Трофимчук Виталий Игоревич

Полное описание

Об уголовном деле против Виталия Трофимчука стало известно 6 октября 2025 года, когда оно поступило для рассмотрения по существу в Южный окружной военный суд в Ростове-на-Дону. Молодой человек участвовал в заседаниях по видеосвязи из СИЗО в Донецке. 

Тогда же пресс-служба УФСБ по Ростовской области сообщила, что «деятельность молодого человека была пресечена сотрудниками управления ФСБ по Южному военному округу». 

Как следует из оглашённых в суде документов, Трофимчук — сирота из села Великая Белозёрка Запорожской области. Молодой человек имеет инвалидность в связи с врождённой ВИЧ-инфекцией. Он рано потерял обоих родителей, жил с бабушкой и дядей и до прихода российских войск получал пенсию по инвалидности. Великая Белозёрка была оккупирована Россией в самом начале полномасштабного вторжения в Украину, 28 февраля 2022 года, когда юноше было всего 15 лет. В 2023 году он получил российский паспорт, однако ему не удалось переоформить инвалидность и пенсию в РФ. Трофимчук подрабатывал, помогая закупать овощи для магазина, и, по его словам, получал 2-4 тысячи рублей в месяц. Вероятно, арестовали молодого человека в августе 2025 года — по крайней мере, именно тогда он последний раз заходил в Telegram.

Согласно информации Медиазоны из зала суда, в деле Трофимчука два эпизода. 

9 октября 2024 года в Telegram-канале «Энергодар сегодня» появился пост: «Перший пункт «Плану перемоги» — Україна в НАТО — Зеленський». В следующем посте админы задали подписчикам вопрос: «Как думаете, какой второй пункт? Пишите в комментариях».

Трофимчук отозвался: «План 2: спалить или взорвать всю Россию». В завязавшемся обсуждении с другими пользователями он добавил еще несколько фраз: «Пока будет Россия, будет и война, а плешивое чмо Путя будет говорить, что на то есть причина», «Я три года живу под оккупацией и вижу, как и что русня делает».

Как сообщается, следствие квалифицировало это (вероятно, только первый из трёх комментариев) как призывы к терроризму.

12 апреля 2025 года Трофимчук в чате на 40 подписчиков оставил под фотографией троих подростков с российским флагом комментарий из одного слова: «Расстрелять». Из-за этого ему вменили статью о призывах к экстремизму.

Давая показания в суде, Трофимчук объяснил свои «эмоциональные и необдуманные» высказывания тем, что в Интернете ему постоянно «попадалось видео, где российские военные убивали пленных и наносили удары по мирным городам». При этом, как указывает издание «Аргументы и Факты. Ростов-на-Дону», своей вины Трофимчук не признал.

В связи с этим прокурор огласила в суде показания, которые молодой человек давал на следствии. Согласно протоколам допросов, Трофимчук тогда якобы говорил, что «ненавидит русских» и «всегда хотел повлиять на решение руководства России о проведении СВО и склонить их к отказу от принятия решения о присоединении Запорожской области к составу РФ».

«Так как я с презрением и ненавистью и нетерпением отношусь к российским гражданам, я оставил комментарий после просмотра указанной фотографии: «Расстрелять», тем самым имея в виду уничтожить российских подростков путём выстрелов в них из огнестрельного оружия с целью убийства», — сказано в одном из протоколов.

Трофимчук в суде подтвердил эти показания, но когда защитник спросила, точно ли это его собственные слова «или это следователь записывал», подсудимый ответил, что он только «ставил подпись» на протоколе.

14 января 2026 года судья Южного окружного военного суда Степанов Денис Васильевич назначил Виталию Трофимчуку 5 лет 6 месяцев колонии общего режима. Приговор обжалован осуждённым. Адвокат Трофимчука — Калмыкова Наталья Владимировна.

Основания признания политзаключённым

Обвинение по ст. 205.2 УК РФ — призывы к терроризму

Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть, в соответствии с Примечанием 2, совершения «хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 — 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361» УК.

