Михаил Айд, выпускник Томского политехнического института, признан виновным в госизмене, содействии террористической деятельности и призывах к ней за выражение в мессенджерах поддержки Легиону «Свобода России». В частных переписках и в паблике Айд призывал вступать в Легион и записываться на его курсы по управлению БПЛА. Предположительно в августе 2024 года молодого человека задержали. 15 октября 2025 года военный суд приговорил его к 14 годам строгого режима. В апелляции в феврале 2026 года приговор был изменён без изменения квалификации, подробности неизвестны.
По версии обвинения, Михаил Айд, «являясь приверженцем идеологии украинского военизированного объединения Легион “Свобода России”, используя различные мессенджеры в ходе переписок, призывал граждан к участию в деятельности данной организации, высказывался о положительном характере её деятельности, а также необходимости вступления в её ряды для изменения ситуации, связанной с общественно-политическим строем в Российской Федерации».
Кроме того, Айд, с целью склонения пользователей социальной сети «Х», «к участию в деятельности данной организации, признанной террористической, желая создать условия для срыва достижения Российской Федерацией поставленных целей специальной военной операции, оказывая тем самым помощь иностранному государству, опубликовал на своей странице материалы, содержащие призыв к поступлению на курсы обучения, связанные с использованием БПЛА в боевых действиях, проводимые данной террористической организацией, с указанием каналов связи для зачисления».
Предположительно, публикация этих материалов произошла 30 мая 2023 года.
В результате Михаил Айд был обвинён по трём статьям УК РФ — о государственной измене (ст. 275 УК РФ), о публичных призывах к терроризму в Интернете (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ) и о склонении к террористической деятельности (ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ).
Центр «Досье» в своём расследовании указывал, что показания против Михаила Айда дал в том числе его знакомый Семён Рыжаков, в связи с этим делом завербованный УФСБ России по Томской области для организации провокаций в Интернете. Он рассказывал, что Айд собирался воевать в составе Легиона «Свобода России» и звал его с собой, а также предлагал донатить ВСУ. В соцсети «Х» на аватаре у Айда стоял значок Легиона «Свобода России».
Дело по обвинению Михаила Айда поступило в суд для рассмотрения по существу 30 июня 2025 года. 15 октября 2025 года судья 2-го Восточного окружного военного суда Борсук Максим Алексеевич, рассмотрев дело единолично, в процессе с участием представителя гособвинения прокурора Караваевой Елены Николаевны, приговорил Михаила Айда к 14 годам лишения свободы с отбыванием первых 2 лет в тюрьме, а оставшейся части наказания — в исправительной колонии строгого режима, с ограничением свободы на срок 1 год после освобождения и с запретом администрировать ресурсы в Интернете в течение 2 лет после освобождения.
Защиту Михаила Айда осуществляли адвокаты Кошель Юрий Александрович, Войтенко Владимир Николаевич. Приговор был обжалован стороной защиты.
19 февраля 2026 года судья Апелляционного военного суда Егоров Олег Александрович изменил приговор в связи с неправильным применением уголовного закона без изменения квалификации. Каким образом изменён приговор, нам в настоящее время не известно.
Защиту Михаила Айда в апелляционной инстанции осуществлял адвокат Кошель Юрий Александрович.
3 марта 2026 года Михаил Айд включён в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Основания признания политзаключённым
Обвинение по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ и по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ
Михаил Айд обвиняется в том, что в различных мессенджерах призывал граждан к вступлению в Легион «Свобода России», в том числе, для изменения «ситуации, связанной с общественно-политическим строем в Российской Федерации». Также он призывал к участию в деятельности Легиона и положительно о нём высказывался. Тем самым, по версии обвинения, Айд публично призывал в Интернете к осуществлению террористической деятельности (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1, под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности. Согласно Примечанию 2 к ст. 205.2 УК РФ под террористической деятельностью понимается совершение «хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 – 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361 УК РФ». По версии обвинения, Михаил Айд призывал к совершению преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 205.5 УК РФ («участие в деятельности террористической организации»).
Это обвинение опирается на признание Легиона «Свобода России» террористической организацией в России. Соответствующее решение вынес 16 марта 2023 года судья Верховного суда РФ Олег Нефёдов по заявлению Генпрокурора России Игоря Краснова. Хотя этот судебный акт был вынесен в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на его основании возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и тем, которые вменяются Михаилу Айду. Мы считаем это решение Верховного суда РФ необоснованным и незаконным как по процессуальным, так и материальным (содержательным) основаниям.
