Краткие выводы
Стремясь повысить эффективность репрессивной политики, российское руководство не только нарастило количественный масштаб политических репрессий и ужесточило их, но и также существенно изменило их пропагандистское сопровождение. Существенные изменения произошли в освещении деятельности основного оператора репрессий — ФСБ.
Эта служба с начала полномасштабного вторжения в Украину заметно увеличила своё присутствие в информационном пространстве. Важную роль в освещении деятельности ФСБ стали играть короткие видеоролики, которые делаются по определённым шаблонам с использованием отработанных приёмов. Такие видеоматериалы не стоит рассматривать как достоверные репортажи — это пропагандистские материалы, зачастую искажающие реальные события. Пытаясь сделать их максимально эффектными, спецслужба развернула конвейерное производство постановочных видео, содержащих не только видеопризнания подозреваемых, но и кадры их задержаний и обысков.
Отснятые ФСБ видеоматериалы используются не только для изготовления пропагандистских роликов, но и для давления на родственников и близких, дискредитации и шантажа подозреваемых.
Видеопроизводство ФСБ и методы его организации являются ещё одним индикатором произошедших в главной спецслужбе страны серьёзных изменений. ФСБ в качестве главного оператора политических репрессий стала структурой абсолютно непрозрачной, неподотчётной и использующей всё более циничные и незаконные методы.
Основа обзора — конкретные уголовные преследования
Этот обзор создан в том числе на материалах 70 случайно отобранных уголовных дел, имеющих признаки политической мотивации и незаконности, которые мы анализировали в последние годы. Справки по этим делам опубликованы на нашем сайте (по нескольким — будут опубликованы в ближайшее время). Все эти дела были возбуждены после начала полномасштабной войны. Во всех случаях в делах упоминаются видеозаписи, снятые сотрудниками ФСБ. Почти всегда отснятые материалы становились основой для публикации впоследствии пропагандистских роликов. Есть несколько дел, в которых таких публикаций не было, но мы знаем о съёмках со слов задержанных или из иных источников. Мы рассматриваем эти случаи тоже, т.к. это позволяет лучше понять, как организован процесс создания таких видеоматериалов. В Приложении 1 приведён перечень уголовных дел, материалы которых использовались при написании обзора, ссылки на наши справки по этим делам, а также ссылки и на соответствующие видеоролики, опубликованные ФСБ.
Также стоит отметить, что мы рассматривали только относительно короткие видеоролики, которые использовались ФСБ для информационного сопровождения расследования конкретных уголовных дел. Как правило, их продолжительность не превышает 2 минут, реже — несколько минут. При этом в последние годы ФСБ совместно с региональными и федеральными телекомпаниями произвела целый ряд пропагандистских фильмов о политически мотивированных преследованиях. Эти материалы имеют более длительный хронометраж. Как правило, их фигурантами являются сразу несколько преследуемых по различным уголовным делам. Также при их создании, очевидно, заметно бо́льшую роль играли журналисты. Эти фильмы в нашем обзоре не анализировались.
Изменение места ФСБ в медиаполе
ФСБ с началом полномасштабного вторжения стала гораздо заметнее в информационном поле. Это связано как с ролью спецслужбы в конфликте с Украиной, так и с ужесточением репрессивного режима внутри России. В наших материалах мы отмечали, что ФСБ стала основным оператором политических репрессий. Политически мотивированные дела, которые расследует ФСБ (в первую очередь это обвинения по «террористическим» статьям и в госизмене), доминируют в настоящее время в структуре политических преследований.
Всё это не могло не сказаться на присутствии спецслужбы в информационном пространстве. В качестве индикатора представленности в инфополе мы использовали упоминаемость ФСБ в Telegram-каналах ведущих информационных агентств «РИА Новости» и ТАСС.
Как можно заметить из Рисунка 1, упоминаемость ФСБ с начала полномасштабной войны к середине 2026 года выросла в 2-3 раза.
Изменения в представленности ФСБ в медиа носили не только количественный характер. По всей видимости, военное время и необходимость демонстрации эффективности борьбы с «внутренними врагами» повысили требования к освещению деятельности спецслужбы. Сообщений об успехах ФСБ должно было быть не просто больше, они должны были стать более убедительными, наглядными, запоминающимися. Эту задачу спецслужба решала через расширение видеопроизводства. Видео придаёт сообщению достоверности и обладает большим пропагандистским эффектом.
За годы полномасштабного вторжения доля сообщений с упоминанием ФСБ, в которых присутствует видео, выросла почти в два раза. Если учесть, что часть сообщений о ФСБ не инициированы непосредственно спецслужбой, а являются частью новостной повестки, то можно уверенно говорить, что видео в информационных продуктах, создаваемых ФСБ, присутствует чаще, чем можно заключить из этих данных.
