Борис Тодаев — калмыцкий активист, главный редактор элистинской газеты «Нарн». В сентябре 2026 года его отправили под домашний арест, обвинив в оскорблении памяти защитников Отечества. В газетной публикации он привёл рассказ женщины о депортации калмыков и написал, что те, кто так делал — это нацисты.
Дело против Бориса Тодаева, пенсионера и общественного деятеля из Калмыкии, главного редактора незарегистрированной газеты «Нарн» («Солнце»), было возбуждено 1 сентября 2026 года региональным управлением Следственного комитета России по ч. 4 ст. 354.1 УК РФ — о реабилитации нацизма — оскорблении памяти защитников Отечества, совершённом использованием средств массовой информации.
На следующий день 66-летний мужчина был задержан, а 3 сентября Элистинский городской суд отправил его на два месяца под домашний арест.
По версии следствия, в номере газеты «Нарн», вышедшем в декабре 2025 года и посвящённом годовщине депортации калмыцкого народа, сотрудники ЦПЭ обнаружили опубликованный Тодаевым материал «Короткими очередями», в котором содержалась оскорбительная характеристика защитников Отечества — советских солдат, принимавших участие в Великой Отечественной войне.
В материале рассказывается, что 30 октября 2025 года в селе Малые Дербеты «состоялось открытие памятника-мемориала, посвящённого геноциду калмыцкого народа», но при этом в Элисте «убрали скорбный камень», посвящённый геноциду, который стоял у кинотеатра «Родина». Далее приводятся воспоминания пожилой жительницы республики Валентины Кухаренко, выступавшей на митинге: она рассказала, что её матери — этнической русской — разрешили остаться в Калмыкии, в то время как детей от мужа-калмыка было предписано выселить, однако мать отправилась с ними в Сибирь:
«Папа у меня калмык, а мама русская. Когда пришли солдаты и начали выселять калмыков, то офицер сказал, чтобы мы (малолетние) дети от калмыка собирались в ссылку. Маме сказали (разрешили) оставаться, т. к. она русская. Но мама сказала: детей я не брошу, и отправилась в Сибирь».
Отрывок заканчивается авторским комментарием:
«Её отец в это время воевал с нацистами на фронте, а другие нацисты, в лице советских солдат высылали его детей, его семью в холодную Сибирь. Навечно».
Очевидно, последнюю фразу — сравнение советских солдат с нацистами — следствие и сочло оскорблением участников Великой Отечественной войны. Тодаева обвинили в том, что он самостоятельно подготовил статью, «в которой содержится оскорбительная характеристика защитников Отечества, в лице советских солдат, принимавших участие в Великой Отечественной войне, и, воспользовавшись своим служебным положением, обладая полномочиями не размещение материалов для номеров газеты, дал разрешение на публикацию вышеуказанной статьи с целью распространения с использованием средств массовой информации». Тем самым, по мнению обвинения, он допустил оскорбление памяти защитников отечества, совершённое публично с использованием средств массовой информации.
Уголовное дело против Бориса Тодаева возбудила и ведёт следователь ПО ОВД следственного отдела по городу Элиста старший лейтенант юстиции Менкеева А. Д.
Основания признания политзаключённым
Правовые дефекты статьи о реабилитации нацизма
Мы полагаем, что ст. 354.1 УК РФ («Реабилитация нацизма») принята российскими властями с конъюнктурно-пропагандистскими, манипулятивными и незаконными карательными целями. Отметим, что эта статья явно не случайно была добавлена в УК в мае 2014-го — в разгар первого года пропагандистской кампании российских властей, направленной на декларацию засилья мифических нацистов-бандеровцев в Украине, а также на присвоение России исключительного права на статус победителя во Второй мировой войне. Поправка же о защите ветеранов появилась в марте 2021 года и очевидно связана исключительно с проходившей тогда пропагандистской кампанией вокруг осуждения оппозиционера Алексея Навального за «клевету на ветерана».
При этом конструкции составов преступлений, предусмотренных ст. 354.1 УК РФ, не соответствуют базовым требованиям, предъявляемым к уголовному законодательству, в частности, принципу правовой определённости. Такие применённые в законе формулировки, как «отрицание фактов, установленных приговором Международного военного трибунала», «одобрение преступлений», «заведомо ложные сведения о деятельности СССР в годы Второй мировой войны, о ветеранах Великой Отечественной войны», «оскорбление памяти защитников Отечества», «распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России, связанных с защитой Отечества» не позволяют однозначно заранее определить, какие именно действия и высказывания являются правомерными, а какие запрещёнными.