В частности, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта (а именно таковыми являются бойцы Легиона, официального подразделения ВСУ) на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация.
Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не предполагает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях. В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальными законами. Подробнее нашу позицию по признанию Легиона «Свобода России» террористической организацией можно прочитать здесь.
Соответственно, не может расцениваться как оправдание терроризма и выражение одобрения Легиону «Свобода России» или его деятельности.
Ещё одна статья, вменённая Михаилу Айду, — склонение к террористической деятельности (ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ). В УК РФ её диспозиция сформулирована следующим образом: «Склонение, вербовка или иное вовлечение лица в совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205, 205.3, 205.4, 205.5, частями третьей и четвертой статьи 206, частью четвертой статьи 211 настоящего Кодекса, вооружение или подготовка лица в целях совершения хотя бы одного из указанных преступлений, а равно финансирование терроризма».
Исходя из текста судебного пресс-релиза, можно предположить, что Айд может обвиняться в склонении к совершению преступлений, предусмотренных ст. 205.5 УК РФ и ст. 205.3 УК РФ — к участию в деятельности Легиона «Свобода России» и к прохождению в нём курсов обучения по управлению беспилотниками «в целях осуществления террористической деятельности». Выше мы рассмотрели причины, по которым деятельность Легиона по участию в отражении российской агрессии не является террористической. Мы полагаем, что точно так же «призыв к поступлению на курсы обучения, связанные с использованием БПЛА в боевых действиях» в составе Легиона не является призывом к «прохождению обучения в целях осуществления террористической деятельности». К этому можно добавить, что российская военная пропаганда приглашает на курсы обучения управлением БПЛА студентов и даже школьников, ничуть не полагая это «прохождением террористического обучения».
Обвинение по ст. 275 УК РФ
Помимо «террористических» статей Михаила Айда обвиняют в государственной измене. Поскольку в судебном релизе говорится о «помощи иностранному государству», то мы полагаем, что Айду был вменён следующий состав ст. 275 УК РФ: «оказание иной помощи иностранному государству, иностранной организации и их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации».
Таким образом, обязательным признаком объективной стороны этого состава преступления, подлежащим доказыванию, является направленность против безопасности РФ деятельности, в которой обвиняемый оказал помощь, а также наличие у него прямого умысла при совершении этого деяния.
Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».
Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами.
Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.
Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.
При этом суверенитет Российской Федерации, независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.
Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года.
Преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ, как было указано выше, может быть совершено только с прямым умыслом. Не имея доступа к материалам дела, мы не знаем, как именно обвинение и суд доказывали умысел Михаила Айда, однако совокупность известных обстоятельств даёт основания полагать, что при размещении публикаций в Интернете он не намеревался нанести вред безопасности Российской Федерации.
Помимо того, следует отметить, что если бы Россия не развязала войну против соседнего государства, то большинство деяний, предусмотренных различными составами ст. 275 УК РФ были бы просто невозможны. При этом власти обязывают россиян быть приверженными одной, преступной, стороне вооружённого конфликта. В такой ситуации люди ищут различные способы противодействия режиму и оказания посильной помощи Украине. Действия Айда представляли угрозу не национальной безопасности РФ, а преступному режиму, противозаконно удерживающему власть в России. Вооружённые силы Украины и подразделения, воюющие на их стороне, используют БПЛА для защиты территории Украины и для ударов по российским военным объектам либо объектам двойного назначения, являющихся для них легитимными целями с точки зрения международного права. Таким образом, действия Михаила Айда были направлены не на оказание помощи иностранному государству в ущерб безопасности РФ, а на угрозу наступательному потенциалу РФ в её агрессивной войне с Украиной. В силу этого мы полагаем преследование Михаила Айда по статье о государственной измене неправомерным.
Мы убеждены, что антивоенная позиция и выражение неприятия военной агрессии, которые высказывал Михаила Айда, должны не преследоваться в уголовном порядке, а быть общественно приветствуемыми и поощряемыми в демократическом обществе.
Михаил Айд получает в неволе мало писем и хотел бы поддерживать письменное общение с волонтёрами.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что преследование Михаила Айда является политически мотивированным, направленным как на устрашение противников агрессивной войны, так общества в целом, то есть на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Михаила Айда политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
30 октября 2025 года. Медиазона. Суд приговорил к 14 годам заключения томича, который в твиттере и личных переписках призывал вступать в легион «Свобода России»
Центр «Досье». «Не дай Бог, Семён, будет слив информации»
Дата обновления справки: 15.09.2026 г.
