Полное описание
Андрей Василенко родился в Ростовской области, а с октября 2023 года проживал со своей девушкой в Воронеже и работал оператором линии на пищевом производстве. В ночь с 20 на 21 марта 2024 года сотрудники УФСБ России по Воронежской области задержали его, когда он якобы готовился совершить диверсию — поджечь локомотив, стоящий на территории железнодорожного депо.
Операция по задержанию Василенко заняла несколько часов — первоначально группа спецназа ФСБ пыталась схватить подозреваемого около 11 часов вечера 20 марта, когда он находился в своей машине недалеко от депо. Однако молодому человеку удалось скрыться с места происшествия.
По версии сотрудников ФСБ, все участвовавшие в попытке задержания были в форменном обмундировании, бронежилетах и с оружием, а руководитель группы громко представился и даже показал через стекло удостоверение сотрудника ФСБ. По версии Василенко, к его машине подбежали люди в масках и одежде без опознавательных знаков с битами в руках. Нападавшие попытались разбить лобовое стекло его машины и оторвали ручки дверей. Запаниковав, Василенко нажал на газ и скрылся с места происшествия. Молодой человек рассказывает, что принял нападавших то ли за сотрудников охраны депо, на территории которого он готовился поджечь локомотив, то ли за подельников заказчика преступления. Поэтому он приехал к себе домой, закрылся, а когда в дверь начали стучать, позвонил в службу спасения. С полуночи 21 марта Василенко трижды звонил в службу 112 и просил выслать по его адресу наряд полиции, так как его дверь ломают неизвестные. Когда в час ночи к дому Василенко наконец приехали сотрудники ППС, молодой человек открыл им дверь и был задержан представителями УФСБ.
21 марта 2024 года Андрей Василенко был отправлен под арест. Срок ареста неоднократно продлевался.
3 марта 2025 года уголовное дело по обвинению Василенко по ст. 275 УК РФ («Госизмена»), ст. 281.2 («Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности») и ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 281 УК РФ («Покушение на диверсию организованной группой») поступило в Воронежский областной суд.
По версии обвинения, принятой судом, не позднее 13 марта 2024 года Андрей Василенко установил отношения конфиденциального сотрудничества с «неустановленными лицами, действующими в интересах спецслужб Украины». Эти «неустановленные лица» якобы скрывались за аккаунтом пользователя Telegram с ником Vinnie.
Как указано в приговоре суда, не позднее 14 марта 2024 года Василенко якобы пришёл к «безусловному выводу» о необходимости оказания содействия Украине и её вооружённым силам в деятельности, направленной против безопасности РФ. После этого Василенко со своего аккаунта Telegram с ником Andrei3945 сообщил «кураторам» о своём согласии на совершение диверсии и обсуждал условия «совместной деятельности».
17 марта 2024 года Василенко получил задание от кураторов через Telegram собрать информацию об объектах железнодорожной инфраструктуры в Воронеже. 18 марта он сфотографировал релейный шкаф сигнальной установки № 4 на перегоне Отрожка — Придача, снял видео и переслал эти материалы Vinnie. За это его собеседник перевёл оплату — примерно 1000 рублей в криптовалюте, а также дал задание совершить поджог вышеуказанного релейного шкафа и локомотива, находящегося в моторвагонном депо Отрожка Юго-Восточной железной дороги. Согласно приговору суда, съёмки шкафа и подбор конкретных объектов железнодорожной инфраструктуры (релейных шкафов, локомотивов) с целью их дальнейшего поджога являлись шпионажем и оказанием иной помощи в деятельности против безопасности РФ, то есть госизменой. По версии обвинения, поддержанной судом, «неустановленные лица» через Telegram дали Василенко задание на поджог релейного шкафа и локомотива в целях «затруднения движения железнодорожных составов с военной техникой, предназначенной для использования в СВО <…> на территории Украины». Одновременно, с 13 по 19 марта 2024 года, Василенко получал от Vinnie инструкции по соблюдению «техники безопасности» при совершении диверсий, а также видео с примерами поджогов, что суд счёл прохождением обучения диверсионной деятельности.
