Полное описание
Юрия Рудого задержали 6 августа 2025 года в городе Сочи Краснодарского края. При задержании у мужчины изъяли мобильный телефон. Согласно протоколу осмотра устройства, позднее представленному в суд по уголовному делу, в телефоне было установлено приложение Telegram, где Рудой был зарегистрирован под ником «Mogam Mogam». Оперативные сотрудники обнаружили в Telegram подписки Рудого на каналы «NEXTA Live», «STERNENKO», «НЕВЗОРОВ» и другие. Также было найдено приложение «Trust Wallet», предназначенное для конвертации и переводов криптовалюты.
Сразу после задержания в Центральном отделе УВД по Сочи на Рудого составили протокол об административном правонарушении по статье о публичном демонстрировании экстремистской символики (ч. 1 ст. 20.3 КоАП РФ). Согласно рапортам сотрудников ЦПЭ ГУ МВД России по Краснодарскому краю, Рудой в группе одного из мессенджеров «разместил и по настоящее время демонстрирует» комментарий, который «публично демонстрирует высказывание, являющееся установленной атрибутикой приветствия экстремистских организаций». Что именно разместил мужчина, неизвестно.
7 августа 2025 года судья Центрального районного суда Сочи Краснодарского края Макарова Екатерина Алексеевна назначила Рудому 13 суток административного ареста.
19 августа, сразу после окончания срока ареста, Рудого задержали уже по уголовному обвинению. 21 августа 2025 года Центральный районный суд Сочи поместил фигуранта дела по ходатайству следствия под стражу.
Первоначально Юрию Рудому были предъявлены обвинения по статьям о публичных призывах к осуществлению террористической (ч. 2 ст. 205.2 УК РФ) и экстремистской (ч. 2 ст. 280 УК РФ) деятельности в Интернете в связи с его комментариями в Telegram. Позднее в деле добавилось обвинение в госизмене (ст. 275 УК РФ) в связи с несколькими переводами в криптовалюте в фонды «Вернись живым» и «Сообщество Стерненко», оказывающие поддержку ВСУ.
Пока Рудой находился под арестом по уголовному делу, на него был составлен ещё один протокол по административной статье о дискредитации армии (ч. 1 ст. 20.3.3. КоАП РФ) за комментарий в мессенджере. 13 октября 2025 года судья того же Центрального районного суда Сочи Мартыненко Сергей Александрович признал его виновным и назначил Рудому штраф 30 тысяч рублей. Какой именно комментарий и где оставил мужчина, в опубликованном постановлении суда не сообщается.
Основанием для обвинений Юрия Рудого по статьям 205.2 УК РФ и 280 УК РФ послужили его высказывания в мессенджере Telegram.
Во-первых, Рудому инкриминирован комментарий от 13 марта 2025 года в Telegram-канале «НЕВЗОРОВ» под новостной публикацией о посещении Путиным военного штаба в Курской области. Высказывание Рудого в приговоре описано следующим образом: «начинающийся со слов «Сдохни уже…» и заканчивающийся словами «…Запустите туда дрон.»».
Согласно выводам эксперта от 19 сентября 2025 г. № 2543/Л, в текстовой записи «имеется высказывание, выражающее побуждение (призыв) к совершению действий, направленных на посягательство на жизнь государственного деятеля — Президента РФ».
Опираясь на это заключение, суд пришёл к выводу, что в высказывании содержался публичный призыв к совершению преступления, предусмотренного ст. 277 УК РФ («Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля»), что и было квалифицировано судом по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ — призывы к терроризму.
Во-вторых, Рудому вменён комментарий от 24 мая 2025 года в Telegram-канале «NEXTA Live» под публикацией с видеозаписью и текстом о переговорах в Стамбуле. Текст комментария согласно приговору: «Украинцы (нецензурное выражение) оккупантов, (нецензурное выражение) русню, они не люди».