Отдельно стоит отметить, что увеличение количества видеоматериалов в публикациях информагентств о ФСБ не связано с общим изменением информационной политики РИА «Новости» и ТАСС, например, с ростом роли видеоконтента. Доля сообщений с видео в целом за эти годы изменилась не столь заметно. Также можно заметить, что в публикациях с упоминанием ФСБ видео встречается примерно в два раза чаще, чем в «среднем» сообщении информационного агентства.
Конечно, после начала войны изменилась не только частота использования видеоматериалов в публикациях о ФСБ, но и тематика этих сюжетов. Даже беглый просмотр публикаций о деятельности ФСБ, содержащих видео, отчётливо демонстрирует эту разницу. В довоенный период видеоматериалы ФСБ тематически были более разнообразными. Например, незадолго до войны видео рассказывали о том, как чекисты преследовали мигрантов, пресекли незаконный промысел краба, схватили подростка, готовившего нападение на школу, провели масштабные задержания подпольных оружейников или изъяли у контрабандистов кречетов и отпустили их на волю. Исламисты, ректор, обвиняемый в коррупции, подпольное казино, хакеры, сушёные моллюски — тематика видеоконтента была очень разнообразна. В 2021 году дела, имеющие отношение к Украине (украинские агенты, неонацисты, связанные с украинцами и т.п.) составляли уже заметную долю публикаций. Однако в общем объёме этих сюжетов было относительно немного. С началом полномасштабной войны видеоматериалы ФСБ стали в большинстве случаев связаны с украинской тематикой, причем значительная часть из них — это уголовные дела о терроризме и преступлениях против госбезопасности.
Ещё раз напомним, что наш проект отслеживает уголовные дела с признаками политического мотива и незаконности преследования. Все случаи, которые мы будем описывать ниже, именно таковы. Насколько выводы об информационном сопровождении этих дел могут быть распространены на все уголовные дела, расследуемые ФСБ, и их освещение в информационном пространстве — вопрос, на который у нас нет точного ответа. Однако логично предположить, что освещение разного рода дел устроено в ФСБ схожим образом.
Типичное видео в «политическом» деле
В видеороликах ФСБ, посредством которых осуществляется пропагандистское сопровождение политически мотивированных уголовных дел, можно выявить несколько стандартных блоков. Любой ролик спецслужбы включает в себя один или несколько из них.
- Оперативная съёмка. Кадры, на которых будущий обвиняемый совершает или готовится совершить преступление (закладывает или забирает вещи из тайника, фотографирует объекты, тренируется бросать бутылки с зажигательной смесью и т.п.). В этом блоке могут также использоваться записи камер видеонаблюдения.
- Задержание. Иногда в этом блоке присутствуют также съёмки проникновения в жилище или иных сопутствующих обстоятельств.
- Демонстрация результатов обыска, осмотра. Изъятые предметы, переписка в телефоне и т.п.
- Транспортировка задержанного. Перевозка подозреваемого между местами содержания, судом, зданием управления ФСБ и т.п.
- Признание. Прямая речь задержанного, в которой он рассказывает об обстоятельствах дела, признаёт вину, кается и т.п.
Видеоматериалы, публикуемые ФСБ, не стоит рассматривать как новости о расследуемых делах. Во многом это часть информационной войны, и публикуемые видео имеют вполне определённые цели. Такая война в современных условиях требует соответствующего инструментария, и ФСБ отвечает на этот вызов, производя сотни коротких, порой динамичных и эффектных роликов ежегодно. Ниже мы рассмотрим на конкретных примерах видео из «политических» дел и попытаемся объяснить, почему видео ФСБ устроены именно так и что нам это говорит о самой спецслужбе.
Оперативная съёмка
Видеозаписи, предоставленные ФСБ России, иногда начинаются с кадров, цель которых — продемонстрировать противоправную деятельность фигурантов до их задержания. Это должно придать убедительность всему последующему рассказу и сразу отмести любые возможные сомнения в виновности подозреваемого.
Для этого используются кадры оперативной съёмки. Вот, например, Валентина Тагирова относит большой чёрный пакет в тайник. Вероника Нетунаева ведёт съёмку на телефон около гидроэлектростанции и на улицах города. Денис Попов заправляет канистру на АЗС, а потом бросает бутылку с зажигательной смесью в стену какого-то разрушенного здания, на которой написано «Нет войне». Вадим Селин посещает тайник.
С точки зрения производства особенность такого видео заключается в том, что его непросто сделать. Для этого необходимо вести наблюдение за подозреваемым до его задержания. Часто эта проблема решается чекистами достаточно просто. Так, все приведённые выше примеры оперативных съёмок сделаны в делах, в которых была осуществлена оперативная провокация. Силовики устанавливали контакты с жертвами, убеждали их в необходимости совершить те или иные действия, документировали происходящее, в частности вели видеосъёмку, а потом осуществляли задержание. Из 70 рассмотренных в данном обзоре случаев оперативная съёмка фигурирует в 6 роликах. Все эти 6 дел основаны на провокации. Подробнее о методе провокации, который силовики поставили на поток, можно почитать в нашем обзоре «Конвейер ФСБ: Как силовики поставили провокации на поток».