20 марта, готовясь к совершению поджога, Василенко купил медицинские маски, перчатки, сменную одежду и рюкзак чёрного цвета, зажигалки, 3 литра бензина, моторное масло, а также подержанный самокат.
Со всеми этими предметами Василенко приехал на своей машине около 11 часов вечера 20 марта 2024 года к депо «Отрожка» Юго-восточной железной дороги. На месте Василенко увидел, что территория депо за забором хорошо освещена и охраняется. Он объехал район жилой застройки вокруг и понял, что совершить поджог и скрыться будет очень сложно. Как утверждал в суде Андрей Василенко, в этот момент он принял решение отказаться от преступления. Он якобы уже собирался ехать домой, когда на его машину напали неизвестные с битами. Однако обвинение, а вслед за ним и суд, сочли, что Василенко не довёл задуманное преступление до конца, так как был задержан сотрудниками ФСБ.
Таким образом, по версии суда, вся преступная деятельность Василенко — от первого контакта с неизвестными, «действующими в интересах спецслужб Украины», и вступления в их «организованную группу» до подготовки к непосредственному совершению поджогов — уложилась в период с 13 по 20 марта 2024 года.
В суде Андрей Василенко признал, что планировал совершить поджог. Однако он отрицал свои «проукраинские взгляды», настаивал, что считал пользователя Vinnie представителем мошенников, зарабатывающих на получении страховых выплат за повреждённое имущество. Он утверждает, что, проиграв деньги на ставках, оказался в долгах и искал возможность быстрого заработка. С пользователем Vinnie он познакомился в Telegram-канале «Работа Воронеж», где тот разместил объявление о возможности заработать от 50 до 100 тысяч рублей, на которое и откликнулся Василенко. Молодой человек настаивал, что фотографию релейного шкафа он сделал, чтобы обсудить с Vinnie возможность его поджога, а также хотел проверить, не обманет ли тот его с оплатой. Шкаф он выбрал и сфотографировал, так как тот находится у пешеходного перехода, по дороге с работы. Свои показания в день задержания, в которых Василенко признавал, что понимал, что Vinnie является представителем Украины, молодой человек объяснил применявшимися к нему насилием и давлением. Кроме того, он заявил в суде, что представленная переписка с заказчиком сфальсифицирована, в неё добавлены диалоги, которых не было. Василенко утверждал также, что не проходил никакого обучения диверсионной деятельности, а лишь обсуждал с заказчиком, как незаметно скрыться с места преступления.
Судья Воронежского областного суда Шингарева Ольга Викторовна слушала дело в закрытом режиме, она отвергла аргументы защиты и вынесла 31 июля 2025 года обвинительный приговор, признав Василенко виновным по всем статьям обвинения.
Согласно приговору, Андрею Василенко назначено следующее наказание по каждой из вменяемых статей:
- ст. 275 УК РФ («Государственная измена») — 13 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год.
- ст. 281.2 УК РФ («Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности») — 15 лет лишения свободы с ограничением свободы на срок 1 год.
- ч. 3 ст. 30 п. «а» ч. 2 ст. 281 УК РФ («Покушение на совершение диверсии организованной группой») — 12 лет лишения свободы.
По совокупности преступлений, путём частичного сложения наказаний на основании ч. 3 и ч. 4 ст. 69 УК РФ, Василенко окончательно было назначено 17 лет лишения свободы с отбыванием первых 4 лет в тюрьме, а оставшегося срока — в исправительной колонии строгого режима, а также 1 год 6 месяцев ограничения свободы.
В доход государства конфискованы 1000 рублей, полученные Василенко за «шпионаж», а также орудия и средства совершения преступления: мобильный телефон iPhone, автомобиль ВАЗ 21124 и подержанный самокат.
Следствие вёл следователь Макаров Николай Владимирович. Государственное обвинение в суде представляла начальник отдела прокуратуры Воронежской области Буц Марина Александровна. Защиту Василенко осуществляла адвокат Жидко Юлия Борисовна.
Осуждённый обжаловал приговор. 22 декабря 2025 года судья Первого апелляционного суда общей юрисдикции Беседин Александр Владимирович провёл заседание также в закрытом режиме и оставил приговор без изменения. Сторона защиты подала кассацию, жалоба пока не рассмотрена Верховным Судом РФ.
