Барометр репрессий. I квартал 2026 года

Читать этот доклад в PDF в браузере

Ключевые выводы

• Российское репрессивное плато: 500 дел в квартал и стабильная доля лишённых свободы. Репрессии в России в её международно признанных границах продолжают демонстрировать стабильность. Около 500 человек становятся жертвами политически мотивированных преследований каждый квартал. Это наблюдалось весь 2025 год, не изменилась ситуация и в I квартале 2026 года. Также остаётся неизменной доля лишённых свободы. Похоже, текущий уровень репрессий российские власти воспринимают как оптимальный.  

• Активизация преследований свидетелей Иеговы. В начале 2026 года репрессии в отношении сторонников этого религиозного течения усилились. В нескольких регионах страны зафиксированы новые групповые уголовные дела.

• Оккупированные территории: статистическое колебание или изменение тенденции? В 2025 году на оккупированных территориях Украины фиксировался устойчивый рост политических репрессий, разрыв репрессивного давления между Россией и оккупированными территориями неуклонно рос. Однако в I квартале 2026 года эта тенденция прервалась: число новых уголовных дел на оккупированных территориях заметно сократилось. Является ли это временным колебанием или признаком каких-то изменений в репрессивной политике, пока неясно. 

• Украинские военнопленные: «Курский фактор» исчерпан, но масштаб преследований продолжает расти. Кампания по привлечению к уголовной ответственности военнослужащих ВСУ, попавших в плен в Курской области, оказывавшая большое влияние на динамику репрессий в 2025 году, заканчивается. Однако количество уголовных дел против других украинских военных неизменно увеличивается.

• Пауза в формировании законодательной базы репрессий. В I квартале 2026 года существенных изменений в репрессивном законодательстве не произошло. 

Как подготовлен этот обзор

Это наш очередной ежеквартальный обзор политических репрессий, охватывающий I квартал 2026 года. 

Обзор опирается на данные базы уголовных дел, имеющих признаки политического мотива и незаконности (в дальнейшем: политически мотивированные уголовные дела) проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал». Наши источники — это карточки судов, пресс-релизы правоохранительных органов, публикации СМИ, обращения преследуемых и их родственников и др. Данные актуальны на 1 апреля 2026 года.

В этом обзоре уголовные дела относятся нами к тому или иному кварталу в зависимости от даты включения в нашу базу данных. Обычно информация о начале уголовного преследования становится нам известна с некоторым опозданием. Часто это опоздание измеряется днями, иногда неделями, реже составляет более долгий период. В связи с этим не все дела, отнесённые нами к определённому кварталу, были возбуждены именно в этот период времени, часть преследований началась раньше. Таким образом, наш подход отражает реальность репрессий с некоторым опозданием. Вместе с тем, при последовательном применении он позволяет описывать ситуацию наиболее полно.

Данные за один и тот же период в разных ежеквартальных обзорах могут незначительно отличаться. Это связано с уточнениями сведений о фигурантах преследований, а также возможной корректировкой методики расчёта отдельных показателей.

Общий масштаб репрессий 

I квартал 2026 года продемонстрировал некоторое снижение числа новых зафиксированных случаев политически мотивированных преследований. По всей видимости, это связано с двумя факторами. 

Во-первых, значительное влияние на общее количество политически мотивированных уголовных дел в 2025 году оказывала кампания по преследованию украинских военных, попавших в плен в Курской области.  В III квартале эти преследования достигли максимума, оказав наибольшее влияние на общую статистику репрессий.  В настоящее время этот фактор практически перестал влиять на статистику политических преследований. Об этом подробнее будет сказано ниже.

Кроме того, меньшее число преследуемых, о которых стало известно в I квартале 2026 года, также, вероятно, вызвано длинными новогодними каникулами, во время которых силовые структуры несколько реже сообщали о новых уголовных делах.  

Доля преследуемых, лишённых свободы, несколько сокращалась в течение последнего квартала 2025 года и I квартала 2026 года, но по-прежнему заметно выше, чем была в первой половине 2025 года. Пик этого показателя также пришёлся на III квартал 2025 года и тоже был связан с уголовными делами против украинских военнопленных. При этом стоит отметить, что в реальности доля преследуемых лишённых свободы несколько выше фиксируемого нами. По некоторым из преследуемых у нас просто нет информации.  

Под «лишёнными свободы» мы понимаем всех преследуемых, кому избрана мера пресечения в виде заключения под стражу или домашнего ареста, а также приговорённых к лишению свободы и принудительным работам или отправленных на принудительное лечение.

В этом обзоре мы традиционно разобьём политически мотивированные уголовные дела на три отдельные группы:

• возбуждённые в России (в её международно признанных границах);
• возбуждённые на оккупированных территориях Украины;
• возбуждённые против украинских военных.