Преступление по этой статье считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли оно кого-то к реальным действиям, могли ли наступить общественно опасные последствия и наступили ли они, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел в связи такого рода обвинениями.

При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти, в случае наличия которых есть основания для преследования за такие высказывания и их законодательного запрета. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору».

Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр.

Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»: 

«При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещённой информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план.

С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие».

Основанием для обвинения в призывах к терроризму стал комментарий от 9 октября 2024 года в Telegram-канале «Энергодар сегодня». В канале обсуждались слова президента Украины Владимира Зеленского о том, что для победы в войне его стране важно вступить в НАТО. Читателям канала предложили обсудить другие необходимые условия победы. По состоянию на 20 февраля 2026 года под постом находятся 14 комментариев, несколько из них принадлежат пользователю с ником «Виташка»: «План 2: спалить или взорвать всю Россию», «Пока будет Россия будет и война не важно с какой страной но она будет так как это страна террорист, и плишивоэ чмо “Путя” будет говорить что на то есть причина», «Я три года живу под оккупацией и вижу, как и что русня делает» и ещё несколько коротких фраз, обращённых к другому пользователю, реплики которого в настоящий момент удалены. Мы предполагаем, что, хотя в суде упоминались все три приведённых комментария, обвинения в призывах к терроризму были предъявлены лишь в связи с первым из них, а остальные призваны были проиллюстрировать взгляды Трофимчука и дополнительно охарактеризовать его как враждебно настроенного в отношении России.

Контекст вменяемого высказывания определяется прежде всего агрессивной войной, развязанной Россией в Украине, и захватом части её территорий. Родное село Виталия Трофимчука было оккупировано, когда ему было всего 15 лет, а инкриминируемый комментарий он сделал через несколько месяцев после того, как ему исполнилось 18. Таким образом, контекст высказывания Трофимчука — это и общая трагедия народа Украины, и личная история молодого человека, который, видимо, как и многие другие пользователи чата «Энергодар сегодня», провёл уже длительное время в условиях войны и оккупации.

24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.

В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. 

Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».

При этом Виталий Трофимчук, резко высказывавший о стране-агрессоре, являлся не просто сторонним наблюдателем. Как он сам заявляет, поясняя своё высказывание, он имел негативный опыт жизни в условиях оккупации. В зале суда он заявлял, что будучи инвалидом с детства, он не мог больше получать положенную ему пенсию и перебивался случайными заработками. При этом, как мы полагаем, его достаточно резкое высказывание выражало именно негативное отношение к стране, оккупировавшей его село, а не являлись призывами. Причины этого отношения он лаконично объясняет в одном из последующих комментариев: «пока будет Россия будет и война». Однако ни сам Трофимчук, ни кто-либо из комментаторов чата «Энергодар сегодня», со всей очевидностью, не обладает возможностью «спалить или взорвать всю Россию». Трофимчук не обращался к кому-либо, способному совершить подобное, с конкретным призывом. Очевидным образом, он не рассматривал других участников чата как людей, способных уничтожить Россию, не давал им рекомендаций по реализации призыва и не мог рассчитывать на такую реализацию. Да и в принципе само предложение взорвать целую страну никак не возможно рассматривать в качестве реального осуществимого призыва — это, очевидно, риторический приём, эмоциональная гипербола, отражающая степень неприятия Трофимчуком действий страны-агрессора.

Стоит также отметить, что формально комментарий представлял собой не собственное предложение Трофимчука, а ответ на вопрос админов канала, каков (или каким должен быть) второй пункт объявленного Владимиром Зеленским «Плана победы». Таким образом, это высказывание стоит интерпретировать как гипотезу либо рассуждения о том, что планирует или должен сделать президент Украины, но никак не призыв к другим участникам чата.

