Николаенкова Елена Владимировна

Полное описание

53-летнюю медсестру неврологического отделения городской больницы №3 города Калининграда Елену Николаенкову задержали сотрудники ФСБ по месту её работы днём 1 августа 2024 года в рамках уголовного дела об «оправдании терроризма». Ночью в её квартире провели обыск, после чего женщину сначала отправили в ИВС, а после вынесения судебного постановления — в СИЗО.

Николаенкову обвинили в «оправдании терроризма» в Интернете (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ) в связи с опубликованным ею в апреле 2023 года комментарием в Telegram-чате поклонников мультфильма «Масяня». Комментируя новости о боевом рейде Русского добровольческого корпуса в приграничных областях России, Николаенкова написала: «Да уже не потихоньку, а вполне бодренько. РДК — красавчики».

В судебном заседании по рассмотрению ходатайства следователя следственного отдела УФСБ по Калининградской области Эдуарда Голотина о заключении женщины под стражу, состоявшемся 3 августа 2024 года, защита ходатайствовала об избрании меры пресечения в виде запрета определённых действий, указывая, что Николаенкова помогает ухаживать за своим больным малолетним внуком. «Елена Николаенкова — незаменимый, востребованный человек, специалист по реабилитационному массажу. Таким медсёстрам, которые при помощи массажа помогают встать с постели парализованным старикам после инсультов, нужно памятник ставить, это золотые люди!» — заявила адвокат Мария Бонцлер.

Сама Николаенкова, объясняя свою позицию, рассказала, что у неё в Украине живут родственники, дядя и тётя, которые помогли ей с покупкой квартиры. «Это люди, благодаря которым я не бездомная, а теперь на них падают бомбы! Я чувствую огромный стыд и огромную вину за то, что в кармане у меня — российский паспорт. Половина моей семьи здесь, половина — в Украине, и каких взглядов я должна придерживаться?» — цитирует медсестру SOTAvison. Обвиняемая также просила не помещать её в СИЗО. Она, плача, сказала, что очень хочет видеть, как растет её внук — мальчик пережил две операции на сердце, вынужден постоянно принимать препараты и может не дожить до освобождения бабушки. В ответ на это судья посоветовала Николаенковой «лучше помолиться», чем «писать такое» (имея в виду комментарий, который вменяется медсестре). 

Следователь спросил у дочери обвиняемой Марии, какие у Елены отношения с сыном, заведомо зная, что их взгляды на события в Украине кардинально разошлись. Дочь ответила, что их отношения были как море — «то тихо, то волнуется». На это следователь посетовал, что во время обыска девушка давала совсем другие показания. Следователь также заявил, что дочь Николаенковой во время обыска пыталась уничтожить некие вещественные доказательства, что девушка отрицала. 

На заседании судья также спрашивала у дочери о том, знает ли она о политической активности мамы, с каким плакатом Николаенкова вышла на митинг в 2022 году. Дочь ответила, что мама всегда выступала за мир, и добавила, что Елена Николаенкова — очень добрый, работящий и вежливый человек, спасающий жизни. 

Несмотря на доводы защиты и просьбы обвиняемой, 3 августа 2024 года судья Центрального районного суда Калининграда Сараева Александра Анатольевна удовлетворила ходатайство следователя и заключила Николаенкову под стражу на два месяца, до 1 октября 2024 года. В сентябре срок действия этой меры пресечения был продлён на следующие 3 месяца.

12 августа 2024 года Елена Николаенкова была внесена в Перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга с отметкой о причастности к террористической деятельности.

Первые четыре месяца заключения Николаенкова провела в одиночной камере. За это время у женщины ухудшилось здоровье, она рассказала, что у неё развилась сенсорная депривация, в камере была низкая температура из-за неработающей батареи отопления. 

27 декабря 2024 года судья Балтийского флотского военного суда Джиоев Алан Валериевич продлил срок содержания Николаенковой под стражей ещё на 6 месяцев. Рассмотрение дела по существу назначено на 10 января 2025 года.

Защиту Елены Николаенковой осуществляют адвокаты Бонцлер Мария Владимировна и Селизарова Екатерина Анатольевна.

Основания признания политзаключённой

Как указано в Примечании 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под терроризмом понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).

Мы считаем, что в действиях Елены Николаенковой отсутствует состав преступления, предусмотренного ст. 205.2 УК РФ. Основанием её уголовного преследования стал одобрительный комментарий о деятельности РДК, написанный в апреле 2023 года в Интернете. Мы полагаем, что главной причиной для возбуждения уголовного дела и задержания Николаенковой 1 августа 2024 года, спустя более года после публикации этого комментария, стал статус Русского добровольческого корпуса в РФ. 

В России РДК  признан террористической организацией на основании вынесенного 16 ноября 2023 года приговора Второго Западного окружного военного суда в отношении командира РДК Дениса Капустина. В соответствии с этим приговором, вступившим в законную силу 2 декабря 2023 года, Денис Капустин был признан виновным в совершении преступлений по различным статьям УК РФ, включая ч. 1 ст. 205.4 УК РФ («Создание террористического сообщества и руководство им»). Согласно ч. 2 ст. 24 Федерального закона от 06.03.2006 «О противодействии терроризму», «террористической организацией, деятельность которой подлежит запрещению, <…> признаётся террористическое сообщество в случае вступления в законную силу обвинительного приговора по уголовному делу в отношении лица за создание сообщества, предусмотренного статьёй 205.4 Уголовного кодекса Российской Федерации, за руководство этим сообществом или участие в нём». 