Основания признания политзаключённым
Мы полагаем, что действия Андрея Василенко получили в суде неверную правовую оценку, а назначенное ему наказание не соответствует реальной общественной опасности его действий. Рассмотрим предъявленное обвинение по статьям.
Обвинение по ст. 275 — госизмена
Василенко вменена ст. 275 УК РФ — государственная измена, то есть совершённые гражданином Российской Федерации шпионаж и оказание иной помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации. Преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом, поэтому в первую очередь рассмотрим этот обязательный элемент состава преступления.
В основу вывода суда о наличии у Андрея Василенко умысла на совершение госизмены, а также вывода о том, что он совершил шпионаж и оказывал иностранному государству — Украине — «иную помощь» в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, положены следующие основные доказательства: переписка между Василенко и пользователем Vinnie в Telegram, показания оперуполномоченного УФСБ по Воронежской области Мурого А. И., справка ФСБ о том, что аккаунт Vinnie используется в интересах спецслужб Украины, а также первоначальные признательные показания обвиняемого, от которых он отказался в суде.
Оперуполномоченный Мурый заявляет, что «в поле зрения органов ФСБ Василенко А.С. попал в марте 2024 года в связи с поступившей информацией о наличии у него радикальных проукраинских взглядов». Мурый рассказывает, что в отношении Василенко проводилось ОРМ «Получение компьютерной информации», в ходе которых были получены сведения, что Василенко «является противником СВО и планирует совершение поджога железнодорожного локомотива и релейных шкафов на территории Железнодорожного района г. Воронежа». Якобы именно в связи с этой «поступившей» информацией Мурый проводил в отношении Василенко ОРМ «Наблюдение» 20 марта 2024 года, фиксировал действия молодого человека по приобретению средств совершения поджога, а затем возглавлял группу захвата, пытавшуюся задержать Василенко возле депо. Другой оперуполномоченный ФСБ, Зинченко С. В. указывает, что Мурый «занимался документированием преступной деятельности Василенко А.С.» и «в ходе проведения ОРМ в отношении Василенко А.С.» получил сведения о том, что тот является противником «СВО» и планирует совершение поджога железнодорожного локомотива и релейных шкафов.
Однако ни Мурый, ни Зинченко не указывают, каким образом была получена информация о наличии у Василенко «радикальных проукраинских взглядов» и конкретное содержание этой информации.
Сам Василенко отрицает наличие у него таких взглядов, не признаёт, что был противником «СВО» и хотел оказать помощь Украине. Он утверждает, что сразу после задержания к нему применяли насилие, душили его пакетом. Это якобы происходило в автомобиле по дороге в здание УФСБ и в кабинете следователя Макарова Н. В., который исказил его истинные показания и заставил расписаться под протоколом допроса. Адвокат во время допроса отсутствовал. Именно в этом первом протоколе допроса Василенко признаётся, что якобы понимал, что Vinnie является представителем спецслужб Украины, а сам он был противником «СВО». Впоследствии Андрей Василенко отказался от этих показаний, заявив, что его единственным мотивом был корыстный.
В приговоре суда отсутствуют указания на источник первоначальной осведомлённости сотрудников ФСБ. Также не представлены в качестве доказательства результаты ОРМ, где «проукраинские» взгляды были бы зафиксированы в виде аудио- или видеозаписей разговоров или переписок. Ни один из допрошенных свидетелей, кроме этих сотрудников ФСБ, не заявляет о высказывании Василенко подобных взглядов. Хотя в распоряжении следствия оказался мобильный телефон Андрея Василенко, и по результатам его изучения были зафиксированы переписки с пользователем Vinnie, с сожительницей Василенко, с продавцом самоката, никакая из них, кроме первой, не стала доказательством «проукраинских» взглядов молодого человека.
