Полное описание

Тивоненко Вадим Николаевич родился 10 июня 1988 года, гражданин Украины, военнослужащий батальона «Айдар». 2 апреля 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе») к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшегося срока — в исправительной колонии строгого режима.  Лишён свободы с 19 августа 2024 года.

Дога Олег Иванович родился 8 июня 1974 года, гражданин Украины, военнослужащий батальона «Айдар». 11 марта 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе») к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшегося срока — в исправительной колонии строгого режима. Лишён свободы не позднее сентября 2024 года.

Гурин Владислав Вадимович родился 18 декабря 1993 года, гражданин Украины, военнослужащий батальона «Айдар». 14 апреля 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе») к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока — в исправительной колонии строгого режима. Лишён свободы не позднее августа 2024 года.

Бодок Золтан Золтанович родился 21 декабря 1978 года, гражданин Украины, военнослужащий батальона «Айдар». 10 апреля 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе») к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока — в исправительной колонии строгого режима. Лишён свободы с 5 августа 2024 года.

Описание дела

Бойцы ВСУ из батальона «Айдар» Вадим Тивоненко, Олег Дога, Владислав Гурин и Золтан Бодок оказались в российском плену летом–осенью 2024 года. 

23 октября 2024 года подконтрольный России Ленинский районный суд города Луганска избрал в отношении каждого из них меру пресечения в виде содержания под стражей в СИЗО.

13 декабря 2024 года Военная прокуратура Объединённой группировки войск РФ утвердила обвинительные заключения для передачи дел в суд. Все четверо были обвинены по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе»).

«По версии следствия, летом текущего года обвиняемые, действуя в составе отдельного штурмового батальона “Айдар”, выполняли различные задачи в пунктах временной дислокации в городах Дружковка и Константиновка Донецкой Народной Республики, а также на боевой позиции в населённом пункте Ивановское принимали участие в боевых действиях против военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации, которыми впоследствии были пленены», — сообщила пресс-служба ВП ОГВ(С).

Вадим Тивоненко, уроженец Киева, был призван на военную службу в Вооружённые Силы Украины по мобилизации. По версии обвинения, «желая быть обеспеченным ежемесячным денежным довольствием», он перешёл служить в батальон «Айдар». 16 июля 2024 года Тивоненко определили в стрелки, выдали ему форму, автомат Калашникова и патроны, а также гранаты Ф-1 и М-67. Первое время он служил в городах Дружковка и Константиновка в «ДНР». 16 августа его отправили в посёлок Ивановское, а 19 августа Тивоненко ушёл в бой. Около 20:00 того же дня его взяли в плен российские военные. Обвинение отмечает, что при этом он «оказывал активное сопротивление с применением стрелкового вооружения». В судебном заседании Вадим Тивоненко признал вину.

2 апреля 2025 года Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил Вадима Тивоненко к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшегося срока — в исправительной колонии строгого режима. Приговор вынес федеральный судья Простов Константин Игоревич.

53-летний Олег Дога,  уроженец села Гандрабуры Одесской области, был призван в ВСУ 18 марта 2022 года. По версии обвинения, «в 2024 году в составе батальона «Айдар» он выполнял задачи в пункте временной дислокации в городе Константиновка на территории Донецкой Народной Республики (ДНР). После этого он был направлен на позиции в районе населённого пункта Ивановское, где участвовал в боевых действиях против военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации. В ходе боестолкновений Дога был взят в плен». Он рассказал на видео об обстоятельствах своего пленения. В суде Дога признал вину.

11 марта 2025 года Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону приговорил Олега Догу к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, оставшегося срока — в исправительной колонии строгого режима. Приговор вынес федеральный судья Простов Константин Игоревич.

Владислав Гурин, уроженец Киева, по данным украинской волонтёрской организации «Щит матерей», служил в 5-й отдельной штурмовой Киевской бригаде. В 2023 году в состав этой бригады вошёл батальон «Айдар». По версии обвинения, в мае 2024 года «рядовой Гурин был призван на военную службу в ВСУ по мобилизации, а в июне добровольно перевёлся в запрещённый националистический батальон “Айдар” и участвовал в боевых действиях в районе города Дружковка в ДНР». В «Айдаре» он служил стрелком-гранатомётчиком. В августе 2024 года Гурин попал в плен.

14 апреля 2025 года Южный окружной военный суд приговорил Владислава Гурина к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока — в колонии строгого режима. Приговор вынес федеральный судья Степанов Денис Васильевич.

