Игорь Ивашнев — гражданин Украины и житель Московской области. Его задержали в марте 2026 года и заключили под стражу по статье об оправдании терроризма в Интернете из-за сообщений в групповых чатах. По версии следствия, в начале 2025 года он писал о правомерности действий ВСУ в Курской области.
19 марта 2026 года Московский областной суд сообщил, что Наро-Фоминский городской суд рассмотрел и удовлетворил ходатайство следователя об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в отношении Игоря Ивашнева.
Ивашнев был обвинён по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Оправдание терроризма в Интернете») из-за того, что «в период времени с 28.02.2025 по 11.03.2025, в групповых чатах мессенджера со своего аккаунта высказал путём сообщений свои убеждения о правомерности и обоснованности действий террористической направленности — вторжении украинских воинских формирований на территорию Курской области, вследствие чего на территории Курской области решением НАК России был введён режим контртеррористической операции». Какие-либо ещё подробности обвинения в настоящее время неизвестны.
24 марта 2026 года Игорь Ивашнев был внесён в список террористов-экстремистов Росфинмониторинга с пометкой о причастности к терроризму.
Основания признания политзаключёнными
Контекст уголовного преследования
Контекстом уголовного преследования Игоря Ивашнева является агрессивная война России против Украины. 24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Обвинения по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ
Основанием обвинения Игоря Ивашнева в оправдании терроризма с использованием Интернета (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ) послужили его высказывания относительно военной операции ВСУ на территории Курской области.
Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).
Несмотря на то, что нам неизвестно точное содержание публикаций Ивашнева, можно уверенно утверждать, что обвинение ему предъявлено не в связи с тем, что он одобрительно высказывался о практике или идеологии терроризма, а потому, что он посчитал оправданными действия ВСУ на территории Курской области.
Как прямо указано в пресс-релизе суда, Ивашневу были предъявлены обвинения в связи с тем, что он высказал свои «убеждения о правомерности и обоснованности действий» ВСУ в Курской области. Согласно логике, которую используют официальные российские структуры и российская пропаганда, сами по себе боевые действия ВСУ на территории Курской области трактуются как террористические. Пример этой аргументации содержит и пресс-релиз суда, в котором говорится, что «на территории Курской области решением НАК России был введён режим контртеррористической операции».
Однако объявление военной операции ВСУ на территории Курской области терроризмом не обосновано. Согласно нормам международного права, боевые действия законно ведутся сторонами на театре войны, под которым понимается вся территория воюющих государств, а также открытое море и воздушное пространство над ним. Таким образом, статус армии стороны конфликта не может меняться при переходе ею государственной границы страны-противника с законного на незаконное формирование и соответственно, статус военнослужащих этой армии — с комбатантов на преступников/террористов. Кроме того, украинские официальные лица, разъясняя цели операции ВСУ в Курской области, неоднократно заявляли, что Украина не заинтересована в завоевании российских территорий, а наступательная операция ВСУ в Курской области направлена только на защиту граждан своей страны от обстрелов с приграничной территории. Также эта операция отвлекала у России дополнительные силы, ограничивая возможности для переброски резервов на фронт в Донецкую и Харьковскую области.
Однако, несмотря на всю абсурдность трактовки военной операции ВСУ на территории Курской области как террористической, это не помешало российским властям развернуть, прежде всего, кампанию преследования самих украинских военных, взятых в плен в регионе. Вероятно, все военнослужащие ВСУ, попавшие в плен на территории Курской области, автоматически становятся фигурантами уголовных дел с обвинениями по «террористическим» статьям. Мы отслеживаем динамику этой репрессивной кампании. На начало июня 2026 года нам было известно более чем 350 случаев преследования по уголовным статьям украинских военных, взятых в плен в регионе. Мы полагаем, что обвинения в адрес военнослужащих ВСУ, участвовавших в боевых действиях в российских регионах, как правило, имеют все признаки политической мотивации, а уголовные дела сфабрикованы. Фабула обвинения, публично декларируемая следствием в отношении украинских военнослужащих, захваченных в плен в Курской области, однотипна, сформулирована под копирку, а уголовные дела поставлены на поток и расследуются очень быстро (см. например, 1, 2, 3, 4).
Одновременно с преследованиями украинским военнопленных развёрнута кампания против тех, кто говорит о законности и оправданности действий ВСУ в Курской области. Им предъявляются обвинения в оправдании терроризма. Фактически любая форма согласия с правомерностью действий украинских военных на территории российского региона является для российских силовиков поводом для возбуждения уголовного дела.
Таким образом, нет никаких оснований считать оправданием терроризма комментарии Игоря Ивашнева, в которых он «высказал путём сообщений свои убеждения о правомерности и обоснованности» боевых действий ВСУ на территории Курской области. Очевидно, Ивашнев не делал «публичное заявление о признании идеологии и практики терроризма правильными» (прим. 1 к ст. 205.2 УК РФ), а признание оправданности действий ВСУ на российской территории само по себе не может трактоваться как оправдание терроризма. Соответственно, обвинение Ивашнева в оправдании терроризма беспочвенно, а состав вменяемого преступления в его действиях полностью отсутствует.
Уголовное дело Игоря Ивашнева является очередным примером развернувшейся после начала полномасштабного вторжения России в Украину кампании по запугиванию и преследованию критиков российской власти. Ст. 205.2 УК РФ и раньше, до начала полномасштабного вторжения в Украину, зачастую использовалась не для предотвращения общественно опасных последствий высказываний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Уголовные дела по этой статье чаще всего возбуждаются за высказывания в социальных сетях и мессенджерах. С началом широкомасштабных военных действий репрессии с использованием ст. 205.2 УК РФ усилились и стали в первую очередь касаться антивоенных активистов и других людей, каким-либо образом высказывающих своё несогласие с агрессивной войной России в Украине.
Ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 168, в 2024 — 294, в 2025 году — 335, при этом данные за 2025 год ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 76 таких дел.
Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Игоря Ивашнева является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Игоря Ивашнева политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Дата обновления справки: 04.08.2026 г.
