Комаров Николай Алексеевич

Полное описание

18-летний житель Москвы Николай Комаров учился в колледже и вёл Telegram-канал на 115 человек, с названием Шиза Шпандено («Либертарианский щитпост далбаеба по имени Федерико Шпандини»). Силовики усмотрели призывы к терроризму в сообщении «НЕЕЕТ ИНТЕРНЕТ БУДУТ ОТКЛЮЧАТЬ ИЗ ЗА БПЛА УКРАИНА СНЕСИ НАХУЙ ВСЕХ Я В РОТ ШАТАЛ МОСКВУ ТАМ ТОЛЬКО ЧУРКИ БОМБЯТ РЫНКИ А Я НЕ МОГУ ЗАЙТИ В ИНСТУ И НАПИСАТЬ КАКОЙ ЖЕ ПУТИН ПИДОРАС КАК ЕГО ЕБАЛИ В ГАРРИС МОД», размещённом 23 мая 2025 года в этом канале и являющимся реакцией на новость об отключении интернета из-за атак БПЛА.

29 октября 2025 года к молодому человеку пришли силовики — сотрудники ФСБ провели у него дома обыск и доставили в полицию, где оформили протокол по ч. 2 ст. 20.1 КоАП РФ о мелком хулиганстве, сопряжённом с неповиновением законному требованию представителя власти.

30 октября 2025 года судья Судья Кунцевского районного суда Лебедева Елена Геннадьевна арестовала Николая Комарова. Судья сочла доказанным, что Комаров, «нарушая общественный порядок выражался нецензурной бранью, размахивал руками, сопряжённое с неповиновением законному требованию представителю власти исполняющего обязанности по охране общественного порядка и общественной безопасности, о прекращении противоправных действий».

Комаров в судебном заседании свою вину в совершении административного правонарушения не признал, пояснил, что не совершал вменённого правонарушения, в отдел полиции был доставлен из отдела ФСБ, из рук сотрудников полиции не выбывал.

Его защитник просил суд о прекращении производства по делу в связи с отсутствием события и состава правонарушения. Он указал, что доказательства — протокол об административном правонарушении, протокол об административном задержании рапорты сотрудников ЦПЭ, их письменные объяснения — являются недопустимыми доказательствами, содержат разночтения в фамилиях.

После отбывания административного ареста Комарову предъявили обвинение в призывах к терроризму в Интернете — по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ. Следствие ходатайствовало о помещении молодого человека в СИЗО, но 10 ноября 2025 года судья Кунцевского районного суда Москвы Астахов Сергей Николаевич отклонил ходатайство и отправил его под домашний арест. Николаю Комарову грозит до 7 лет лишения свободы.

12 ноября 2025 года в канале Николая Комарова появился пост: «Доброго времени суток дорогие подписчики. Я со-админ данного канала. В данный момент сейчас рассматриваются действия со стороны админов по отношению к этому каналу, так как главный админ попал в “неприятности”, хотя я могу назвать это только откровенным пиздецом. Кратко о ситуации, на нашего главного администратора тоесть создателя данного канала, был написан донос за пост, как мне известно в районе 29-30 чисел октября к нему пожаловал наряд фсб. Его задержали и дали 15 суток в участке, на сколько мне известно суд решил что отвозить его на нары будет глупо, поэтому его приговорили к домашнему аресту. Канал очевидно забрасываться не будет, но политическое мнение будет строиться более конструктивно, так как не хочется подставлять остальных админов, да и самого Колю в том числе. Мы знаем кто написал донос, и нам очень жалко что у этих гениев хватило мозгов, возможно разрушить жизнь молодому парню, за его мнение».

11 ноября 2025 года Росфинмониторинг внёс Николая Комарова в список экстремистов и террористов с пометкой о террористической деятельности.

Основания признания политзаключённым

Нам представляется абсурдным возбуждение уголовного дела по столь ничтожному основанию — написанию совсем молодым человеком эмоционального поста, реакции на отключение Интернета в Москве. В данном посте, безусловно, нет призывов к терроризму, как их определяет законодатель. Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть к совершению преступлений, предусмотренных соответствующими статьями УК РФ (205 — 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361 УК РФ).

Молодой человек написал пост следующего содержания: «НЕЕЕТ ИНТЕРНЕТ БУДУТ ОТКЛЮЧАТЬ ИЗ ЗА БПЛА УКРАИНА СНЕСИ НАХУЙ ВСЕХ Я В РОТ ШАТАЛ МОСКВУ ТАМ ТОЛЬКО ЧУРКИ БОМБЯТ РЫНКИ А Я НЕ МОГУ ЗАЙТИ В ИНСТУ И НАПИСАТЬ КАКОЙ ЖЕ ПУТИН ПИДОРАС КАК ЕГО ЕБАЛИ В ГАРРИС МОД».

