Полное описание
О Елене Каранику известно, что долгое время она жила в Греции, а в 2020 году вернулась в Россию, чтобы навестить близких и задержалась там из-за пандемии, а потом полномасштабной войны.
По версии обвинения, Елена Каранику, находясь в Хабаровске и «относясь негативно к Президенту Российской Федерации, военнослужащим Вооружённых Сил Российской Федерации и к их деятельности в зоне проведения СВО, <…> инициативно установила отношения сотрудничества на конфиденциальной основе» с представителями ГУР через Telegram. Она хотела оказать украинской разведке, действующей через представителя Легиона «Свобода России», помощь «в деятельности, направленной против безопасности РФ». За это ей якобы была обещана помощь с выездом за пределы РФ, желательно — в Грецию, где проживает её супруг.
В период с 28 марта по 21 сентября 2024 года она сообщила своему собеседнику в мессенджере «о наличии в г. Хабаровске множества военных объектов и железнодорожного моста» и прошла «рекрутинговое анкетирование с целью оказания содействия в деятельности террористической организации “ЛСР”». Ей было поручено сорвать в городе «не менее 10» листовок с призывом на службу в ВС РФ, при этом женщина, как утверждается в материалах дела, сорвала их не менее 14, сфотографировала и отправила фотографии собеседнику. Ему же она 13 ноября 2024 года отправила обнаруженные ею в Интернете сведения о гибели российского военнослужащего с указанием его анкетных данных.
В 5 утра 4 января 2025 года к Каранику домой пришли с обыском сотрудники УФСБ России по Хабаровскому краю, она была задержана. При обыске у неё, в частности, изъяли два сотовых телефона, одну цветную бумажную листовку формата А5 с напечатанной на ней информацией от Минобороны РФ о службе по контракту, а также три одинаковые цветные бумажные брошюры формата А4 о службе по контракту и такая же бумажная брошюра формата А5. В протоколе обыска указано, что женщина во время обыска признала, что срывала листовки в Хабаровске, выполняя задание представителей Легиона «Свобода России». В приговоре при этом указано, что Каранику написала замечания к протоколу обыска, однако суд указал, что они «противоречат фактическим обстоятельствам обыска и протоколу в целом». 6 января суд удовлетворил ходатайство следователя о заключении Елены Каранику под стражу.
По словам самой женщины, поводом для уголовного преследования стала переписка в Telegram с якобы представителем Легиона «Свобода России», который сам на неё вышел, причина же задержания — её антивоенная позиция и негативное отношение к действующей власти.
Против Каранику возбудили уголовное дело по ст. 275.1 УК РФ, о конфиденциальном сотрудничестве с иностранцами. В апреле 2025 года обвинение Елене Каранику ужесточили — добавили ч. 2 ст. 205.5 УК РФ об участии в деятельности террористической организации.
В октябре 2025 года вменённую ей статью о конфиденциальном сотрудничестве (275.1 УК РФ) переквалифицировали на статью о государственной измене — 275 УК РФ, обвинив Каранику в том, что она выполняла задания иностранных спецслужб, направленные против безопасности РФ. Дело поступило в суд 10 декабря 2025 года.
В суде Елена Каранику вину свою не признала. Она показала, что действительно общалась с украинской разведкой, «действующей от имени ЛСР», однако при этом полученные от них задания не выполняла и выполнять не собиралась. Общалась она с ними исключительно с целью получить помощь в выезде в Грецию или иную страну Европы. Также женщина сказала, что о том, что Легион является украинской организацией, признанной в РФ террористической, она узнала только в день задержания, а листовки или брошюры она нигде на улицах специально не срывала. Они были принесены другими проживавшими в квартире — сыном, братом и свидетелем Росинским — и хранились дома для использования в качестве черновиков и для смешивания красок при занятии живописью. Сведения же о гибели военнослужащего с его анкетными данными она рассылала своим знакомым, и в том числе могла отправить и представителям Легиона.
При этом женщина заявила в суде, что она не является сторонником насилия, и, по её мнению, «специальную военную операцию» можно было не проводить, а решить территориальные вопросы путём переговоров. Ненависть и вражду к Президенту Российской Федерации и Вооружённым Силам Российской Федерации она не испытывает.
Свидетель Росинский показал в суде, что знаком с Каранику с 2014 года и с середины 2024 года практически постоянно проживал вместе с ней в одной квартире. Он показал, что Каранику высказывала своё недовольство политической властью страны и дальневосточного региона в частности, неоднократно принимала участие в митингах и протестах в поддержку бывшего губернатора Хабаровского края Сергея Фургала. С начала проведения «СВО» Каранику высказывалась негативно в адрес Президента РФ, других политиков, поддерживающих проведение «СВО», и в адрес военнослужащих Российской Федерации. Также Каранику высказывалась в поддержку Украины, полагая захват РФ территорий Украины недопустимым. Кроме того Росинский показал, что в мае 2024 года от Каранику ему стало известно об её общении с представителями Легиона. Он же показал, что лично рассказывал ей о том, что эта организация в РФ признана террористической и пересылал ей соответствующие материалы с целью предостеречь её от сотрудничества с ЛСР. Тем не менее, позднее женщина сказала ему, что состоит в Легионе «Свобода России» и выполняет различные его задания. Росинский также показал, что в конце сентября 2024 года он по просьбе Каранику фотографировал могилы участников «СВО» на кладбище Хабаровска, а затем переслал ей эти фотографии. 13 ноября 2024 года Каранику выслала эти фотографии представителю ЛСР.
