Полевик (Лемеш) Антон Олегович родился 9 февраля 1985 года, житель Хабаровска. 11 июня 2025 года приговорён по ст. 275 УК РФ («Государственная измена»), ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 33, ст. 275 УК РФ («Подстрекательство к приготовлению к государственной измене»), ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ («Склонение к участию в террористической организации») и ч. 2 ст. 228 («Незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере») к 19 годам лишения свободы, из них первые 7 лет в тюрьме, остальные — в колонии строгого режима. 9 февраля 2026 года суд в апелляции изменил приговор с изменением квалификации, подробности переквалификации неизвестны, общий срок снижен до 18 лет 11 месяцев, из них первые 7 лет в тюрьме, остальные — в колонии строгого режима. Лишён свободы с 6 июля 2023 года.
Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает их признания политзаключёнными.
Информации о сути обвинений, выдвинутых против Антона Полевика, и собранных доказательствах его вины немного.
Как стало известно из разрозненных сообщений в СМИ, первоначально не указывавших даже имени обвиняемого, задержание Полевика произошло 6 июля 2023 года.
По версии следствия, Антон Полевик «высказывался против СВО, ругал ВС РФ» и уговаривал своего знакомого вступить в Легион «Свобода России».
Первоначально против мужчины возбудили уголовное дело о содействии террористической деятельности и отправили в СИЗО. Позже стало известно, что ему добавили обвинение в государственной измене и незаконном хранении наркотиков.
Первым новость о задержании Антона Полевика, вероятно, опубликовал Telegram-канал SHOT — новостной ресурс, предположительно имеющий общие источники информации с каналами Life и Mash. Это канал писал, что Антон Полевик — «бывший наркодилер из Хабаровска» и указывал, что «ранее он уже был судим за наркотики в крупном размере». Нам не удалось обнаружить уголовных дел по обвинению Антона Полевика или Антона Лемеша по статьям о распространении и хранении наркотиков, вынесенных до рассматриваемого уголовного дела. В 2018 году он был признан виновным в мелком хулиганстве, связанном с неповиновением сотрудникам полиции, в 2015 году в суд поступал протокол в его отношении также о мелком хулиганстве, однако судья вернул протокол должностному лицу в связи с существенными недостатками. В 2011 году Полевик привлекался по ст. 20.1 ч.1 КоАП РФ за то, что ругался нецензурной бранью. Таким образом, есть основания предполагать, что информация канала SHOT о судимости Полевика является недостоверной.
Однако обвинение по наркотической статье, хоть и без связи с их распространением, есть в числе инкриминированных ему в рамках текущего уголовного дела.
25 октября 2024 года дело Антона Полевика поступило в 1-й Восточный окружной военный суд со следующим набором обвинений: ст. 275 УК РФ («Государственная измена»), ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 33, ст. 275 УК РФ («Подстрекательство к приготовлению к государственной измене»), ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ («Склонение к участию в террористической организации») и ч. 2 ст. 228 («Незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере»).
Насколько можно судить из сообщений СМИ, все эти обвинения, кроме «наркотической» статьи связаны с Легионом «Свобода России» (ЛСР), к участию в котором Полевик якобы склонял своего знакомого. Каналы SHOT и Life также называют этого человека «приятелем» и «другом» обвиняемого и уточняют, что «склонял» его Полевик к участию в ЛСР чуть больше месяца. У нас нет информации о том, какие действительно были отношения между этими людьми и в чём выражались «подстрекательство» и «склонение».
11 июня 2025 года судья Кушев Владимир Евгеньевич приговорил Антона Полевика к 19 годам лишения свободы, из них первые 5 лет в тюрьме, остальные — в колонии строгого режима.
Уже после приговора появились некоторые подробности обстоятельств задержания Полевика и расследования его дела. Как сообщает сам осуждённый, его задержали 6 июля 2023 года по обвинению в содействии террористической деятельности (ст. 205.1 УК РФ), прочие обвинения появились в его деле позже.
Антон Полевик утверждает, что его задержали сотрудники УФСБ Хабаровска. «Во время задержания меня били и пытались сломать пальцы чтоб я разблокировал свой телефон. Во время обыска, задержали меня возле дома и там же отобрали 2 мобильных телефона, оперативник что меня задерживал, телефоны положил в жильё и в протоколе обыска указал их как изъятые в жилье, помимо телефонов был изъят кисет с табаком для трубок и флеш-карта со старого фотоаппарата».