Заключение эксперта от 16 сентября 2025 года № 17/7-112э установило, что указанная фраза содержит призыв, обращённый к «группе лиц, объединённых по признакам расы, национальности, языка, происхождения (украинцам) к совершению враждебных (насильственных) действий в отношении представителей группы лиц, объединённых по признакам расы, национальности, языка, происхождения (русских)».
Суд пришёл к выводу, что этот комментарий Рудого содержит публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности (ч. 2 ст. 280 УК РФ).
Основанием для обвинения по статье о госизмене (ст. 275 УК РФ) стали пять переводов в криптовалюте, которые Рудой осуществил со своего виртуального кошелька в приложении «Trust Wallet» в период с февраля по июнь 2025 года.
Следствием выявлены следующие переводы: 7 февраля 2025 года на сумму 0,00929283 ETH (2 361 рубль) фонду «Вернись живым»; 3 мая 2025 года — 0,003 ETH (447 рублей) в «Сообщество Стерненко» (кошелёк «sternenko.etn»); 10 мая 2025 года — 0,003 ETH (619 рублей) в «Сообщество Стерненко»;14 мая 2025 года — 0,006 ETH (1 259 рублей) фонду «Вернись живым»; 30 мая 2025 года — 0,002 ETH (392 рубля) в «Сообщество Стерненко». Общая сумма всех переводов в рублёвом эквиваленте составила 5 078 рублей.
Суд изучил открытые источники, сайты организаций, куда переводил деньги Юрий Рудой, а также Официальное сообщение ФСБ России от 28 октября 2025 г. № 2/12-6976, которое утверждало, что указанные криптокошельки используются «Сообществом Стерненко» и фондом «Вернись живым» для «финансирования ВСУ, при этом ВСУ нацелены на тотальное противодействие всеми имеющимися силами и средствами проведению Вооружёнными Силами РФ СВО по демилитаризации и денацификации Украины».
Исходя из этого, суд пришёл к выводу, что своими переводами Рудой оказал финансовую помощь этим иностранным организациям в их деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, то есть совершил преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ — государственная измена.
В качестве доказательства вины Юрия Рудого в основу приговора были положены его собственные показания на предварительном следствии, где он, как утверждается в приговоре, сообщил, «что с момента начала СВО он стал придерживаться антироссийских и проукраинских взглядов, отрицательно относится к представителям органов государственной власти России, сотрудникам правоохранительных органов, а также к Президенту РФ Путину В.В., с отвращением относится к людям, поддерживающим СВО». Также, кроме указанных выше экспертиз и показаний обвиняемого, в основу приговора положены показания свидетелей, прочитавших в Telegram высказывание Рудого, призывавшего к «убийству главы государства путём запуска дрона», протоколы осмотров каналов «NEXTA Live» и «Невзоров», протокол осмотра телефона Рудого и справки ФСБ.
Юрий Рудой в зале суда вину признал частично. Так, он согласился с обвинением по статье о призывах к терроризму и подтвердил, что писал комментарий 13 марта 2025 года с призывом к посягательству на жизнь президента РФ. По статье о призывах к экстремизму Рудой вину не признал. Он подтвердил своё авторство комментария от 24 мая 2025 года, но утверждал, что он не содержал призывов к экстремизму, а являлся лишь выражением его личного мнения о лицах, «оккупировавших часть территории Украины». Также Рудой не признал вину по статье о госизмене. Он подтвердил сам факт осуществления пяти переводов криптовалюты, однако утверждал, что направлял средства исключительно на гуманитарные цели — для помощи вынужденным переселенцам и мирным жителям Украины, пострадавшим от «СВО». Он заявил, что не знал и не мог знать, на что конкретно были потрачены перечисленные им деньги.
Защита представила в суд в качестве доказательства невиновности Рудого сведения из открытых источников, согласно которым благотворительный фонд «Вернись живым» оказывал помощь волонтёрским и общественным организациям, занимающимся эвакуацией населения из зон боевых действий. Однако суд отверг эти доказательства, указав, что «под видом благотворительной деятельности вышеуказанная организация занимались обеспечением ВСУ, в том числе ударными дронами».