При этом судья в своём решении указывает, что из переписки с Vinnie подсудимому должно было быть очевидно, что тот действует именно в интересах Украины. У нас нет доступа к полному тексту этой переписки. Приведём её описание из приговора:
«Установлено, что мобильный телефон Василенко А. С. содержит, в том числе контакт с ником “Olllooq” именем “Vinnie” и идентификатор (ID) 5…604, также переписку между Василенко А. С. и пользователем “Vinnie” в приложении “Telegram”, согласно которой Василенко А. С. совершал сбор и передачу сведений в отношении объектов железнодорожной инфраструктуры на территории г. Воронежа, которые передавал “Vinnie” и планировал совершение диверсии по заданию последнего, а именно поджога локомотива и релейных шкафов за денежное вознаграждение. Также Василенко А.С. были получены от “Vinnie” подробная инструкция и теоретические знания о способах совершения диверсии (поджога), и необходимые меры конспирации. В качестве вознаграждения за вышеуказанные действия 18 марта 2024 г. Василенко А.С. получил денежное вознаграждение цифровым финансовым активом, которое поступило ему на электронный кошелек».
По нашему мнению, данное описание переписки между пользователями Vinnie и Андреем Василенко не содержит информации о наличии у последнего «радикальных проукраинских взглядов» и умысла на совершение госизмены в форме шпионажа и оказания помощи иностранному государству. Экспертиза переписки, которая могла бы доказать «очевидность» для Василенко работы Vinnie на спецслужбы Украины, не проводилась.
Сама принадлежность аккаунта с именем Vinnie неким представителям Украины подтверждается только справками ФСБ. Источник осведомлённости здесь также не уточняется.
Таким образом мы считаем доказательную базу о наличии у Василенко умысла на совершение преступления по ст. 275 УК РФ недостаточной. Утверждения обвинения и суда о наличии у Василенко «проукраинских» взглядов и наличия у него уверенности, что он сотрудничает с представителями Украины — голословны. Версия обвиняемого, о том, что он имел умысел исключительно на совершение поджога за деньги в интересах мошенников, зарабатывающих на страховках за повреждённое имущество, не опровергается представленными доказательствами.
Все действия Андрея Василенко, которые он, по всей видимости, считал подготовкой к совершению умышленного уничтожения имущества — переписку с Vinnie, фотографирование релейного шкафа, приобретение средств поджога, суд счёл госизменой в двух формах: оказания иной помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации и одновременно шпионажем.
Андрей Василенко заснял релейный шкаф, находящийся возле пешеходного моста через железнодорожные пути. Исходя из указанных в приговоре координат этого объекта, можно сделать вывод, что увидеть этот шкаф можно на представленной в программе Яндекс-карты фотографии. Из доказательств, описанных в приговоре суда, не следует, что Василенко мог предполагать и предполагал, что подобная фотография, отправленная им, может быть оценена как шпионаж.
Стоит отметить, что вменённая Василенко форма шпионажа — «передача, собирание в целях передачи противнику сведений, которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации, совершённые в условиях иных действий с применением вооружения и военной техники с участием Российской Федерации» — появилась в Уголовном кодексе РФ на основании Федерального закона № 260-ФЗ от 14 июля 2022 года. Этот закон Владимир Путин подписал через несколько месяцев после начала полномасштабного вторжения в Украину. Авторы законопроекта объясняли необходимость вносимых изменений потребностью «защиты интересов России», однако фактически эти новации были продиктованы запросами военного времени и создали новые правовые инструменты для уголовного преследования граждан, пытающихся противостоять агрессивной милитаристской политике военно-политического руководства России.
Диспозиция внесённого в законодательство состава шпионажа, который инкриминировали Андрею Василенко, не отличается достаточной правовой определённостью, что способствует расширительному толкованию правовой нормы. Непонятно, что относится к «иным действиям с использованием вооружения и военной техники с участием Российской Федерации». В отличие от иных форм шпионажа, которые подразумевают преступную деятельность, направленную против безопасности Российской Федерации, инкриминируемый Василенко состав преступления криминализирует «передачу, собирание в целях передачи противнику сведений, которые могут быть использованы против Вооружённых Сил Российской Федерации, других войск, воинских формирований и органов Российской Федерации». На практике такая формулировка создаёт возможность для уголовного преследования за действия, которые не привели к наступлению общественно опасных последствий, а лишь создали некую гипотетическую возможность их наступления.