Полевик сообщает, что в табаке, который был изъят у него при обыске, «экспертиза выявила содержание наркотика ЛСД, который вообще не курится, а принимается перорально». Во время следствия мужчина якобы настаивал на проведении анализов «на нахождение этого наркотика в организме» и на проведении дактилоскопической экспертизы свёртка с табаком, но ему было во всём этом отказано следователем.
Относительно других обвинений Антон Полевик заявляет, что они основаны на «показаниях свидетелей, агентов-провокаторов УФСБ РФ по ВВО». Также мужчина заявляет, что на протяжении всего досудебного следствия на него оказывалось давление: «ко мне применялись физические пытки, меня душили во время следственных действий сотрудники военного конвоя». Кроме того, он заявляет об угрозах «вплоть до физического устранения». Помимо прочего Антон Полевик рассказывает, что давление со стороны следствия сопровождалось давлением в СИЗО: «В СИЗО мне устроили “карусели” с переселением, за неполные два года меня незаконно 16 раз переводили из камеры в камеру, из камер куда меня заселяли сразу выносили телевизоры и холодильники, как итог 28 месяцев я содержусь без телевизора, радио и периодической печати, а крайние 8 месяцев в режиме одиночного содержания, незаконного».
Интересы Полевика в суде представляли адвокаты по назначению Кан Олег Иннокентьевич, Горбачев Евгений Юрьевич, Смульский Алексей Константинович. При этом мужчина сообщал в переписке, что «адвокат Кан О.И., не делал абсолютно ничего, на суде молчал, за неполный год появился в СИЗО 3 раза, а после приговора вообще пропал. Адвокатов мне меняли произвольно 2 раза, второй раз прямо на 1-м заседании, т.е. моё фундаментальное право на защиту беспрецедентно было нарушено неоднократно».
9 февраля 2026 года судья Апелляционного военного суда Панин Максим Александрович вынес постановление, которым обвинительный приговор был изменён с изменением квалификации в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона. Подробности переквалификации неизвестны, общий срок лишения свободы снижен до 18 лет 11 месяцев, из них первые 7 лет в тюрьме, остальные — в колонии строгого режима.
1 августа 2023 Антон Полевик был включён в Перечень террористов и экстремистов Росфинмониторинга с пометкой о причастности к терроризму. В Перечне также указывалось в скобках другое имя обвиняемого — Лемеш Антон Олегович.
Признаки политической мотивации
Мы не можем дать исчерпывающую оценку всем обвинениям, выдвинутым против Антона Полевика без доступа к материалам дела. Отсутствуют даже официальные релизы следствия, прокуратуры и суда. Мы можем ориентироваться при проведении нашего анализа лишь на обрывочную информацию из неофициальных источников и сообщения от самого Антона Полевика. Однако даже в таких условиях ряд обвинений, выдвинутых против него, представляется нам очевидно политически мотивированным.
Обвинение по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ
Как мы предполагаем, изначально выдвинутое против мужчины обвинение в содействии террористической деятельности в форме склонения к участию в террористической организации (ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ) его знакомого опирается на признание Легиона «Свобода России» террористической организацией в России. Это решение вынес 16 марта 2023 года судья Верховного суда РФ Олег Нефёдов по заявлению Генпрокурора России Игоря Краснова. Мы считаем это решение необоснованным и незаконным как по процессуальным, так и материальным (содержательным) основаниям.
Заседание по делу проходило в закрытом режиме, а решение суда не было официально опубликовано. При этом оно обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками:
Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ — «Склонение к участию в террористической организации», которая вменяется Антону Полевику. Признание Легиона террористической организацией влечёт за собой постоянный запрет на осуществление его деятельности как минимум на территории РФ (а сложившаяся правоприменительная практика распространяет этот запрет и за её пределы) и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью Легиона. Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с Легионом.
Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».
Сейчас мы можем провести анализ этого решения, опубликованного на сайте правозащитного проекта «Первый отдел» 4 апреля 2024 года, уже после предъявления обвинения Полевику. Обосновывая своё решение, судья Верховного Суда ссылается на ч. 2 ст. 24 Федерального закона «О противодействии терроризму», где указано: «Организация признаётся террористической и подлежит ликвидации (её деятельность — запрещению) по решению суда на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации или подчинённого ему прокурора в случае, если от имени или в интересах организации осуществляются организация, подготовка и совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 220, 221, 277-280, 282.1-282.3, 360 и 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в случае, если указанные действия осуществляет лицо, которое контролирует реализацию организацией её прав и обязанностей».
