Гульчак Ольга Владимировна

Полное описание

Точная дата задержания Ольги Гульчак неизвестна. На распространённом позже видео показаны кадры обыска у неё дома и задержания. Вероятно, это произошло в ноябре 2024 года. 

Ольга Гульчак была обвинена в том, что в августе и сентябре 2023 года совершила несколько денежных переводов на общую сумму 1200 гривен (на тот момент — около 3 тысяч рублей) в пользу ВСУ. Telegram-канал оккупационного Херсонского областного суда сообщает, что переводы делались для «оказания финансовой помощи украинским вооружённым формированиям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации». По информации издания РБК, «суд установил, что в сентябре 2023 года Гульчак через мобильное приложение перевела деньги на счёт иностранного банка, который использовала гражданка Украины. Из сообщения прокуратуры следует, что деньги предназначались для финансирования и “материально-технического обеспечения” украинских военных».

Сама Ольга Гульчак в видео, снятом после задержания, сказала: «…знакомая моя из Чаплинки [посёлок в Херсонской области], она вылаживала посты, она просила денежки для ВСУ. Я скидывала. Раз шесть. Я понимала, что деньги эти идут на помощь ВСУ».

30 апреля 2025 года дело было передано в суд. 9 июня 2025 года судья «Херсонского областного суда» Кураева Светлана Васильевна признала Ольгу Гульчак виновной по ст. 275 УК РФ и приговорила её к 12 годам лишения свободы в колонии общего режима, ограничению свободы на 1 год и штрафу в 100 тысяч рублей. 

10 сентября 2025 года судья Первого апелляционного суда общей юрисдикции Кондакова Елена Николаевна оставила приговор без изменения.

Основания признания политзаключённой

Незаконность применения российского законодательства на оккупированных территориях 

Говоря о незаконности и необоснованности преследования Ольги Гульчак, прежде всего стоит обратить внимание на сам факт применения УК РФ на оккупированных территориях и использования в репрессивных целях подконтрольных России судов, организованных на этих территориях.

12 октября 2022 года Генеральная ассамблея ООН осудила попытки аннексии Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины. Соответствующую резолюцию поддержали 143 из 193 государств — членов ООН. Против были только 5, включая Россию. На настоящий момент территории Украины, находящиеся под фактическим контролем Российской Федерации, являются оккупированными территориями. 

Такая квалификация ситуации соответствует определению режима оккупации в международном гуманитарном праве (принятая в Гааге 18 октября 1907 года Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, Положение о законах и обычаях сухопутной войны, ст. 42), а также практике международных судов (ICTY, Prosecutor v. Mladen Naletilic and Vinko Martinovic, IT-98-34-T, Trial Chamber, Judgment of: March 31, 2003, para. 217; Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), Judgment, I.C.J. Reports 2005, p. 168, para 173).

В связи с этим Россия как оккупирующая держава обязана соблюдать Женевскую конвенцию о защите гражданского населения во время войны (далее — ЖК IV), а также нормы обычного гуманитарного права, регулирующие режим оккупации, в частности, содержащиеся в Положении о законах и обычаях сухопутной войны.

Важные положения, регулирующие порядок привлечения гражданских лиц на оккупированной территории к уголовной ответственности, содержатся в Женевской конвенции IV (статьи 64 и 65 ЖК). Ст. 64 Конвенции IV гласит: «Уголовное законодательство оккупированной территории остаётся в силе, за исключением случаев, когда оно может быть отменено или приостановлено оккупирующей державой, если это законодательство представляет собой угрозу безопасности оккупирующей державы или препятствует применению настоящей Конвенции. С учётом упомянутого соображения и необходимости обеспечить эффективное отправление правосудия судебные органы оккупированной территории будут продолжать исполнять свои функции при всех правонарушениях, предусмотренных этим законодательством». Также в ст. 65 указано: «Издаваемые оккупирующей державой постановления, предусматривающие уголовную ответственность, вступают в силу только после того, как они будут опубликованы и доведены до сведения населения на его языке. Действие этих обязательных постановлений не должно иметь обратной силы».