При этом большинство реплик Трофимчука были адресованы не его единомышленникам, а, по всей видимости, к политическому противнику, чьи реплики были впоследствии удалены. Именно к нему Трофимчук обращается с такой фразой: «Так пиздуй к Путину а не сидишь тут и пиздишь какой он хороший, а ещё лучше пиздуй за него жизнь отдай в окоп» (что также, со всей очевидностью, является не призывом, на реализацию которого Трофимчук мог надеяться, а риторическим приёмом). Таким образом, по нашей оценке, у Трофимчука не было умысла на призывы к терроризму. Также у нас нет никаких оснований считать пользователя «Виташка» особенно авторитетным среди читателей чата «Энергодар сегодня», он был всего лишь одним из многих комментаторов. Под его комментариями действительно появлялись поддерживающие смайлики, 5-15 штук, но это говорит лишь о согласии пользователей с высказанным мнением, а не является подтверждением того, что молодой человек склонил или мог склонить кого-либо к терроризму.

Исходя из вышесказанного, мы приходим к выводу, что «реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие», практически отсутствовала. Это высказывание не имело и не могло иметь реальных общественно опасных последствий.

Обвинение по ст. 280 УК РФ — призывы к экстремизму

Аналогично мы предлагаем оценить по критериям Рабатского плана действий с учётом постановления Пленума ВС РФ от 28 июня 2011 года, процитированных выше, высказывание Трофимчука, инкриминируемое как призывы к экстремизму. Кроме того, необходимо учитывать, что, согласно тому же постановлению, «под публичными призывами (статья 280 УК РФ) следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению экстремистской деятельности». 

Собственно комментарий, инкриминируемый Виталию Трофимчуку в рамках обвинения по этой статье, исключительно краткий: «Расстрелять». Он был оставлен 12 апреля 2025 года «в чате на 40 подписчиков». Нам неизвестно, о каком конкретно чате идёт речь. Известно лишь, что пост, который комментировал Трофимчук, содержал фотографию подростков с флагом России.

С точки зрения содержания этого высказывания автор очевидно даёт негативную оценку героям публикации и выражает свой гнев по поводу их решения фотографироваться с флагом РФ. Однако, несмотря на резкость и категоричность высказывания, мы полагаем что оно не содержало реального призыва к действиям. Исходя из имеющейся у нас информации, мы не видим оснований считать, что Трофимчук обращался к другим 40 участникам чата, имея реальный умысел побудить свою аудиторию к насильственным действиям по отношению к подросткам. В таком случае он, как нам кажется, выбрал бы слова, описывающие действия, которые читатели реально могут совершить: например, найти, избить, унизить. При этом слово «расстрелять» ассоциируется в первую очередь с казнью, т.е. репрессией государства по отношению к гражданам. Мы полагаем, что автор комментария высказывал своё негативное отношение к поддержке государства-агрессора и не имел умысла на побуждение кого-либо к «экстремистским действиям». Также, как и в предыдущем случае, мы оцениваем реальное влияние 18-летнего комментатора с ником «Виташка» на свою аудиторию и степень его публичности как невысокие.

Таким образом, помимо общей оценки опасности высказывания как низкой, мы считаем, что Виталий Трофимчук не имел цели побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, и его высказывание не может быть квалифицировано как «призывы к экстремизму».

Стоит отметить, что квалификация кратких эмоциональных высказываний риторического характера в качестве реальных призывов к убийству является очень распространённой практикой. Чаще всего такие «призывы» относятся к Владимиру Путину или другим чиновникам, при этом следствие и суды при возбуждении и рассмотрении таких дел часто доходят до абсурда. Яркий пример — дело жительницы Удмуртии Евгении Рогозиной, которая в региональном VK-сообществе «Злой ижевчанин» под сообщением о росте цен на масло, сделанном министром сельского хозяйства Оксаны Лут, написала комментарий: «Сжечь ведьму!». Из-за этой фразы ФСБ обвинила её в публичных призывах к терроризму в Интернете, женщину отправили под домашний арест и в сентябре 2025 года приговорили к штрафу, усмотрев в комментарии Рогозиной признаки посягательства на жизнь государственного деятеля (ст. 277 УК РФ). А в октябре 2025 года суд приговорил Константина Шушакова из Бийска по статье о призывах к терроризму в Интернете к штрафу в 360 тысяч рублей. Поводом для уголовного преследования стал комментарий, который в Шушаков написал в марте 2022 года под постом о росте цен на сахар в аккаунте бийского правительства в VK. Своё возмущение мужчина выразил словами «Сжечь нах**!». Но даже на фоне этих дел преследование Трофимчука, привлечённого к уголовной ответственности в связи с комментарием, состоящим из одного слова, является своеобразным рекордом.

