Никита Егоров — выпускник Северо-Западной академии государственной службы, оператор линии на Ивановском кабельном заводе, бывший координатор одного из местных отделений ЛДПР, дважды кандидат в депутаты различных уровней, бывший помощник депутата; состоит в фактическом браке. Егорова отправили в СИЗО и затем приговорили к 5 годам колонии по статьям о призывах к терроризму и к экстремизму из-за комментариев в проукраинских Telegram-каналах с резкими высказываниями о Путине и россиянах.
Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает их признания политзаключёнными.
3 апреля 2024 года у 38-летнего жителя Иванова Никиты Егорова прошёл обыск, после которого он был задержан, а затем — отправлен в СИЗО.
По версии обвинения, Егоров «испытывал неприязнь к представителям государственной власти и Президенту Российской Федерации, негативно относился к военнослужащим Вооружённых Сил Российской Федерации, а также к людям русской и чеченской национальностей». Это побудило мужчину в 2023–24 годах разместить в публичных проукраинских информационных каналах «Крем чат», «AteoPremiumChat», «український чат 24/7» и «инсайдер чат» не менее 30 комментариев. Часть из них привлечённые следствием эксперты, а за ними следствие и суд, расценили как призывы к экстремистской деятельности, а часть — как призывы к террористической. В приговоре текст большинства комментариев приводится почти полностью, в остальных случаях можно понять их общий смысл.
Лингвистическая экспертиза посчитала, что в комментариях «Смерть путину, смерть россиянам. Этим недолюдям не зачем жить»; «Китайцы хозяины россии… Смерть россиянам, смерть путину», «Чтобы потом <…> Смерть путину», «Слава Навальному земля пухом, смерть путину и рашистам», «Смерть путину плешивому педофилу, да массовым терактам на территории россии», «Чего? Что за бред ты написало, ты кусок путинского говна. В параши серия терактов проста необходима, смерть россиянам смерть путину», «Смерть россиянам, убивать всех без исключения на пол и возраст. Да здравствуют теракты по всей poSSии. Смерть путину», — содержится утверждения необходимости совершения действий, связанных с насилием, опасностью, причинением вреда и ущерба по отношению к президенту Российской Федерации, вследствие чего они были квалифицированы по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ как призывы к терроризму.
Вторая группа комментариев такая: «Смерть русне, гнать этих тварей с Украинской земли. Не щадить ни кого, не женщин, ни детей. Они не щадят нас, мы не должны их»; «Убивая pyssHio спасаем мир»; «Да все безумно просто <…> а не жевать сопли доказывая боту, что <…>»; «Когда уже ВСУ будет обстреливать pySSKiie города? <…> всяческие объекты»; «А зачем с русскими общаться и что то доказывать <…> Эти недолюди не достойны жизни», «Смерть путину, смерть россиянам. Этим недолюдям не зачем жить», «Крымский мост бить не надо. <…> как когда то была берлинская стена», «Классно, давить и уничтожать русских как паразитов. Хороший русский мёртвый русский. Да здравствует война на территории ро88ии», «Смерть русским свиньям»; «Смерть русским», «Пора оставшуюся русню в Крыму начать зачищать, они не достойны жизни», «Слава Украине смерть русне», «россиян надо уничтожать <…> русня не заслужила право на жизнь», «<…> после своих выборов <…> Классно дроны Москву бомбили <…>», «Чурки поганые, мочить чурбаньё <…>, только в спину русским могут стрелять», «Китайцы хозяины россии… Смерть россиянам, смерть путину», «<…> параша дикая страна, россиян надо убивать, убивать и ещё раз убивать. …Фанатики путина это чума уничтожающая всё живое», «Этого стоит ожидать, россия во главе с безумным фюрером не успокоиться пока не уничтожит мир, единственный выход нанесение ядерного удара по Москве», «Если бы бомбы не были сброшены на Нагасаки и Хиросиму <…> когда вся шайка будет проводить съезд 1-3 марта», «Хорошо, мы нефтеперегонный бахнули, навели красиво. <…> дроны летят, мы их наводим, регулярно координаты для целей скидываем…», «Слава Навальному земля пухом, смерть путину и рашистам», «Чего? Что за бред ты написало, ты кусок путинского говна. В параши серия терактов проста необходима, смерть россиянам смерть путину», «Смерть россиянам, убивать всех без исключения на пол и возраст. Да здравствуют теракты по всей poSSии. Смерть путину».