Можно предположить, что правоприменители увидели призыв к терроризму в пожелании Украине «снести нахуй всех», поскольку все иные соображения призывов не содержат. Негативная оценка чиновника Путина и описание перипетий существования его персонажа в компьютерной игре, которое хотел бы осуществить молодой человек в Инстаграме, не могут квалифицироваться как имеющие отношение к терроризму. 

Однако и пожелание, обращённое к Украине, является настолько абстрактным, что не позволяет конкретизировать, ни кто именно, ни каких именно «всех» должен «снести». При этом и сам глагол «снести» не даёт конкретного представления о том, что именно объекту обращения следует делать со «всеми». Непонятно, на каком основании может быть поставлен знак равенства между этим неконкретизированным действием и «идеологией насилия и практикой воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий», как понимается терроризм в п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).

Кроме того, стоит помнить, что Украина ведёт оборонительную войну против российской агрессии, которую 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией признала нарушающей п. 4 ст. 2 Устава ООН и являющейся применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства. 

В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. 

Именно поэтому военные действия Украины в ответ на агрессию России не могут являться терроризмом. С этой точки зрения, выражение «Украина снеси нахуй всех», даже если его и рассматривать как призыв, не может являтся призывом к терроризму. В зависимости от конкретного объекта подобные атаки могли бы быть правомерными военными действиями или военными преступлениями, но не актами терроризма. На невозможность такой квалификации действий участников вооружённого конфликта указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация — например, Конвенция о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21) или Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19).

В целом стоит отметить, что ст. 205.2 УК РФ часто используется властью не для предотвращения общественно опасных последствий, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою точку зрения, отличную от официальной. Преступление по этой статье считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли оно кого-то к реальным действиям, могли ли наступить общественно опасные последствия и наступили ли они, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел в связи такого рода обвинениями.

При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти, в случае наличия которых есть основания для преследования за такие высказывания и их законодательного запрета. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору».

Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр.

Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»: 

«При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещённой информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план.

С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие».

Контекстом поста Николая Комарова является развязанная по воле Владимира Путина преступная война против Украины, в ходе которой Вооружённые силы РФ наносят удары по украинским городам и гражданской инфраструктуре, убивая и калеча мирных жителей, разрушая жилые здания и важнейшие коммуникации. В России параллельно с этим власти подавляют независимые СМИ, вводят фактический запрет на публичные выражения мнения в виде митингов и пикетов, усиливают цензуру, отключают доступ к Интернету. Против последнего и протестует молодой человек, возмущённый ограничениями, которые власти пытаются внедрить в Интернете. 

Охват аудитории поста нам видится несущественным: число подписчиков канала составляет чуть больше ста человек. Канал ведётся «для своих» на молодёжном языке, изобилует мемами и отсылками, не всегда понятными представителям других поколений. 

Что касается вероятности реализации призыва, то нам представляется целесообразным определить, к кому именно обращается молодой человек в своём посте. Текст пожелания предваряется обращением «Украина». Таким образом, объектом риторического обращения, является, видимо, независимое государство, возможно, его руководство или Вооружённые силы. Нам представляется, что пожелания студента из Москвы вряд ли будут прочитаны этими структурами, а если будут, то не станут определять ни военную, ни государственную политику Украины, помимо того, что, как уже было указано выше, они предельно неконкретны.

Что касается умысла молодого человека, то, по нашему мнению, его высказывание является типичной эмоциональной реакцией, призванной показать высокую степень его возмущения, а не призвать кого-то к каким-либо реальным действиям. 

Таким образом, высказывание Комарова с точки зрения критериев, указанных в Рабатском плане, не несёт реальной общественной опасности и в связи с этим не даёт оснований для введения ограничений на свободу выражения, т.е. не может становиться основанием для уголовного преследования. 

Мы предполагаем также, что одной из причин репрессий в отношении Николая Комарова могло стать содержащееся в том же высказывании неуважительное упоминание Владимира Путина. Мы полагаем, что преследование за такого рода высказывания не основано на законе, а фактически направлено на сакрализацию образа Путина и защиту этого образа от «оскорбления величия».

Надо отметить, что при возбуждении дел по статье о призывах к терроризму и его оправдании за совсем короткие комментарии силовики часто доходят до абсурда. Больше года провела в СИЗО, а затем в январе 2025 года была приговорена к штрафу калининградская медсестра Елена Николаенкова за то, что в Telegtam-чате группы фанатов Масяни она назвала бойцов Русского добровольческого корпуса «красавчиками». 2 октября 2025 года в Санкт-Петербурге был задержан Юрий Чайковский за комментарий «Салют в честь ЗСУ» под постом в Telegram об атаке беспилотников на воинскую часть. Мужчина находится под стражей, по статье о призывах к терроризму ему грозит до 7 лет лишения свободы. Павла Яковлева из Свердловской области 13 ноября 2025 года приговорили к 6 годам строгого режима за комментарий «Молодец пацан» под новостью про Руслана Зинина, стрелявшего в военкома. 

