Студента-химика Александра Глазунова обвинили в оправдании терроризма с использованием Интернета из-за комментария о Русском добровольческом корпусе. 20 апреля 2026 года суд приговорил его к 3 годам лишения свободы в колонии общего режима.
Подробностей о деле Александра Глазунова и о нём самом известно немного. Молодой человек родился и жил в Новомосковске Тульской области. В момент вынесения приговора являлся студентом 4 курса Новомосковского института Российского химико-технологического университета имени Д. И. Менделеева.
Согласно пресс-релизу суда, 7 января 2025 года Глазунов разместил «в мессенджере» (вероятно, имеется в виду Telegram) комментарий, «доступный неограниченному числу пользователей», посвящённый РДК. В этом высказывании содержались «признаки оправдания деятельности террористической организации». Молодому человеку было предъявлено обвинение в оправдании терроризма.
Во 2-й Западный окружной военный суд дело Глазунова поступило 30 марта 2026 года. Вёл судебный процесс судья Жидков Тимур Георгиевич.
Согласно пресс-релизу суда, Александр Глазунов признал вину и «пояснил, что на момент публикации комментариев полагал, что РДК не является террористической организацией, а находится в оппозиции к существующей в Российской Федерации власти».
20 апреля 2026 года Александр Глазунов был признан виновным по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Оправдание терроризма с использованием Интернета») и приговорён к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима, а также лишён права заниматься администрированием сайтов на 2 года. Информация об апелляции отсутствует.
25 февраля 2026 года Александр Глазунов был внесён в список террористов-экстремистов Росфинмониторинга.
Основания признания политзаключёнными
Александр Глазунов был признан виновным в оправдании терроризма с использованием Интернета (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ). Основанием для обвинения послужил комментарий молодого человека о Русском добровольческом корпусе.
Ст. 205.2 УК РФ и раньше, до начала полномасштабного вторжения в Украину, зачастую использовалась властью не для предотвращения общественно опасных последствий высказываний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Уголовные дела по этой статье чаще всего возбуждаются за высказывания в социальных сетях и мессенджерах. С началом широкомасштабных военных действий репрессии с использованием ст. 205.2 УК РФ усилились и стали в первую очередь касаться антивоенных активистов и других людей, каким-либо образом высказывающих своё несогласие с агрессивной войной России в Украине.
Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).
Нам не известно точное содержание комментария Александра Глазунова. Однако есть все основания предполагать, что он не содержал заявлений о признании правильности практики и идеологии терроризма. Это, в частности подтверждается пресс-релизом суда, в котором приводится позиция обвиняемого. Глазунов заявил, что «на момент публикации <…> полагал, что РДК не является террористической организацией». Иными словами, основанием для привлечения Глазунова к ответственности стала не поддержка и одобрением им практики или идеологии терроризма, а исключительно тот факт, что РДК был включен в список террористических организаций.
Мы считаем признание РДК террористическим сообществом с его последующим включением в список террористических организаций недостаточно законным и обоснованным. Фактически одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. Кроме того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Подробный анализ необоснованности признания РДК террористической организацией и изложение нашего подхода можно почитать здесь.
Мы полагаем, что решения о признании РДК и других подразделений украинской армии террористическими организациями следует рассматривать лишь как элемент российской пропаганды, пытающейся навязать обществу представление о том, что лишь действия российской армии являются обоснованными и законными, а противодействие российской агрессии украинской стороной представляет собой акты терроризма и незаконного препятствования проведению так называемой СВО.
Таким образом, комментарий Глазунова о РДК — это высказывание о воинском подразделении ВСУ, и это высказывание не может трактоваться как пропаганда и оправдание терроризма только из-за того, что содержит положительные оценки РДК. Соответственно, обвинения против Глазунова абсолютно необоснованны.
Уголовное дело Александра Глазунова является очередным примером развернувшейся после начала полномасштабного вторжения России в Украину кампании по запугиванию и преследованию критиков российской власти.
Следует также отметить, что ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 168, в 2024 — 294, в 2025 году — 335, при этом данные за 2025 год ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 76 таких дел.
Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Александра Глазунова является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Александра Глазунова политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле:
20 апреля 2026 года. Медиазона. Студенту из Тульской области дали 3 года колонии за комментарий про РДК
21 апреля 2026 года. Исследовательский центр «Сова». Студент осужден за оправдание деятельности РДК
Дата обновления справки: 21.08.2026 г.