В этих высказываниях, как сказано в экспертизе, «содержатся утверждения, побуждение и обоснование необходимости осуществления действий, связанных с насилием, опасностью, причинением вреда, ущерба по отношению к группе лиц, объединённых по признакам национальности, территории проживания (русские, чеченцы), положительная оценка насильственных действий и негативная оценка Вооружённых Сил Российской Федерации», и эти высказывания были квалифицированы по ч. 2 ст. 280 УК РФ как призывы к экстремистской деятельности.
В судебном заседании Никита Егоров признал себя виновным и подтвердил факт написания комментариев, от дачи показаний отказался, воспользовавшись правом, предусмотренным ст. 51 Конституции РФ. Из его показаний на предварительном следствии, оглашённых в суде, следовало, что он признавал, что «негативно высказывался о проведении специальной военной операции, критически высказывался в адрес действующей власти, призывал к убийству Президента, а также граждан РФ, призывал осуществлять экстремистскую и террористическую деятельность на территории России».
Помимо его признательных показаний и уже упоминавшегося заключения лингвистической экспертизы суд посчитал доказательствами вины показания свидетелей Горелова и Смирнова, «которые участвовали в проведении оперативно-розыскных мероприятий при осмотре комментариев», показания гражданской жены Егорова, Оганесян, свидетельствующие о «негативном отношении Егорова к Президенту и действующей власти в РФ, проведению специальной военной операции на территории Украины и о просмотре им украинских чатов», а также содержимое изъятого 3 апреля 2024 года при обыске в квартире телефона Егорова, с которого он оставлял комментарии. В телефоне, как следует из текста приговора, была обнаружена переписка в мессенджере Telegram «с иным пользователем, содержание которой свидетельствует о проукраинских взглядах Егорова, его активном стремлении раскрыть и передать абоненту со стороны Украины любую значимую информации о Вооружённых Силах Российской Федерации, проведении мобилизации в Российской Федерации, которая сообщается в пренебрежительном и негативном виде по отношению населению Российской Федерации».
Также в приговоре упоминаются обнаруженные и изъятые при том же обыске «различные предметы с украинской и фашистской символикой».
Смягчающими вину мужчины обстоятельствами суд посчитал раскаяние в содеянном и активное способствование раскрытию и расследованию преступлений на предварительном следствии, что выразилось в даче им признательных показаний. Суд отметил в приговоре полное признание вины, то, что «подсудимый к уголовной ответственности привлекается впервые, ранее ни в чём предосудительном замечен не был, его положительные характеристики, состояние здоровья подсудимого и его родственников, а также благотворительную деятельность Егорова в пользу участников специальной военной операции после его задержания, фактически сложившиеся у него семейные отношения, условия жизни его семьи и их материальное положение».
С учётом всех этих обстоятельств 21 августа 2024 года судья 2-го Западного окружного военного суда Краснов Вадим Владимирович, рассмотрев дело единолично, с участием государственного обвинителя — прокурора уголовно-судебного отдела управления прокуратуры г. Москвы юриста 1 класса Майорова Евгения Борисовича, приговорил Никиту Егорова:
Путём частичного сложения назначенных наказаний Краснов окончательно приговорил Никиту Егорова к 5 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима с лишением права заниматься деятельностью, связанной с администрированием сайтов с использованием Интернета, на 3 года. Кроме того, суд конфисковал мобильный телефон Егорова. Решение суда не обжаловалось.
Как следует из доступного в Интернете постановления суда по административному делу, 25 июня 2024 года, уже после задержания и ареста Никиты Егорова по уголовному делу, судья Фрунзенского районного суда города Иваново Снеткова Светлана Николаевна оштрафовала его на 10 тысяч рублей по ст. 20.3.1 КоАП РФ («Возбуждение ненависти либо вражды, а равно унижение человеческого достоинства») за комментарий: «Ты что мразь путинская тявкнула? Твоё место в параше тварь, да теракты по всей России, да убийство русских свиней по всем города параши, а ты только тут можешь тявкать говно русское». Эксперты и суд пришли к заключению о том, что в этом комментарии «имеется утверждение необходимости осуществления действий, связанных с насилием, опасностью, причинением вреда, ущерба по отношению к группам лиц, объединенных по признакам национальности, территории проживания (русские)». В административном заседании государственный обвинитель отметил, что указанные в постановлении о возбуждении дела об административном правонарушении действия не вошли в объём обвинения, предъявленного Егорову в рамках уголовного дела. Авторство комментария Никита Егоров и в данном случае не отрицал.