В качестве доказательств подготовки и совершения таких преступлений прокуратура приводит, а суд принимает как достоверную информацию о возбуждении следственными органами не менее 20 уголовных дел в отношении лиц, которых прокуратура и суд называют «участниками и сторонниками Легиона». О некоторых из этих дел до публикации решения было неизвестно. Перечислены и статьи, по которым возбуждались уголовные дела: ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма»), ст. 208 УК РФ («Организация незаконного вооружённого формирования или участие в нём») и ст. 275 УК РФ («Госизмена»).
Мы изучили большинство дел по ст. 275 УК РФ, которые упоминаются в решении Верховного Суда. Константина Середу, приговорили по ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ («Приготовление к государственной измене») к 4 годам колонии, антифашиста и спортивного инструктора Савелия Фролова и водителя Сергея Борисова по такому же обвинению — к 6 годам колонии, Евгения Никифорова и Петра Евграфова — к 6 годам 6 месяцам. Даниле Бердюгину помимо ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ была вменена ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ («Покушение на незаконное пересечение границы»), а срок наказания составил 6 лет. Наш проект признал Евграфова, Середу, Фролова, Борисова, Никифорова и Бердюгина политическими заключёнными. Кроме них в тексте решения упоминаются уголовные дела по статье о госизмене в отношении Ложкина А. П., Аринушкина М. Д. и Глухова Н. В. Мы полагаем целесообразным изучить все эти уголовные дела при наличии доступа к их материалам.
В любом случае преступления, предусмотренные ст. 275 УК РФ и ст. 322 УК РФ, не входят в приведённый выше список преступлений, причастность к которым даёт формальное основание для признания организации террористической.
Также в решении упоминаются дела, возбуждённые в различных регионах РФ против граждан, якобы готовившихся к вступлению в незаконное вооружённое формирование, каковым суды считают Легион (дела Басырова А. А., Улукшонова С. С., Белоусова К. А., Темирханова М. В., Скакалина А. А., Сбеглова М. С., Кузнецова Г. С., Охлопкова Н. С., Евграфова П. Н., Титаренко Н. Р., Колина С. И.) — эти дела были квалифицированы по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ («Приготовление к участию в вооружённом формировании, не предусмотренном федеральным законом, а также участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации»). Дело Евграфова было переквалифицировано со ст. 208 УК РФ на 275 УК РФ — о нём идёт речь выше. Из остальных перечисленных наш Проект на сегодняшний день изучил уголовные дела Кирилла Белоусова, Сергея Улукшонова, Николая Титаренко, Сергея Колина, Михаила Сбеглова, Артёма Скакалина и Артёма Басырова. Белоусова, Скакалина и Сбеглова, которые якобы хотели вступить в Легион «Свобода России», и Улукшонова, обвинённого в приготовлении к участию в «батальоне имени “Кастуся Калиновского” либо в легионе “Свобода России”», наш проект признал политическими заключёнными; мы считаем, что их преследование по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ необоснованно. Николай Титаренко преследовался по нескольким статьям, и его обвинение по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ мы также считаем необоснованным. Это же относится и к Артёму Басырову, который незадолго до окончания срока отбывания наказания по этому обвинению был осуждён ещё по нескольким статьям УК РФ. Сергей Колин по решению суда был отправлен на принудительное психиатрическое лечение. В его деле нами также выявлены признаки политической мотивации и нарушения закона. Обвинения в отношении других упомянутых граждан мы сможем оценить со временем, получив доступ к информации об этих делах.
Однако, безотносительно к конкретным обстоятельствам указанных дел, обвинения по ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации») в связи с участием или намерением участвовать в Легионе «Свобода России» неправомерны, поскольку это подразделение не является вооружённым формированием, не предусмотренным законодательством Украины.
Легион «Свобода России» подчиняется Министерству обороны Украины и входит в состав Интернационального легиона Главного управления разведки (ГУР). В доступных нам материалах ряда уголовных дел имеются справки Главного управления Генерального штаба ВС РФ о том, что это воинское формирование включено в структуру Интернационального легиона обороны Украины ВСУ.
Таким образом, список лиц, на уголовных делах по ст. 275 УК РФ и 208 УК РФ в отношении которых основан вывод суда о террористическом характере деятельности Легиона, в реальности не даёт оснований для подобного вывода.