На наш взгляд, огромные сроки лишения свободы, к которым суды приговаривают за поджоги релейных шкафов, или, как в деле Андрея Василенко, за передачу фотографии этого релейного шкафа неизвестному в Интернете, неадекватны их реальной общественной опасности. У нас нет информации о том, что в связи с поджогами релейных шкафов гибли люди, причинялся значительный имущественный ущерб или наступали иные тяжкие последствия. Кроме того, здравый смысл подсказывает, что выход из строя оборудования одного релейного шкафа, который всегда может произойти в силу естественных причин: поломки, износа оборудования, обесточивания, обрыва связи, — не должен и не может иметь столь тяжких последствий, как сход поездов с рельс и человеческие жертвы.
Источник издания «Настоящее Время», работавший на железной дороге и пожелавший сохранить анонимность, рассказал изданию о последствиях таких поджогов. По его словам, релейный шкаф — это конструкция, предназначенная для размещения в нём аппаратов и реле управления сигнализацией и блокировкой на участках железной дороги: «Это действительно похоже на металлический шкаф, в основном серого цвета, внутри которого находятся рейки с клеммами и проводами, а также различные реле. Такие шкафы стоят вдоль путей. Все эти приборы и провода предназначены для работы блокировки на путях. Один шкаф может отвечать за один или несколько блок-участков на перегоне».
В случае, если вывести из строя один такой шкаф, на одном или нескольких блок-участках (часть железнодорожного перегона, ограниченная с двух сторон светофорами или светофором и станцией; используется как средство сигнализации и связи) перестанет работать блокировка, а это приведёт к замедлению движения поездов на перегоне. «Помимо светофора, на путях есть ещё локомотивный светофор — тот, который находится внутри кабины локомотива и дублирует сигналы, получая код с путей. Если повреждается блокировка, перегон переводят на другие средства связи, например, на телефонную связь… На ремонт после поджога может уйти от нескольких часов до суток — в зависимости от того, как сильно был повреждён шкаф, как далеко он расположен от ближайшей крупной станции».
Аналогичным образом бывший машинист в разговоре с изданием «Медиазона» указал в качестве рисков повреждения релейного шкафа лишь то, что «это может замедлить движение на сутки. Скорее всего, блокировка не будет работать, и пока её будут восстанавливать, поезда будут ездить по одному».
Как видно из этих высказываний экспертов-железнодорожников, поджоги шкафов не приводят к крушениям поездов и гибели людей, а лишь замедляют движение составов. Разумеется, мы не одобряем подобных действий, по каким бы мотивам они ни совершались, однако несоразмерность наказаний, назначаемых за поджоги шкафов, очевидна.
Гипотетический вред от повреждения релейного шкафа в уголовном деле Андрея Василенко описывает привлечённый обвинением специалист Польский А. А. Согласно его заключению, «релейный шкаф сигнальной установки № 4 кодовой автоматической блокировки, расположенный на 585 километре пк2 перегона Отрожка-Придача, служит для обеспечения интервального автоматического регулирования движения поездов. По данному перегону осуществляется движение пассажирских, пригородных, грузовых поездов, а также военных эшелонов. Участок является крупной и стратегически важной магистралью, соединяющей центральные регионы с югом страны. В случае повреждения релейного шкафа будет нарушена нормальная работа сигнальной установки № 4, что, в свою очередь, повлечёт массовые сбои в графике движения поездов. Восстановление релейного шкафа трудоёмкая работа и займет много времени».
Даже с учётом использования специалистом неопределённого понятия «много времени», описание последствий, которые мог бы иметь совершённый Василенко «шпионаж», не разъясняет, каким образом его действия могли быть использованы против ВС РФ и оказать существенное влияние на ход «действий с применением вооружения и военной техники» с участием Российской Федерации.
Что касается одновременной оценки действий Василенко как оказания иной помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, то вероятность нанесения ущерба безопасности РФ в результате его действий мы проанализируем в следующем разделе.
Таким образом, мы полагаем, что совершение Андреем Василенко госизмены не подкрепляется представленными в суд доказательствами, а назначенное ему по этой статье наказание в виде 13 лет лишения свободы неадекватно общественной опасности его действий.