Интересы Никиты Егорова в судебном заседании по уголовному делу представлял адвокат Козлюк Владимир Александрович.
Признаки политической мотивации и незаконности преследования
Общий подход к преследованию
Преступление по обеим вменяемым Егорову статьям считается совершённым с момента высказывания. При этом не рассматривается, побудило ли оно кого-то к реальным действиям, могли ли наступить общественно опасные последствия и наступили ли они, хотя это должно учитываться при рассмотрении уголовных дел в связи такого рода обвинениями.
При оценке реальной общественной опасности тех или иных высказываний мы считаем возможным применять по аналогии подходы Рабатского плана действий по запрещению пропаганды национальной, расовой или религиозной ненависти, представляющей собой подстрекательство к дискриминации, вражде или насилию, выработанного экспертами Управления Верховного комиссара Организации Объединённых Наций по правам человека. Рабатский план призывает установить высокий порог для введения ограничений на свободу выражения мнения при определении возбуждения ненависти, в случае наличия которых есть основания для преследования за такие высказывания и их законодательного запрета. Он призывает рассматривать ст. 20 Международного пакта о гражданских и политических правах (МПГПП) 1966 года (о необходимости запрета подстрекательства к насилию) только в пропорциональном сочетании со ст. 19 этого же пакта, которая декларирует: «Каждый человек имеет право беспрепятственно придерживаться своих мнений», а также «имеет право на свободное выражение своего мнения; которое включает свободу искать, получать и распространять всякого рода информацию и идеи, независимо от государственных границ, устно, письменно или посредством печати или художественных форм выражения, или иными способами по своему выбору».
Аналогичные гарантии свободы мысли и слова содержатся в ст. 29 Конституции РФ. Согласно ч. 3 ст. 55 Конституции РФ, «права и свободы человека и гражданина могут быть ограничены федеральным законом только в той мере, в какой это необходимо в целях защиты основ конституционного строя, нравственности, здоровья, прав и законных интересов других лиц, обеспечения обороны страны и безопасности государства». Исходя из этого, исключительно важно определить упомянутую выше меру и критерии, необходимые для оценки угроз, создаваемых теми или иными высказываниями для нравственности, здоровья, прав других лиц, безопасности государства и пр.
Мы полагаем, что для рассматриваемой статьи в полной мере применимы критерии определения опасности деяния, которые были сформулированы Пленумом Верховного суда России в Постановлении от 28 июня 2011 г. «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности»: «При решении вопроса о наличии или об отсутствии у лица прямого умысла и намерения побудить других лиц к осуществлению экстремистской деятельности, совершению действий, направленных на нарушение территориальной целостности Российской Федерации, либо цели возбуждения ненависти либо вражды, а равно унижения человеческого достоинства при размещении материалов в сети «Интернет» или иной информационно-телекоммуникационной сети суду следует исходить из совокупности всех обстоятельств содеянного и учитывать в том числе форму и содержание размещённой информации, её контекст, наличие и содержание комментариев данного лица или иного выражения отношения к ней, факт личного создания либо заимствования лицом соответствующих аудио-, видеофайлов, текста или изображения, содержание всей страницы данного лица, сведения о деятельности такого лица до и после размещения информации, в частности, о совершении действий, направленных на увеличение количества просмотров и расширение пользовательской аудитории, данные о его личности (например, приверженность радикальной идеологии, участие в экстремистских объединениях, привлечение ранее лица к административной и (или) уголовной ответственности за правонарушения и преступления экстремистской направленности), объём подобной информации, частоту и продолжительность её размещения, интенсивность обновлений». Аналогично предлагает оценивать высказывания и призывы, которые могут потенциально иметь негативные и опасные для общества последствия, Рабатский план.