Как следовало из материалов дела по признанию формирования террористической организацией, Легион «Свобода России» был создан в марте 2022 года «по указанию президента Украины Владимира Зеленского» для вербовки добровольцев из числа граждан России с целью их участия в боевых действиях на стороне Вооружённых Сил Украины, а в дальнейшем для «совершения террористических актов на территории России и свержения центральной власти». В то же время, о конкретных террористических актах, совершённых бойцами этого подразделения, в том числе на территории России, ничего неизвестно, решение Верховного суда РФ не ссылается на такие уголовные дела.
Также, как мы видим, обоснованием для решения о признании Легиона «Свобода России» террористической организацией стали факты вероятных (по ряду известных случаев — недоказанных) попыток граждан присоединиться к Легиону, а также распространить его информационные материалы, что само по себе противоречит как логике, так и элементарному здравому смыслу. В качестве примера подобного обвинения по статье ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма») судья Олег Нефёдов приводит дело осуждённого Александрова С. М., который в Telegram-канале «Тюркский мир и его соседи» «с целью пропаганды террористической деятельности не предусмотренного законодательством Российской Федерации и иного государства вооружённого формирования “Легион Свобода России” <…> разместил для ознакомления и просмотра информацию о деятельности вооружённого формирования “Легион Свобода России”».
Фактически одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. В связи со всем вышесказанным мы полагаем, что решение Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2023 года № АКПИ23-101С о признании украинского военизированного объединения Легион «Свобода России» террористической организацией является незаконным и необоснованным.
Контекстом деятельности Легиона «Свобода России» является преступная война, развязанная Россией против Украины и осуждённая мировым сообществом и многочисленными международными организациями.
Как указывалось выше и не отрицается российской стороной, Легион «Свобода России» был создан и действует в составе единой структуры Вооружённых Сил Украины, подчиняясь единому командованию. Тем самым Легион, будучи частью вооружённых сил конфликта, не может быть признан террористической организацией лишь в связи с участием в этом конфликте.
В случае, если бы представитель Легиона был взят в плен и обвинялся по террористической статье на основании вышеупомянутого решения, такое обвинение противоречило бы положениям Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными, прямо запрещающей преследовать комбатантов за сам факт участия в вооружённом конфликте на одной из сторон, а именно — за выполнение своего воинского долга.
Как подчёркивает представительница Управления Верховного комиссара ООН по правам человека Равина Шамдасани, согласно международному праву лица, имеющие статус военнопленного, обладают иммунитетом и не могут быть привлечены к ответственности за участие в военных действиях в ходе вооружённого конфликта. Их также не должны судить за «законные действия, совершённые в условиях конфликта, даже если такие действия могут считаться преступлением в соответствии с местными законами».
Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).
Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не предполагает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях. В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальными законами.
При этом в материалах ряда последующих уголовных дел имеются сведения о заочном вступлении в Легион «Свобода России» граждан РФ, находившихся на территории России. Мы уверены, что даже если в каких-то из этих случаев действия обвиняемых и могут рассматриваться в качестве декларации вступления в некое объединение, речь не идёт о подразделении ВСУ, которое фактически и было объявлено террористической организацией Верховным судом России. Мы исходим из того, что вступление в официальную армейскую структуру происходит по определённой регламентированной процедуре (вероятнее всего, требующей личного присутствия и подписи), а никак не посредством переписки в мессенджерах. При этом даже если какие-то лица присоединялись к структурам, аффилированным с Легионом «Свобода России», в силу незаконности и необоснованности этого решения ВС РФ их действия не могут рассматриваться как участие в деятельности террористической организации в смысле ст. 205.5 УК РФ.
Обвинения по ст. 275 УК РФ
Основываясь на имеющейся в нашем распоряжении скудной информации мы можем только предполагать, что основанием для обвинений Антона Полевика по ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 33, ст. 275 УК РФ («Подстрекательство к приготовлению к государственной измене») стала всё та же попытка склонить знакомого к участию в Легионе «Свобода России», по крайней мере, именно это утверждается в СМИ. Также вероятно, что обвинение по ст. 275 УК РФ («Государственная измена») также связано с ЛСР, при этом ничего не сообщалось о том, что Антон Полевик собирал и передавал какие-то сведения, составляющие государственную тайну, или оказывал Легиону финансовую помощь. Можно предположить, что одни и те же действия Полевика по «склонению» знакомого к участию в ЛСР сочтены обвинением также и оказанием «иной помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации или их представителям в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации».
Мы неоднократно анализировали обвинения, выдвигаемые против граждан, имевших намерение присоединиться к Легиону «Свобода России», сразу по двум статьям уголовного кодекса — как участие или приготовление к участию в террористической организации и как государственную измену. При этом мы указываем на невозможность одновременного преследования по ст. 275 УК РФ и 205.5 УК РФ в силу принципиально разного понимания статуса ЛСР составами этих преступлений.