Федеральный закон № 395-ФЗ «О применении положений Уголовного кодекса Российской Федерации и Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации на территориях Донецкой Народной Республики, Луганской Народной Республики, Запорожской области и Херсонской области» был подписан президентом Путиным 31 июля 2023 года и опубликован 2 августа 2023 года. Нет никаких свидетельств попыток ввести на оккупированных территориях Украины, опубликовать, довести до сведения населения (тем более на украинском языке) какие-либо законы Российской Федерации до этой даты.

Мы в принципе оспариваем соответствие Женевскими Конвенциям указанного выше Федерального закона № 395-ФЗ, так как оккупирующая держава может вводить на оккупированной территории новые уголовные положения только для трёх целей: a) чтобы дать возможность оккупирующей державе выполнить её обязательства по Международному гуманитарному праву, b) чтобы обеспечить должное управление территорией и c) обеспечить безопасность персонала, имущества и коммуникационной инфраструктуры вооружённых сил и администрации оккупирующей державы (ЖК IV ст. 64 (2)). Этот перечень правомерных законодательных целей является исчерпывающим. Очевидно, что сама идея комплексного введения на оккупированной территории уголовного закона оккупирующей державы противоречит этим положения ст. 64 ЖК.

Аналогично, согласно положениям ЖК IV и нормам обычного гуманитарного права, администрирование оккупированной территории должно осуществляться местными органами, действовавшими на момент начала оккупации, а рассмотрение дел по обвинению в нарушении уголовного законодательства уполномочены осуществлять местные суды. Несмотря на то, что оккупирующая держава может создавать отдельные органы и военные суды с целью более эффективного администрирования территории, она не вправе ни при каких обстоятельствах попросту устранять действовавшую ранее систему органов власти и заменять её новой без наличия на то веских оснований (ЖК IV, ст. 64).

Уголовное дело жительницы Херсонской области Ольги Гульчак расследовано так называемой Прокуратурой Херсонской области и рассмотрено в учреждённом Россией в оккупированном Геническе «Херсонском областном суде». Преследование жительницы оккупированной территории в соответствии с законодательством оккупирующей державы, т. е. Российской Федерации и рассмотрение её уголовного дела в незаконно учреждённом на оккупированной территории суде — всё это представляет собой грубое нарушение положений ЖК IV.

Особо возмутительным является тот факт, что гражданку Украины Ольгу Гульчак судят на незаконно захваченной территории Украины по российским законам за помощь, которую она оказывала армии собственной страны, борющейся против агрессии. Такие патриотические действия Гульчак, наоборот, должны приветствоваться и одобряться. 

Незаконность принуждения к принятию российского гражданства на оккупированных территориях

Украинка, жительница оккупированной Россией Херсонской области Ольга Гульчак обвиняется в РФ в государственной измене за перевод денег в «иностранный» (по всей видимости, украинский) банк. Такое обвинение стало возможным, очевидно, в связи с тем, что Гульчак получила гражданство Российской Федерации. Как можно предположить, произошло это уже после начала оккупации. Нет никаких данных о её связях с Россией или о наличии у неё гражданства РФ до начала полномасштабного вторжения России в Украину.

С момента начала оккупации части Украины и «присоединения» к России так называемых ЛНР и ДНР, а также частей Херсонской и Запорожской областей, Россия оказывает всё нарастающее давление на оказавшихся в оккупации граждан Украины с целью принуждения их к принятию российского гражданства.

Ещё в 2014 году РФ провела фактически принудительную паспортизацию на оккупированной территории Крыма. 25 июня 2024 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение по делу Ukraine v. Russia (re Crimea). Суд признал, что автоматическое присвоение российского гражданства жителям Крыма после событий февраля-марта 2014 года и их фактическое лишение возможности от него отказаться представляло собой нарушение статьи 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, декларирующей недопустимость вмешательства публичной власти в частную и семейную жизнь. Кроме того, хотя это прямо не указано в названном решении, общий подход Суда в данном деле предполагает учёт норм международного гуманитарного права, в частности, положений Четвёртой Женевской конвенции 1949 года. Статьи 45 и 47 Конвенции запрещают юридическую передачу граждан, проживающих на оккупированных территориях, под контроль другого государства без их согласия и изменения их правового статуса. Таким образом, навязывание гражданства населению оккупированной территории запрещено.

