Тырон Игорь Борисович родился 3 декабря 1981 года, гражданин России, житель села Нившера Корткеросского района Республики Коми, школьный учитель истории, географии и обществознания, женат. 22 апреля 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичное оправдание террористической деятельности с использованием сети “Интернет”») и ч. 1 ст. 222 УК РФ («Незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка, пересылка или ношение оружия, основных частей огнестрельного оружия, боеприпасов») к 5 годам лишения свободы. Лишён свободы не позднее 26 декабря 2024 года.
Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает их признания политзаключёнными.
Сообщается, что Игорь Тырон был задержан 26 декабря 2024 года. Как следует из сообщения пресс-службы Сыктывкарского городского суда Республики Коми, «в период с ноября 2022 года по июль 2023 года Тырон И.Б., используя персональный аккаунт в одном из мессенджеров, разместил в открытом доступе комментарии, направленные на публичное оправдание терроризма, а именно содержащие положительную оценку идеологии и террористической деятельности (поджогов, взрывов и иных действий, устрашающих население и создающих опасность), осуществляемой украинским военизированным националистическим объединением “Азов”, признанного законодательством Российской Федерации террористической организацией». Нам неизвестно, что именно Тырон написал в мессенджере.
26 декабря 2024 года Сыктывкарский городской суд Республики Коми избрал меру пресечения в отношении Тырона в виде заключения под стражу на 2 месяца.
22 апреля 2025 года судья Первого Западного окружного военного суда Шишкин Евгений Иванович приговорил Игоря Тырона по ч. 2 ст. 205.2 и ч. 1 ст. 222 УК РФ к 5 годам лишения свободы. Дело было рассмотрено за одно заседание. По информации Медиазоны, возможно, что мужчина признал вину и согласился на особый порядок.
Защита обжаловала приговор. 30 июня 2025 года судья Апелляционного военного суда Дарницын Александр Георгиевич оставил решение суда первой инстанции в силе.
Изначально Тырон обвинялся только в публичном оправдании террористической деятельности. О дополнительном обвинении в незаконном хранении оружия и боеприпасов стало известно только после вынесения приговора. При этом обстоятельства и доказательства, лежащие в основе нового обвинения, остаются неизвестными.
10 января 2025 года Игорь Тырон был включён в Перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга.
Признаки политической мотивации и незаконности лишения свободы
Мы не располагаем материалами дела и у нас нет информации о точном содержании высказываний Игоря Тырона. Однако из сообщения пресс-службы Сыктывкарского городского суда нам известно, что он приговорён за то, что якобы выразил в Интернете одобрение деятельности украинского воинского подразделения «Азов», в частности «разместил в открытом доступе комментарии, направленные на публичное оправдание терроризма, а именно содержащие положительную оценку идеологии и террористической деятельности (поджогов, взрывов и иных действий, устрашающих население и создающих опасность), осуществляемой украинским военизированным националистическим объединением “Азов”, признанного законодательством Российской Федерации террористической организацией». Из этого сообщения следует, что его уголовное преследование основано на признании «Азова» террористической организацией решением Верховного суда РФ от 2 августа 2022 года. Однако это не может являться основанием для его преследования по ст. 205.2 УК РФ в том числе потому, что это решение является недостаточно обоснованным и законным как по процессуальным, так и по материальным (содержательным) основаниям.
Решение было принято за одно заседание, прошедшее в частично закрытом режиме. Судом была оглашена резолютивная часть решения: «Признать украинское военизированное националистическое объединение «Азов» (другие используемые наименования — батальон «Азов», полк «Азов») террористической организацией и запретить её деятельность на территории РФ». Также для представителей СМИ была организована трансляция части выступлений экспертов с обоснованием необходимости признания «Азова» террористической организацией. Из этих выступлений, а также из заявления ВС РФ можно сделать вывод о том, что в основу решения были положены свидетельства о нарушении прав мирных жителей в 2014–2015 годах со стороны отдельных представителей «Азова» на территории так называемой ДНР. На наш взгляд, даже если подобные нарушения или военные преступления имели место, их совершение отдельными представителями формирования (тем более задолго до рассмотрения дела в Верховном суде РФ) не даёт оснований для признания целой структуры террористической, тем более c учётом того, что за прошедшее с тех пор время «Азов» подвергался неоднократной реорганизации и как юридически, так и фактически является уже иным подразделением.
Заседание по делу проходило частично в закрытом режиме, а решение суда не было опубликовано полностью. При этом оно обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками:
Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и 205.2 УК РФ, которая вменяется Игорю Тырону. Признание «Азова» террористической организацией влечёт за собой постоянный запрет на осуществление его деятельности как минимум на территории РФ (а сложившаяся правоприменительная практика распространяет этот запрет и за её пределы) и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью «Азова». Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с «Азовом».
Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».
В июне 2025 года нам удалось получить доступ к этому ранее не публиковавшемусяу решению Верховного Суда от 2 августа 2022 года о запрете украинского батальона «Азов». В ближайшее время мы проанализируем его и сможем дополнить и уточнить нашу аргументацию, но уже сейчас очевидно, что полный текст этого решения полностью подтверждает изложенное по его поводу выше.
2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.
Таким образом, с точки зрения международного права военные действия РФ против Украины незаконны и преступны, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованны. Согласно Конституции Украины, территория «ЛНР» и «ДНР» была и остаётся законной территорией Украины, находящейся под российской оккупацией, а действия Вооружённых сил Украины, Национальной гвардии Украины, в том числе подразделения «Азов» и его бойцов, с точки зрения как украинского, так и международного права, — законными действиями по восстановлению конституционного порядка и отражению военной агрессии.