1. Внутри России: репрессивная стабильность

В России в её международно признанных границах в I квартале 2026 года не произошло каких-либо значимых изменений в уровне фиксируемых уголовных политических репрессий. 

Количество новых политически мотивированных уголовных дел, о которых становится известно, фактически остаётся неизменным. Около 500 человек ежеквартально становятся жертвами преследований. В начале этого года их было чуть меньше, но это, вероятно, связано с календарным фактором. Доля лишённых свободы также не меняется последние три квартала. 

Структура репрессий также существенно не меняется. Напомним, что мы используем следующую группировку статей Уголовного кодекса, которые наиболее часто встречаются в политически мотивированных уголовных делах: 

• «Госизмена и шпионаж»,
• «Теракты и диверсии»,
• «Террористические организации»,
• «Ограничение свободы высказываний»,
• «Ограничение свободы объединений».

Эти группы охватывают около 90 % всех имеющих признаки политической мотивации дел. Более подробно с группировкой можно ознакомится в Приложении 1.

Первый квартал 2026 года не принёс существенных изменений в отмеченные в прошлом году тенденции. На первом месте по-прежнему остаётся группа «Теракты и диверсии». Продолжает постепенно сокращаться доля дел, связанных с ограничением свободы высказываний. В прошедшем квартале таких дел было уже менее четверти.

В начале 2026 года заметно сократилась доля группы дел «Госизмена и шпионаж». Однако мы рискнём предположить, что это скорее случайное статистическое колебание, которое будет нивелировано в следующем квартале. 

Стоит учитывать, что некоторым преследуемым были предъявлены обвинения по статьям из разных групп.

Более существенно выросла доля дел, связанных с ограничениями свободы объединений. Наиболее часто используемыми статьями из этой группы являются ст. 282.2 УК РФ («Организация и участие в деятельности экстремистской организации») и ст. 282.3 УК РФ («Финансирование экстремистской деятельности»).

Рост применения этих статей связан с преследованиями свидетелей Иеговы и сторонников Алексея Навального. Причём ст. 282.2 УК РФ активно используется для преследования верующих, а ст. 282.3 УК РФ — в первую очередь для дел, связанных с донатами ФБК. 

За первый квартал текущего года мы зафиксировали 39 преследуемых по ст. 282.2 УК РФ в делах против свидетелей Иеговы, при этом за весь 2025 год — 51 человека. При этом большая часть преследований, о которых нам стало известно в начале текущего года, и начались в этом году. В частности, групповые уголовные дела зафиксированы в Забайкальском крае, Хакасии, Красноярском крае, Нижегородской области и Башкортостане. 

Также заметен рост преследований сторонников Алексея Навального. За I квартал 2026 года мы зафиксировали 44 новых дела за финансирование экстремизма (ст. 282.3 УК РФ) против сторонников Навального, за весь 2025 год — 90 дел. Впрочем, в случае с донатами ФБК мы имеем дело с продолжением кампании, активно развёрнутой ещё в прошлом году, просто о многих этих делах становится известно лишь в момент вынесения приговора. 

В остальном тенденции, отмеченные в 2025 году, продолжают сохраняться: количество дел «за слова» сокращается, растёт число обвинений по более «тяжёлым» статьям, которые, как правило, расследует ФСБ. 

2. Оккупированные территории: статистические колебания? 

В 2025 году мы отмечали, что на оккупированных территориях Украины, в отличие от России, наблюдается рост уровня политических репрессий. Мы выдвигали несколько вариантов объяснения этого: «легализация» удерживаемых без предъявления обвинений, увеличение масштабов репрессий для подавления сопротивления, вседозволенность российских спецслужб на оккупированных территориях.  

Здесь мы рассматриваем только уголовные дела, исключая другие широко используемые формы репрессий, такие как похищения и лишение свободы за рамками формальных юридических процедур

I квартал 2026 выбивается из этой тенденции. Количество зафиксированных случаев новых политически мотивированных уголовных дел заметно сократилось. Что это — случайное колебание, связанное с особенностями начала года, или значимое изменение в репрессивных практиках — в настоящий момент не ясно. Можно допустить, что процесс «легализации» незаконно удержанных мог быть приостановлен или завершён в отношении какой-то их части. Например, тех кого власти рассматривают как наиболее враждебно настроенных и собираются преследовать в уголовном порядке. Однако сделать сколько-нибудь уверенные предположения сейчас нельзя. Вероятно, и в этом случае следует подождать данных за следующий квартал. 

При этом стоит отметить, что даже с учётом снижения зафиксированных случаев новых политически мотивированных уголовных дел в I квартале 2026 года, в пересчёте на душу населения уровень политических репрессий на оккупированных территориях по-прежнему выше российского в несколько раз.