В докладе от февраля 2024 года, подготовленном Управлением Верховного комиссара ООН по правам человека, констатируется что «незаконная аннексия Крыма Российской Федерацией в 2014 году привела к навязыванию российского гражданства, законов и порядков во всех сферах жизни на полуострове». 

«За десять лет работы над докладами о ситуации с правами человека на полуострове пренебрежение Российской Федерацией своими обязательствами по международному гуманитарному праву нанесло серьёзный долгосрочный ущерб народу Крыма, — подчеркивают авторы доклада. — Аналогичная картина складывается и в других частях Украины: через восемь лет после оккупации и незаконной аннексии Крыма Российская Федерация приступила к оккупации и последующей незаконной аннексии районов Донецкой, Луганской, Херсонской и Запорожской областей, где УВКПЧ зафиксировало нарушения аналогичного характера». 

После начала полномасштабного вторжения и захвата значительных территорий Украины под фактическим контролем Российской Федерации оказалось несколько миллионов граждан Украины. В июне 2024 года власти Украины заявляли, что всего под российской оккупацией могут оставаться около 6 миллионов её граждан. По данным Human Rights Watch на март 2025 года, российские власти уже выдали паспорта примерно 3,5 млн жителей оккупированных территорий на востоке Украины. «Для многих из них получение российского паспорта было не актом свободного волеизъявления, а вопросом выживания. Копируя собственные практики, применявшиеся в оккупированном Крыму с 2014 года, с целью принудить жителей этих территорий к получению российских паспортов власти прибегают к запугиванию, а также угрозам произвольного лишения свободы, аннулирования имущественных прав и лишения доступа к медицинскому обслуживанию, социальным льготам, свободе передвижения и трудоустройству».

20 марта 2025 глава Российской Федерации Владимир Путин подписал Указ №159, который требует от граждан Украины, проживающих на оккупированных территориях Запорожской, Херсонской, Донецкой и Луганской областей, либо «урегулировать своё правовое положение», либо уехать. Фактически это означало, что они должны были получить российские паспорта не позднее 10 сентября 2025 года. В противном случае они будут считаться «иностранными гражданами», на которых распространяются требования законодательства о правовом положении иностранцев — такие как максимальный срок пребывания продолжительностью 90 дней, обязательное медицинское освидетельствование и ряд ограничений на осуществление трудовой деятельности.

Все эти действия являются формой юридического давления и инструментом незаконной и насильственной интеграции населения оккупированной территории, что прямо запрещено международным гуманитарным правом.

Власти Украины неоднократно заявляли, что не считают своих граждан, получивших паспорта РФ под принуждением, нарушителями, а «насильственная паспортизация незаконна и не признаётся в Украине и в мире, поскольку противоречит принципам и нормам международного права и является нарушением Женевской конвенции о защите гражданского населения во время войны».

В свете всего вышесказанного преследование гражданки Украины, получившей паспорт РФ, по всей видимости, в ходе кампании по незаконной насильственной паспортизации, в измене государству, которое грубо нарушало её права и свободы, представляется особенно абсурдным и циничным.

Обвинение в госизмене в форме оказания финансовой помощи иностранному государству (ст. 275 УК РФ)

В любом случае, независимо от того, где проживала Ольга Гульчак и при каких условиях она получила российское гражданство, её преследование по ст. 275 УК РФ («Государственная измена, совершённая путем оказания финансовой помощи иностранному государству и его представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации») неправомерно.

Подобные дела начали активно возбуждаться ФСБ России после начала полномасштабной вооружённой агрессии России против Украины. 

2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.

В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.

Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Именно это даёт основания многим зарубежным государствам оказывать Украине военную помощь, передавая ей различные виды вооружений. Также средства для поддержки обороняющегося государства собирают и перечисляют Украине граждане разных государств по всему миру. Многие граждане России, несогласные с преступной войной, также перечисляют средства на помощь Украине и украинцам: как на гуманитарные цели, так и ВСУ для помощи в отражении российской агрессии. Проживающие за границей россияне могут делать это открыто, однако для тех, кто живёт в России или хотя бы приезжает туда, это может повлечь за собой задержание по уголовному делу. Совершенно естественно, что деньги на помощь ВСУ собирают и перечисляют и сами граждане Украины.