С точки зрения оценки реальной опасности призывов к тем или иным действиям по международным критериям Рабатского плана необходимо оценивать контекст высказываний («контекстуальный анализ должен поместить высказывание в социальный и политический контекст, преобладавший в тот момент, когда это высказывание было сделано или распространялось»), реальное влияние автора высказывания на свою аудиторию, наличие умысла, степень публичности высказывания, а также его содержание. Наконец, крайне важно оценить вероятность реализации призыва, включая неотвратимость: «суды должны будут установить, что существовала реальная вероятность того, что высказывание могло спровоцировать фактическое действие».
Рассмотрим сперва такие критерии, как контекст, степень публичности автора и его влияние на аудиторию, а остальные — отдельно, применительно к каждой из вменяемых статей.
Контекстом комментариев, вменяемых Егорову, является развязанная по воле Владимира Путина преступная война против Украины. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство.
Таким образом, с точки зрения международного права агрессия РФ против Украины незаконна и преступна, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованны.
В ходе войны Вооружённые силы РФ наносят удары по украинским городам и гражданской инфраструктуре, убивая и калеча мирных жителей, разрушая жилые здания и важнейшие коммуникации. При этом война поляризовала российское общество, вызвала гнев и возмущение у одной его части и ура-патриотизм и шпиономанию у другой, а общественные активисты и критики власти были и остаются лишены возможности открытой дискуссии с представителями власти и выражения своей позиции через прессу (независимые от власти СМИ фактически полностью уничтожены); люди и организации, выступившие против курса власти, подвергаются репрессиям.
В этой ситуации сами по себе осуждение российского вторжения и выражение поддержки Украине как стране, подвергшейся агрессии, является естественным и обоснованным.
Если говорите об авторитетности автора, нельзя исключать, что в определённых кругах (среди сторонников ЛДПР в Иваново) Егоров как бывший кандидат в депутаты и помощник депутата обладал некоторым авторитетом. Вместе с тем, ничто не указывает на то, чтобы он был авторитетным для читателей каналов, где писал вменяемые ему комментарии. Вероятнее всего, подавляющее большинство их ничего не знали о его общественно-политическом прошлом и воспринимали его как одного их многочисленных комментаторов. Очевидно, если бы Егоров рассчитывал использовать свой авторитет, он бы обращался к соответствующей аудитории и писал бы, например, в собственном Telegram-канале, а не в комментариях в чужих.
С точки зрения публичности комментарии в популярных каналах обладают некоторой спецификой: с одной стороны, формально их видит (или может увидеть) большое количество людей, с другой же стороны, именно в силу большого числа комментаторов аудитория каждого конкретного комментария едва ли велика, и даже такие резкие и провокационные комментарии, как те, что написал Егоров, быстро теряются в потоке аналогичных.
Обвинение по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ
Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности, то есть, в соответствии с Примечанием 2, совершения «хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 – 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361» УК РФ.
Напомним, что по этой статье квалифицированы следующие высказывания Егорова: «Смерть путину, смерть россиянам. Этим недолюдям не зачем жить»; «Китайцы хозяины россии… Смерть россиянам, смерть путину», «Чтобы потом <…> Смерть путину», «Слава Навальному земля пухом, смерть путину и рашистам», «Смерть путину плешивому педофилу, да массовым терактам на территории россии», «Чего? Что за бред ты написало, ты кусок путинского говна. В параши серия терактов проста необходима, смерть россиянам смерть путину», «Смерть россиянам, убивать всех без исключения на пол и возраст. Да здравствуют теракты по всей poSSии. Смерть путину».
В тексте приговора указано, что Никита Егоров обвиняется в публичных призывах к осуществлению террористической деятельности, а именно — к совершению деяния, предусмотренного ст. 277 УК РФ, т.е. к посягательству на жизнь государственного или общественного деятеля в целях прекращения его государственной или иной политической деятельности либо из мести за такую деятельность.
Примечательно, что никакие другие составы, предусмотренные ст. 205 УК РФ, не упоминаются ни в процитированной экспертизе, ни в выводах самого суда. По всей видимости, он счёл призывами к терроризму исключительно фразу «Смерть Путину», а не, например, «да массовым терактам на территории россии».