Если обвинение считает Легион «Свобода России» террористической организацией и квалифицирует действия Антона Полевика по склонению своего знакомого к участию в ней по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ — «склонение к участию в террористической организации», то квалифицировать те же действия по ч. 1 ст. 30, ч. 4 ст. 33, ст. 275 УК РФ как «подстрекательство к приготовлению к государственной измене» нельзя. И наоборот, если ему вменено «подстрекательство к приготовлению к государственной измене», значит, Легион рассматривается обвинением не как террористическая организация, а как часть вооружённых сил Украины. Таким образом, одновременная квалификация этого деяния в соответствии с ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ и ст. 30, ч. 4 ст. 33, ст. 275 УК РФ невозможна.
При этом, согласно ст. 16 Женевской Конвенции III, с учётом положений Конвенции, касающихся звания и пола, «держащая в плену держава должна со всеми военнопленными обращаться одинаково, без какой-либо дискриминации по причинам расы, национальности, вероисповедания, политических убеждений и всем другим причинам, основанным на аналогичных критериях».
Этот принцип запрета дискриминации относится и к критерию гражданства. Так, статья 4 Женевской Конвенции III закрепляет перечень категорий лиц, которые могут считаться военнопленными в случае попадания во власть неприятеля. Требований к гражданству пленённых лиц эта норма не устанавливает. Сама по себе принадлежность таких лиц к личному составу вооружённых сил стороны конфликта, включая личный состав добровольческих отрядов, даёт основания для того, чтобы рассматривать их как военнопленных.
Хотя позиции судебных органов разных стран по этому вопросу не полностью однозначны, мы полагаем, что, особенно применительно к конкретной войне, агрессивной со стороны Российской Федерации и правомерной со стороны защищающейся от агрессии Украины, можно обоснованно сделать вывод о том, что военнослужащие Легиона «Свобода России» (который, как было обосновано выше, легально существует в качестве подразделения вооружённых сил Украины), независимо от гражданства, оказавшись в плену, не подлежали бы ответственности за сам факт участия в боевых действиях.
Очевидно, что наказание за склонение к деянию, которое, будучи завершённым, не должно было бы рассматриваться как преступление, не отвечает принципу справедливости и вообще здравому смыслу. Тем более не может быть криминализовано «подстрекательство» к такому приготовлению, эта правовая конструкция выглядит просто абсурдно.
Также совершенно избыточным выглядит обвинение Антона Полевика за те же действия по ст. 275 УК РФ («Государственная измена»).
С момента начала полномасштабного вторжения РФ в Украину мы наблюдаем тенденцию к резкому росту количества дел о госизмене, а наказания назначаются всё более суровые. За последние четыре года наблюдается устойчивая тенденция к резкому росту количества дел о госизмене и смежных с ней по составам преступлениях. Согласно данным правозащитного проекта «Первый отдел», к 10 декабря 2025 года общее число фигурантов дел по статьям 275 (госизмена), 276 (шпионаж), 275.1 (конфиденциальное сотрудничество с иностранцами) и 276.1 УК РФ (оказание помощи противнику иностранным гражданином или лицом без гражданства) составило не менее 1627 человек (в 2024 году их было около тысячи), из которых 1431 человек (88 %) стали жертвами уголовного преследования уже после начала полномасштабной войны России против Украины.
2025 год стал рекордным по числу приговоров по этим статьям — на 20 декабря было известно о приговорах 468 людям, при этом ещё не менее 420 находились под следствием, а материалы дел 179 человек уже поступили в суды. C учётом задержек в публикации судебных решений итоговая цифра за 2025 год, вероятно, приблизится к 500 осуждённым, что означает рост не менее чем на 30 % по отношению к 2024 году (385 осуждённых), тогда как ещё в 2023 году их было всего 37.
При этом российское государство не раскрывает полную статистику по делам этой категории, поэтому реальное число уголовных дел, обвиняемых и приговоров может быть выше.
