Маляра из Ульяновска Вячеслава Воробьёва отправили в СИЗО, обвинив в организации финансирования терроризма. По версии обвинения, он призвал в мессенджере Telegram собрать средства для неназванного украинского воинского подразделения, объявленного в РФ террористическим. Мужчине грозит до пожизненного лишения свободы.
49-летнего маляра из Ульяновска Вячеслава Воробьёва задержали за призыв собирать деньги для некой «украинской террористической организации». Об этом сообщил 23 июня 2026 года Telegram-канал «Волкодав 73» со ссылкой на Ульяновское УФСБ. Он же распространил видеоролик силовиков: люди в форме с надписью ФСБ выламывают дверь, валят на пол и выводят из дома мужчину, его лицо заблюрено. Затем его, хромающего, заводят в здание УФСБ и помещают в клетку.
Мужчине вменяют ч. 4 ст. 205.1 УК РФ — содействие террористической деятельности в форме организации финансирования терроризма. По версии ФСБ, «фигурант, являясь сторонником украинской террористической организации, запрещённой на территории Российской Федерации, используя личный аккаунт в мессенджере Telegram, разместил информацию с призывом осуществить сбор денежных средств для обеспечения участников указанной организации обмундированием, оружием, боеприпасами, необходимыми для ведения боевых действий против Вооружённых Сил Российской Федерации».
5 июня 2026 года судья Ленинского районного суда города Ульяновска Максимов Сергей Владимирович удовлетворил ходатайство следователя о заключении Вячеслава Воробьёва под стражу, а 16 июня 2026 года коллегия Ульяновского областного суда с участием судьи Киргизова Игоря Владимировича утвердил эту меру пресечения.
22 июня 2026 года Вячеслав Воробьёв был включён в так называемый перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Основания признания политзаключённым
Вячеславу Воробьёву вменено содействие террористической деятельности в форме организации финансирования терроризма за то, что он, как следует из информационного сообщения, разместил в мессенджере Telegram информацию с призывом осуществить сбор денежных средств. Нам представляется, что действия Воробьёва даже в том случае, если он их совершил, квалифицированы неверно как с точки зрения национального уголовного законодательства России, так и с позиций международного права.
Квалификацию деяния, вменяемого Воробьёву, по ч. 4 ст. 205.1 УК РФ (организация финансирования терроризма) мы считаем неправомерной.
Согласно ч. 3 ст. 33 УК РФ, организатором преступления признаётся лицо, организовавшее совершение преступления или руководившее его исполнением, а равно лицо, создавшее организованную преступную группу или преступное сообщество либо руководившее ими. Учёные-правоведы и теория уголовного права указывают на необходимость строго различать публичные призывы и организационную деятельность: организация предполагает глубокую вовлечённость, создание инфраструктуры, разработку плана, распределение ролей и руководство, тогда как призыв — это разовый акт вербального воздействия (информационного размещения).
Действия, вменённые Воробьёву (публикация поста с призывом или ссылкой на сбор), не содержат признаков организаторской деятельности: он не создавал группу финансирующих, не руководил ею, не формировал структуру и иерархию.
Согласно Примечанию 1 к ст. 205.1 УК РФ «под финансированием терроризма <…> понимается предоставление или сбор средств либо оказание финансовых услуг с осознанием того, что они предназначены для финансирования организации, подготовки или совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205.1, 205.2, 205.3, 205.4, 205.5, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279 и 360 {УК РФ}, либо для финансирования или иного материального обеспечения лица в целях совершения им хотя бы одного из этих преступлений, либо для обеспечения организованной группы, незаконного вооружённого формирования, преступного сообщества (преступной организации), созданных или создаваемых для совершения хотя бы одного из этих преступлений». Таким образом, указанное Примечание определяет финансирование терроризма как умышленные действия, направленные на предоставление или сбор средств сознательно для обеспечения совершения конкретных преступлений. В силу разъяснений, содержащихся в Постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 г. № 1 «О некоторых судебных вопросах уголовной ответственности о преступлениях террористической направленности», суды обязаны доказывать, что лицо достоверно осознавало террористический характер финансируемой деятельности. Размещение призыва в соцсетях без создания устойчивых каналов сбора денежных средств и без доказанного прямого умысла на предназначение собираемых средств для совершения действий, перечисленных в Примечании 1 к ст. 205.1 УК РФ, не образует состава организации финансирования.