Не имея доступа к материалам дела, мы не знаем, как именно следствие доказывает факт перевода средств и то, что они предназначались именно на поддержку ВСУ. Как указывает сама Гульчак и как пишет издание РБК, она «через мобильное приложение перевела деньги на счёт иностранного банка, который использовала гражданка Украины» — знакомая Гульчак из Чаплинки. Таким образом, платежи перечислялись со счета одного физического лица (Гульчак) на счёт другого (её знакомой). Возможно, следствие опирается на показания самой Гульчак, которые она дала в день ареста, из которых следует, что она знала, что деньги шли на поддержку ВСУ. Мы не знаем, даны ли эти показания добровольно или по принуждению.

В то же время, мы полагаем, что даже в том случае, если Ольга Гульчак намеренно перечисляла средства на поддержку ВСУ, она не должна привлекаться за это к уголовной ответственности по ст. 275 УК РФ по следующим причинам.

Гульчак обвиняется в оказании финансовой помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации. Этот состав введён в ст. 275 УК РФ в 2012 году, а в апреле 2023 года наказание за «госизмену» увеличено до пожизненного — безусловно, с целью устрашения всех несогласных с российской внешней политикой и войной против Украины. Обязательным признаком состава преступления является то, что деятельность, в которой оказывается помощь, должна быть направлена против безопасности Российской Федерации.

Мы считаем очевидным и несомненным, что ни поддержка гражданского населения Украины, ни помощь Украине в отражении агрессии со стороны России не направлены против безопасности Российской Федерации. Это следует даже из содержания норм российского права.

Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».

Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в Украину, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ (а отнюдь не финансирующих ВСУ граждан) практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами. 

Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений. 

Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями. 

При этом суверенитет Российской Федерации, её независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.

Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины, и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года. 

Исходя из вышеизложенного, мы полагаем, что инкриминируемое перечисление Гульчак денежных средств на помощь Украине направлено не на создание угрозы перечисленным в Стратегии аспектам национальной безопасности, а, напротив, на противодействие главной угрозе безопасности РФ. 

Преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. Не имея доступа к тексту приговора, мы не знаем, как именно следствие доказывает умысел Гульчак, однако совокупность известных обстоятельств даёт нам основания полагать, что при совершении денежных переводов она не ставила цели нанести вред безопасности Российской Федерации, а действовала как патриотичная гражданка Украины, желающая поддержать армию своей страны.

Территория, на которой Ольга Гульчак проживала с рождения, оккупирована Россией — в этой ситуации цинично и абсурдно требовать от украинцев лояльности России и отказа от связей с Родиной, к которому их принуждают репрессиями.

Тем не менее суды, подконтрольные российским властям, всё более массово выносят приговоры по обвинениям, связанным с денежными переводами вооружённым силам Украины, в отношении украинских граждан и жителей оккупированных территорий. Так, 28 января 2025 года за перечисление якобы в «Азов» 50 гривен (120 рублей) приговорён к 8 годам 6 месяцам лишения свободы 19-летний житель Луганской области Иван Семикоз. 17 февраля 2025 года за пожертвование 470 гривен (1 127 рублей) якобы «Азову» и «Правому Сектору» была приговорена к 10 годам лишения свободы жительница Старобельского района Луганской области Украины Екатерина Коровина.

Уже после приговора Гульчак, в июле и октябре 2025 года были вынесены приговоры двум другим жительницам Херсонской области: Елене Пензе и Юлии Станике. Им, как и ей, была вменена статья о госизмене за денежные переводы на украинские счета; по всей видимости, все три обвинения с идентичной формулировкой о переводах с целью «финансовой поддержки и материально-технического обеспечения украинских вооружённых формирований» написаны под копирку. Пенза, как и Гульчак, получила 12 лет лишения свободы, Станика — 12 лет 6 месяцев.