При этом Конституционный Суд РФ указывает: «общеправовой критерий определённости, ясности, недвусмысленности правовой нормы вытекает из конституционного принципа равенства всех перед законом и судом, поскольку такое равенство может быть обеспечено только при условии единообразного понимания и толкования нормы всеми правоприменителями». Также Конституционный Суд, разделяя позиции ЕСПЧ, цитировал: «закон во всяком случае должен отвечать установленному Конвенцией стандарту, требующему, чтобы законодательные нормы были сформулированы с достаточной чёткостью и позволяли лицу предвидеть, прибегая в случае необходимости к юридической помощи, с какими последствиями могут быть связаны те или иные его действия» (Постановление Конституционного Суда РФ от 27.05.2008 № 8-П).
Размытые формулировки ст. 354.1 УК РФ позволяют судам применять уголовное наказание, связанное с лишением свободы, за действия, не имеющие существенной общественной опасности. Неадекватность предусмотренных этой статьёй наказаний совершаемым деяниям подтверждается правоприменительной практикой. Так, ещё в 2017–2021 годах были зафиксированы случаи привлечения к ответственности за критику властей в связи с организацией празднования 9 мая, за репост текста, содержащего утверждение о том, что Вторую мировую войну развязали совместно нацистская Германия и СССР, или за публикацию в социальных сетях фотоколлажа, изображающего волгоградский монумент Родины-матери с лицом, испачканным зелёнкой. По данным ОВД-Инфо, «после начала войны в Украине количество уголовных дел по данной статье резко увеличилось. Часто поводами для преследования становятся действия с Вечным огнем: например, разлитый в Вечный огонь лимонад, сожжённые там цветы, прикуренная сигарета, высыпанная соль». Мы полагаем, что уголовное преследование, и тем более применение реального лишения свободы за подобные действия является абсурдным.
Стоит подчеркнуть, что Аналитический центр «Сова» указывал после принятия закона, включившего ст. 354.1 УК РФ в Уголовный кодекс, что он «фактически направлен на запрет исторической дискуссии, принятие его означает существенное ограничение свободы слова». Мы полностью присоединяемся к такой оценке. Напомним также, что в Замечании общего порядка № 34 к ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах («Свобода мнений и их выражения»)Комитет ООН по правам человека выражает обеспокоенность в связи с законами предусматривающими наказание за неуважение к определённым группам, лицам, институтам или символам, включая такие действия, как, в частности, неуважение к флагу и символике.
Части 3 и 4 ст. 354.1 УК РФ напрямую криминализуют выражение мнения о неоднозначных символах и знаках, а также о ветеранах, искусственно выделенных из числа всех физических лиц. Неоднозначность и размытость такого состава преступления, как «распространение выражающих явное неуважение к обществу сведений о днях воинской славы и памятных датах России» фактически ставит под удар любые независимые суждения.
В связи с этим мы приходим к выводу, что ст. 354.1 УК РФ противоречит как Конституции РФ, так и МПГПП и должна, на наш взгляд, быть в её существующем виде отменена. Расширение и ужесточение ранее почти не применявшейся нормы о «реабилитации нацизма» связано с её политизацией, обусловленной государственной политикой, направленной как на идеализацию действий СССР во Второй мировой войне, так и на сакрализацию образов ветеранов этой войны в целом, создание идеологии их непогрешимости и неприкосновенности, на консолидацию общества вокруг идеи «великой победы», монополистом на которую хочет представить себя действующая власть РФ. В рамках такой мифологии любое посягательство на память ветеранов ВОВ и её погибших участников со стороны СССР воспринимается властью как посягательство на основы самой власти и карается с особой суровостью, несоразмерной фактически содеянному. Данный нарратив является одним из элементов системной антиукраинской и антизападной военной пропаганды, необходимой российской власти для оправдания незаконной агрессии против Украины и дальнейшей мобилизации общества для ведения агрессивной войны.
Отметим также, что согласно упомянутой выше ст. 19 МПГПП, «каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений, <…> имеет право на свободное выражение своего мнения; это право включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения или иными способами по своему выбору».
Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения».
