Братахин Александр Николаевич родился 20 июля 1978 года, гражданин России, житель Череповца Вологодской области, работал огнеупорщиком в компании «Северсталь». 14 октября 2025 года приговорён по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности в сети “Интернет”») к 3 годам лишения свободы в исправительной колонии общего режима. Лишён свободы с 5 июня 2025 года.
Александра Братахина задержали 5 июня 2025 года, его отправили в СИЗО. Дело против него возбудили за комментарии о Владимире Путине и «Единой России», которые Братахин написал со страницы под именем Максим Печник с 1 октября 2022-го по 29 декабря 2024 года в пабликах «Вологодская область ВКонтакте», «Череповец Лайф» и «Череповец Best». Эти комментарии прокурор частично зачитал в прениях — по его мнению, высказывания Братахина содержали призывы к осуществлению террористической деятельности. Издание «Медиазона» нашла полные версии комментариев в соцсети:
В военный суд дело Братахина поступило 1 сентября 2025 года, а рассматривалось с 29 сентября. Братахин, принимавший участие в судебном заседании по ВКС, отказался от дачи показаний в суде, воспользовавшись 51-й статьей Конституции, но при этом признал вину в полном объёме и способствовал следствию. Государственный обвинитель среди смягчающих обстоятельств указал на это, а также на состояние здоровья подсудимого, на то, что он ухаживает за больной матерью и имеет статус почётного донора. Прокурор попросил суд признать Братахина виновным и отправить в колонию общего режима на 4 года.
В последнем слове Братахин попросил не лишать его свободы, учесть состояние матери и его самого и заверил суд, что сможет оплатить штраф. «Прошу извинения у всех, кого обидел», — закончил он.
14 октября 2025 года судья 1-го Западного окружного военного суда в Петербурге Кислов Дмитрий Николаевич, рассмотрев дело единолично, приговорил Александра Братахина к 3 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.
Защиту Александра Братахина осуществляли адвокаты Агафонов Александр Анатольевич и Колганова Елена Хамидовна.
17 июня 2025 года Росфинмониторинг внёс Братахина в перечень «экстремистов и террористов».
Основания признания политзаключённым
Александра Братахина обвиняют в публичных призывах к террористической деятельности. Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть к совершению преступлений, предусмотренных соответствующими статьями УК РФ. Примечание 2 к ст. 205.2 устанавливает, что под террористической деятельностью понимается совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 — 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361 УК РФ.
Мы не располагаем материалами дела, но полагаем, что с большой долей вероятности обвинение построено на том, что Братахин якобы призывал к совершению преступления, предусмотренного ст. 277 УК РФ — «Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля, совершённое в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность». Кроме того, СМИ со ссылкой на пресс-службу УФСБ России сообщали, что задержанный мужчина «неоднократно размещал в интернете призывы к насильственной смене власти» в РФ, то есть призывал совершить преступление, предусмотренное ст. 278 УК РФ – «Насильственный захват и удержание власти». Однако мы считаем подобную интерпретацию неверной.
На наш взгляд, реплику «Путина расстрелять вместе с ЕР!», с учётом упоминания войны в первой фразе комментария, следует рассматривать как символическую оценку действиям человека, ответственного за развязывание кровопролитной войны, как военного преступника, который должен быть осуждён по приговору суда за свои преступления. Таким образом, это символический призыв к тому, что Путин должен быть привлечён к ответственности, и такой призыв не может считаться преступлением, предусмотренным ст. 277 УК РФ в интерпретации следствия.
Отметим, что 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением».
Необходимо напомнить также, что Международный уголовный суд в Гааге выдал 17 марта 2023 года ордер на арест Путина. Суд указал, что есть разумные основания полагать, что «Владимир Путин несёт уголовную ответственность за военное преступление геноцида за совершение деяний непосредственно, совместно с другими и/или через других» (статья 25(3)(a) Римского статута). К этому можно добавить, что физическое устранение Путина вполне легально могли бы осуществить и военнослужащие ВСУ, так как с точки зрения Международного права, Путин является легитимной целью для ВСУ, поскольку является действующим президентом РФ, а, в соответствии со ст. 87 Конституции РФ, «Президент Российской Федерации является Верховным Главнокомандующим Вооружёнными Силами Российской Федерации». Являясь главнокомандующим, он входит в состав Вооружённых Сил РФ, то есть в период вооружённого конфликта является лицом, принадлежащим к личному составу вооружённых сил страны, участвующим в военных действиях, которое применяет оружие и само может погибнуть от рук противника. Такое его устранение лежит в русле регулирования законами войны и не может рассматриваться, как террористический акт.