Суд учёл в качестве смягчающих вину обстоятельств активное способствование расследованию преступлений, привлечение к уголовной ответственности впервые, положительные характеристики и наличие родителей пенсионного возраста, страдающих хроническими заболеваниями. В качестве отягчающих вину обстоятельств — совершение преступлений в период частичной мобилизации и оказание финансовой помощи иностранным организациям в условиях проведения «СВО» что представляет повышенную общественную опасность.
Уголовное дело Юрия Рудого поступило в Южный окружной военный суд 9 июня 2026 года. Дело рассматривал судья Браславцев Сергей Владимирович. 24 августа 2026 года он признал Юрия Рудого виновным по всем статьям и назначил наказание:
- по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению террористической деятельности») — 5 лет 6 месяцев лишения свободы;
- по ч. 2 ст. 280 УК РФ («Публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности») — 3 года лишения свободы;
- по ст. 275 УК РФ («Государственная измена») — 13 лет лишения свободы.
Итоговое наказание по совокупности преступлений путём частичного сложения наказаний составило 15 лет лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии строгого режима с ограничением свободы на срок 2 года и с лишением права администрировать сайты на срок 3 года.
Защита обжаловала приговор в Апелляционный военный суд, дата рассмотрения пока не назначена.
Обвинение в суде представляли прокуроры Краснодарского края Епанчинцев Анатолий Анатольевич и Неклесов Владислав Сергеевич.
Защиту Юрия Рудого осуществлял адвокат Эльдаров Эльдар Бисланович.
Основания признания политзаключённым
Контекст уголовного преследования
Все выдвинутые против Юрия Рудого обвинения связаны с войной России в Украине, и их необходимо рассматривать в этом контексте.
24 февраля 2022 года РФ совершила полномасштабное нападение на Украину. 2 марта 2022 года Генеральная Ассамблея ООН своей резолюцией констатировала, что война Российской Федерации против Украины нарушает п. 4 ст. 2 Устава ООН и является применением государством вооружённой силы против суверенитета, территориальной неприкосновенности или политической независимости другого государства, то есть агрессией. Резолюция требует, чтобы Российская Федерация немедленно прекратила применение силы против Украины, а также полностью и безоговорочно вывела все свои вооружённые силы с территории Украины в её международно признанных границах.
В 1946 году Международный военный трибунал постановил, что агрессия является «высшим международным преступлением». Ст. 51 Устава ООН подтверждает «неотъемлемое право на индивидуальную или коллективную самооборону, если произойдёт вооружённое нападение» на независимое государство. Таким образом, с точки зрения международного права агрессия РФ против Украины незаконна и преступна, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы.
Ст. 15 Конституции России устанавливает, что «общепризнанные принципы и нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы. Если международным договором Российской Федерации установлены иные правила, чем предусмотренные законом, то применяются правила международного договора».
Таким образом, оказание помощи Украине являются правомерным с точки зрения международного, а значит, и российского права и не может быть основанием для уголовного преследования.
Обвинение по статье о призывах к терроризму
Согласно п. 18 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 9 февраля 2012 N 1 (ред. от 3 ноября 2016), под публичными призывами к осуществлению террористической деятельности в ст. 205.2 УК РФ следует понимать выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению террористической деятельности. В соответствии с Примечанием 2 к ст. 205.2 УК РФ под этой деятельностью понимается «совершение хотя бы одного из преступлений, предусмотренных статьями 205 — 206, 208, 211, 220, 221, 277, 278, 279, 360, 361» УК.
Основанием для обвинения Рудого по ч. 2 ст. 205.2 УК РФ стал комментарий под новостной заметкой в Telegram-канале «НЕВЗОРОВ», посвящённой визиту Путина в военный штаб в Курской области. Такая заметка, размещённая 12 марта 2025 года в 21:53 и начинающаяся словами «Путин частично всосал хомячьи щеки, напялил камуфляж и сделал первое дефиле в образе Верховного Орка…», действительно имеется в канале «НЕВЗОРОВ». Она подписана самим автором канала и имеет острый сатирический характер, свойственный его публикациям. Заметка сопровождается официальным видео, демонстрирующим прибытие Путина в сопровождении начальника Генерального штаба ВС РФ Герасимова в военный штаб. По состоянию на 3 октября 2026 года комментариев под заметкой нет — возможно, они были удалены.