Обвинение человека в совершении особо тяжкого преступления (предусматривающего наказание вплоть до пожизненного лишения свободы) за репост или информационный пост в мессенджере с призывом к сбору денег также нарушает базовый конституционный принцип правовой определённости. Такого рода произвольное расширительное толкование ст. 205.1 УК РФ лишает граждан возможности предвидеть правовые последствия своих поступков.
Вместе с тем, даже если бы Вячеслав Воробьёв действительно выступал организатором сбора средств, квалификация его действий по «террористическим» статьям УК РФ является необоснованной. Мы не знаем, о каком именно формировании шла речь, однако чаще всего в подобных делах фигурируют подразделения «Азов», Русский Добровольческий корпус и Легион «Свобода России». Мы считаем решения российских судов в отношении статуса этих формирований политически мотивированными и неправомерными.
Украинское подразделение «Азов» было признано террористической организацией решением Верховного суда РФ от 2 августа 2022 года. Это решение является необоснованным как по процессуальным, так и по материальным основаниям (подробно наша позиция изложена здесь).
Аналогичным образом незаконны решение судьи Верховного суда РФ Олега Нефёдова от 16 марта 2023 года о признании террористической организацией Легиона «Свобода России» и внесение в список террористических организаций Русского добровольческого корпуса в декабре 2023 года.
Все эти судебные решения выступают исключительно инструментом российской пропаганды, стремящейся представить противодействие российской агрессии как «терроризм». Это же относится ко всем другим подразделениям украинской армии, признанным в России террористическими, поскольку сама квалификация действий официальных вооружённых сил таким образом противоречит международному праву.
Согласно сообщению ФСБ, Воробьёв призывал спонсировать некое формирование, участвующее в ведении «боевых действий против Вооружённых Сил Российской Федерации». Из этой формулировки очевидно, что речь идёт о подразделении, интегрированном в структуру вооружённых сил Украины и ведущем вооружённую борьбу в рамках межгосударственного конфликта. Такого рода деятельность не является террористической, поскольку в принципе невозможно расценивать действия регулярной армии и сил обороны какого-либо государства в рамках антитеррористического законодательства.
На это прямо указывают профильные международные договоры, ратифицированные Российской Федерацией. Например, Конвенция о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенция о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенция о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4) прямо устанавливают, что действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, регулируемые международным гуманитарным правом (МГП), не подпадают под действие данных конвенций.
С точки зрения МГП (включая Женевские конвенции 1949 года и Дополнительный протокол I), участники сил обороны государства, отражающего агрессию, обладают комбатантским иммунитетом. Они имеют законное право участвовать в боевых действиях. Финансовая или материальная помощь стороне, ведущей оборонительную войну, является поддержкой участников международного вооружённого конфликта, но никоим образом не может квалифицироваться как финансирование терроризма. Практикуемое Российской Федерацией навешивание ярлыка «террористов» на вооружённые силы государства-жертвы агрессии грубо извращает международное право.
2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.
Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Именно это даёт основания многим зарубежным государствам оказывать Украине военную помощь, передавая ей различные виды вооружений. Также средства для поддержки обороняющегося государства собирают и перечисляют Украине граждане разных государств по всему миру. Многие граждане России, несогласные с преступной войной, также перечисляют средства на помощь Украине и украинцам: как на гуманитарные цели, так и ВСУ для помощи в отражении российской агрессии. Желание помочь слабой стороне конфликта, на которую было совершено нападение, признанное высшим международным преступлением, на наш взгляд, должно приветствоваться в демократическом обществе, а не влечь за собой уголовное преследование.
Выводы
Проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Вячеслава Воробьёва является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к Вячеславу Воробьёву в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Вячеслава Воробьёва политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
2 июля 2026 года. Проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал». Жителя Ульяновска арестовали за призыв собирать деньги для украинского подразделения
Дата составления справки: 20.10.2026 г.