Отметим, что интерпретация символических слов о неотвратимости казни Путина в качестве реального призыва к терроризму присутствует и в делах других политзаключённых: активиста Михаила Кригера, опубликовавшего запись его выступления Анатолия Бурова, супругов-художников Анастасии Дюдяевой и Александра Доценко, в феврале 2026 умершего во время отбывания наказания, жителя Сыктывкара Юрия Орлова. Мы полагаем, что предъявление обвинений такого рода не основано на законе, а фактически направлено на сакрализацию образа Путина и защиту этого образа от «оскорбления величия». При этом контекстом высказываний всех этих политзаключённых, включая и Братахина, является развязанная по воле Владимира Путина преступная война против Украины, в ходе которой Вооружённые силы РФ наносят удары по украинским городам и гражданской инфраструктуре, убивая и калеча мирных жителей, разрушая жилые здания и важнейшие коммуникации. В России параллельно с этим власти подавляют независимые СМИ, вводят фактический запрет на публичные выражения мнения в виде митингов, пикетов и пр., усиливают цензуру, принимают законы, карающие за любое мнение, отличное от государственной идеологии (законы о «фейках» и пр.), преследуют или выдавливают за границу гражданских и политических активистов, лидеров оппозиционных движений. Ряд государств в связи с этим объявил политический режим РФ террористическим.
Что касается призывов к захвату и удержанию власти как состава вменённой Батахину ст. 205.2 УК РФ, которые, возможно, были обнаружены во втором и третьем из перечисленных комментариев, в предложениях «гнать власть» и «гнать Единую Россию вместе с Путиным», то следует обратить внимание на то, что диспозицией этой статьи предусмотрены «действия, направленные на насильственный захват власти или насильственное удержание власти в нарушение Конституции Российской Федерации, а равно направленные на насильственное изменение конституционного строя Российской Федерации». При этом необходимо учитывать, что именно Владимир Путин в нарушение положений Конституции, во-первых, незаконно удерживает власть, а, во вторых, в целях этого незаконного удержания власти внёс незаконные изменения в Конституцию. При этом ч. 4 ст. 3 Конституции России гласит: «Никто не может присваивать власть в Российской Федерации. Захват или присвоение властных полномочий преследуются по федеральному закону».
Действия, направленные на насильственное удержание власти, выражаются в том числе в недопущении после истечения сроков полномочий законной власти замены её конституционным путём. Насильственное удержание власти может выражаться в недопущении вновь избранных (назначенных) лиц к осуществлению управленческо-властных функций, их блокировании, ограничении либо лишении свободы и т.п. Таким образом, старая властная система становится нелегитимной, но продолжает действовать, используя противоправные насильственные методы и средства. Именно так, без созыва Конституционного собрания, путём проведения нелегитимного референдума в целях изменения Конституции и с помощью подавления оппозиции силовыми методами и репрессиями, удерживает власть Владимир Путин. Кроме того, он упразднил ряд институтов власти, сузил демократические начала государственного управления и существенно деформировал права и свободы личности, предусмотренные Конституцией. На наш взгляд, именно в его действиях и действиях его единомышленников присутствуют элементы состава преступления, предусмотренного ст. 278 УК РФ.
Действия же, направленные на прекращение незаконного удержания власти, — а именно они по сути вменяются Баратахину — составом ст. 205.2 УК РФ не охватываются. Отдельно надо заметить, что Братахин ничего не пишет о необходимости именно захватить и удержать власть. Его реплики касались лишь того, что существующую «власть» следует гнать и выгнать.
Следует также рассмотреть высказывания Александра Братахина с точки зрения их реальной общественной опасности. При такой оценке мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору».
Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр.
Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в постановлениях, касающихся дел по экстремизму и терроризму: «При решении вопроса о направленности действий лица, разместившего какую-либо информацию либо выразившего своё отношение к ней <…>, на возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение достоинства человека либо группы лиц следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать, в частности, контекст, форму и содержание размещённой информации, наличие и содержание комментариев или иного выражения отношения к ней». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план.
С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие».