Такая надуманная квалификация действий обвиняемого по тяжкой статье о госизмене даже при отсутствии оснований и доказательств укладывается в общую репрессивную практику поиска внутренних врагов.
За последние четыре года наблюдается устойчивая тенденция к резкому росту количества дел о госизмене и смежных с ней по составам преступлениях. Согласно данным правозащитного проекта «Первый отдел», к 10 декабря 2025 года общее число фигурантов дел по статьям 275 (госизмена), 276 (шпионаж), 275.1 (конфиденциальное сотрудничество с иностранцами) и 276.1 УК РФ (оказание помощи противнику иностранным гражданином или лицом без гражданства) составило не менее 1627 человек (в 2024 году их было около тысячи), из которых 1431 человек (88 %) стали жертвами уголовного преследования уже после начала полномасштабной войны России против Украины.
2025 год стал рекордным по числу приговоров по этим статьям — российские суды вынесли не менее 458 приговоров по делам о госизмене и шпионаже, а число осуждённых составило как минимум 478 человек. То есть на протяжении всего года суды выносили в среднем по два приговора каждый рабочий день. Для сравнения, в 2024 году было выявлено не менее 385 осужденных по этим статьям. Таким образом, всего за один год масштабы преследования по этой категории дел выросли на 24%. По ст. 275 УК РФ в 2025 году осудили 376 человек (78,7% от общего числа фигурантов). География приговоров охватила 64 из 89 субъектов РФ (включая оккупированные украинские регионы).
При этом российское государство не раскрывает полную статистику по делам этой категории, поэтому реальное число уголовных дел, обвиняемых и приговоров может быть выше. Скрываются и имена фигурантов — фамилия, имя, отчества были указаны лишь в 87 судебных карточках дел (18,2%). В подавляющем большинстве случаев — в 391 карточке (81,8%) — публиковались анонимные данные.
За время войны по ст. 275 УК РФ, как, впрочем, и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. В 2024 году медианный срок назначенного наказания составлял 12 лет, в 2025 году этот показатель вырос до 15 лет. В 2025 году впервые в практике применения ст. 275 и ст. 276 УК РФ были провозглашены четыре приговора с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы за государственную измену и шпионаж. Значительно изменилась и практика применения этих статей — в подавляющем большинстве случаев обвинения предъявляются людям, не имевшим доступа к государственной тайне. Основаниями для обвинений становятся контакты с провокаторами, пожертвования, зачастую речь идёт не об оконченном преступлении, а лишь о предполагаемом намерении. Параллельно усиливается институциональный контроль ФСБ — с 2026 года следственные изоляторы центрального подчинения переданы в ведение этой спецслужбы, что фактически концентрирует в одном ведомстве следствие, оперативную работу и содержание под стражей обвиняемых по делам о «государственной безопасности».
Столь значительные расширение и ужесточение практики применения уголовной статьи о государственной измене сами по себе дают весомые основания предполагать политически мотивированные злоупотребления и высокий риск произвольного характера применения этих норм. Согласно выводам в исследовании «Первого отдела», «анализ доступных судебных материалов показывает, что эти дела носят устойчиво политически мотивированный характер и используются как инструмент подавления антивоенных настроений и устрашения общества» и «как один из ключевых механизмов политического контроля и подавления инакомыслия в условиях войны».
Обвинения по ст. 281 и ст. 281.2 УК РФ — покушение на диверсию и обучение диверсионной деятельности
Покушением на диверсию суд счёл «подыскание объектов железнодорожной инфраструктуры с целью поджога» и подготовку Андрея Василенко к поджогу локомотива в депо. Поскольку, по версии обвинения, молодой человек действовал по заданию неизвестных представителей спецслужб Украины, обвинение и суд пришли к выводу, что эти действия он осуществил в составе организованной группы, что ужесточило предъявленное обвинение. Как указано в приговоре, целью действий Василенко являлся «подрыв обороноспособности Российской Федерации». Эта цель является квалифицирующим признаком состава преступления по ст. 281 УК РФ .