14 апреля 2025 года Вадим Тивоненко, Олег Дога и Владислав Гурин были внесёны в перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга.

Золтан Бодок, родившийся в селе Гараздивка Закарпатской области, по версии обвинения, 25 июня 2024 года в городе Дружковка (Донецкая область), «будучи осведомлённым о террористическом характере деятельности националистического батальона, добровольно вступил в его состав, после чего, будучи обеспеченным огнестрельным оружием, боеприпасами к нему, военной формой одежды со знаками различия и иной необходимой амуницией, проходил службу на должности стрелка, непосредственно принимал участие в его деятельности путём применения огнестрельного оружия в отношении военнослужащих ВС России в районе н.п. Ивановское ДНР, которыми 05.08.2024 взят в плен».

10 апреля 2025 года Южный окружной военный суд приговорил Золтана Бодока к 12 годам лишения свободы с отбыванием первых 3 лет в тюрьме, а оставшейся части срока — в колонии строгого режима. Приговор вынес федеральный судья Безгуб Илья Николаевич.

Об оспаривании приговоров кем-то из фигурантов нам неизвестно. 

Основания признания политзаключёнными

Все осуждённые признаны виновными в «участии в террористическом сообществе» лишь на основании предполагаемой службы в батальоне «Айдар». При этом им не вменяется совершение каких-либо насильственных действий или иных преступлений.

24-й батальон территориальной обороны «Айдар» был создан в мае 2014 года по инициативе коменданта «Самообороны Майдана» Сергея Мельничука. Есть информация, что в значительной степени это формирование комплектовалось добровольцами из членов «Самообороны Майдана» и «Правого сектора». В январе-феврале 2015 года Министерство обороны Украины приняло решение о реорганизации батальона. Одной из причин такого решения стали случаи обвинений военнослужащих «Айдара» в совершении преступлений против мирного населения во время проведения антитеррористической операции (АТО) на востоке Украины в 2014–2015 годах и криминальной активности в остальных регионах страны. Эти случаи были зафиксированы как правоохранительными органами Украины, так и международными правозащитными организациями и наблюдателями. По словам главного военного прокурора Украины, реформирование потребовалось, чтобы предотвратить «совершение не до конца управляемыми отдельными группами военнослужащих (а также теми, кто безосновательно носит шевроны этого батальона) общих уголовных преступлений по всей территории Украины». Изначально в числе возможных вариантов рассматривалась и ликвидация батальона, но этот процесс сопровождался скандалами и акциями протеста, группа сторонников Мельничука даже пыталась штурмовать здание Министерства обороны Украины. В итоге в марте 2015 года было принято компромиссное решение о переформировании батальона. После «тщательного отбора военнослужащих» на базе добровольческого батальона был сформирован 24-й отдельный штурмовой батальон Сухопутных войск Вооружённых сил Украины. В 2016 году этот батальон был включён в состав 10-й отдельной горно-штурмовой бригады, а затем вошёл в состав 53-й отдельной механизированной бригады. В конце 2022 года 24-й отдельный штурмовой батальон «Айдар» вошёл в состав 5-й штурмовой бригады ВСУ.

Это подразделение является официальным воинским формированием, финансируется из бюджета государства, подчиняется единому командованию и выполняет общие с Вооружёнными силами Украины боевые цели и задачи.

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 22.2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 09.02.2012 N 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности», «террористическое сообщество — это устойчивая группа лиц, заранее объединившихся в целях осуществления террористической деятельности либо для подготовки или совершения одного либо нескольких преступлений, предусмотренных статьями 205.1, 205.2, 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360 и 361 УК РФ, либо иных преступлений в целях пропаганды, оправдания и поддержки терроризма». Если такая группа существовала в батальоне «Айдар», то обвинение обязано было доказать время, место и способ её создания, круг лиц, в неё входящий, выяснить, как в ней распределялись роли, какую именно террористическую деятельность осуществляли её участники, какие конкретные преступления они готовили или совершали и прочие обстоятельства, входящие в предмет доказывания согласно ст. 73 УПК РФ. Однако вместо этого обвинение просто бездоказательно называет всё воинское подразделение — батальон «Айдар» —  террористическим сообществом. 

Согласно п. 22.5 указанного Постановления Пленума Верховного Суда РФ, «преступление в форме участия лица в террористическом сообществе считается оконченным с момента вхождения в состав такого сообщества с намерением участвовать в осуществлении террористической деятельности либо в подготовке или совершении одного либо нескольких преступлений, предусмотренных статьями», перечисленными в п. 22.2 Постановления. Соответственно, помимо доказывания факта существования «террористического сообщества — батальон “Айдар”» обвинение и суд обязаны также доказать, в какой конкретно террористической деятельности, в подготовке или совершении каких именно преступлений намеревались участвовать фигуранты дел.