18 ноября 2024 года в отношении Каранику были произведены оперативно-розыскные мероприятия, в результате чего, как указывает приговор, «была получена и задокументирована переписка Каранику с представителем террористической организации ЛСР за период с 15 мая по 14 ноября 2024 года».
В телефонах, изъятых у Каранику во время обыска 5 января 2025 года, была обнаружена переписка в Telegram с представителями Легиона с 23 апреля 2024 года по 2 января 2025 года. Проанализировав её содержание, специалист Ефремова в суде показала, что «в переписке Каранику с представителями террористической организации «ЛСР» имеются лингвистические признаки, свидетельствующие о понимании подсудимой, что её собеседники являются представителями украинского военизированного объединения “ЛСР”, деятельность которого запрещена на территории РФ и направлена против безопасности РФ. При этом указанная переписка Каранику носит конфиденциальный характер и свидетельствует о сотрудничестве последней с представителями указанной выше организации».
Также из показаний специалиста Ефремовой следует, что в переписке Каранику с представителями «ЛСР» содержатся лингвистические признаки, указывающие на то, что «целью поддержания ею отношений сотрудничества на конфиденциальной основе является получение ею помощи с переездом в другую страну (Грецию или США) посредством оказания содействия собеседнику и ВСУ в их деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации, путём сбора и предоставления интересующей их информации, а именно:
- актуальных фотографий расположенных в черте города воинских частей и зданий силовых структур (с изображением входов и выходов в здания силовых структур, кпп воинских частей), их адресов;
- фотографий хабаровского моста через реку Амур с ракурсов, которых нет в сети “Интернет”, его охраны (при наличии);
- фотографий тоннеля, ведущего на мост (дороги, подъезда к мосту и к железнодорожному мосту);
- сведений о сотрудниках силовых структур с анкетными данными;
- информации о лицах (гражданах России), погибших в зоне СВО, а также разработки агитационного материала против проведения СВО, с обязательным присутствием на нём знака “ЛСР” и соответствующей надписи, срыв информационных материалов о прохождении службы по контракту в ВС РФ и участия в СВО».
Были допрошены и другие свидетели. Члены семьи погибшего российского военнослужащего Казанцева показали, что, будучи ознакомлены с перепиской Каранику в мессенджере, узнали по этим данным своего родственника.
Близкие и знакомые Елены Каранику рассказали, что она не могла совершить преступления против безопасности РФ, и охарактеризовали её положительно.
Доказательством направленности действий, совершённых Каранику против безопасности РФ, стало «заключение штаба Восточного военного округа об оценке деятельности спецслужб иностранного государства от 20 ноября 2024 года», согласно которого «деятельность спецслужб Украины в условиях СВО, в том числе по противодействию Вооружённым Силам Российской Федерации в привлечении граждан Российской Федерации на военную службу для их участия в специальной военной операции, нацелена на создание угроз безопасности России и является деятельностью, направленной против безопасности Российской Федерации».
В качестве смягчающего обстоятельства коллегия судей учла состояние здоровья подсудимой, её положительные характеристики в быту, признание ею фактической стороны обвинения. Обстоятельством, отягчающим наказание по ст. 275 УК РФ, коллегия посчитала совершение преступления в целях поддержки терроризма, а отягчающими обстоятельствами по обеим статьям — совершение каждого из деяний по мотивам политической ненависти, а также по мотивам ненависти в отношении социальной группы (военнослужащих Вооружённых Сил Российской Федерации) и совершение деяний в период мобилизации.
19 февраля 2026 года коллегия судей 1-го Восточного окружного военного суда в составе председательствующего судьи Пунтусова Дмитрия Владимировича, федеральных судей Вахненко Андрея Александровича и Васильченко Алексея Викторовича, рассмотрев уголовное дело в закрытом судебном заседании, с участием начальника отдела прокуратуры Хабаровского края старшего советника юстиции Елены Пушминой, прокуроров отдела прокуратуры Хабаровского края советников юстиции Топтуна Ивана Александровича и Левковича А.В., приговорила Елену Каранику:
- по ст. 275 УК РФ — к 15 годам лишения свободы с ограничением свободы сроком на 1 год,
- по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ — к 13 годам лишения свободы.
Окончательно, путём частичного сложения наказаний Елена Каранику была приговорена к 17 годам лишения свободы в колонии общего режима с ограничением свободы сроком на 1 год после освобождения.