За время войны по ст. 275 УК РФ, как, впрочем, и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. В 2024 году медианный срок назначенного наказания составлял 12 лет, в 2025 году этот показатель вырос до 15 лет. В 2025 году впервые в практике применения ст. 275 и ст. 276 УК РФ были провозглашены четыре приговора с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы за государственную измену и шпионаж. Значительно изменилась и практика применения этих статей — в подавляющем большинстве случаев обвинения предъявляются людям, не имевшим доступа к государственной тайне. Основаниями для обвинений становятся контакты с провокаторами, пожертвования, зачастую речь идёт не об оконченном преступлении, а лишь о предполагаемом намерении. Параллельно усиливается институциональный контроль ФСБ — с 2026 года следственные изоляторы центрального подчинения переданы в ведение этой спецслужбы, что фактически концентрирует в одном ведомстве следствие, оперативную работу и содержание под стражей обвиняемых по делам о «государственной безопасности».
Столь значительные расширение и ужесточение практики применения уголовной статьи о государственной измене сами по себе дают весомые основания предполагать политически мотивированные злоупотребления и высокий риск произвольного характера применения этих норм. Согласно выводам в исследовании «Первого отдела», «анализ доступных судебных материалов показывает, что эти дела носят устойчиво политически мотивированный характер и используются как инструмент подавления антивоенных настроений и устрашения общества» и «как один из ключевых механизмов политического контроля и подавления инакомыслия в условиях войны».
Другие обстоятельства
Антон Полевик через некоторое время после вынесения приговора смог сообщить об оказанном на него давлении во время следственных действий, как со стороны оперативных сотрудников, так и в СИЗО. По словам мужчины, он неоднократно жаловался на ухудшение здоровья во время содержания, «связанного с переломом позвоночника и межпозвоночными грыжами». Он заявляет: «мед помощь мне объективно не оказывается, а состояние ухудшается, постоянные боли, онемение стоп и обширные отёки обеих ног игнорируются и начальником СИЗО и мед. персоналом, что является истязаниями и пытками». По его словам, жалобы в ОНК, а также иски в суд на СИЗО не были отправлены. В ответ на попытки направить жалобы Полевика, по его словам, постоянно отправляли в карцер.
Кроме жалоб на давление и пытки Антон Полевик передал из места заключения свою версию причин произошедшего с ним: «Проведя анализ всех злоключений со мной я нашёл ответ почему это всё происходит в том, что какое-то время назад, в 2021 году, я был в любовной связи с девушкой и как оказалось, я об этом изначально не знал, она является женой высокопоставленного ФСБшника и именно этот отдел ФСБ занимался моим делом, и именно этого отдела ФСБ агенты занимались провокацией в отношении меня. Моё дело незаконно засекретили чтоб этот фарс не распространился в массах».
Мы полагаем, что все заявления Антона Полевика должны быть проверены.
При этом, в отсутствии доступа к материалам дела, мы всё же не можем с полной уверенностью утверждать, что основанием для преследования Полевика по статье о госизмене и подстрекательству к ней стали именно те же действия, что легли в основу обвинений по ч. 1.1 ст. 205.1 УК РФ, мы лишь констатируем, что в доступных публикациях нет иной информации.
Также нам неизвестно, какие доказательства были собраны и представлены в суд в части обвинения по ч. 2 ст. 228 («Незаконное хранение без цели сбыта наркотических средств в крупном размере»). Если информация об отказе следствия провести анализы, а также дактилоскопическую экспертизу, которая могла бы доказать принадлежность изъятого вещества Полевику, верна, это вызывает объективные сомнения в доказанности вины осуждённого.
Подводя итог, подчеркнём, что обстоятельства дела и выдвинутые обвинения указывают на наличие политического мотива в преследовании Антона Полевика. Вместе с тем, не имея подробных сведений о деле и доказательствах обвинения, мы не можем в настоящий момент признать его политическим заключённым и вернёмся к рассмотрению этого вопроса при получении новой информации по делу.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», находит, что уголовное преследование Антона Полевика имеет признаки незаконности и политической мотивации и в значительной степени направлено на устрашение противников агрессивной войны РФ в Украине. Суровый приговор в виде 19 лет лишения свободы не соответствует предполагаемой общественной опасности его действий, уголовное преследование и лишение свободы нарушает его право справедливое судебное разбирательство и иные права и свободы, гарантированные Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Мы требуем пересмотра дела Антона Полевика справедливым судом.
Включение людей в список лиц, подвергающихся уголовному преследованию, в котором с большой вероятностью присутствуют признаки политической мотивации и серьёзного нарушения закона, не означает ни согласия с их взглядами и высказываниями, ни одобрения их высказываний или действий.
Публикации в СМИ:
6 июля 2023 года. LIFE. В Хабаровске задержали горе-вербовщика, призывавшего друга воевать против России
Дата составления справки: 14.04.2026 г.