В приговоре сообщаются только фрагменты комментария Рудого: «Сдохни уже… Запустите туда дрон». Однако, если судить по описаниям сути обвинения и подготовленной следствием экспертизы, именно эти фрагменты отражают его суть — Рудой якобы призывал к убийству главы государства путём запуска дрона, то есть к совершению преступления, предусмотренного ст. 277 УК РФ («Посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля»).
Обвинение утверждает, что свой призыв Рудой адресовал широкому (неопределённому) кругу лиц — пользователям Интернета, которых он и призывал к террористическим действиям — убить Путина дроном. Мы не можем согласиться с такой оценкой.
Мы полагаем, что первая часть комментария «Сдохни уже…» является, скорее, эмоциональным высказыванием, выражающем крайне негативное отношение Рудого к Путину как к человеку, ответственному за развязывание войны. В своих показаниях Рудой говорит об этом отрицательном отношении к Путину и отвращении ко всем, «поддерживающим СВО».
Вторая часть комментария, «Запустите туда дрон», теоретически, могла бы быть адресована украинским военным, которые имеют реальную возможность нападения на военный штаб противника с применением различных вооружений, включая дроны. При этом нельзя утверждать, что это восклицание Рудого является именно призывом. Стоит учитывать, что если среди читателей канала «НЕВЗОРОВ» и есть украинские военные, определяющие цели для ударов ВСУ (что маловероятно), они, очевидно, не ориентируются при их выборе на пожелания комментаторов Telegram-канала. Юрий Рудой, высказывая свои пожелания «сдохни», «запустите», не имел оснований рассчитывать, что их кто-то станет исполнять. При этом удары по военным штабам противника в ходе войны являются эпизодами боевых действий, и нет никаких оснований рассматривать подобный удар как теракт. Соответственно, и выражение в этом контексте желания осуществления такого события или даже призывы к нему не являются одобрением терроризма или призывами к терроризму.
Отметим также, что обвинение в призывах к терроризму в виде убийства главы государства за пожелания смерти Путину, высказанные в самых разных формах, встречается в российских судах всё чаще. При этом во всех проанализированных нами делах такого рода осуждённые по ст. 205.2 УК РФ в своих высказываниях образно выражают таким образом своё крайнее неприятие личности Путина, а также зачастую дают символическую оценку действий человека, ответственного за развязывание кровопролитной войны, как военного преступника, который должен быть осуждён по приговору суда и казнён, как, например, были казнены руководители Третьего Рейха. В случае Юрия Рудого речь идёт о пожелании ему гибели в ходе им же начатой войны.
Интерпретация символических высказываний с пожеланием смерти Путину или о необходимости его наказания в качестве реального призыва к терроризму присутствует и в делах таких политзаключённых, как активист Михаил Кригер, опубликовавший запись его выступления Анатолий Буров, супруги-художники Анастасия Дюдяева и Александр Доценко (умерший в заключении в феврале 2026 года), житель Сыктывкара Юрий Орлов. Житель Челябинска Александр Мелихов был приговорён к 5 годам 6 месяцам заключения за один лишь комментарий «Смерть Путину!». Мы полагаем, что предъявление обвинений такого рода не основано на законе, а фактически направлено на сакрализацию образа Путина и защиту этого образа от «оскорбления величия».