Со своей стороны, мы, анализируя содержание вменяемых постов, безусловно осуждаем формально содержащиеся в них призывы к массовым убийствам. Вместе с тем, на наш взгляд, эти высказывания имеют риторический, гиперболизированный характер, а умысел Егорова был направлен не на то, чтобы сподвигнуть читателей к насилию, а на эмоциональное выражение своей точки зрения в крайне эпатажной, провокационной форме.
При этом вменение ему призывов к посягательству на жизнь Владимира Путина в качестве преступления по ст. 205.2 УК РФ мы считаем неправомерным.
Как сказано выше, все вменяемые Егорову комментарии написаны в контексте войны, развязанной Россией против Украиной. В связи с этим, вероятнее всего, если считать их реальными призывами, то их адресатом являются Вооружённые силы Украины, тем более что физические лица (в том числе читатели каналов, где писал Егоров) едва ли имеют даже гипотетическую возможность посягательства на жизнь Владимира Путина.
При этом мы полагаем, что с точки зрения международного права Путин как действующий президент РФ является для ВСУ легитимной целью. В соответствии со ст. 87 Конституции РФ, «Президент Российской Федерации является Верховным Главнокомандующим Вооружёнными Силами Российской Федерации». Являясь главнокомандующим, он входит в состав Вооружённых Сил РФ, то есть в период вооружённого конфликта является лицом, принадлежащим к личному составу вооружённых сил страны, участвующим в военных действиях, которое применяет оружие и само может погибнуть от рук противника.
Помимо того, исследователи выделяют для определения легитимности цели (человека или объекта) с точки зрения международного права два основных критерия. Согласно первому, легитимная цель — это такая, которая по своей природе вносит эффективный вклад в военные действия.
Мы полагаем, что Владимир Путин как Верховный Главнокомандующий указанному критерию соответствует, внося эффективный вклад в военные действия, развязав их и руководя действиями Вооружённых сил РФ, вторгшихся на территорию Украины. Из этой логики исходил и Международный уголовный суд в Гааге, выдав 17 марта 2023 года ордер на арест Путина. Суд указал, что есть разумные основания полагать, что «Владимир Путин несёт уголовную ответственность за военное преступление геноцида за совершение деяний непосредственно, совместно с другими и/или через других (статья 25(3)(a) Римского статута)». Подсудность Путина Международному уголовному суду и признание МУС этого факта — ещё один из аргументов в пользу того, что Путин является участником военного конфликта, следовательно — законной целью для противоборствующей стороны.
Ещё один важный критерий легитимности цели с точки зрения Международного права — это значение разрушения, захвата или нейтрализации объекта для достижения явного военного преимущества перед противником в конкретной ситуации. Мы полагаем, что нейтрализация Путина как Верховного Главнокомандующего безусловно принесла бы Вооружённым силам Украины существенное военное преимущество, лишив Вооружённые силы РФ основного стимула для продолжения агрессии. При этом мы учитываем, что полномасштабная война была развязана Владимиром Путиным практически единолично, из его личных интересов и амбиций, и лишь впоследствии формально легитимизована решениями иных государственных органов. Есть веские основания полагать, что в случае нейтрализации Путина Вооружённые Силы и власти РФ будут деморализованы, политическая обстановка в РФ изменится, военные действия России против Украины вскоре после его ликвидации могут быть остановлены.
В таких обстоятельствах надо признать, что у ВСУ есть основания рассматривать Владимира Путина как легитимную цель и стремиться к его уничтожению в рамках осуществления законной в рамках международного гуманитарного права военной операции. Такое уничтожение, безусловно, было бы не актом терроризма, а законной военной операцией.
В этой связи, на наш взгляд, и слова Никиты Егорова не должны истолковываться в контексте ст. 277 УК РФ о посягательстве на жизнь государственного деятеля как призывы к терроризму.
Кроме того, анализируя такой критерий Рабатского плана, как вероятность реализации призыва, мы полагаем, что высказывания Егорова о Путине не повлекли и не могли повлечь за собой реальных последствий, поскольку, как уже было сказано, с большой долей вероятности «призыв» Егорова адресовался ВСУ, командование которых, очевидно, принимает решения о проведении тех или иных военных операций без учёта мнения блогера из Иваново. С нашей точки зрения, «призывы» Никиты Егорова, даже если было бы о них каким-либо образом стало известно бойцам и руководству ВСУ, ничего не добавили бы к их картине мира и не повлиял бы на их дальнейшие действия.