Также суд конфисковал два мобильных телефона Елены Каранику и возложил на неё оплату труда адвокатов по назначению в сумме 138 195 рублей.
Защиту Елены Каранику осуществляли в суде адвокаты Петров Андрей Владимирович и Димитров Никифор Валерьевич. На приговор поданы апелляционные жалобы осуждённой и адвокатом.
31 марта 2025 года Елена Каранику была включена в перечень экстремистов и террористов Росфинмониторинга с отметкой о террористической деятельности.
Основания признания политзаключённой
Незаконность и необоснованность преследования по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ
Участием Елены Каранику в деятельности в террористической организации суд посчитал все действия, совершённые Каранику с 20 мая 2024 года до 4 января 2025 года «в интересах Легиона “Свобода России”».
Мы не можем однозначно утверждать, что Елена Каранику действительно оказывала содействие именно Легиону «Свобода России», а не стала очередной жертвой провокации российских спецслужб. Однако и в том случае, если она действительно взаимодействовала с этой организацией, мы полагаем, что она не должна преследоваться за это в уголовном порядке.
Обвинение Елены Каранику по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ опирается на признание Легиона «Свобода России» террористической организацией в России. Это решение вынес 16 марта 2023 года судья Верховного суда РФ Олег Нефёдов по заявлению Генпрокурора России Игоря Краснова. Мы считаем это решение необоснованным и незаконным как по процессуальным, так и материальным (содержательным) основаниям.
Заседание по делу проходило в закрытом режиме, а решение суда не было официально опубликовано. При этом оно обладает всеми ключевыми характеристиками нормативно-правового акта и, следовательно, должно быть доступно для ознакомления, исходя из следующих обстоятельств.
Согласно п. 2 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 25 декабря 2018 года № 50, нормативный правовой акт должен обладать следующими признаками:
- Быть изданным в установленном порядке уполномоченным органом государственной власти.
- Содержать правовые нормы (правила поведения), обязательные для неопределённого круга лиц.
- Быть рассчитанным на неоднократное применение.
- Быть направленным на урегулирование общественных отношений или изменение (или прекращение) существующих правоотношений.
Указанное решение было вынесено судом, уполномоченным на принятие таких актов. Хотя оно принималось в отношении конкретной организации, последствия его вступления в законную силу затрагивают права, свободы и обязанности неопределённого круга лиц, поскольку на основании этого судебного решения возможно привлечение к уголовной ответственности по различным статьям Уголовного кодекса РФ, в том числе и ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, которая вменяется Елене Каранику. Признание Легиона террористической организацией влечёт за собой постоянный запрет на осуществление его деятельности как минимум на территории РФ (а сложившаяся правоприменительная практика распространяет этот запрет и за её пределы) и сотрудничество с ним для неопределённого круга лиц. Такой запрет имеет своей целью прекращение и предотвращение любых общественных отношений, связанных с деятельностью Легиона. Это судебное решение уже неоднократно применялось для уголовного преследования лиц по различным статьям УК РФ в связи с обвинениями в сотрудничестве в той или иной форме с Легионом.
Отсутствие публикации этого решения Верховного Суда и его использование для уголовного преследования по делам третьих лиц представляется нам противоречащим ч. 3 ст. 15 Конституции РФ, согласно которой «любые нормативные правовые акты, затрагивающие права, свободы и обязанности человека и гражданина, не могут применяться, если они не опубликованы официально для всеобщего сведения».
Сейчас мы можем провести анализ этого решения, опубликованного на сайте правозащитного проекта «Первый отдел» 4 апреля 2024 года. Обосновывая своё решение, судья Верховного Суда ссылается на ч. 2 ст. 24 Федерального закона «О противодействии терроризму», где указано: «Организация признаётся террористической и подлежит ликвидации (её деятельность — запрещению) по решению суда на основании заявления Генерального прокурора Российской Федерации или подчинённого ему прокурора в случае, если от имени или в интересах организации осуществляются организация, подготовка и совершение преступлений, предусмотренных статьями 205-206, 208, 211, 220, 221, 277-280, 282.1-282.3, 360 и 361 Уголовного кодекса Российской Федерации, а также в случае, если указанные действия осуществляет лицо, которое контролирует реализацию организацией её прав и обязанностей».
В качестве доказательств подготовки и совершения таких преступлений прокуратура приводит, а суд принимает как достоверную информацию о возбуждении следственными органами не менее 20 уголовных дел в отношении лиц, которых прокуратура и суд называют «участниками и сторонниками Легиона». О некоторых из этих дел до публикации решения было неизвестно. Перечислены и статьи, по которым возбуждались уголовные дела: ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма»), ст. 208 УК РФ («Организация незаконного вооружённого формирования или участие в нём») и ст. 275 УК РФ («Госизмена»).