Кроме того, оперативные видеозаписи порой выглядят не очень эффектно, а что именно на них происходит, зачастую не совсем понятно. Вероятно, совокупность этих причин обусловила относительно редкое использование съёмки, сделанной до задержания.
Задержание
Это, конечно, самая эффектная и динамичная часть любого ролика спецслужбы. Кадры задержаний призваны продемонстрировать профессионализм сотрудников ФСБ, способность спецслужбы эффективно пресекать противоправную деятельность. Для нелояльных граждан они должны послужить наглядным уроком, что будет с ними, если их нелояльность выльется в какие-либо действия.
Пиарщики ФСБ это прекрасно понимают и активно используют. Из рассматриваемых нами 70 дел кадры задержания фигурируют почти в двух третях случаев. Перед оперативниками, вероятно, ставится задача не просто снять задержание, а сделать это максимально ярко и эффектно. Во многих видеозаписях сцена задержания снимается с нескольких точек. Например, в видео задержания журналиста из Херсонской области Геннадия Осьмака видно, что съёмка велась как минимум тремя операторами.
Жестокость задержания
Прежде всего, задержание по возможности должно быть жёстким. Аудитории как бы говорится: «политические» — это враги и предатели, чекисты не собираются с ними церемониться. Подозреваемого валят на землю, заламывают руки и надевают наручники. Иногда один спецназовец садится ему на ноги, а другой фиксирует голову, зажав её ногами. Именно так происходило задержание экс-сотрудника Yandex Сергея Ирина. После того как наручники надеты, спецназовец может взять подозреваемого за волосы или просто за лоб поднять голову и заставить представиться, либо ему в этот момент сотрудник показывает удостоверение. Эти кадры снимаются крупным планом. Вот как, например, это было с 19-летним студентом Всеволодом Куликовым, в деле которого есть признаки провокации. Ракурс, когда лежащий, находящийся полностью под контролем силовиков человек, с неестественно задранной вверх головой, которую держит спецназовец, вынужденный называть своё имя или видящий прямо перед своим лицом удостоверение сотрудника ФСБ, вероятно, считается у чекистов особенно эффектным. Эти кадры часто фигурируют в постановочных видео задержаний. К теме постановочных видео мы обратимся более подробно чуть ниже.
Это не значит, что все задержания по «политическим» делам происходят в такой же манере (пример «мягкого» задержания можно увидеть, например, в случае пилота гражданской авиации Сергея Самойлова). Скорее это о говорит том, как выглядит идеальное задержание с точки зрения чекистских пиарщиков. Вероятно, доля агрессивных задержаний в демонстрируемых видео выше, чем в реальной практике. И уж точно она выше в постановочных видеосъёмках.
При этом стоит отметить, что задержания женщин и несовершеннолетних в публикуемых видео, как правило, происходят мягче. Женщин обычно не валят на землю, сверху на них не садятся спецназовцы и не поднимают голову за волосы. Как происходит это в реальной практике, сказать сложно. Возможно, ФСБ просто предпочитает не показывать такие кадры, считая, что они могут быть восприняты негативно.
Демонстрация оружия
Однако не всегда задержание проводится в столь агрессивной манере. Тогда для повышения эффектности видео используются другие приёмы. В частности, популярным методом является показная демонстрация оружия.
Вот, например, задержание жительницы Луганской области Екатерины Коровиной. В село, где жила Екатерина, следственная группа приехала в сопровождении нескольких автоматчиков. Это в целом объяснимо, ведь оккупированные территории — не самое безопасное место для российских силовиков. Однако присутствие автоматчика в кадре в кабинете следователя в момент, когда девушка зачитывает признание, или в том же кабинете, когда ей сообщают, что она задержана, вряд ли возможно объяснить иначе как режиссёрской задумкой.
Оружие в кадре — это прежде всего атрибут задержаний на оккупированных территориях, но не обязательно. Вот задержание в Москве Марка Кислицына, которого потом приговорят к 12 годам лишения свободы за перевод 865 рублей на помощь ВСУ. Один из спецназовцев, едущий в микроавтобусе, держит в руке пистолет. Этот пистолет показывается крупным планом. В дальнейшем пистолет будет ему мешать при задержании, занимая одну руку. Тем не менее он демонстрирует этот пистолет. У чекистов нет никаких оснований ожидать вооружённого или какого-либо активного сопротивления со стороны Кислицына. Они его и не ждали, поэтому непосредственно задержание осуществляют лишь два спецназовца, и один из них ещё занял одну руку атрибутом, абсолютно ненужным для осуществления задержания, но очень нужным для эффектности видео. Стоит добавить, что видео задержания Кислицына, вероятно, является постановочным. Об этом говорит, в частности, то, что один из операторов находится точно на месте задержания, до того, как туда подъехал микроавтобус со спецназом и навстречу ему из здания вышел Кислицын. Если бы микроавтобус или Кислицын двигались с немного другой скоростью, то задержание могло произойти в иной точке, но оператор занял правильную позицию. Так же неестественно выглядит поведение Кислицына: он продолжает идти как ни в чём не бывало, хотя прямо на него бежит тот самый спецназовец с пистолетом. И, наконец, в конце видео в кадре можно заметить сотрудника полиции в форме, который, судя по всему, находился во время задержания рядом с оператором. Конечно, он мог оказаться на месте случайно, а мог просто помогать в организации съёмок.