Нам представляется, что, предполагая поджечь локомотив или релейный шкаф за денежное вознаграждение, Василенко не ставил себе задачи «подорвать обороноспособность Российской Федерации» и не задумывался об этом. Это ставит под сомнение возможность вменения ему статьи о диверсии, поскольку это преступление может быть совершено только с прямым умыслом. Очевидно, что поджог одного локомотива, в покушении на который обвиняется Василенко, даже если это привело бы к его значительному повреждению, не мог подорвать обороноспособность России. Всё тот же специалист Польский А. А. указывает, что «вывод из строя подвижной единицы приведёт к нарушениям в производстве маневровой работы и магистральных перевозках», не указывая, какие именно по времени и объёмам «нарушения» гипотетически возможны. Особенно незначительной выглядит степень общественной опасности выхода из строя одной «подвижной единицы» в условиях полномасштабной войны, развязанной российскими властями, и по сравнению с масштабом ущерба, который эта война наносит военному потенциалу РФ.
Следует также учитывать, что в Федеральном законе РФ от 31.05.1996 N 61-ФЗ «Об обороне» (в редакции от 07.07.2025) под обороной понимается «система политических, экономических, военных, социальных, правовых и иных мер по подготовке к вооружённой защите и вооружённая защита Российской Федерации, целостности и неприкосновенности её территории».
Стоит учитывать, что в российско-украинском конфликте Россия является не обороняющейся стороной, а стороной-агрессором, напавшим на соседнее независимое государство. В этих условиях мы имеем основания предполагать, что действия Василенко, если бы они реализовались, могли бы иметь какое-то, видимо, незначительное, влияние на продолжение Россией войны на чужой территории, а никак не на подрыв её обороноспособности.
Основанием для обвинения Андрея Василенко по ст. 281.2 УК РФ («Прохождение обучения в целях осуществления диверсионной деятельности») стали полученные им от Vinnie через Telegram инструкции и рекомендации о том, как совершить поджог и скрыться с места преступления.
При этом объективная сторона преступления по ст. 281.2 УК РФ состоит из двух обязательных признаков, подлежащих доказыванию: 1) факт прохождения обучения; 2) наличие конкретной цели обучения — осуществление диверсионной деятельности.
Диспозиция ст. 281.2 УК РФ сформулирована следующим образом: «Прохождение лицом обучения, заведомо для обучающегося проводимого в целях осуществления диверсионной деятельности либо совершения хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьей 281 настоящего Кодекса, в том числе приобретение знаний, практических умений и навыков в ходе занятий по физической и психологической подготовке, при изучении способов совершения указанных преступлений, правил обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми, отравляющими, а также иными веществами и предметами, представляющими опасность для окружающих».
Более полные характеристики именно обучения как собственно преступного деяния можно найти в п. 22.1 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 9 февраля 2012 года № 1 «О некоторых вопросах судебной практики по уголовным делам о преступлениях террористической направленности». Так, обучение терроризму, согласно этому документу, «может включать в себя приобретение необходимых знаний, практических умений и навыков в ходе занятий по физической и психологической подготовке, при изучении способов совершения указанных преступлений, правил обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми, отравляющими, а также иными веществами и предметами, представляющими опасность для окружающих. Прохождение обучения может состоять и в иных действиях виновного, непосредственно связанных с его подготовкой к осуществлению террористической деятельности. Преступление окончено с момента начала выполнения действий, направленных на приобретение соответствующих знаний, умений и навыков для последующего осуществления террористической деятельности либо совершения хотя бы одного из указанных преступлений террористической направленности, вне зависимости от того, приобрело лицо необходимые знания, умения и навыки или нет. Если наряду с прохождением обучения лицо совершает иные действия, направленные на создание условий для осуществления конкретного тяжкого или особо тяжкого преступления террористической либо иной направленности, то указанные действия дополнительно квалифицируются как приготовление к данному преступлению».
Мы полагаем, что эти принципы также в целом могут быть применимы и к составу ст. 281.2 УК РФ.