Мы изучили большинство дел по ст. 275 УК РФ, которые упоминаются в решении Верховного Суда. Константина Середу приговорили по ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ («Приготовление к государственной измене») к 4 годам колонии, антифашиста и спортивного инструктора Савелия Фролова и водителя Сергея Борисова по такому же обвинению — к 6 годам колонии, Евгения Никифорова и Петра Евграфова — к 6 годам 6 месяцам. Даниле Бердюгину помимо ч. 1 ст. 30, ст. 275 УК РФ была вменена ч. 3 ст. 30, ч. 1 ст. 322 УК РФ («Покушение на незаконное пересечение границы»), а срок наказания составил 6 лет. Наш проект признал Евграфова, Середу, Фролова, Борисова, Никифорова и Бердюгина политическими заключёнными. Кроме них в тексте решения упоминаются уголовные дела по статье о госизмене в отношении Ложкина А. П., Аринушкина М. Д. и Глухова Н. В. Мы полагаем целесообразным изучить все эти уголовные дела при наличии доступа к их материалам.
В любом случае преступления, предусмотренные ст. 275 УК РФ и ст. 322 УК РФ, не входят в приведённый выше список преступлений, причастность к которым даёт формальное основание для признания организации террористической.
Также в решении упоминаются дела, возбуждённые в различных регионах РФ против граждан, якобы готовившихся к вступлению в незаконное вооружённое формирование, каковым суды считают Легион (дела Басырова А. А., Улукшонова С. С., Белоусова К. А., Темирханова М. В., Скакалина А. А., Сбеглова М. С., Кузнецова Г. С., Охлопкова Н. С., Евграфова П. Н., Титаренко Н. Р., Колина С. И.) — эти дела были квалифицированы по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ («Приготовление к участию в вооружённом формировании, не предусмотренном федеральным законом, а также участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации»). Дело Евграфова было переквалифицировано со ст. 208 УК РФ на 275 УК РФ — о нём идёт речь выше. Из остальных перечисленных наш Проект на сегодняшний день изучил уголовные дела Кирилла Белоусова, Сергея Улукшонова, Николая Титаренко, Сергея Колина, Михаила Сбеглова, Артёма Скакалина и Артёма Басырова. Белоусова, Скакалина и Сбеглова, которые якобы хотели вступить в Легион «Свобода России», и Улукшонова, обвинённого в приготовлении к участию в «батальоне имени “Кастуся Калиновского” либо в легионе “Свобода России”», наш проект признал политическими заключёнными; мы считаем, что их преследование по ч. 3 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ необоснованно. Николай Титаренко преследовался по нескольким статьям, и его обвинение по ч. 1 ст. 30, ч. 2 ст. 208 УК РФ мы также считаем необоснованным. Это же относится и к Артёму Басырову, который незадолго до окончания срока отбывания наказания по этому обвинению был осуждён ещё по нескольким статьям УК РФ. Сергей Колин по решению суда был отправлен на принудительное психиатрическое лечение. В его деле нами также выявлены признаки политической мотивации и нарушения закона. Обвинения в отношении других упомянутых граждан мы сможем оценить со временем, получив доступ к информации об этих делах.
Однако, безотносительно к конкретным обстоятельствам указанных дел, обвинения по ч. 2 ст. 208 УК РФ («Участие на территории иностранного государства в вооружённом формировании, не предусмотренном законодательством данного государства, в целях, противоречащих интересам Российской Федерации») в связи с участием или намерением участвовать в Легионе «Свобода России» неправомерны, поскольку это подразделение не является вооружённым формированием, не предусмотренным законодательством Украины.
Легион «Свобода России» подчиняется Министерству обороны Украины и входит в состав Интернационального легиона Главного управления разведки (ГУР). В доступных нам материалах ряда уголовных дел имеются справки Главного управления Генерального штаба ВС РФ о том, что это воинское формирование включено в структуру Интернационального легиона обороны Украины ВСУ.
Таким образом, список лиц, на уголовных делах по ст. 275 УК РФ и 208 УК РФ в отношении которых основан вывод суда о террористическом характере деятельности Легиона, в реальности не даёт оснований для подобного вывода.
Как следовало из материалов дела по признанию формирования террористической организацией, Легион «Свобода России» был создан в марте 2022 года «по указанию президента Украины Владимира Зеленского» для вербовки добровольцев из числа граждан России с целью их участия в боевых действиях на стороне Вооружённых Сил Украины, а в дальнейшем для «совершения террористических актов на территории России и свержения центральной власти». В то же время, о конкретных террористических актах, совершённых бойцами этого подразделения, в том числе на территории России, ничего неизвестно, решение Верховного суда РФ не ссылается на такие уголовные дела.
Также, как мы видим, обоснованием для решения о признании Легиона «Свобода России» террористической организацией стали факты вероятных (по ряду известных случаев — недоказанных) попыток граждан присоединиться к Легиону, а также распространить его информационные материалы, что само по себе противоречит как логике, так и элементарному здравому смыслу. В качестве примера подобного обвинения по статье ст. 205.2 УК РФ («Оправдание и пропаганда терроризма») судья Олег Нефёдов приводит дело осуждённого Александрова С. М., который в Telegram-канале «Тюркский мир и его соседи» «с целью пропаганды террористической деятельности не предусмотренного законодательством Российской Федерации и иного государства вооружённого формирования “Легион Свобода России” <…> разместил для ознакомления и просмотра информацию о деятельности вооружённого формирования “Легион Свобода России”».