Постановочные задержания
Руслан Сидики. Две версии одного задержания.
Руслан Сидики осуждён за атаку на военный аэродром и подрыв железной дороги. Он не отрицает эти обвинения, однако его версия задержания категорически расходится с версией ФСБ.
Вот как описывает своё задержание Руслан Сидики. 29 ноября 2023 года на выходе из подъезда дома на окраине Рязани его остановил полицейский. Сотрудник сравнил лицо Сидики с имевшимся у него фотороботом и настоятельно пригласил проехать в отдел полиции для беседы. Сидики согласился.
ФСБ описывает это совсем иным образом, и версия спецслужбы подкреплена видео. На этом видео Сидики идёт куда-то зимой среди гаражей, но его настигает автомобиль со спецназом, происходит захват. Далее спокойный Сидики стоит, вероятно, рядом с этим самым автомобилем и совершенно невозмутимым тоном, очень складно описывает подробности того, как он был завербован украинскими спецслужбами и совершал по их заданию теракты.
Между тем моментом, когда Сидики согласился пройти в полицию, и постановочным видео его задержания — пытки электротоком, избиения, угрозы клещами «снять кожу с половых органов» и изнасиловать «разными предметами». При его поступлении в СИЗО были зафиксированы множественные раны на голове и запястьях, ушибы в области глаза и крупные гематомы на спине.
Постановочные видео задержаний прочно укоренились в практике ФСБ. Какова их доля среди всех сцен задержаний по политически мотивированным делам, публикуемых ФСБ, сказать сложно. Не всегда можно лишь по одному видео определить, является ли оно постановочным, а информация от задержанных может отсутствовать. Кроме того, возможно, в некоторых случаях реальные кадры задержания монтируются с доснятым позже материалом. В рассматриваемых нами случаях около четверти всех сцен задержания имеют признаки постановочных съёмок. В реальности, возможно, их и больше. Ниже мы опишем несколько таких случаев и выделим некоторые характерные признаки постановочных видео.
Кадры постановочных задержаний зачастую выглядят не очень правдоподобно в тех или иных деталях, но быстрое развитие событий не даёт зрителю времени на раздумья, и эти моменты просто не замечаются.
Один приём, но два разных задержания
Один из приёмов задержания, используемый ФСБ в городских условиях, заключается в том, что подозреваемого хватают сзади за ноги и переворачивают. В результате дезориентированный задержанный оказывается на земле. Всё это только усиливает ошеломляющий эффект от внезапного силового задержания.
Примером использования этого приёма является задержание ростовчанина Геннадия Новицкого. Несмотря на то, что ему в тот момент было 62 года и он, очевидно, не представлял никакой опасности и не мог оказать сопротивления, сотрудники ФСБ, вероятно, решили потренироваться в реальных условиях или заснять особо эффектные кадры. На видео видно, как спецназовец переворачивает мужчину, который, застигнутый врасплох, грузно падает на землю. В первые моменты после задержания он, очевидно, шокирован происходящим.
Однако в случае с задержанием (с 1:21) херсонца Юрия Каёва, когда сотрудники ФСБ решили применить тот же приём, мы видим совсем другое развитие событий. Задержанный ловко приземляется на руки, а в дальнейшем, ещё лежа на земле, он вполне спокойно и чётко отвечает на вопросы силовиков. И дело не в том или не столько в том, что Каёв более чем на 20 лет моложе Новицкого.
Сам Каёв описывал историю возникновения кадров своего задержания следующим образом. В течение первой недели после реального задержания он подвергался жестоким и разнообразным пыткам. Спустя примерно месяц его впервые вывели в душевую. Сказали вымыться и побриться, выдали чистую футболку и шорты, которые он взял из дома. Затем его отвезли на улицу Некрасова в Херсоне, где в руки дали его черную сумку, в ней был паспорт, телефон и его удостоверение сотрудника Красного Креста. После этого приказали идти по тротуару, объяснив, что они будут снимать его задержание. Важно было упасть таким образом, чтобы не повредить себе лицо, потому что постановку будет снимать оператор. Всё получилось сделать с первого дубля.
Уединённые места
Не всегда чекистам удаётся снять необходимое одним дублем. И чтобы не привлекать внимание прохожих, «режиссёры» выбирают для съёмок места, где им никто не помешает. Заметная часть задержаний, если судить по видео, происходит в безлюдных локациях.