Современная российская власть старается репрессивными мерами оградить представителей власти от любых возможных форм критики, и одной из репрессивных форм является возбуждение уголовных дел по ст. 205.2 УК РФ. В первую очередь ей оберегается таким образом фигура первого лица страны, Владимира Путина, развязавшего агрессивную войну против Украины. Так, интерпретация символических слов о неотвратимости казни Путина в качестве реального призыва к терроризму присутствует в делах многих политзаключённых: активиста Михаила Кригера, опубликовавшего запись его выступления Анатолия Бурова, супругов-художников Анастасии Дюдяевой и Александра Доценко, умершего в колонии в феврале 2026 года, жителя Сыктывкара Юрия Орлова. Мы полагаем, что предъявление обвинений такого рода не основано на законе, а фактически направлено на сакрализацию образа Путина и защиту этого образа от «оскорбления величия».
Ст. 205.2 УК РФ фактически стала основным инструментом уголовных репрессий за высказывания, прежде всего, в Интернете, чему особенно способствует неопределённый характер используемых в ней формулировок. С её помощью правоохранительные органы могут привлечь к уголовной ответственности по обвинению в совершении тяжкого преступления любого, кто позволил себе неаккуратные комментарии. Согласно нашей базе данных, в 2022 году было возбуждено 106 политически мотивированных дел по этой статье (в том числе по совокупности с другими обвинениями), в 2023 — 170, в 2024 — 299, в 2025 году — 345, а за первые 9 месяцев 2026 года — 150, при этом данные за 2025 и особенно 2026 годы ещё неполны, поскольку о многих случаях уголовного преследования становится известным спустя значительный промежуток времени. Для сравнения, за десять лет с 2012 по 2021 год включительно зафиксировано лишь 77 таких дел.
Произвольный характер правоприменения этой статьи, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России.
Обвинение по ч. 2 ст. 280 УК РФ и общие выводы
По статье о призывах к экстремизму Егорову вменены более двух десятков комментариев, в которых суд усмотрел «утверждения, побуждение и обоснование необходимости осуществления действий, связанных с насилием, опасностью, причинением вреда, ущерба по отношению к группе лиц, объединённых по признакам национальности, территории проживания (русские, чеченцы), положительную оценку насильственных действий и негативную оценку Вооружённых Сил Российской Федерации».
Возвращаясь к критериям Рабатского теста, отметим, что с точки зрения содержания эти комментарии представляют собой поддержку Украины в её борьбе с агрессором, но вместе с тем, как и проанализированные выше, содержат оскорбления прежде всего в адрес русских/россиян/«русни», а также «чурок» (исходя из текста приговора мы предполагаем, что в удалённых фрагментах речь идёт о чеченцах) и, кроме того, призывы к насилию. Мы безусловно осуждаем подобные высказывания, хотя, как и в случае с предыдущей группой комментариев, считаем, что мотивом Егорова, вероятно, было не реально побудить читателей к убийствам, а эпатировать их, показать свою радикальную позицию, в гипертрофированной форме выразить свою поддержку сражающейся с агрессором Украине.
Вместе с тем, ряд комментариев Никиты Егорова позволяет предположить, что мужчина призывал убивать не вообще русских или россиян, а именно тех из них, кто причастен к агрессивной войне. Об этом говорит, в частности, написание в слове «русские» «ss» вместо «с», что намекает сходство с нацистами. В некоторых процитированных судом комментариях речь со всей очевидностью идёт именно о российских военнослужащих, воюющих в Украине. Такие лица являются комбатантами, и, следовательно, легитимной целью для украинских военнослужащих. Поэтому в случае упоминания именно российских военных, если автор обращается к военным украинским, рассуждения о возможности их убийства могли бы быть сочтены правомерными, поскольку речь бы шла о легитимных военных действиях.
В любом случае, оценивая высказывания Егорова с точки зрения ключевого критерия Рабатского плана — вероятности реализации вменяемых ему призывов — мы считаем, что такая вероятность невелика. Представляется, что подобные эмоциональные комментарии в сетевых дискуссиях приводят прежде всего к накручиванию эмоций автора и читателей, однако в силу описанных выше причин, а также утрированного и неконкретного содержания, едва ли могут сподвигнуть кого-либо к насилию.
