения, справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Наталию Пушкаш политической заключённой, требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования. 

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации о деле:

17 февраля 2026 года. Коммерсантъ. В Ростове жительницу Херсонской области осудили на шесть лет за оправдание терроризма 

22 июля 2026 года. SOTAvision. Жительнице Херсона утвердили 6 лет колонии за слова о Владлене Татарском и призывы к российским военным сдаваться в плен

Дата обновления справки: 11.09.2026 г.