Подельников Юрия Каёва, фигурантов дела т.н. «херсонской девятки» Сергея Кабакова и Константина Резника вывозили для съёмки на остров.
Жители Крыма братья Алексей и Владимир Сеттаровы шли среди полей по какой-то просёлочной дороге, когда внезапно им дорогу перегородил микроавтобус со спецназом. После задержания, стоя у микроавтобуса силовиков, братья без видимых признаков волнения отвечают на их вопросы.
Алексей Дехонов из Комсомольска-на-Амуре гулял среди гаражей, когда внезапно возник микроавтобус со спецназом. В реальности Дехонов был первоначально задержан за мелкое хулиганство, т.к. якобы выражался «грубой нецензурной бранью, вёл себя вызывающе, на замечания не реагировал». За административным арестом, как это часто бывает, последовало возбуждение уголовного дела за перевод 4 тысяч рублей ВСУ.
Житель Челябинской области Евгений Витушкин, также обвинённый в денежных переводах ВСУ, очень долго возился с замком своего гаража и не заметил, что позади него уже стоит микроавтобус, из которого выбегает спецназ.
Вездесущий оператор
Ещё одним индикатором постановочных видео, как уже говорилось, является способность чекистов, ведущих съёмку, оказываться на месте задержания раньше спецназа и удивительно точно выбирать точку для работы. В уже упомянутом видео задержания Евгения Витушкина в момент, когда спецназ выскакивает из автобуса, оператор уже ведёт съёмку. А Витушкин делает вид, что не замечает этого, хотя оператор находится в нескольких метрах от него. Схожая ситуация в уже описанном ранее задержании Марка Кислицына.
Не жёстко, но унизительно
Другим форматом задержания, видеозаписи которого чекисты регулярно публикуют, остаются утренние рейды: силовики вламываются в квартиру, застают людей неодетыми и снимают всё на камеру. Такой подход, в частности, применяется к публичным людям.
Вот, например, задержание бывшего муниципального депутата Галины Фильченко. Её с мужем буквально подняли с постели. Чекисты не только не дали людям одеться, но и сняли это на видео, а затем опубликовали кадры.
Схожая ситуация и с задержанием экс-кандидата в парламент Коми Оксаны Багировой. Одетая в ночную рубашку, ещё толком не проснувшаяся женщина вынуждена сидеть за столом на собственной кухне и читать бумаги силовиков, пока те снимают её на камеру для последующей публикации.
Вероятно, по мнению чекистов, демонстрация застигнутых врасплох и полураздетых людей должна оказывать «правильное» воспитательное воздействие.
Обыск, изъятые предметы
Кадры обыска и обнаруженных в ходе него или личного досмотра предметов придают достоверности, погружают в происходящее. Этот блок содержится примерно в каждом пятом видео.
На этих кадрах могут демонстрироваться и предметы, не имеющие никакого криминального контекста — например, легальное оружие, на которое есть разрешение. Также могут присутствовать вполне безобидные вещи. Так, в ролике о задержании научного сотрудника Института общей физики РАН Артёма Хорошилова показаны (с 0:26) только ленточки, значки и флажки с украинской символикой. В видео задержания экс-сотрудника Yandex Сергея Ирина демонстрируются (с 0:26) только вещи, которые у него были с собой: учебник английского, кошелёк с деньгами и банковскими картами, переходники и пр. Даже такие предметы могут, по мнению силовиков, косвенным образом подтверждать виновность фигуранта или добавлять реалистичности и убедительности видео.
Иногда задержанные заявляют, что эти вещи они раньше не видели. Характерный эпизод произошёл во время обыска у Никиты Иванковича, обвиняемого в подготовке покушения на митрополита Симферопольского и Крымского Тихона (Шевкунова). Иванкович прямо в ходе обыска говорит (с 1:00), что найденные телефон и лопата ему не принадлежат. Этот эпизод вошёл в первоначальный вариант опубликованного видео. Однако через некоторое время ряд СМИ заменили видео на иную версию, в которой этого эпизода уже не было.
Транспортировка задержанного
«Ноги под себя», — командует спецназовец только что задержанному и ещё лежащему на земле человеку. После выполнения этой команды спецназовцам удобнее поставить человека на ноги и повести к автомобилю. С этого момента часто начинается следующая часть видео, которую мы назвали «транспортировка».
Казалось бы, перевозка задержанного из одного места в другое не предполагает особой драматургии. Однако это очень распространённый элемент видео — он встречается примерно в четверти из рассматриваемых нами случаев.
В этой части видео задержанного грузят («пакуют») в автомобиль, выводят из него и ведут к какому-либо административному зданию, как правило, управления ФСБ или суда, могут провести по коридорам, помещают в клетку или «аквариум» в суде или в камеру в СИЗО/ИВС. Этот блок может занимать в видео достаточно много времени.