«Русский добровольческий корпус» — это вооружённое формирование в составе Главного управления разведки Министерства обороны Украины, состоящее из российских граждан-добровольцев и бывших российских военнопленных. Согласно заявлениям бойцов РДК, их цель – «освобождение своей земли от путинского режима». Мы считаем признание РДК террористическим сообществом с его последующим включением в список террористических организаций недостаточно законным и обоснованным. Подробнее наша позиция изложена здесь.

Необходимо учитывать и контекст боевых действий РДК, которые комментировала Елена Николаенкова. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.

В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.

Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

Таким образом, с точки зрения международного и российского права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. На обороняющейся стороне, как ранее не раз случалось в истории, выступают не только украинцы, но и добровольцы с разным гражданством и национальностями. Часть из них объединена в РДК, и его деятельность в этих условиях — это не терроризм, а легитимное участие в войне на стороне обороняющегося государства.

Что касается боевых рейдов РДК в приграничных регионах России, которые одобрительно комментировала Елена Николаенкова, то известное нам описание их фактических обстоятельств в приговоре Денису Капустину, положенное в основу квалификации РДК как террористического сообщества (ст. 205.4 УК РФ), прямо свидетельствует о том, что это были действия воинского подразделения (на момент событий — уже в составе Вооружённых сил Украины) в ходе международного вооружённого конфликта: пересечение границы, боевые действия против военнослужащих противника и применение оружия в приграничных районах.

На невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4). 

Таким образом, выражение одобрения действиям РДК в рамках вооружённого конфликта, если они соответствуют нормам международного гуманитарного права, не является оправданием терроризма. 

Мы считаем, что уголовное преследование и помещение в СИЗО Елены Николаенковой в рамках данного уголовного дела нарушает положения ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах, согласно которому «каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, <…> имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору». Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. 

Разумеется, в соответствии с законодательством эти свободы могут быть ограничены в той мере, в какой это необходимо для уважения прав и репутации других лиц, для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения. Однако в данном случае такая необходимость нами не усматривается. 

Статья 205.2 УК РФ преимущественно используется властью не для предотвращения общественно опасных последствий чьих-то высказываний, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою оппозиционную точку зрения. Преступление по данной статье считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли это высказывание кого-то к реальным действиям, были ли последствия, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел по такого рода статьям. В соответствии с Рабатским планом действий по запрету пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанным экспертами Управления Верховного комиссара ООН по правам человека, — который, по нашему мнению, может быть применён по аналогии и в делах о призывах к терроризму, — необходимо учитывать потенциальный риск причинения вреда, а ст. 14 УК РФ устанавливает, что действие (бездействие), хотя формально и содержащее признаки какого-либо деяния, но в силу малозначительности не представляющее общественной опасности, преступлением не является.

Мы убеждены, что короткий комментарий Елены Николаенковой в Telegram-чате поклонников мульфильма «Масяня», который не содержал призыва к каким-либо действиям, а являлся лишь выражением её личного мнения, не содержит признаков преступления в силу незаконности признания РДК террористической организацией и не имел ни малейшей общественной опасности. Вместе с тем, даже если бы с точки зрения содержания такая опасность усматривалась, нет никаких оснований полагать, что он мог привести к наступлению каких-то общественно опасных последствий.

Статья об оправдании терроризма всё чаще применяется для привлечения к уголовной ответственности лиц, не согласных с режимом, установившимся в России и с ведением ею агрессивной войны, критиков власти, блогеров, комментирующих действия ВСУ. По ст. 205.2 УК РФ осуждены десятки активистов, среди них — гражданский активист Михаил Кригер, политолог левых убеждений Борис Кагарлицкий, диссидент советских времён Александр Скобов. 

Следует отметить, что ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Произвольный характер правоприменения данной статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России. 

Помимо того, что использование этой статьи Уголовного Кодекса позволяет ФСБ держать в страхе общество, оно даёт возможность также её сотрудникам имитировать деятельность по борьбе с терроризмом, вместо серьёзной работы — возбуждать дела за посты в Интернете, улучшая свои рабочие показатели, получая новые звания и премии. К сожалению, современные российские суды в подавляющем большинстве случаев, идя навстречу политической конъюнктуре, соглашаются с позицией следствия, наказывая обвиняемых за совершённые ими действия, в которых на самом деле нет состава преступления.

В случае с Еленой Николаенковой, с большой вероятностью уже находившейся в поле зрения силовиков в связи с её антивоенной позицией и привлечением к административной ответственности за участие в акциях в поддержку Алексея Навального, особое возмущение вызывает заключение её под стражу в СИЗО. Избрание этой меры пресечения за один короткий комментарий в Интернете, не содержащий никаких призывов к насильственным действиям, вопиюще несоразмерно степени общественной опасности содеянного, даже если бы высказывание Николаенковой действительно подлежало обоснованной квалификации по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ.

Мы полагаем, что уголовное преследование Николаенковой имеет целью в очередной раз напомнить всем противникам войны, которую РФ развязала и ведёт в Украине, о последствиях их несогласия, в какой бы форме оно ни выражалось.

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Елены Николаенковой является политически мотивированным, направленным как на устрашение противников агрессивной войны, так и общества в целом, то есть на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к ней в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Елену Николаенкову политической заключённой, требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования.

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации в СМИ:

Медиазона. 6 августа 2024 года. В Калининграде медсестру отправили в СИЗО по делу об оправдании терроризма из-за сообщения об РДК в чате фанатов Масяни

Дата составления справки: 28.12.2024 г.