Однако силовиков интересуют не только высказывания, связанные с войной. Они держат в поле зрения любые эмоциональные высказывания, которые делают пользователи Интернета в адрес разнообразных чиновников и представителей ведомств. В сентябре 2025 года к штрафу была приговорена жительница Удмуртии Евгения Рогозина, которая в VK-сообществе «Злой ижевчанин» под сообщением о росте цен на масло, сделанном министром сельского хозяйства Оксаны Лут написала комментарий: «Сжечь ведьму!». Из-за этой фразы ФСБ по той же статье обвинила её в публичных призывах к терроризму в Интернете, женщину внесли в перечень террористов и экстремистов, до приговора она находилась под домашним арестом. 

В октябре 2025 года суд приговорил 40-летнего Константина Шушакова из Бийска по статье о призывах к терроризму в Интернете к штрафу в 360 тысяч рублей. Поводом для уголовного преследования стал комментарий, который Шушаков написал в марте 2022 года под постом о росте цен на сахар в аккаунте бийского правительства в VK. Своё возмущение мужчина выразил словами «Сжечь нах**!»

23 октября этого же года к 6 годам лишения свободы за призывы к терроризму был приговорён иркутский разнорабочий, зооволонтёр Андрей Калакин. Под постом в Telegram-канале о том, что губернатор Иркутской области Игорь Кобзев заявил депутату из Братска, что траты на войну «приоритетнее» ремонта школ, Калакин написал «Без суда и следствия повешать на фонарном столбе вдоль Карла Маркса!» Второй его комментарий одобрял подразделение «Азов».

Наша позиция заключается в том, что подобные короткие и эмоциональные реплики-комментарии, являющиеся по сути «лайками» и существующие лишь в контексте публикаций, под которыми они размещены, не могут побудить кого-либо к каким-либо общественно-опасным действиям и даже не содержат, как правило, указания, что именно и с кем именно следует делать, а также кто должен это делать либо что именно одобряется. Так, в «призыве» Калакина не упоминается губернатор, в «призыве» Калакина — депутат, а в «одобрении» Яковлева нет указания на то, за что именно он одобряет Зинина и его ли он одобряет вообще. В деле против Николая Комарова следствие пошло ещё дальше: оно решило преследовать молодого человека за пожелание сделать непонятно с кем непонятно что. Как правило, в основу обвинительных приговоров по этой категории дел кладутся заключения экспертиз, проведённых «специалистами» профильных экспертных институтов ФСБ, домысливающих недостающее под нужды обвинения, а заключения независимых экспертов игнорируются. Кроме того, периодически в делах появляются свидетели из числа пользователей Интернета, которые совершенно случайно и не согласованно друг с другом прочитали комментарий, иногда оставленный несколько лет назад, и испытали негодование по его поводу. 

Нам представляется, что считать пост восемнадцатилетнего Комарова публичным заявлением с идеологической подоплёкой — неверно и даже абсурдно, как и большинство комментариев других фигурантов дел, которые процитированы выше. 

Следует также отметить, что ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе, в 2022 году было возбуждено 105 политически мотивированных дел по этой статье, в 2023 — 164, в 2024 — 287, в 2025 году — 286, при этом данные за 2025 год ещё неполные, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 75 таких дел.

Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.

Следует отметить, что всё чаще политически мотивированные дела возбуждаются против совсем молодых людей и даже подростков, которым суды впоследствии назначают реальные сроки лишения свободы. По таким обвинениям были задержаны в несовершеннолетнем возрасте и приговорены к лишению свободы в воспитательных колониях Любовь Лизунова (16 лет на момент ареста) и Егор Балазейкин (16 лет на момент ареста), встретившие своё совершеннолетие под стражей, или до сих пор несовершеннолетние Валерий Зайцев (14 лет на момент ареста) и Арсений Турбин (15 лет на момент ареста). Заключение под стражу совсем молодых людей представляется возмутительным: даже в том случае, если бы в их действиях имелся реальный состав преступления, нам представляется, что государство должно иметь в своём арсенале иные методы воздействия, направленные на подростков. Однако репрессивное российское государство всё с большим рвением заключает под стражу и приговаривает к длительным срокам лишения свободы людей без оглядки на пол и возраст: как юных, так и совсем пожилых. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что преследование Николая Комарова является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение критики государственной власти и удержание власти субъектами властных полномочий, а также осуществляется в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Николая Комарова политическим заключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. 

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации о деле:

12 ноября 2025 года. Осторожно, новости. 18-летнего москвича отправили под домашний арест по делу об оправдании терроризма из-за поста в телеграм-канале с мемами

Дата обновления справки: 13.04.2026 г.