При этом можно уверенно говорить о том, что на практике при рассмотрении в судах подобных дел это требование не выполняется — намерение обвиняемого участвовать в осуществлении террористической деятельности никак не доказывается: суд считает сам факт прохождения службы в соответствующем воинском подразделении участием в террористическом сообществе. Например, именно такую позицию занял Южный окружной военный суд в своём решении от 20 декабря 2023 года по делу Владимира Линника, также обвиняемого по ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе»). Намерения обвиняемого никак не доказывались, прохождение Линником службы в батальоне «Айдар» было достаточным для вынесения приговора. 

Такая практика является коллективным наказанием действующих или бывших военнослужащих ВСУ за выполнение ими своего воинского долга.

Следует также отметить, что «Террористическое сообщество “Айдар”» было включено в ведущийся ФСБ список организаций, признанных террористическими. Основанием для такого включения указан приговор Южного окружного военного суда от 25 сентября 2023 года, вступивший в силу 22 ноября того же года.

В соответствии с информацией на сайте суда, этот приговор по обвинению в преступлении, предусмотренном ч. 2 ст. 205.4 УК РФ («Участие в террористическом сообществе»), был вынесен в отношении Селиной Любови Юрьевны. Какая-либо информация об этом деле отсутствует. Известно лишь, что уроженка Старобельска Луганской области Украины Любовь Селина, родившаяся 20 декабря 1985 года, была включена в список террористов и экстремистов Росфинмониторинга 21 августа 2023 года. По скудной информации, имеющейся в СМИ, она предположительно служила в батальоне «Айдар» делопроизводителем. Фактические обстоятельства, послужившие основанием для признания Любови Селиной виновной в «участии в террористическом сообществе», и доказательства, их подтверждающие, неизвестны, поскольку ни текст приговора, ни выдержки из него не опубликованы.

Хотя приговор по уголовному делу выносился в отношении конкретного лица, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного акта возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ. Этот приговор обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должен быть доступным для ознакомления, согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50 и ч. 3 ст. 15 Конституции РФ.

В любом случае, независимо от статуса батальона «Айдар» в более ранний период, на момент вынесения вышеуказанного приговора он уже долгое время являлся частью ВСУ, то есть легитимным вооружённым подразделением государства.

Ранее «Айдар» в числе других формирований ВСУ был включён в список террористических организаций в «ДНР» (на основании решения «Верховного суда ДНР» от 22 апреля 2016 года) и «ЛНР» (на основании решения «Народного совета ЛНР» от 16 сентября 2016 года). Оба эти решения не являются легитимными, поскольку сами образования «Донецкая народная республика» и «Луганская народная республика», являются нелегитимными по факту своего незаконного самопровозглашения. 

Эти образования были созданы в результате насильственного захвата власти на части территории Украины, совершённого при активном участии России, и способны существовать лишь благодаря её явной поддержке. Именно таким образом были отторгнуты и объявлены «независимыми» украинские территории, впоследствии незаконно включённые в состав РФ. В силу этого является абсурдным и несостоятельным любое признание со стороны «ДНР» и «ЛНР» «террористическим сообществом» или «террористической организацией» подразделения ВСУ, которое осуществляет функции по защите суверенитета и территориальной целостности украинского государства.

Приговор Южного окружного военного суда 2023 года, как и решение судов самопровозглашённых «ДНР» и «ЛНР» о признании уже не существующего добровольческого подразделения террористическим сообществом, применяемые в первую очередь к подразделению Вооружённых Сил Украины, имеют своей целью создание оснований для коллективного наказания действующих или бывших военнослужащих ВСУ за выполнение ими своего воинского долга. Таких военнослужащих преследуют не за конкретные преступные действия, а исключительно за факт службы в ВСУ, а подобные «суды» проводятся российскими властями с пропагандистской целью. Российские власти пытаются создать ложное впечатление о преступном характере любых осуществлявшихся Украиной с 2014 года действий по реализации её неотъемлемого, предусмотренного ст. 51 Устава ООН права на самооборону от явной и скрытой российской агрессии и по защите своей территориальной целостности. Помимо того, можно полагать, что российские власти проводят такие «суды» из мести борцам за единство Украины, а также чтобы запугать действующих военнослужащих ВСУ. 