Тем самым, нет никаких оснований для объявления этого официального воинского подразделения Украины, действующего на её территории, ни террористической организацией, ни террористическим сообществом.
Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).
Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом.
Таким образом, связь комментария Игоря Тырона с «Азовом», одобрение или поддержка им этого формирования не может свидетельствовать о террористическом характере высказываний. «Азов» осуществляет законную деятельность по защите Украины от российской агрессии, и его признание террористической организацией не основано на нормах российского и международного права. Утверждение о террористическом характере деятельности «Азова» необоснованно, а «положительная оценка» этой деятельности Тыроном не образует состава преступления по ст. 205.2 УК РФ.
В любом случае, даже если бы решение о признании «Азова» террористической организацией было правомерным, это в любом случае не являлось бы основанием для квалификации его публикаций как оправдания террористической деятельности. Для этого сами высказывания должны подпадать под определение пропаганды терроризма, установленного в законе. Так, согласно Примечанию 1 к ст. 205.2 УК РФ, «публичное оправдание терроризма выражается в публичном заявлении о признании идеологии и практики терроризма правильными, нуждающимися в поддержке и подражании». При этом под идеологией и практикой терроризма понимается «идеология насилия и практика воздействия на принятие решения органами государственной власти, органами местного самоуправления или международными организациями, связанные с устрашением населения и (или) иными формами противоправных, насильственных действий» (п. 1 ст. 3 ФЗ «О противодействии терроризму»).
Нам неизвестно точное содержание комментария Тырона, однако вышеуказанные утверждения пресс-службы Сыктывкарского городского суда позволяют предположить, что он, по всей видимости, преследуется за простое одобрение батальона «Азов», а не за слова, действительно оправдывающие идеологию и практики терроризма.
Доступная информация о Тыроне также даёт основания полагать, что он не был склонен к насилию или его одобрению. Известно, что мужчина работал учителем в школе села Нившера. В 2022 году он стал лауреатом муниципального конкурса «Педагог года — 2022» в номинации «Учитель года — 2022», проведённым отделом общего образования и воспитания Управления образования АМР «Корткеросский». Ученики Игоря Тырона под его руководством неоднократно становились призёрами различных ученических конкурсов в различных номинациях. На своей странице в VK он размещает фотографии с учениками и пишет о понравившейся музыке. Нам кажется более вероятным, что Тырон стал жертвой активности местных силовиков либо доноса.
Ст. 205.2 УК РФ фактически пришла на смену частично декриминализированной ст. 282 УК РФ в качестве основного инструмента уголовных репрессий за высказывания в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по тяжкой статье любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. По подсчётам правозащитного проекта ОВД-Инфо, за 2023 и 2024 годы по статье 205.2 УК РФ за «публичные призывы к осуществлению террористической деятельности» было привлечено 248 человек. Власти часто используют эту статью для преследования людей, одобряющих действия украинской армии или воюющих на её стороне соединений.
Игорь Тырон стал не первым педагогом, привлечённым к ответственности по политической статье. Правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» признал политическим заключённым учителя математики и информатики из города Советская Гавань Хабаровского края Захара Зарипова, которого обвинили в публикации антивоенного поста в Интернете в 2022 году, сразу после начала полномасштабного вторжения. Сотрудники учреждений УИС, где он преподавал осуждённым, дали показания о его негативном отношении к «специальной военной операции». В СИЗО, где Зарипов находился длительное время, он заболел онкологическим заболеванием, и несмотря на критическое состояние мужчины ввиду длительного неоказания медицинской помощи, суд очень долго не отпускал его на волю для лечения. Лишь под давлением общественности 26 ноября 2024 года суд в апелляции изменил приговор, освободив тяжело больного мужчину и заменив лишение свободы штрафом в размере 650 тысяч рублей. Также мы признаём политзаключённым учителя истории из Республики Коми Никиту Тушканова. В 2023 году он был уволен за антивоенный одиночный пикет, а впоследствии — осуждён на 5 лет лишения свободы за «публичное оправдание терроризма» и «повторную дискредитацию вооружённых сил». Признаём мы политическим заключённым и екатеринбургского учителя истории и обществознания Алексея Показаньева, приговорённого к 3 годам колонии-поселения за одну фразу, сказанную на уроке.
В настоящее время мы не можем признать Игоря Тырона политическим заключённым в связи с отсутствием информации об обвинении по ч. 1 ст. 222 УК РФ. При этом настораживает тот факт, что это обвинение появилось только к моменту вынесения приговора, что вызывает обоснованные сомнения в прозрачности судебного разбирательства и мотивах уголовного преследования. Кроме того, нам неизвестно точное содержание комментария, за который Тырон был осуждён по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ. В случае появления этих данных мы рассмотрим его дело повторно на предмет возможности признания его политическим заключённым.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», находит, что уголовное преследование Игоря Тырона содержит признаки политической мотивации, с большой степенью вероятности направлено на устрашение противников режима и агрессивной войны, т.е. упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий, а лишение свободы, вероятно, было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Мы считаем, что политически мотивированное преследование Игоря Тырона с большой долей вероятности является незаконным, и требуем пересмотра его дела открытым справедливым судом.
Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает ни согласия с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий.
Адвокат — Грицюк Артем Васильевич
Публикации о деле:
12 января 2025 года, Радио Свобода. Жителя Коми арестовали по делу об оправдании терроризма
26 апреля 2025 года, ОВД-Инфо. Учителя из Коми приговорили к пяти годам колонии из-за комментария про украинский батальон «Азов»
Дата составления справки: 30.06.2025