На середину декабря 2025 года в нашей базе — 17 уголовных дел по статье о госизмене, возбуждённых в оккупированной части Херсонской области. Всего на украинских территориях, незаконно «включённых» в состав РФ после начала полномасштабного вторжения, — 87 таких дел. Вероятно, реальная цифра выше: информация о фигурантах часто появляется с задержкой, иногда — только после передачи дела в суд или вынесения приговора. Скудные сведения о делах публикуются на сайтах управлений Следственного комитета, судов и государственных информагентств, в Telegram-канале «Оперативные сводки» с полумиллионной аудиторией, а также в пророссийских локальных медиа. О том, как устроено уголовное преследование по так называемым статьям против общественной безопасности и государственной власти на оккупированных территориях, можно почитать в материале издания «Холод».

Также много примеров уголовного преследования за переводы в пользу Украины против граждан России. Например, за перевод 865 рублей на специальный счёт Национального банка Украины в день начала полномасштабной войны был обвинён в государственной измене и приговорён к 12 годам лишения свободы волонтёр и активист Марк Кислицын. Программист Сергей Ирин, сделавший также 24 февраля 2022 года перевод украинскому фонду «Вернись живым», приговорён к 15 годам лишения свободы. К 13 годам 11 месяцам по статьям о финансировании терроризма и государственной измене был приговорён обвинённый в перечислении 10 тысяч рублей в РДК обувной мастер из Москвы Николай Колин. За финансирование ВСУ и публичное оправдание терроризма был приговорён к 14 годам лишения свободы блогер из Липецка Феликс Елисеев: по мнению суда, он посредством криптовалюты перевёл деньги гражданину Украины. Другой житель Липецка — учитель рисования Даниил Клюка — за переводы денег брату в Харьков, которые, по версии обвинения, поступали украинскому фонду «Вернись живым» был приговорён к 20 годам колонии. К 9 годам колонии за пожертвование 30 долларов украинскому фонду была приговорена по статье о госизмене студентка из Томска Татьяна Лалетина. Наш проект признал их и многих других осуждённых по подобным обвинениям политическими заключёнными. Преследуя их, репрессивные власти пытаются запугать людей, сочувствующих борющейся за свою свободу и независимость Украине и стремящихся ей помочь.

Также следует отметить и малозначительность деяния Гульчак — переводы в общем размере 1200 украинских гривен (около 3 тысяч рублей на тот момент) — вряд ли могли нанести вред безопасности Российской Федерации, даже если бы действительно были направлены на это. В соответствии с ч. 2 ст. 14 УК РФ, «не является преступлением действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, предусмотренного настоящим Кодексом, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности».

Необходимо отметить, что на нашу позицию не влияет факт признания Ольгой Гульчак своей вины, если такое признание имело место, поскольку известно, что подобные признания всё чаще получаются силовыми органами путём давления, шантажа, применения пыток и иного давления с целью фабрикации уголовных дел. При помощи подобных незаконных действий сотрудники ФСБ имитируют борьбу с преступностью, улучшают свои служебные и должностные показатели, а также устрашают общество.

Судя по тому, что на сайте суда скрыты фамилии участников процесса, дело по обвинению Ольги Гульчак слушалось в закрытом режиме. Мы полагаем, что закрытие процессов по делам о государственной измене в форме финансирования (то есть очевидно не связанных с разглашением гостайны или иных секретных сведений) от слушателей и общественности в большинстве случаев служит не целям, предусмотренным УПК РФ, а цели сокрытия фактов слабости обвинения, отсутствия у него убедительных доказательств виновности подсудимых, а зачастую — фактов фальсификаций и фабрикации уголовных дел; также оно служит целям сокрытия от общества информации о том, какие мотивы на самом деле двигали людьми, становящимися фигурантами подобных дел, и об их истинных антивоенных или патриотических мотивах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программу поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Ольги Гульчак является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т. е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к ней в нарушение прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ, Международным пактом о гражданских и политических правах и Женевской конвенцией о защите гражданского населения во время войны. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Ольгу Гульчак политической заключённой и требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования. 

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации в СМИ:

11 июня 2025 года. РБК. В Херсонской области женщину приговорили к 12 годам за госизмену

Дата составления справки: 16.12.2025 г.