Наша позиция заключается в том, что подобные короткие и эмоциональные реплики-комментарии, существующие лишь в контексте публикаций, под которыми они размещены, и не несущие самостоятельной смысловой нагрузки, в принципе не могут побудить кого-либо к каким-либо общественно-опасным действиям и, вне зависимости от конкретного содержания, не должны рассматриваться как преступления.

Незаконность применения российского законодательства на оккупированных территориях и другие обстоятельства

Общие незаконность и необоснованность преследования Виталия Трофимчука усугубляются самим фактом применения УК РФ на оккупированных территориях и использованием в репрессивных целях подконтрольных России судов, организованных на этих территориях.

12 октября 2022 года Генеральная ассамблея ООН осудила попытки аннексии Донецкой, Луганской, Запорожской и Херсонской областей Украины. Соответствующую резолюцию поддержали 143 из 193 государств — членов ООН. Против были только 5, включая Россию. На настоящий момент территории Украины, находящиеся под фактическим контролем Российской Федерации, являются оккупированными территориями. 

Такая квалификация ситуации соответствует определению режима оккупации в международном гуманитарном праве (принятая в Гааге 18 октября 1907 года Конвенция о законах и обычаях сухопутной войны, Положение о законах и обычаях сухопутной войны, ст. 42), а также практике международных судов (ICTY, Prosecutor v. Mladen Naletilic and Vinko Martinovic, IT-98-34-T, Trial Chamber, Judgment of: March 31, 2003, para. 217; Armed Activities on the Territory of the Congo (Democratic Republic of the Congo v. Uganda), Judgment, I.C.J. Reports 2005, p. 168, para 173).

В связи с этим Россия как оккупирующая держава обязана соблюдать Женевскую конвенцию о защите гражданского населения во время войны (далее — ЖК IV), а также нормы обычного гуманитарного права, регулирующие режим оккупации, в частности, содержащиеся в Положении о законах и обычаях сухопутной войны.

В соответствии с международным гуманитарным правом, Россия ограничена в своих законодательных и административных полномочиях. Согласно положениям ЖК IV и нормам обычного гуманитарного права, администрирование оккупированной территории должно осуществляться местными органами, действовавшими на момент начала оккупации, а рассмотрение дел по обвинению в нарушении уголовного законодательства уполномочены осуществлять местные суды. Несмотря на то, что оккупирующая держава может создавать отдельные органы и военные суды с целью более эффективного администрирования территории, она не вправе ни при каких обстоятельствах попросту устранять действовавшую ранее систему органов власти и заменять её новой без наличия на то веских оснований (ЖК IV, ст. 64).

Аналогичным образом Россия не вправе целиком отменять действовавшее на момент начала оккупации уголовное законодательство и заменять его своим. Ограниченные законодательные полномочия предоставлены оккупирующей державе лишь с целью изменения законодательства, применение которого угрожает безопасности или препятствует имплементации международного гуманитарного права, а также для более эффективного администрирования оккупированной территории. Преследование жителя оккупированной части Запорожской области Виталия Трофимчука по УК РФ является, очевидно, следствием нарушение этих норм.

Кроме того, Российская Федерация судит гражданина Украины как гражданина Российской Федерации, при том что оказавшийся в оккупации ещё в несовершеннолетнем возрасте инвалид Виталий Трофимчук, очевидно, не имел возможности отказаться от российского гражданства, не ставя под угрозу свои жизнь и здоровье.

С момента начала оккупации части Украины и «присоединения» к России так называемых «ЛНР», «ДНР», частей Херсонской и Запорожской областей, Россия оказывает всё нарастающее давление на оказавшихся в оккупации граждан Украины с целью принуждения их к принятию российского гражданства.