Апофеозом этого абсурда можно посчитать дело, возбуждённое по ст. 205.2 УК РФ в 2025 году против жителя Камчатки Алексея Петрова. Ещё 13 августа 2020 года на своей странице в Facebook он опубликовал ссылку на статью издания «Фонтанка» о российской вакцине против COVID-19, сопроводив её словами «СКОРО В КАЖДОМ ДВОРЕ. Введите уже эту вакцину кремлёвскому Кащею, пусть хоть вирус его заберёт». В январе 2025 года против него возбудили уголовное дело: эксперты по итогам психолого-политолого-лингвистического исследования пришли к выводу, что в публикации «содержатся призывы к посягательству на жизнь государственного деятеля — Президента Российской Федерации Путина В.В. для прекращения его государственной и иной политической деятельности», то есть к терроризму.
В связи со всем вышеизложенным мы считаем обвинение Юрия Рудого по статье о призывах к терроризму необоснованным.
Обвинение по статье о призывах к экстремизму
Основанием для преследования Рудого по ч. 2 ст. 280 УК РФ стал комментарий в Telegram-канале «NEXTA Live» под публикацией с видеозаписью и текстом о переговорах в Стамбуле. Заметка с заголовком «Трэш, цинизм и аморальные заявления: шокирующие подробности переговоров в Стамбуле» размещена в канале 24 мая 2025 года. В настоящий момент комментариев под ней нет. Видео представляет собой интервью на украинском языке замглавы украинского МИД Сергея Кислицы, а текст — его краткий пересказ на русском языке.
Юрий Рудой написал под этой новостью: «Украинцы (нецензурное выражение) оккупантов, (нецензурное выражение) русню, они не люди». Мы предполагаем, что первым изъятым выражением является нецензурный глагол, подразумевающий нанесение ударов по оккупантам, а вторым — нецензурная негативная характеристика этих оккупантов, «русни».
Согласно экспертизе, Рудой обращался к «группе лиц, объединённых по признакам расы, национальности, языка, происхождения (украинцам)». А призывал он их «к совершению враждебных (насильственных) действий в отношении представителей группы лиц, объединённых по признакам расы, национальности, языка, происхождения (русских)».
Мы полагаем, что такая трактовка совершенно искажает смысл сказанного Рудым. Он не призывал к насильственным действиям по отношению ко всем русским. Экспертом упущена существенная характеристика группы, о которой говорит Юрий Рудой, значительно её сужающая — «оккупанты». Согласно Большому толковому словарю русских существительных, оккупант — «человек, который находится на военной службе и в ходе боевых действий оказывается в составе захватнической армии на территории какого-нибудь государства».
Рудой совершенно ясно, в самом начале своего комментария, даёт определение группе, «бить» которых он призывает украинцев — это именно оккупанты. Таким образом, Рудой говорит вовсе не обо всех «представителях группы лиц, объединённых по признакам расы, национальности, языка, происхождения (русских)», а о военнослужащих захватнической армии. Здесь необходимо вернуться к контексту, описанному нами в начале второй части справки — контексту агрессивной войны, развязанной РФ против Украины, и оккупации существенной части её территории. С учётом контекста нет сомнений, что, как и в первом разобранном комментарии, речь идёт о ходе военных действий, а вовсе не о каком-то экстремизме, к которому якобы Рудой призывает украинцев.
Федеральный закон от 25 июля 2002 г. № 114-ФЗ «О противодействии экстремистской деятельности» под такой деятельностью понимает, в том числе, направленную на «насильственное изменение основ конституционного строя и (или) нарушение территориальной целостности Российской Федерации <…> возбуждение социальной, расовой, национальной или религиозной розни <…> пропаганда исключительности, превосходства либо неполноценности человека по признаку его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии <…> нарушение прав, свобод и законных интересов человека и гражданина в зависимости от его социальной, расовой, национальной, религиозной или языковой принадлежности или отношения к религии <…> воспрепятствование законной деятельности государственных органов, органов местного самоуправления, избирательных комиссий, общественных и религиозных объединений или иных организаций, соединенное с насилием либо угрозой его применения», а также — «публичные призывы к осуществлению указанных деяний совершению указанных действий <…> организация и подготовка указанных деяний, а также подстрекательство к их осуществлению».