Как уже было указано выше, контекстом высказываний Братахина в комментариях городских и региональных вологодских сообществ стала развязанная Владимиром Путиным преступная война против Украины. Также на момент написания комментария о Путине контекстом была мобилизация, в результате которой десятки тысяч мобилизованных были принудительно отправлены воевать в Украину. Степень публичности высказывания нельзя признать высокой, поскольку Братахин является рядовым комментатором в чате, при этом его комментарий про Путина является самым последним, оставленным спустя 5 дней после публикации самого поста, когда основная дискуссия пользователей под постом уже завершилась. Кроме того, у этого высказывания стоит только один «лайк». Авторитет обычного пользователя VK под именем «Максим Печник» как спикера не представляется нам значимым, чтоб можно было всерьёз ожидать, что, прислушавшись к его призыву, пользователи вологодских сообществ действительно бы начали вооружаться и отправились бы расстреливать Путина и выгонять из Кремля чиновников и депутатов от партии власти. Кроме того, Владимира Путина очень хорошо охраняют и шансов даже при таком развитии событий у вологжан было бы крайне мало. Пользователь VK «Максим Печник» не является ни известным блогером, ни журналистом, ни политиком, его высказывания не становятся темами для обсуждений или мотивами для действий других граждан.
Умысел Братахина не представляется направленным ни на убийства, ни на захват и удержания власти — на наш взгляд, он был направлен на то, чтобы выразить своё крайнее неодобрение политики Путина вообще и войны в частности. Стоит отметить, что согласно Рабатскому плану при определении намерения автора стоит учитывать, что «халатность и безрассудство не являются достаточными основаниями для применения ст. 20, для которой требуется “пропаганда” и “возбуждение ненависти”, а не просто распространение». Мы считаем, что эмоциональные, резкие по форме высказывания Братахина могут быть интерпретированы именно таким образом.
С учётом всего сказанного выше общественная опасность действий Братахина представляется нам невысокой. При этом, размещая комментарии, мужчина реализовывал свои права, предусмотренные статьями 19 и 28 Конституции РФ — о свободе мысли и слова, свободном распространении убеждений, ст. 19 Международного пакта о гражданских и политических правах. Ограничения пользования этими правами «должны быть установлены законом и являться необходимыми: для уважения прав и репутации других лиц; для охраны государственной безопасности, общественного порядка, здоровья или нравственности населения». В силу приведённого выше анализа мы полагаем, что под эти ограничения комментарий Александра Братахина не подпадают и выступаем против искусственной криминализации его действий. Известно, что ст. 205.2 УК РФ зачастую используется властью не для предотвращения общественно опасных последствий, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою оппозиционную точку зрения.
При этом, оценивая стилистику высказываний Братахина, следует обратить внимание на то, что с начала полномасштабной войны риторика противоборствующих сторон в принципе закономерно радикализировалась, но в уголовном порядке преследуются исключительно люди, выступавшие с критикой власти. Для сравнения можно вспомнить хотя бы некоторые высказывания пропагандистов, ярко отражающие господствующую на телеэкране и в других средствах массовой информации РФ точку зрения. До сих пор ничего не известно об уголовном преследовании известных деятелей, предлагавших топить украинских детей «прямо вот там, где “плыве кача”. Прям топить надо таких детей, прямо в Тисине…» (пропагандист Антон Красовский), обещавших, что «всех победим, всех убьём, всех, кого надо, ограбим» (военный Z-блогер Владлен Татарский), и призывавших: «…давайте наконец-то перенаправим наши ракеты в центры принятия решений этой долбанной нацистской Европы» (пропагандист Владимир Соловьёв). Учитывая, что все эти высказывания распространялись на гораздо большую аудиторию, чем комментарии Братахина в местных сообществах, его преследование носит очевидно избирательный характер.
Мы не принимаем во внимание признание Александром Братахиным своей вины, поскольку с большой долей вероятности, как и во многих других случаях преследования, оно было связано с обещаниями силовиков о том, что в таком случае она получит более мягкое наказание. В большинстве случаев эти обещания не выполняются. Несмотря на признание вины и демонстрацию раскаяния, Братахин, как и многие другие обвиняемые по этой статье, был приговорён к реальному лишения свободы. На наш взгляд, это месть государства за его высказанную вслух антипутинскую позицию.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что преследование Александра Братахина является политически мотивированным, направленным на недобровольное прекращение критики государственной власти, на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Его преследование осуществляется в нарушение права на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Александра Братахина политическим заключённым и требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле в СМИ:
8 июля 2025 года. ОВД-инфо. Жителя Вологодской области отправили в СИЗО по обвинению в призывах к насильственной смене власти
14 октября 2025 года. Медиазона. Череповчанина приговорили к 3 годам колонии за призывы «расстрелять Путина вместе с ЕР»
Дата обновления справки: 19.03.2026 г.