Фактически одно из подразделений Вооружённых сил Украины признаётся в России террористическим не в связи с конкретными террористическими акциями, а в связи с самим фактом своего существования и вытекающей из него деятельностью: формированием, пополнением, участием в военных действиях и распространением информации об этом, что представляется абсурдным с точки зрения логики и здравого смысла. В связи со всем вышесказанным мы полагаем, что решение Верховного Суда Российской Федерации от 16 марта 2023 года № АКПИ23-101С о признании украинского военизированного объединения Легион «Свобода России» террористической организацией является незаконным и необоснованным.
Контекстом деятельности Легиона «Свобода России» является преступная война, развязанная Россией против Украины и осуждённая мировым сообществом и многочисленными международными организациями.
Как указывалось выше и не отрицается российской стороной, Легион «Свобода России» был создан и действует в составе единой структуры Вооружённых Сил Украины, подчиняясь единому командованию. Тем самым Легион, будучи частью вооружённых сил конфликта, не может быть признан террористической организацией лишь в связи с участием в этом конфликте.
В случае, если бы представитель Легиона был взят в плен и обвинялся по террористической статье на основании вышеупомянутого решения, такое обвинение противоречило бы положениям Женевской конвенции от 12 августа 1949 года об обращении с военнопленными, прямо запрещающей преследовать комбатантов за сам факт участия в вооружённом конфликте на одной из сторон, а именно — за выполнение своего воинского долга.
Как подчёркивает представительница Управления Верховного комиссара ООН по правам человека Равина Шамдасани, согласно международному праву лица, имеющие статус военнопленного, обладают иммунитетом и не могут быть привлечены к ответственности за участие в военных действиях в ходе вооружённого конфликта. Их также не должны судить за «законные действия, совершённые в условиях конфликта, даже если такие действия могут считаться преступлением в соответствии с местными законами».
Более того, на невозможность квалификации действий участников вооружённого конфликта на основании антитеррористических норм указывают, например, несколько международных договоров, направленных на борьбу с терроризмом, которые ратифицировала Российская Федерация. Так, они прямо утверждают: «Действия вооружённых сил во время вооружённого конфликта, как эти термины понимаются в международном гуманитарном праве, которые регулируются этим правом, не регулируются настоящей Конвенцией, как и не регулируются ею действия, предпринимаемые вооружёнными силами государства в целях осуществления их официальных функций, поскольку они регулируются другими нормами международного права». Подобные положения закреплены, например, в Конвенции о борьбе с финансированием терроризма 1999 года (ст. 21), Конвенции о борьбе с бомбовым терроризмом 1997 года (ст. 19) и Конвенции о борьбе с актами ядерного терроризма 2005 года (ст. 4).
Тем самым эти договоры исключают квалификацию действий личного состава сторон конфликта, осуществляемых в рамках этого конфликта, на основании норм по борьбе с терроризмом. Такие действия должны быть оценены в соответствии с международным гуманитарным правом, которое, в свою очередь, не предполагает ответственности лишь за обычное участие в боевых действиях. В соответствии с ч. 4 ст. 15 Конституции РФ нормы международного права и международные договоры Российской Федерации являются составной частью её правовой системы и обладают приоритетом над национальными законами.
При этом в материалах ряда последующих уголовных дел имеются сведения о заочном вступлении в Легион «Свобода России» граждан РФ, находившихся на территории России. Мы уверены, что даже если в каких-то из этих случаев действия обвиняемых и могут рассматриваться в качестве декларации вступления в некое объединение, речь не идёт о подразделении ВСУ, которое фактически и было объявлено террористической организацией Верховным судом России. Мы исходим из того, что вступление в официальную армейскую структуру происходит по определённой регламентированной процедуре (вероятнее всего, требующей личного присутствия и подписи), а никак не посредством переписки в мессенджерах. При этом даже если какие-то лица присоединялись к структурам, аффилированным с Легионом «Свобода России», в силу незаконности и необоснованности этого решения ВС РФ их действия не могут рассматриваться как участие в деятельности террористической организации в смысле ст. 205.5 УК РФ.
Таким образом, отсутствуют основания для обвинения Елены Каранику по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ в деятельности в террористической организации.
Стоит также обратить внимание, что фактическими деяниями Каранику, за которые она приговорена по двум статьям УК, в том числе и по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ, являются следующие:
- пересылка общедоступной (как в Интернете, так и на открытом кладбище) информации о погибших военных;
- максимум одна сорванная ею листовка о контракте в ВС РФ, поскольку вряд ли женщина могла где-то «сорвать» несколько брошюр. Вероятнее всего, они действительно были принесены ею или её родственниками из мест их распространения. Возможно также, что и эта одна листовка тоже не была сорвана, а была принесена из мест распространения.
