Полное описание
Александр Юзеев, проживавший в Челябинской области, был задержан 27 августа 2024 года, в тот же день суд избрал ему в качестве меры пресечения домашний арест. В дальнейшем, несмотря на просьбы Юзеева избрать более мягкую меру пресечения, домашний арест продлевался.
По версии обвинения, Александр Юзеев, «являясь противником проводимой Российской Федерацией специальной военной операции по денацификации и демилитаризации Украины и желая придать огласке свою позицию об этом», находясь в своём офисе на работе, 6 сентября 2023 года, разместил в публичном сообществе «Официальный чат Невзорова» свой комментарий. Он был опубликован под видеозаписью боевых действий батальона «Азов», «содержащей в том числе кадры убийств членами данной террористической организации военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации» и начинался со слова: «Азов …». Полный текст комментария не приводится, но, по мнению привлечённых следствием экспертов-лингвистов, он содержал «положительную оценку (одобрение) деятельности батальона «Азов», направленной в том числе против Вооружённых Сил Российской Федерации, с лингвистическими признаками признания такой деятельности правильной, нуждающейся в поддержке и подражании».
Дело поступило в военный суд 10 декабря 2024 года. Как следует из материалов дела, в суде Александр Юзеев подтвердил своё авторство комментария, в то же время показав, что «деятельность батальона «Азов» и идеологию терроризма никогда не поддерживал, цели оправдать деятельность данной террористической организации не преследовал и совершил указанные действия, не осознавая их возможных негативных последствий».
Вина Юзеева, по мнению суда, была доказана протоколами осмотров изъятого при обыске телефона, показаниями свидетелей, подтвердивших принадлежность ему номера телефона и учётной записи в мессенджере и заключениями лингвистической и технической экспертиз.
При назначении наказания судья учёл в качестве смягчающих обстоятельств то, что подсудимый был привлечён к уголовной ответственности впервые, положительно характеризуется по месту работы и в быту, воспитывался без отца, имеет спортивные достижения в области боевых искусств, является донором крови, он и его родственники имеют заболевания, а также то, что после возбуждения уголовного дела Юзеев осуществил переводы денежных средств в благотворительные фонды, оказывающие помощь «участникам СВО».
Однако судья, «с учётом содержания показаний Юзеева, данных как в ходе судебного следствия, так и при производстве предварительного расследования», не нашёл оснований полагать, что мужчина признал вину и раскаялся в содеянном, «вопреки утверждению подсудимого и его защитника об обратном».
Отягчающим обстоятельством судья посчитал совершение преступления в период мобилизации.
10 февраля 2025 года судья Центрального окружного военного суда Телеба Сергей Григорьевич, рассмотрев дело в открытом судебном заседании с участием государственного обвинителя — прокурора отдела прокуратуры Свердловской области советника юстиции Новосельцевой Татьяны Николаевны, приговорил Александра Юзеева к 5 годам 6 месяцам лишения свободы с отбыванием в колонии общего режима, с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов в Интернете, сроком на 2 года.
После провозглашения приговора осуждённый был взят под стражу в зале суда.
Приговор был обжалован стороной защиты.
11 августа 2025 года судья Апелляционного военного суда Тарлавина Людмила Викторовна оставила приговор без изменения.
Осуждённым трижды подавалась кассационная жалоба на приговор и апелляционное определение. Дважды она была отклонена судом в связи с несоответствием требованиям УПК, на третий раз жалоба была принята к рассмотрению.
В своей жалобе Юзеев, в частности, указывал, что написанный им комментарий «не имеет однозначного смысла, не несёт вреда, был удалён им более двух лет назад».
23 июня 2026 года Судебная коллегия по делам военнослужащих Верховного Суда РФ в составе председательствующего Воронова Александра Владимировича, судей Дербилова Олега Анатольевича и Ноговицина А.А. в процессе с участием прокурора Обухова Андрея Валерьевича оставила приговор без изменения.
Защиту Александра Юзеева в суде первой инстанции и в апелляции осуществлял адвокат Добиков Константин Семёнович, в кассации — Петров Д. М.
Александр Юзеев был включён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Основания признания политзаключённым
Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).
По мнению экспертов-лингвистов, Юзеев совершил одобрение террористической деятельности, допустив «положительную оценку (одобрение) деятельности батальона «Азов», направленной в том числе против Вооружённых Сил Российской Федерации, с лингвистическими признаками признания такой деятельности правильной, нуждающейся в поддержке и подражании». Такая оценка была выражена им «под видеозаписью боевых действий батальона “Азов”», «содержащей в том числе кадры убийств членами данной террористической организации военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации». В настоящее время эта видеозапись недоступна, однако мы полагаем, что в ней, с максимальной долей вероятности, речь шла не об актах терроризма или даже каких-либо военных преступлениях, а о легитимных военных действиях с уничтожением противника. Таким образом, в комментарии Юзеева с большой долей вероятности не содержалось никакого признания идеологии и практики терроризма правильными, а речь шла исключительно об оценке действия самого военного подразделения, которое в России числится в перечне террористических организаций. В связи с этим предъявление обвинения Юзееву по ст. 205.2 УК РФ представляется необоснованным, поскольку диспозиция этой статьи предусматривает ответственность за высказывания в зависимости от их содержания, а не статуса объекта высказывания.