Такие обвинения противоречат положениям Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными, запрещающей преследовать комбатантов за сам факт участия в вооружённом конфликте на одной из сторон.

Как подчеркнула представительница Управления Верховного комиссара ООН по правам человека Равины Шамдасани, согласно международному праву, лица, имеющие статус военнопленного, обладают иммунитетом и не могут быть привлечены к ответственности за участие в военных действиях в ходе вооружённого конфликта. Их также не должны судить за «законные действия, совершённые в условиях конфликта, даже если такие действия могут считаться преступлением в соответствии с местными законами».

На невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).

Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Они должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не подразумевает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях.

При этом особенностью применения ст. 205.4 УК РФ, в частности в отношении бывших или действующих военнослужащих ВСУ, является то, что руководители и участники «террористического сообщества» фактически узнают о том, что оно является таковым, только в момент предъявления им обвинения в организации его деятельности или участии в нём. Это позволяет оценивать правоприменительную практику по этой статье как, по крайней мере теоретически, ещё больше нарушающую права привлекаемых по ней граждан даже по сравнению с практикой применения ст. 205.5 УК РФ («Организация деятельности террористической организации»), предусматривающей возможность добровольного прекращения деятельности организации после вступления в силу решения суда о признании её террористической и её запрете.

На основании вышеизложенного мы полагаем, что обвинение Вадима Тивоненко, Олега Доги, Владислава Гурина и Золтана Бодока в участии в террористическом сообществе (ч. 2 ст. 205.4 УК РФ) является незаконным и необоснованным, поскольку они преследуются не за совершение каких-то конкретных террористических действий или преступлений, а за сам факт предполагаемой принадлежности к батальону «Айдар», который произвольно, без каких-либо минимальных юридических оснований рассматривается российским следствием как «террористическое сообщество».

Мы отмечаем, что признание вины кем-либо из обвиняемых не влияет на нашу оценку характера их преследования и их статус, тем более что это признание, вероятно, касалось лишь фактической стороны вменяемых им действий (службы в «Айдаре»), а не их юридической квалификации. Кроме того, фигуранты часто подобные признают вину исключительно для смягчения своего положения. Мы полагаем, что никакие показания, данные обвиняемыми, не могут считаться допустимыми и достоверными, поскольку они получены вне рамок международно признанной процедуры, а также существует крайне высокий риск того, что они были даны под давлением. Существует большое количество свидетельств нарушения Российской Федерацией Женевской конвенции об обращении с военнопленными в части применения к ним жестокого обращения, мучительных условий содержания, отсутствия нормального питания и медицинского обслуживания, оскорблений, издевательств, избиений и пыток. С точки зрения международного права совокупность нарушений, допущенных российской стороной в отношении военнопленных, может быть расценена как военное преступление.

Огромные сроки лишения свободы, назначаемые осуждённым, лежат в уже проторенном русле массовых процессов над украинскими военнослужащими в связи с самим фактом принадлежности к Вооружённым силам Украины и участия на стороне обороняющегося государства в развязанном Россией военном конфликте. Одним из первых стал процесс сразу над 24-мя военнослужащими «Азова», признанных нашим проектом политзаключёнными. Также мы признали политзаключёнными фигурантов группового дела по обвинению, связанному с прохождением службы в батальоне «Айдар». Это только два примера из большого числа подобных дел против украинских военнопленных и бывших военнослужащих, грубо нарушающих нормы международного права.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый» находит, что уголовные дела против Вадима Тивоненко, Олега Доги, Владислава Гурина и Золтана Бодока являются политически мотивированными, направленными на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ним в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Международным пактом о гражданских и политических правах, а также Женевской конвенцией об обращении с военнопленными.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает военнопленных Вадима Тивоненко, Олега Догу, Владислава Гурина и Золтана Бодока политическими заключёнными, требует прекращения их уголовного преследования и соблюдения в их отношении норм международного права.

Признание людей политзаключёнными не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий.

Ссылки на публикации:

12 марта 2025 года. КоммерсантЪ. В Ростове приговорили к 12 годам участника запрещённого в РФ украинского нацбата

14 апреля 2024 года. КоммерсантЪ-Ростов-на-Дону. Стрелковое дело

17 апреля 2025 года. Кавказ.Реалии. Суд в Ростове назначил украинскому мобилизованному 12 лет колонии по «террористической» статье

10 апреля 2025 года. Таврия. Суд приговорил стрелка украинского нацбатальона Бодока к 12 годам колонии

Дата обновления справки: 30.10.2025 г.