Таким образом, Каранику фактически не выполнила никаких заданий, за исключением пересылки фотографий погибших военных с кладбища Хабаровска.
Несостоятельность обвинения по ст. 275 УК РФ
За последние четыре года наблюдается устойчивая тенденция к резкому росту количества дел о госизмене и смежных с ней по составам преступлениях. Согласно данным правозащитного проекта «Первый отдел», к 10 декабря 2025 года общее число фигурантов дел по статьям 275 (госизмена), 276 (шпионаж), 275.1 (конфиденциальное сотрудничество с иностранцами) и 276.1 УК РФ (оказание помощи противнику иностранным гражданином или лицом без гражданства) составило не менее 1627 человек (в 2024 году их было около тысячи), из которых 1431 человек (88 %) стали жертвами уголовного преследования уже после начала полномасштабной войны России против Украины.
2025 год стал рекордным по числу приговоров по этим статьям — на 20 декабря было известно о приговорах 468 людям, при этом ещё не менее 420 находились под следствием, а материалы дел 179 человек уже поступили в суды. C учётом задержек в публикации судебных решений итоговая цифра за 2025 год, вероятно, приблизится к 500 осуждённым, что означает рост не менее чем на 30 % по отношению к 2024 году (385 осуждённых), тогда как ещё в 2023 году их было всего 37.
При этом российское государство не раскрывает полную статистику по делам этой категории, поэтому реальное число уголовных дел, обвиняемых и приговоров может быть выше.
За время войны по ст. 275 УК РФ, как, впрочем, и на протяжении предшествующего времени, начиная с 2000 года, не было провозглашено ни одного оправдательного приговора. В 2024 году медианный срок назначенного наказания составлял 12 лет, в 2025 году этот показатель вырос до 15 лет. В 2025 году впервые в практике применения ст. 275 и ст. 276 УК РФ были провозглашены четыре приговора с назначением наказания в виде пожизненного лишения свободы за государственную измену и шпионаж. Значительно изменилась и практика применения этих статей — в подавляющем большинстве случаев обвинения предъявляются людям, не имевшим доступа к государственной тайне. Основаниями для обвинений становятся контакты с провокаторами, пожертвования, зачастую речь идёт не об оконченном преступлении, а лишь о предполагаемом намерении. Параллельно усиливается институциональный контроль ФСБ — с 2026 года следственные изоляторы центрального подчинения переданы в ведение этой спецслужбы, что фактически концентрирует в одном ведомстве следствие, оперативную работу и содержание под стражей обвиняемых по делам о «государственной безопасности».
Столь значительные расширение и ужесточение практики применения уголовной статьи о государственной измене сами по себе дают весомые основания предполагать политически мотивированные злоупотребления и высокий риск произвольного характера применения этих норм. Согласно выводам в исследовании «Первого отдела», «анализ доступных судебных материалов показывает, что эти дела носят устойчиво политически мотивированный характер и используются как инструмент подавления антивоенных настроений и устрашения общества» и «как один из ключевых механизмов политического контроля и подавления инакомыслия в условиях войны».
Елена Каранику обвинялась в том, что, являясь гражданкой РФ, она с 20 мая 2024 года до 4 января 2025 года выполняла задание иностранных спецслужб, направленные против безопасности Российской Федерации.
Вменённый Елене Каранику состав государственной измены, таким образом, имеет необходимый признак объективной стороны деяния — направленность действий против безопасности РФ. Определение национальной безопасности Российской Федерации содержится в «Стратегии национальной безопасности», утверждённой Указом Президента РФ 2 июля 2021 года. Согласно ст. 5 этого документа, национальная безопасность — это «состояние защищённости национальных интересов Российской Федерации от внешних и внутренних угроз, при котором обеспечиваются реализация конституционных прав и свобод граждан, достойные качество и уровень их жизни, гражданский мир и согласие в стране, охрана суверенитета Российской Федерации, её независимости и государственной целостности, социально-экономическое развитие страны». Национальные интересы описаны как «объективно значимые потребности личности, общества и государства в безопасности и устойчивом развитии».
Мы уверены, что с начала войны против Украины в 2014 году, а в особенности — после полномасштабного вторжения в эту страну, начавшегося в конце февраля 2022 года, действиями властей РФ (а отнюдь не действиями Каранику) практически всем перечисленным аспектам безопасности причинён огромный ущерб. Так, в первую очередь, поставлена под угрозу личная безопасность жителей РФ — как военнослужащих, в частности, мобилизованных, так и гражданских лиц в приграничных регионах и за их пределами.
Реализация конституционных прав и свобод граждан Российской Федерации также понесла ущерб с начала войны: практически полностью запрещены мирные протестные акции, выборов в России фактически больше не существует, ограничена военной цензурой свобода слова и иного самовыражения, посредством произвольного объявления организаций и объединений террористическими, экстремистскими, нежелательными или иностранными агентами уничтожена свобода объединений.