Вместе с тем, мы считаем неправомерным само решение ВС РФ о признании «Азов» террористической организацией. Фактически подразделение Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. Подробнее о нашей позиции можно прочитать здесь.
Отметим, что сам Александр Юзеев, не отрицая своего авторства комментария, заявил в судебном заседании, что деятельность батальона «Азов» и идеологию терроризма никогда не поддерживал, цели оправдать деятельность данной организации не преследовал.
Мы не знаем точную фразу, с помощью которой Юзеев выразил одобрение «Азову», однако сложно себе представить, чтобы подобное высказывание, оставленное рядовым пользователем, несло реальную общественную опасность, даже если бы относилось действительно к террористической организации. При этом часто в такого рода делах основанием для преследования становятся не полноценные развернутые высказывания, а короткие и эмоциональные реплики-комментарии, являющиеся по сути «лайками» и существующие лишь в контексте публикаций, под которыми они размещены. Мы убеждены, что такие высказывания тем более не могут побудить кого-либо к каким-либо общественно-опасным действиям, а именно это должны учитывать суды, рассматривая деяния, квалифицированные по ст. 205.2 УК РФ.
Известно, что ст. 205.2 УК РФ, по которой осужден Юзеев, и раньше, до начала полномасштабного вторжения в Украину, часто использовалась властью не для предотвращения общественно опасных последствий высказываний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Уголовные дела по этой статье чаще всего возбуждаются за высказывания в социальных сетях и мессенджерах. С началом широкомасштабных военных действий репрессии с использованием ст. 205.2 УК РФ усилились и стали в первую очередь касаться людей, высказывающих своё несогласие с агрессивной войной России в Украине.
Ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 168, в 2024 — 293, в 2025 году — 331, при этом данные за 2025 год ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 76 таких дел.
Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России. Помимо этого, таким образом силовикам удаётся имитировать деятельность по борьбе с терроризмом и экстремизмом, вместо серьёзной работы — возбуждать дела за посты в Интернете, улучшая свои рабочие показатели, получая новые звания и премии. К сожалению, современные российские суды в подавляющем большинстве случаев, идя навстречу политической конъюнктуре, соглашаются с позицией следствия, наказывая обвиняемых за совершённые ими действия, в которых зачастую нет состава преступления.
В этом контексте следует обратить внимание на фигуру судьи Центрального окружного военного суда Телебы Сергея Григорьевича, вынесшего приговор Юзееву. Этот судья многократно выносил приговоры по политически мотивированным делам, при этом он назначает их фигурантам крайне длительные даже в современных реалиях сроки лишения свободы. 27 декабря 2023 года коллегия судей Центрального окружного военного суда приговорила к срокам от 12 до 19 лет участников так называемого «Нижневартовского джамаата». На следствии и в суде фигуранты этого дела делали заявления о фальсификациях и о пытках. 1 марта 2024 года судья Телеба единолично приговорил к 13 годам лишения свободы альпиниста Велимора Меркулова за антивоенные посты и якобы за государственную измену. 20 мая 2025 года судья Телеба единолично приговорил к 16 годам лишения свободы музыканта и анархиста из города Берёзовский Свердловской области Алексея Рожкова, похищенного российскими силовиками в Кыргызстане, за попытку поджога военкомата и антивоенные высказывания в эфире программы «Воздух» на канале «Ходорковский LIVE». 5 июня 2025 года Телеба приговорил к 20 годам лишения свободы мать несовершеннолетнего ребёнка Валерию Марченко за попытку поджога военкомата по статьям о покушении на теракт, госизмене и прохождении обучения для осуществления террористической деятельности. 26 августа он приговорил к 18 годам лишения свободы также мать несовершеннолетней дочери, продавщицу цветов из Йошкар-Олы к 18 годам лишения свободы якобы за пересылку ВСУ несекретных данных и попытку примкнуть к Легиону «Свобода России» вместе с маленькой дочерью Веру Сидоркину. 25 сентября 2025 года этот же судья единолично за призыв переводить деньги ВСУ и якобы оправдание «террористических организаций» добавил 5 лет к наказанию Владимира Матюшечкина, ранее назначенному за попытку дать взятку сотруднику ФСБ за невозбуждение дела по политически мотивированному обвинению, таким образом общий срок лишения Матюшечкина свободы составил 10 лет. Сроки лишения свободы, к которым приговаривает судья Телеба фигурантов политически мотивированных дел, как и его богатый «послужной список», позволяет усомниться в непредвзятости и законности выносимых им решений.
В случае Александра Юзеева судья Телеба посчитал его «раскаяние» неискренним для того, чтобы быть учтённым в качестве смягчающего обстоятельства. На наш взгляд, срок в пять с половиной лет лишения свободы за один комментарий в Интернете – возмутительно несоразмерное наказание даже в том случае, если бы этот комментарий действительно содержал состав преступления. Такое наказание, безусловно, направлено на устрашение всех несогласных с политикой российских властей в отношении Украины, либо сомневающихся в ней.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное преследование Александра Юзеева является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение его права на свободу выражения мнения, справедливое судебное разбирательство, иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Александра Юзеева политическим заключённым, требует его освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Дата обновления справки: 20.07.2026 г.