Очевидной задачей этой части видео, кроме логической склейки между задержанием и демонстрацией человека в суде или на допросе, является намерение показать его полную беспомощность и абсолютную власть над ним со стороны силовиков. Теперь задержанный не принадлежит себе, и вся его судьба находится в руках правоохранителей. Для этого используется несколько характерных приёмов.
Поза
Задержанного часто ведут со скованными за спиной руками, которые спецназовцы поднимают вверх, либо просто наклоняют голову человека вниз. Из-за этого он вынужден передвигаться сильно наклонившись вперёд. Это, вероятно, с точки зрения спецслужбы, должно показать униженное и беспомощное положение подозреваемого. Вот (с 0:14) и вот (с 0:16) примеры таких кадров. Стоит оговориться, что это касается задержанных мужчин. Женщины таким образом в рассматриваемых здесь роликах показаны не были.
Клетки, замки
Часто финальным этапом транспортировки оказывается клетка или «аквариум» в зале суда или камера в изоляторе. Крупным планом показывается закрывающийся замок или снимаемые наручники.
Таблички
Неочевидным атрибутом этой части видео является демонстрация таблички на здании регионального управления ФСБ. Несмотря на то, что видео ФСБ маркируются соответствующей надписью или эмблемой либо прямо поверх видеоряда, либо в тексте, который сопровождает ролик, спецназовцы специально проводят задержанного мимо таблички с названием управления, а оператор акцентирует на ней внимание. Вот (с 0:15), вот (с 1:02) и вот (с 1:00) примеры таких кадров. Чтобы это снять, приходится вести задержанных через центральный вход регионального управления. Вероятно, это нарушает какие-то внутренние инструкции (для задержанных существуют входы со двора), но чекисты из разных регионов продолжают это делать. Возможно, это какое-то внутреннее соревнование, желание показать успехи именно своего управления.
Мешок на голове
Из показаний самих задержанных нам известно, что ФСБ часто перевозит их с надетым на голову мешком или пакетом. Однако в видео, которые предоставляет спецслужба, такие кадры встречаются относительно редко. Вот здесь можно видеть, как ведут с мешком на голове Дениса Попова. Здесь сразу после задержания мешок на голову надевают жителю Орловской области Руслану Горностаеву. Почему чекисты предпочитают не показывать задержанных в таком виде, не ясно. Возможно, они не уверены, что такое изображение позитивно воспринимается даже лояльной аудиторией. В некоторых случаях мешок, похоже, специально не показывают. В моменте видео, когда Сергея Чуносова (с 0:14) заводят в здание управления ФСБ, съёмка ведётся сзади, голова наклонена вперёд и её не видно, однако можно заметить, что он странно подпрыгивает перед ступенькой. Вероятно, он её не видит и реагирует на предупреждение спецназовца, но разглядеть, есть ли у него на голове мешок, невозможно.
Признание
Признания задержанного — важнейший элемент видеороликов ФСБ. В рассмотренных нами случаях признания фигурируют столь же часто, как и кадры задержаний — почти в двух третях видео.
Признания сразу после задержания
Добиваться признания силовики начинают сразу после задержания. В некоторых случаях в публикуемые видеозаписи попадают именно оперативные съёмки таких признаний. Вот Никита Журавель, лежащий на полу микроавтобуса с закованными за спиной руками, рассказывает, как сжигал Коран. Вот Вадим Селин (с 0:35), ставший жертвой провокации, стоит в автобусе перед силовиками на коленях с закованными за спиной руками и отвечает на их вопросы. На его руках видны ссадины. Впоследствии, во время судебного заседания по уголовному делу, Вадим Селин отказался от своих первоначальных признаний, заявив, что дал их под давлением. Он рассказал, что при задержании и на первом допросе к нему применяли насилие, в том числе били электрошокером. Несмотря на многочисленные ходатайства защиты, судья признал представленные доказательства допустимыми.
Иногда чекисты публикуют постановочные видео, которые выдают за признания, сделанные сразу после задержания. Так, например, было в уже упоминавшемся ранее деле Руслана Сидики.
Признания во время следствия
Однако в большинстве случаев в видео попадают признания, сделанные в кабинетах силовиков. И эти признания имеют свои отличительные особенности. Часто подозреваемые начинают говорить странным официальным языком, которым обычно написаны документы следствия.
Костромич Алексей Ларионов произносит (с 0:41) следующие слова: «Инициативно вступил в украинскую террористическую организацию [склейка]… В начале 2025 года по мессенджеру Telegram я общался с кураторами из Украины. Для сохранения конфиденциальности я выбрал псевдоним Суетолог. По просьбе украинского куратора выполнял задания в ущерб Российской Федерации». Слово «конфиденциальности» дается мужчине с очевидным трудом, а в целом текст то ли заучен, то ли зачитывается.