Таким образом, в предмет доказывания состава преступления, предусмотренного ст. 281.2 УК РФ, входит установление обстоятельств, подтверждающих, во-первых, что обвиняемый проходил реальное обучение определённым навыкам, практическим умениям, приобретал знания, совершал иные действия, направленные на достижение определённого уровня физической и психологической подготовки, изучал способы совершения преступлений диверсионной направленности, правила обращения с оружием, взрывными устройствами, взрывчатыми и иными опасными веществами, во-вторых — что обучение проходило с конкретной целью: осуществить в дальнейшем диверсионную деятельность.
На наш взгляд, прохождение обучения предполагает наличие как обучаемого и обучающего (инструктора), так и хотя бы минимальную институализацию процесса. Обучением мы могли бы, например, посчитать процесс получения специальных знаний и навыков в специализированных лагерях, что действительно может считаться общественно опасным деянием для общества. Простое обсуждение способов отхода с места совершения поджога, самостоятельный просмотр коротких инструкций, полученных в Интернете, а также изучение объекта предполагаемого посягательства, как мы полагаем, не может рассматриваться как прохождение обучения. Более того, такого рода действия, обозначенные как «обучение», не могут быть искусственно выделены в качестве самостоятельного преступления. Это фактически приводит к двойному наказанию за одно и то же деяние, поскольку эти действия являются органической и неотделимой частью подготовки к предполагаемому преступлению.
В связи с вышеизложенным, мы полагаем, что действия Андрея Василенко не могут быть квалифицированы как обучение диверсионной деятельности и покушение на диверсию.
Вероятно, действия Василенко могли бы быть квалифицированы как покушение на совершение преступления, предусмотренного ч. 2 ст. 167 УК РФ («Умышленные уничтожение или повреждение чужого имущества путём поджога, взрыва или иным общеопасным способом»), наказание за которое составляет до 5 лет лишения свободы. По обвинению в покушении на это преступление назначенный срок наказания не мог бы превышать трёх четвертей от максимального срока лишения свободы, предусмотренного статьёй, то есть 3 лет 9 месяцев. Также действия Василенко могли быть квалифицированы по ст. 267 УК РФ — «Разрушение, повреждение или приведение иным способом в негодное для эксплуатации состояние транспортного средства». В случае, если бы эти действия привели к причинению крупного ущерба (свыше 1 миллиона рублей), то максимальное наказание по ч. 4 ст. 267 УК РФ составило бы 4 года лишения свободы за оконченное деяние, в случае покушения — 3 года. Преступления, предусмотренные ч. 2 ст. 167 УК РФ и ч. 4 ст. 267 УК РФ относятся к категории средней тяжести и лицам, признанным виновным в их совершении, ранее не отбывавшим лишение свободы, назначается отбывание наказания в колонии-поселении. В порядке исключения, с учётом обстоятельств совершения преступления и личности виновного, суд может назначить отбывание наказания в колонии общего режима. В случае содержания обвиняемого в совершении этих преступлений под стражей, до момента вступления приговора в законную силу, осуществляется зачёт в срок отбывания наказания по формуле: один день нахождения в СИЗО за 2 дня в колонии-поселении и одинь день в СИЗО за 1,5 дня в колонии общего режима (ч. 3.1 ст. 72.1 УК РФ). Учитывая, что Василенко ранее не привлекался к уголовной ответственности и совершил преступление средней тяжести впервые, исходя из правоприменительной практики, назначенное ему наказание вряд ли превышало бы 2,5-3 года лишения свободы в колонии-поселении или в колонии общего режима. Таким образом, учитывая, что арестован Андрей Василенко был 21 марта 2024 года и содержится с тех пор в условиях СИЗО и тюрьмы, он уже отбыл срок лишения свободы, адекватный реальной общественной опасности его действий.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно Международному руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело в отношении Андрея Василенко является политически мотивированным, направленным на устрашение общества в целом, то есть на упрочение либо удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Андрея Василенко политическим заключённым, требует прекратить его преследование по статьям о госизмене, обучении диверсионной деятельности и покушении на диверсию и пересмотреть его уголовное дело справедливым судом, в том числе с учётом применимых международно-правовых стандартов, расследовать его заявления о пытках и привлечь виновных к ответственности.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле:
31 июля 2025 года. Коммерсантъ. Житель Воронежа получил 17 лет за подготовку теракта на железной дороге
Дата обновления справки: 03.07.2026 г.