3. Украинские военные: новая норма 

Как мы отмечали в наших прошлых обзорах, в 2025 году преследование украинских военнослужащих стало важным фактором, влияющим на общую динамику количества политически мотивированных уголовных дел. В III квартале 2025 года каждый третий новый случай преследования был связан с украинским военным, а в целом за 2025 год — каждый пятый. 

Под украинскими военными здесь понимаются военнопленные, ставшие фигурантами уголовных дел, а также люди, обвиняемые в связи со службой в украинских военных подразделениях до 2022 года. Ещё раз уточним, что речь идёт только об уголовных преследованиях. Военнопленные, в отношении которых не выдвинуты уголовные обвинения, здесь не учитываются.

Большую роль в этом сыграла кампания по уголовному преследованию военнослужащих ВСУ, попавших в плен в Курской области. Все они по сути автоматически становились фигурантами уголовных дел, в основном по обвинению в терроризме — фактически именно так российские правоохранители интерпретируют военные действия в Курской области. В 2025 году доля таких военных от общего числа преследуемых по политическим мотивам составила более 10%.

В настоящее время о большей части уголовных дел против украинских военных, взятых в плен на территории Курской области, уже стало известно. В I квартале 2026 года мы зафиксировали только 15 новых таких случаев. 

Таким образом, число украинских военных, попавших в плен в Курской области и ставших фигурантами уголовных дел, сократилось до 2% от общего количества новых политически мотивированных преследований.  Несмотря на это, доля, которую занимают преследования украинских военнопленных в целом в общем объёме преследований, в I квартале 2026 года к «докурскому» периоду не вернулась. 

Масштабы преследования украинских военнопленных росли и вне зависимости от событий в Курской области. Если в I квартале 2025 года дела против украинских военнослужащих, не связанных с Курской операцией, составляли 5% от всех политически мотивированных преследований, то в IV квартале 2025 года и I квартале 2026 года этот показатель достиг 14%, демонстрируя постоянный рост.

Очевидно, имеется устойчивая тенденция расширения масштабов уголовного преследования военнопленных, а также ныне гражданских лиц, проходивших службу в ВСУ ещё до начала полномасштабного вторжения.

Почему в течение четвёртого — начале пятого года войны репрессии против украинских военнопленных продолжают усиливаться, не вполне понятно. Возможно российское руководство считает необходимым ужесточить кампанию устрашения на оккупированных территориях. Также нельзя исключить пропагандистские цели, направленные на внутреннюю российскую аудиторию или внешний мир. А может быть, это своеобразная месть ВСУ и украинцам в целом за упорное сопротивление агрессии. 

Юридические новации

В I квартале 2026 года власти взяли паузу в расширении и ужесточении статей уголовного кодекса, используемых в политически мотивированных преследованиях. Ни в одну из статей УК РФ, активно применяемую в политических репрессиях, не было внесено изменений. В 2025 году в течение каждого квартала в УК РФ вносились изменения, связанные с политическими преследованиями. 

Более того, в нашем прошлом ежеквартальном обзоре мы упоминали, что в декабре 2025 года были внесены в Государственную Думу и приняты в первом чтении законопроекты, призванные усложнить жизнь россиянам, находящимся за границей и преследуемым заочно, в частности ограничивающие их в получении консульских услуг и в возможностях распоряжаться имуществом. В течение I квартала 2026 года эти законопроекты не только не были приняты, но и не выносились на второе чтение. 

При этом нельзя сказать, что новых репрессивных идей не было совсем. Заметной инициативой стал закон об уголовной ответственности за отрицание или одобрение геноцида советского народа в годы Великой Отечественной войны, а также за оскорбление памяти жертв геноцида. Предполагается внести соответствующие изменения в ст. 243.4 УК РФ («Уничтожение, повреждение либо осквернение воинских захоронений…») и ст. 354.1 УК РФ («Реабилитация нацизма»). В марте закон был принят Государственной Думой. Однако его утверждение Советом Федерации, подписание президентом и вступление в силу, вероятно, произойдёт в апреле 2026 года.  
В качестве изменений УК РФ, имеющих косвенное отношение к политически мотивированным уголовным преследованиям, можно отметить  формальные поправки ст. 321 УК РФ («Дезорганизация деятельности учреждений, обеспечивающих изоляцию от общества») и ст. 321.1 УК РФ («Передача лицу, содержащемуся в месте лишения свободы или месте содержания под стражей, средств мобильной связи и иных средств коммуникации лицом, подвергнутым административному наказанию или имеющим судимость»). Изменения вступили в силу 1 января 2026 года и связаны с передачей ФСБ некоторых следственных изоляторов.

5. Хотя большинство дел по статье 330.1 возбуждается против физических лиц, объявленных «иностранными агентами», по своему характеру преследование по ней направлено на воспрепятствование публичной общественной деятельности, и поэтому мы сочли наиболее уместным отнести её к этой группе