Эти признания содержат не только рассказ о совершённых действиях, но чаще всего включают в себя и квалифицирующие признаки, необходимые для предъявления обвинений по более тяжким статьям уголовного кодекса.
Вот, например, Андрей Алексеев, описывая неудачный поджог военкомата, дважды за полминуты юридически квалифицирует свой поступок удобным для следствия образом: «мне написал некий пользователь Альберт с предложением совершить террористический акт <…> мой террористический акт не был доведён до конца».
Задержанные зачастую не понимают, зачем от них требуется произносить эти странные официальные слова. Вот как об этом говорит граффити-художник из Крыма Богдан Зиза: «Только через полгода, когда следствие закончилось и я смог посмотреть материалы дела, я узнал, что там не то видео, которое показывали по росТВ. Понял, почему они вернулись тогда и перезаписали его. Им было нужно, чтобы я процитировал статью 205 Уголовного кодекса России, чтобы обвинить меня в терроризме».
Ещё дубль
У чекистов есть достаточно времени, чтобы добиться нужного варианта признания. Формулировки оттачиваются, согласовываются с начальством, видео перезаписываются. Об этом говорят многие задержанные.
Денис Попович — подельник упоминавшегося выше Никиты Иванковича, также обвиняемый в покушении на митрополита Тихона — в Мещанском суде Москвы сказал следующее: «Те обвинения, которые выдвигаются, те видео, которые транслируются в СМИ, действительно были выбиты под действием электрического тока, записывалось несколько дублей для того, чтобы мы дали конкретные, точно выверенные показания».
Уже упоминавшийся Богдан Зиза говорит следующее: «Видео с моим “извинением”, как минимум, пять. Первое попало в СМИ, второе — в материалах дела, ещё несколько были забракованы. Снимают их непосредственно работники ФСБ. Сначала спокойно просят сказать на камеру всё, что им нужно. Потом, когда отказываешься, начинают угрожать, убеждать… Относительно моей ситуации, они сначала заставили меня записать одно видео, которое отправили на проверку какому-то своему начальнику. Потом — другое, когда тот ответил, что как-то я не очень искренне каюсь. Я намеренно не показывал никаких эмоций, поэтому меня опять били. Актёр я не очень хороший, а ещё текст постоянно изменялся. То мне нужно было извиниться перед российской армией, потом — перед Путиным. В итоге даже они поняли, что последнее уже лишнее. Все это тянулось так долго, что я был уже согласен на что угодно, только бы они оставили меня».
Раскаяние, но не извинения
Признания, публикуемые ФСБ, содержат два основных сообщения. Во-первых, подозреваемый признаётся в том, что совершил то, в чём его обвиняет. Это должно поставить точку в любых сомнениях относительно произошедшего. Задержанный сам признался, значит, так и было, а версия следствия — единственно возможная.
Во-вторых, подозреваемый должен раскаяться и призвать не совершать его ошибок. Очевидно, такие обращения, по мнению чекистов, обладают определённым воспитательным и профилактическим эффектом. Кроме того, задержанные в этом случае предстают как слабые, запутавшиеся люди.
Вот типичные примеры таких видео. Жительница Запорожской области Марина Белоусова говорит (с 0:10) о том, что совершила ошибку, перечислив деньги на поддержку ВСУ, после этого вся её жизнь пошла кувырком, теперь ей не хочется жить, и она призывает не совершать таких ошибок. В своём более чем пятиминутном признании житель Крыма Сергей Фоменко признаёт ошибку (с 5:00) и призывает всех, с кем вступили в контакт представители Украины, обращаться в ФСБ.
Признания, публикуемые ФСБ, редко заканчиваются извинениями задержанных. Вероятно, извинения воспринимаются чекистами как нечто несерьёзное, несоответствующее тяжести содеянного: мол, в делах, которые ведёт ФСБ, извинениями не отделаешься, наказание будет более суровым. Возможно, практика извинений была более распространённой ранее, но, по всей видимости, от неё решили отказаться. В рассматриваемых нами в этом обзоре случаях извинения прозвучали три раза. В 2022 году извинялись Богдан Зиза и Андрей Алексеев. Вероятно, в конце 2023 года были записаны извинения крымчанки Ксении Светлишиной, однако в тот момент она обвинялась лишь в проукраинских надписях на скамейках парка. Позже Светлишина была осуждена за государственную измену и приговорена к 13 годам 3 месяцам лишения свободы.
Как добиваются согласия?
Согласие на участие в постановочных съёмках может быть получено самыми разнообразными способами. От обмана до пыток. Причём одно не исключает другого. Стоит также отметить, что далеко не все видеозаписи таких признаний публикуются.