Ещё в 2014 году РФ провела фактически принудительную паспортизацию на оккупированной территории Крыма. 25 июня 2024 года Европейский суд по правам человека (ЕСПЧ) вынес решение по делу Ukraine v. Russia (re Crimea). Суд признал, что автоматическое присвоение российского гражданства жителям Крыма после событий февраля-марта 2014 года и их фактическое лишение возможности от него отказаться представляло собой нарушение статьи 8 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод, декларирующей недопустимость вмешательства публичной власти в частную и семейную жизнь. Кроме того, хотя это прямо не указано в названном решении, общий подход Суда в данном деле предполагает учёт норм международного гуманитарного права, в частности, положений Четвёртой Женевской конвенции 1949 года. Статьи 45 и 47 Конвенции запрещают юридическую передачу граждан, проживающих на оккупированных территориях, под контроль другого государства без их согласия и изменения их правового статуса. Таким образом, навязывание гражданства населению оккупированной территории запрещено.

После начала полномасштабного вторжения и захвата значительных территорий Украины, под фактическим контролем Российской Федерации оказалось несколько миллионов граждан Украины. В июне 2024 года власти Украины заявляли, что всего под российской оккупацией могут оставаться около 6 миллионов её граждан. По данным Human Rights Watch на март 2025 года, российские власти уже выдали паспорта примерно 3,5 млн жителей оккупированных территорий на востоке Украины. «Для многих из них получение российского паспорта было не актом свободного волеизъявления, а вопросом выживания. Копируя собственные практики, применявшиеся в оккупированном Крыму с 2014 года, с целью принудить жителей этих территорий к получению российских паспортов власти прибегают к запугиванию, а также угрозам произвольного лишения свободы, аннулирования имущественных прав и лишения доступа к медицинскому обслуживанию, социальным льготам, свободе передвижения и трудоустройству».

20 марта 2025 глава Российской Федерации Владимир Путин подписал Указ №159, который, требует от граждан Украины, проживающих на оккупированных территориях Запорожской, Херсонской, Донецкой и Луганской областей, либо «урегулировать свое правовое положение», либо уехать. Фактически это означало, что они должны были получить российские паспорта не позднее 10 сентября 2025 года. В противном случае они будут считаться «иностранными гражданами», на которых распространяются требования законодательства о правовом положении иностранцев — такие как максимальный срок пребывания продолжительностью 90 дней, обязательное медицинское освидетельствование и ряд ограничений на осуществление трудовой деятельности.

Все эти действия являются формой юридического давления и инструментом незаконной и насильственной интеграции населения оккупированной территории, что прямо запрещено международным гуманитарным правом.

Стоит подчеркнуть, что даже если бы в действиях Трофимчука присутствовал формальный состав преступления, лишение его свободы, тем более длительный срок в колонии, совершенно несоразмерно их гипотетической опасности. Санкция ч. 2 ст. 205.2 УК РФ предусматривает возможность назначения штрафа, ч. 2 ст. 280 УК РФ — принудительных работ. Подобное наказание представляется особенно адекватным, если человек, как в случае Трофимчука, привлекается к уголовной ответственности впервые. Жестокость приговора в отношении юноши со сложной судьбой, которому пришлось взрослеть в условиях оккупации и войны, усугубляется состоянием его здоровья. Для Трофимчука, страдающего серьёзным врождённым заболеванием, заключение особенно опасно — лишение свободы в условиях российской колонии может нанести непоправимый вред его здоровью. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно Международному руководству по определению понятия «политический заключённый» находит, что уголовное дело в отношении Виталия Трофимчука является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение или изменение характера его публичной деятельности, а также на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения, справедливого судебного разбирательства и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах. 

Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Виталия Трофимчука политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования. 

Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.

Публикации о деле:

15 января 2026 года. Медиазона. Суд в Ростове назначил сироте с ВИЧ из Запорожской области 5,5 года колонии за комментарии про «русню» и «плешивое чмо Путю»

Дата написания справки: 10.06.2026 г.