Аналогичные гарантии содержатся в ст. 29 Конституции РФ, гарантирующей свободу мысли и слова. Ограничения этих свобод связаны с запретом пропаганды или агитации, возбуждающих социальную, расовую, национальную или религиозную ненависть и вражду, пропаганду социального, расового, национального, религиозного или языкового превосходства, а также с государственной тайной.
Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства».
Обвинение против Бориса Тодаева
Борис Тодаев обвиняется в оскорблении ветеранов ВОВ за то, что назвал людей, осуществлявших массовое выселение калмыков, нацистами. Мы солидаризируемся с позицией ИЦ «Сова», согласно которой уголовное преследование за деяния, определённые через столь абстрактные категории, как оскорбление неконкретизированных защитников Отечества, не отвечает международно-правовым стандартам в области прав человека.
«Но он обзывал их так вовсе не за защиту Отечества. Высылка народов при Сталине была ещё в годы Перестройки признана преступной, то есть эти солдаты выполняли преступный приказ. Как их за это можно или нельзя обзывать, это вопрос вкуса, но в данном случае ругался Тодаев на них не как на защитников Отечества, а как на исполнителей преступного приказа. Нет сомнения, что один и тот же человек в разные периоды жизни делает и хорошие вещи, и плохие, — если он сделал сколь угодно хорошие вещи, это не может избавлять от критики за плохие. Разве что стоит быть сдержаннее при этой критике, но это уже — не предмет для уголовного дела. И дело Тодаева — хороший пример того, как неудачно сформулирована статья 354.1 (УК РФ) во многих своих элементах», — сказал директор «Совы» Александр Верховский корреспонденту «Кавказского узла».
Действительно, в рассказе женщины, который приводится в газете, упоминается лишь, что выселять и перемещать людей «пришли солдаты». Мы полагаем, что причислять всякого солдата именно к защитникам отечества некорректно, тем более что защитники отечества со всей очевидностью в 1943 году защищали отечество на фронте, а не переселяли калмыков в Ямало-Ненецкий, Ханты-Мансийский и Тобольский округа. К тому же публикация не содержит никаких призывов к насилию, ненависти или дискриминации — речь идёт лишь об оценке действий тех, кто осуществлял в 1943 году депортацию калмыков.
28 декабря 1943 года советские власти издали постановление, согласно которому все калмыки, включая стариков и детей, должны были быть выселены. Согласно официальной формулировке, выселение стало наказанием калмыкам за «сотрудничество с врагом во время Великой Отечественной войны» — это было типичным обвинением для всех народов, подвергшихся насильственному переселению. По некоторым оценкам историков, в результате депортации погибло более трети всего калмыцкого народа. Только через год после XX съезда КПСС, 9 января 1957 года, был выпущен указ «Об образовании Калмыцкой автономной области в составе РСФСР», в котором запрет на возвращение калмыков на родину был снят. В Калмыкии ежегодно официально отмечается День памяти жертв депортации. Отметим, что в цитируемом рассказе женщины речь идёт о том, что её матери, русской по национальности, было разрешено не ехать в ссылку, однако она предпочла отправиться туда со своими детьми, наполовину калмыками. Таким образом, репрессии в данном случае осуществлялись именно по национальному признаку.
В 1989 году Верховный Совет СССР признал преступными все насильственные депортации народов, осуществленные в Советском Союзе, в 1991 году отменил соответствующие акты органов власти. В апреле 1991 года председатель ВС РСФСР Борис Ельцин подписал закон «О реабилитации репрессированных народов», а в 1993 году, как президент России, — указ «О мерах по реабилитации калмыцкого народа и государственной поддержке его возрождения и развития». В документе прямо упоминается необходимость восстановления прав граждан, «подвергшихся незаконному переселению и политическим репрессиям по национальному и иным признакам». Мы полагаем, что политические репрессии по национальному признаку являются одним из проявлений нацизма, а лица, осуществлявшие такие репрессии, исходя из смысла слов, могут быть названы нацистами.
Оценивая обвинение против Бориса Тодаева, стоит также подчеркнуть абсурдность его преследования по статье реабилитации нацизма: очевидно, называя советских солдат нацистами, он не пытался реабилитировать нацизм, а, напротив, упоминал его как безусловное зло.