В связи с этим мы считаем, что уголовное преследование Егорова связано не столько с предполагаемой опасностью его высказываний, сколько с тем, что они имели проукраинскую направленность.
При этом с начала полномасштабной войны риторика противоборствующих сторон в принципе закономерно радикализировалась. Язык войны, вражды и пропаганды в первую очередь насаждается во всех сферах жизни властью. Можно вспомнить немало высказываний пропагандистов, ярко отражающих господствующую на телеэкране и в других средствах массовой информации РФ точку зрения. До сих пор ничего не известно об уголовном преследовании известных деятелей, предлагавших топить украинских детей «прямо вот там, где “плыве кача”. Прям топить надо таких детей, прямо в Тисине…» (пропагандист Антон Красовский) и призывавших: «…давайте наконец-то перенаправим наши ракеты в центры принятия решений этой долбанной нацистской Европы» (пропагандист Владимир Соловьёв). Учитывая, что все эти высказывания распространялись на гораздо большую аудиторию, чем комментарии Егорова в «проукраинских» чатах, нам представляется, что его преследование носит очевидно избирательный характер.
Кроме того, не следует забывать, что если бы Россия не развязала войну против соседнего государства, то деяния, совершённые Никитой Егоровым, были бы просто невозможны. При этом власти обязывают россиян быть приверженными одной, преступной, стороне вооружённого конфликта просто по факту их гражданства, вне зависимости от своих политических взглядов, убеждений и эмоций. Мы полагаем, что в любом случае наказание в виде пятилетнего лишения свободы за комментарии, оставленные в Telegram-каналах, несоразмерно содеянному и служит целям устрашения российского общества.
Дело против Никиты Егорова — не первое из политически мотивированных дел, рассмотренных судьёй Вадимом Владимировичем Красновым. Ещё в декабре 2022 года он вынес приговор оппозиционной активистке из Краснодарского края Дарье Полюдовой «за создание экстремистского сообщества». По совокупности приговоров женщина была приговорена к 9 годам лишения свободы. 21 декабря 2023 года в составе коллегии 2-го Западного окружного военного суда этот судья приговорил к 10 годам лишения свободы 21-летнего Радика Макаева, обвинённого в намерении перейти границу и присоединиться к Легиону «Свобода России». 24 мая 2023 года коллегия под председательством Краснова приговорила к 6 годам лишения свободы гражданского активиста, пенсионера из Сыктывкара Андрея Ивашева за комментарии в Интернете. 6 ноября 2025 года Краснов приговорил к 14 годам лишения свободы 22-летнего жителя Калуги Андрея Епифанова по статьям о призывах к терроризму и о госизмене. Выносил судья Краснов и приговоры украинским военнопленным. Мы полагаем, что этот судья принимает решения, руководствуясь в первую очередь не требованиями закона, а политическим заказом репрессивных властей РФ. Это дополнительно указывает на политический характер преследования Никиты Егорова.
Поскольку в высказываниях Никиты Егорова содержатся прямые призывы к физическому насилию по национальному признаку, мы не можем, в силу п. b ст. 3.3 Руководства по определению понятия «политический заключённый», признать его политзаключённым, однако нам представляется очевидным политический мотив его преследования. Не одобряя ту форму ведения дискуссии и риторические приёмы, которые мужчина выбрал для выраженичя своей точки зрения, мы, тем не менее, полагаем, что его уголовное преследование — следствие его проукраинской позиции и неприятия российской агрессии, которое в здравом и демократическом обществе должно признаваться общественно поощряемым.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» находит, что уголовное дело против Никиты Егорова политически мотивировано, а также в значительной степени незаконно и направлено на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т. е. на упрочение и удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы до некоторой степени было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения и на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» требует освобождения Никиты Егорова и пересмотра его уголовного дела справедливым судом, в том числе с учётом применимых международно-правовых стандартов.
Включение человека в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона не означает ни согласия с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле
27 сентября 2024 года. IvanovoNews Житель Иванова осуждён за призывы к экстремизму и терроризму
Дата составления справки: 21.10.2026 г.