Состояние «гражданского мира и согласия в стране» после начала войны стало ещё менее достижимым, чем раньше. Общество оказалось глубоко расколотым, а контроль за ним со стороны власти обеспечивается всё более массовыми и жестокими репрессиями.
При этом суверенитет Российской Федерации, её независимость, государственная и территориальная целостность не находились под угрозой и никем не ставились под сомнение до начала войны с Украиной, развязанной РФ. Территории, оккупированные Россией в ходе конфликта, не признаются её территориями большинством стран мира и международных организаций, опирающихся на нормы международного права, а попытки Украины вернуть их себе в ходе ответных военных действий (в том числе на российской территории) никак не могут быть признаны покушением на территориальную целостность России.
Таким образом, ключевой причиной возникновения новых угроз национальным интересам России является именно агрессивная война, развязанная властями России против Украины, и особенно — полномасштабное вторжение, начатое 24 февраля 2022 года.
Елена Каранику, заявлявшая о своём негативном отношении к войне и властям РФ, развязавшим эту войну, с большой долей вероятности, намеревалась не причинить ущерб безопасности РФ, а остановить войну и, таким образом, минимизировать те угрозы безопасности РФ, перед которыми она поставлена сегодня. Что касается передачи «украинской разведке» персональных данных некоего уже убитого военнослужащего, то, со всей очевидностью, находясь в свободном доступе в Интернете, а также в публичном доступе на кладбище, они были открыты для общего пользования. Кроме того, в приговоре суда не отражено, каким образом такая информация может повредить безопасности РФ, и Каранику не обязана была предполагать, что она будет использована именно для таких неочевидныхх целей.
Оценка переквалификации обвинения со ст. 275.1 на ст. 275 УК РФ
О малозначительности содеянного женщиной и слабости доказательственной базы обвинения говорит и тот факт, что изначально уголовное дело против Каранику было возбуждено по ст. 275.1 УК РФ. Эта статья, получившая название «госизмена-лайт», появилась в УК 14 июля 2022 года. Она фактически позволяет считать преступлением любое взаимодействие с иностранцами, чему способствует расплывчатый характер её формулировок. Изучив многие дела по этой статье, мы уверены: её выбирают тогда, когда оснований для уголовного преследования обвиняемого нет в принципе, а доказательная база обвинения настолько слаба, что следствию сложно вменить избранной жертве «настоящую» госизмену.
При этом начиная со второй половины 2025 года силовики начали переквалифицировать дела, изначально возбуждённые по ст. 275.1 УК РФ, на статью о государственной измене, которая позволяет назначать фигурантам-мужчинам срок до пожизненного лишения свободы, а женщинам — до 20 лет. За короткий период жертвами такой переквалификации стали уже не менее 13 человек, одной из которых оказалась Елена Каранику. По ст. 275.1 УК РФ максимальная санкция составляет 8 лет лишения свободы, в то время как по статье о госизмене женщине можно назначить 20 лет лишения свободы; Елену Каранику суд приговорил к 17.
Мы полагаем, что, скорее всего, силовики и суды получили новое негласное руководящее разъяснение по поводу применения этих статей. Возможно, это связано с тем, что, по мнению власти, срок лишения свободы по ст. 275.1 УК РФ не настолько большой, чтобы держать россиян в страхе. Мы не раз критиковали статью о «конфиденциальном сотрудничестве» за размытые формулировки, которыми легко манипулировать: силовики могут буквально подогнать под эти формулировки действия обвиняемого и объявить их преступлением. Однако мы обратили внимание на то, что во многих случаях, в том числе и в деле Каранику, при переквалификации на более тяжёлую статью фабула дела остаётся неизменной, к ней не добавляются новые эпизоды — изменяются лишь статья и увеличивается срок лишения свободы. Поэтому мы полагаем, что вытеснение статьи о конфиденциальном сотрудничестве уже приводит к снижению стандартов доказывания по делам о государственной измене даже в том формальном понимании, в каком современная следственно-судебная репрессивная машина вообще утруждает себя доказыванием.
Неправомерность одновременной квалификации действий по ч. 2 ст. 205.5 УК РФ (“Участие в деятельности террористической организации”) и ст. 275 УК РФ («Государственная измена – оказание иной помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности Российской Федерации»)
Стоит подчеркнуть, что обвинение Каранику в участии в деятельности террористической организации противоречит проанализированному выше обвинению в госизмене в форме оказания помощи спецслужбам иностранного государства.
Состав ст. 275 УК РФ, вменённый Каранику, предусматривает ответственность за оказание иной помощи иностранному государству в деятельности, направленной против безопасности РФ. В деле Каранику речь идёт о спецслужбах Украины, которым она оказывала помощь. В то же время, состав ч. 2 ст. 205.5 УК РФ предусматривает участие именно в деятельности террористической организации.