Согласно п. 4 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 28.06.2011 № 11 «О судебной практике по уголовным делам о преступлениях экстремистской направленности» под публичными призывами следует понимать «выраженные в любой форме (например, в устной, письменной, с использованием технических средств) обращения к другим лицам с целью побудить их к осуществлению экстремистской деятельности».
Также в комментариях к ст. 280 УК РФ указывается, что «призывы — это такая форма воздействия на сознание, волю и поведение людей, когда путём непосредственного обращения к ним формируются побуждения к определенному действию».
Мы полагаем, что, как сказано выше, Рудой не призывал ни к одному из действий, указанных в законе № 114-ФЗ. Он писал именно о боевых действиях в ходе войны и призывал граждан Украины бороться с оккупационными войсками. Применение Рудым этнофолизма «русня» не меняет этой оценки, так как это определение вторично, оно призвано демонстрировать негативное, презрительное отношение самого Рудого к «оккупантам», которое он дополнительно подчёркивает утверждением «они не люди».
Мы, конечно, не одобряем дегуманизацию целой группы людей, даже если эта группа представляет собой оккупационные войска. Однако как из контекста высказывания, так и из его формы следует, что излишне эмоциональное высказывание Рудого не является собственно призывом к конкретным людям с целью побудить их к насильственным действиям. Речь идёт скорее о пожелании, выражении отношения автора высказывания к желательному для него разгрому оккупационных войск и освобождению территории Украины.
Преступление по ст. 280 УК РФ, как и по ст. 205.2 УК РФ считается совершённым с момента высказывания, при этом не рассматривается, побудило ли это высказывание кого-то к реальным действиям, были ли у него последствия, хотя это должно среди прочего учитываться при рассмотрении уголовных дел о высказываниях. Мы полагаем, что сами по себе призывы продолжать сопротивление, пожелание победы одной из сторон военного конфликта в ходе боевых действий, ведущихся на момент высказывания уже более трёх лет, не могут рассматриваться как призывы к экстремистским действиям.
Стоит отметить, что обе эти статьи зачастую используются властью не для предотвращения общественно опасных последствий отдельных высказываний и призывов, а для наказания инакомыслящих и лишения их возможности выражать свою оппозиционную точку зрения.
Преследованию инакомыслящих по названным статьям УК особенно способствует неопределённый характер используемых в них формулировок, неочевидность наполнения терминов «экстремизм» и «терроризм». К примеру, уже цитировавшийся п. 1 Федерального закона № 114 от 25 июля 2022 года «О противодействии экстремистской деятельности» относит к «экстремистской деятельности» «публичное оправдание терроризма и иную террористическую деятельность», что затрудняет понимание границ обоих этих терминов. Исходя из этого определения, любая террористическая деятельность одновременно является и экстремистской. При этом в уголовном законе ответственность за «публичные призывы» к экстремистской и террористической деятельности предусмотрена разными статьями УК РФ (ст. 280 и ст. 205.2 соответственно). Произвольный характер правоприменения по этим статьям, безусловно, является частью сознательной стратегии властей по устрашению всех политически активных граждан России. Становится возможным привлечь к уголовной ответственности по тяжкой статье любого, кто позволил себе неосторожные комментарии. Помимо того, таким образом силовикам удаётся имитировать деятельность по борьбе с терроризмом и экстремизмом, вместо серьёзной работы — возбуждать дела за посты в Интернете, улучшая свои рабочие показатели, получая новые звания и премии. К сожалению, современные российские суды в подавляющем большинстве случаев, идя навстречу политической конъюнктуре, соглашаются с позицией следствия, наказывая обвиняемых за совершённые ими действия, в которых зачастую нет состава преступления.
Обвинение в госизмене
Дела по ст. 275 УК РФ — о государственной измене в форме «оказания финансовой помощи иностранному государству, международной либо иностранной организации в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации» — начали активно возбуждаться ФСБ России после начала полномасштабной вооружённой агрессии России против Украины.