В то же время российские власти, помимо присвоения себе темы участия советских солдат во Второй мировой войне, пытаются также и наполнить слова несвойственным им смыслом. Так, «нацистами» периодически называет Путин руководство Украины, в связи с чем и начал, по его собственным словам, «спецоперацию по денацификации». В 2022 году заместитель председателя Совета безопасности России Дмитрий Медведев назвал «нацистской хренью» высказывание премьер-министра Эстонии Каи Каллас, а в апреле 2025 — назвал нацистом лидера немецкого Христианско-демократического союза (ХДС) Фридриха Мерца. В 2023 году он называл «руководителями стран нацистской коалиции» руководителей США, Канады, Великобритании, Германии, Франции и Италии. В том же году пропагандист Владимир Соловьёв также объявил нацистами руководство Германии. Официальный представитель МИД Мария Захарова называла нацизмом слова литовского премьера Ингриды Шимоните и обзывала «уродливыми нацистами» литовских деятелей культуры. Министр иностранных дел РФ Сергей Лавров назвал главу Еврокомиссии Урсулу фон дер Ляйен фюрером, тянущим Европу обратно в нацизм, а запрет на въезд автомобилей с российскими номерами в ЕС — проявлением нацизма. Мы полагаем, что во всех приведённых случаях в оценках названных лиц меньше смысла, параллелей и аналогий, чем в оценке Борисом Тодаевым насильственного переселения целого народа по национальному признаку как нацизма.
Однако сегодняшние власти РФ со всей очевидностью взяли курс на восстановление культа непогрешимости СССР, которому, по их мнению, они наследуют. После 24 февраля 2022 года в России, разрушены не менее 22 памятников и мемориалов ссыльным, узникам польского восстания, финским солдатам. С особой жестокостью в России пытаются расправиться с проектом «Последний адрес». Вместо уничтожаемых памятников и мемориалов за время пребывания Путина у власти уже к 2023 году было установлено не менее 110 памятников Иосифу Сталину. Мы полагаем, что в русле именно этой логики осуществляется преследование 66-летнего калмыцкого активиста, позволившего себе употребить слово «нацисты» не в отношении тех, кого власти РФ требуют считать врагами, а в отношении даже не названных им лиц, осуществлявших преступные репрессии против его народа.
Ст. 354.1 УК РФ, как уже было сказано выше, имеет репрессивный характер и направлена на подавление любой практически любой исторической общественной дискуссии о времени Второй мировой войны. Она часто используется властями и подконтрольными им судами против своих политических оппонентов. Отметим, что в том числе по этой статье был приговорён к 3 годам лишения свободы проповедник Веган Христолюб Божий, впоследствии, 7 апреля 2026 года, погибший в колонии при невыясненных обстоятельствах.
По этой статье Борису Тодаеву грозит до 5 лет лишения свободы. Очевидно, что даже небольшой срок реального лишения свободы причинит немолодому человеку, проходящему лечение от онкологического заболевания, дополнительные страдания. Нам представляется, что привлечение к уголовной ответственности за употребление слова «нацисты» — по большей части предлог для того, чтобы расправиться с редактором издания, выражающего недовольство как практическими действиями местных чиновников, так и в целом происходящим в стране.
Известно, что Борис Тодаев в 1989 году был одним из основателей Народного фронта Калмыкии, активно участвовал в зарождающемся в республике демократическом движении. Долгое время Борис оппонировал бывшему главе республики Кирсану Илюмжинову. В 2023 году Борис Тодаев участвовал в выборах в парламент Калмыкии, выдвигаясь от партии «Справедливая Россия»; вечером 10 сентября 2023 года, незадолго до начала подсчёта голосов, неизвестные прокололи колеса на его автомобиле. В декабре того же года Тодаев комментировал разрушение мемориальной доски, установленной на станции Абганерово в Волгоградской области накануне 80-й годовщины депортации калмыков, заявив, что лично оскорблён актом вандализма.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что преследование Бориса Тодаева является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение критики государственной власти и удержание власти субъектами властных полномочий. Данное преследование осуществляется в нарушение права на свободу выражения мнения, свободу средств массовой информации, права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Бориса Тодаева политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
6 сентября 2026 года. SOTAvision. В Элисте возбудили уголовное дело против политика Бориса Тодаева. Его обвиняют в «реабилитации нацизма» из-за статьи о депортации калмыков
4–7 сентября 2026 года. ИЦ «Сова». Против калмыцкого активиста возбудили дело по ст. 354.1 УК
7 сентября 2026 года. Кавказский Узел. Калмыцкий активист Борис Тодаев помещён под домашний арест
Дата обновления справки: 28.10.2026 г.