Если обвинение считает Легион «Свобода России» террористической организацией и квалифицирует действия Каранику как участие в ней (ч. 2 ст. 205.5 УК РФ), то квалифицировать те же действия как помощь иностранному государству (ст. 275 УК РФ) нельзя. И наоборот, если ей вменена помощь иностранному государству, значит, Легион рассматривается обвинением не как террористическая организация, а как часть вооружённых сил Украины. Таким образом, одновременная квалификация этого деяния в соответствии с ч. 2 ст. 205.5 УК РФ и ст. 275 УК РФ невозможна.
Рассмотрение дела в закрытом судебном заседании
Ещё один признак политического характера преследования Каранику и его незаконности — рассмотрение её уголовного дела в закрытом судебном заседании.
Ст. 123 Конституции РФ гласит: «Разбирательство дел во всех судах открытое. Слушание дела в закрытом заседании допускается в случаях, предусмотренных федеральным законом». Подобный подход полностью согласуется с положениями ст. 14 Международного пакта о гражданских и политических правах, которая закрепляет: «Печать и публика могут не допускаться на всё судебное разбирательство или часть его по соображениям морали, общественного порядка или государственной безопасности в демократическом обществе или когда того требуют интересы частной жизни сторон, или — в той мере, в какой это, по мнению суда, строго необходимо, — при особых обстоятельствах, когда публичность нарушала бы интересы правосудия».
Ст. 241 Уголовно-процессуального кодекса РФ ограничивает причины, по которым суд может принять решение о проведении закрытого судебного разбирательства. «Закрытое судебное разбирательство допускается на основании определения или постановления суда в случаях, когда: 1) разбирательство уголовного дела в суде может привести к разглашению государственной или иной охраняемой федеральным законом тайны; 2) рассматриваются уголовные дела о преступлениях, совершённых лицами, не достигшими возраста шестнадцати лет; 3) рассмотрение уголовных дел о преступлениях против половой неприкосновенности <…>; 4) этого требуют интересы обеспечения безопасности участников судебного разбирательства».
При этом «в определении или постановлении суда о проведении закрытого разбирательства должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых суд принял данное решение».
У нас нет доступа к решению суда о закрытии судебного заседания, однако мы полагаем, что действия, инкриминированные Каранику, не имеют отношения к государственной тайне РФ: ей инкриминируется другой состав госизмены и государственная тайна не упоминается в доступных нам документах. Также не подходят к делу иные причины, указанные в ст. 241 Уголовно-процессуального кодекса РФ. Мы считаем, что стандартная практика последнего времени по закрытию дел по обвинениям, где так или иначе присутствует политический мотив, нацелена на отправление правосудия вне контроля со стороны общественности, не соответствует духу и букве закона, нарушает гарантированный Конституцией РФ принцип открытости и публичности судопроизводства.
Другие обстоятельства
Вызывает особое возмущение вопиюще несоразмерный содеянному несправедливый семнадцатилетний срок лишения свободы для уже не слишком молодой женщины. Длительное пребывание в неволе, безусловно, причинит ей дополнительные страдания в силу пола и возраста. К примеру, по ч. 1 ст. 105 УК РФ («Убийство — умышленное причинение смерти другому человеку») верхняя санкция составляет лишь 15 лет лишения свободы, в то время как Елена Каранику получила 17 лет лишения свободы фактически только за отправку неизвестному собеседнику имеющихся в открытом доступе «анкетных данных» уже умершего человека и несколько сорванных, по версии обвинения, пропагандистских листовок.
Антивоенная позиция и неприятие вооружённой агрессии, о которых Елена Каранику говорила в суде, снижают общественную опасность даже тех деяний, которые могли бы на самом деле содержать состав преступления. Следует отметить, что если бы Россия не развязала войну против соседнего государства, то и деяния, совершённые Еленой Каранику, были бы просто невозможны. При этом власти обязывают россиян быть приверженными одной, преступной, стороне вооружённого конфликта просто по факту своего гражданства, вне зависимости от личных политических взглядов, убеждений и эмоций.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал», продолжающий работу Программы поддержки политзаключённых Правозащитного центра «Мемориал», согласно международному Руководству по определению понятия «политический заключённый», находит, что уголовное дело против Елены Каранику является политически мотивированным, направленным на устрашение как противников агрессивной войны, так и общества в целом, т.е. на удержание власти субъектами властных полномочий. Лишение свободы применено к Елене Каранику в нарушение права на справедливое судебное разбирательство и иных прав и свобод, гарантированных Конституцией РФ и Международным пактом о гражданских и политических правах.
Независимый правозащитный проект «Поддержка политзаключённых. Мемориал» считает Елену Каранику политической заключённой, требует её немедленного освобождения и прекращения её уголовного преследования.
Признание человека политзаключённым не означает ни согласия Правозащитного проекта «Поддержка политзаключённых. Мемориал» с его взглядами и высказываниями, ни одобрения его высказываний или действий.
Публикации о деле:
17 января 2025 года. Медиазона. ФСБ сообщила о задержании жительницы Хабаровска, собиравшей данные о силовиках для украинской разведки
Дата обновления справки: 29.04.2026 г.