Как мы уже указывали в этой справке, с точки зрения международного права агрессия РФ против Украины незаконна и преступна, а действия Украины по защите от агрессии — законны и обоснованы. Именно это даёт основания многим зарубежным государствам оказывать Украине военную помощь, передавая ей различные виды вооружений. Также средства для поддержки обороняющегося государства собирают и перечисляют Украине граждане разных государств по всему миру. Многие граждане России, несогласные с преступной войной, также перечисляют средства на помощь Украине и украинцам: как на гуманитарные цели, так и ВСУ для помощи в отражении российской агрессии. Проживающие за границей россияне могут делать это открыто, однако для тех, кто живёт в России или хотя бы приезжает туда, это может повлечь за собой задержание по уголовному делу.
Вменяемый Юрию Рудому состав введён в ст. 275 УК РФ в 2012 году, а в апреле 2023 года наказание за «госизмену» увеличено до пожизненного — безусловно, с целью устрашения всех несогласных с российской внешней политикой и войной против Украины. Обязательным признаком этого состава преступления является то, что деятельность, в которой оказывается помощь, должна быть направлена против безопасности Российской Федерации.
Мы считаем очевидным и несомненным, что ни поддержка гражданского населения Украины, ни помощь Украине в отражении агрессии со стороны России направлены не против безопасности Российской Федерации, а, напротив, на противодействие главной угрозе этой безопасности. Исходя из этого мы считаем неправомерными все преследования по ст. 275 УК РФ в связи с оказанием такой помощи. Подробнее о нашей позиции можно прочитать здесь.
Преступление, предусмотренное ст. 275 УК РФ, может быть совершено только с прямым умыслом. Юрий Рудой в зале суда утверждал, что, делая переводы, он хотел оказать помощь гражданам Украины, страдающим от военных действий, именно с этой целью он донатил в благотворительный фонд «Вернись живым». Суд же в приговоре утверждает, что «под видом благотворительной деятельности вышеуказанная организация занимались обеспечением ВСУ, в том числе ударными дронами». Умысел Рудого на совершение госизмены в форме финансовой помощи в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, обвинение пытается доказать его отрицательным отношением к войне и подписками на оппозиционные Telegram-каналы, что дополнительно свидетельствует о политическом характере преследования.
Отметим, что против россиян, о чьих денежных переводах на помощь Украине становится известно силовикам, возбуждаются всё новые уголовные дела. За перевод 865 рублей на специальный счёт Национального банка Украины в день начала полномасштабной войны был обвинён в государственной измене и приговорён к 12 годам лишения свободы волонтёр и активист Марк Кислицын. Программист Сергей Ирин, сделавший также 24 февраля 2022 года перевод (как и Рудой) украинскому фонду «Вернись живым», приговорён к 15 годам лишения свободы. К 13 годам 11 месяцам по статьям о финансировании терроризма и государственной измене был приговорён обвинённый в перечислении 10 тысяч рублей в РДК обувной мастер из Москвы Николай Колин. За финансирование ВСУ и публичное оправдание терроризма был приговорён к 14 годам лишения свободы блогер из Липецка Феликс Елисеев: по мнению суда, он посредством криптовалюты перевёл деньги гражданину Украины. Другой житель Липецка — учитель рисования Даниил Клюка — за переводы денег брату в Харьков, которые, по версии обвинения, предназначались всё тому же украинскому фонду «Вернись живым», был приговорён к 20 годам колонии. К 9 годам колонии за пожертвование 30 долларов украинскому фонду была приговорена по статье о госизмене студентка из Томска Татьяна Лалетина. Наш проект признал их и многих других осуждённых по подобным обвинениям политическими заключёнными. Преследуя их, репрессивные власти пытаются запугать людей, сочувствующих борющейся за свою свободу и независимость Украине и стремящихся ей помочь.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый» находит, что уголовное дело в отношении Юрия Рудого является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы было применено к нему в нарушение прав на свободу выражения мнения, на справедливое судебное разбирательство и других прав, предусмотренных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Юрия Рудого политическим заключённым, требует его немедленного освобождения и прекращения его уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Дата обновления справки: 02.11.2026 г.