Георгий Табуев, вероятно, стал жертвой провокации и был задержан при получении посылки от незнакомца в Донецке. В посылке было самодельное взрывное устройство. Вот как он описал в суде последующие события. Саму передачу посылки снимали несколько раз. Затем решили снять изъятие посылки в квартире, где жил Табуев. Сотрудник ФСБ пообещал ему наказание в виде 2 лет лишения свободы, если Табуев примет участие в съёмке, в т.ч. покажет, где якобы хранилась посылка, и разберёт её на камеру. Мужчина согласился и сделал всё требуемое. После этого последовал месяц без процессуального статуса, в течение которого Табуев содержался на конспиративных квартирах, регулярно подвергался пыткам. Суд приговорил его к 15 годам лишения свободы. В апелляционной инстанции срок был сокращён до 14 лет 9 месяцев. Видео не опубликовано.
Жительнице Луганской области Екатерине Коровиной (видеозапись с её признанием мы описывали выше) предложили записать это видео после задержания. Украинка согласилась, но долго не могла запомнить надиктованный текст признания и в итоге зачитала его по бумажке, которую держал перед ней один из оперативников. После этого девушку отпустили под подписку о невыезде. Она была повторно задержана через три месяца. Суд приговорил её к 10 годам лишения свободы.
Видеозапись признания одессита по рождению, жителя Хакасии Игоря Покусина также не опубликована, но упоминается в деле. Его жена описывает создание видео следующим образом: «Стреляли у него над головой. Сказали: “Признавайся, что ты ехал на Украину вступить в ВСУ”. И сняли [это признание] на видео. Он говорит: “Ну что мне остаётся делать?” Ему просто сказали: “Сейчас мы тебя убьём, будем шокером ещё бить, — зная, что у него в сердце стент. — Сердчишко-то у тебя не выдержит”. Наручники ему затянули так, что руки опухли». Игорь Покусин умер в заключении спустя 1,5 года после задержания.
Как утверждают родственники Сергея Фоменко, пятиминутное признание которого мы упоминали выше, во время одного из первых слушаний в суде крымчанин снял в зале суда рубашку. Его спина была вся чёрная.
Есть свидетельства того, что запись видео с признанием является необходимым условием для похищенных на оккупированных территориях для прекращения режима инкоммуникадо. Вот как это описывает ресурс «Трибунал. Крымский эпизод»: «Сначала они выбирают жертву и похищают её. Потом долгое время (иногда несколько лет) томят похищенного человека в неизвестном месте в неизвестном статусе с абсолютно неясной перспективой. На фсбшном языке процедура называется “задержанием для проверки” и она, конечно же, не является законной. Затем, когда “клиент дозрел”, борцы со “шпионажем” предлагают дать на камеру признательные показания, сочинённые следователем. После этого наступает так называемая “разморозка”, когда у похищенного человека появляется возможность сообщить близким о своём местонахождении и аресте, получать помощь адвоката и посылки с воли, писать письма».
Время публикации
Как было сказано выше, видео, предоставленные ФСБ, нельзя рассматривать как достоверный источник информации о деле. Также нельзя делать выводы и о времени, когда происходили показываемые события, по дате публикации видео. Сообщения ФСБ, как правило, не содержат дат. Новость о задержании может быть опубликована вскоре после него, а может — спустя несколько месяцев. Приложенное видео может быть снято в момент реального задержания, а может быть постановочным. В некоторых случаях, вероятно, монтируются реальные кадры и отснятые позже.
Решение о том, когда публиковать видеоматериалы по конкретному уголовному делу, вероятно, принимается с учётом большого числа разных факторов. Все их вряд ли возможно определить, но некоторые относительно очевидны.
Резонансность дела
В случае, если чекисты вынуждены реагировать на резонансные события, они стараются продемонстрировать максимальную оперативность и отчитаться об успехах как можно скорее.
Никита Журавель был задержан 20 мая 2023 года, на следующий день после того, как в Telegram-канале «Утро Дагестан» появилось видео, на котором сжигается Коран. Видео ФСБ с лежащим на полу микроавтобуса и признающимся молодым человеком было опубликовано не позже 21 мая.
9 мая 2023 года блогер Анатолий Шарий в своём Telegram-канале опубликовал видео, которое ранее снял и выложил в своём YouTube-блоге челябинец Алексей Сидоров. Тот призывал украинцев дойти до Кремля. На следующий день было опубликовано видео, на котором спецназовцы выламывают дверь и задерживают Сидорова.
Также оперативно могут быть опубликованы видеозаписи, касающиеся задержания публичных персон. Бывшего муниципального депутата из Москвы Галину Фильченко задержали утром 4 марта 2026 года. В тот же день появилось соответствующее видео.
Однако когда о деле неизвестно общественности, публикация может быть отложена на месяцы или приурочена к каким-то событиям, например, передаче дела в суд или вынесению приговора.
Проработанность версии обвинения
Если дело непублично, важным фактором, определяющим дату публикации, становится определённость обвинения. ФСБ пытается избежать ситуаций, когда обнародованная информация будет в дальнейшем противоречить предъявленным обвинениям.
Так, быстро могут быть опубликованы материалы по делам, которые созданы на основе провокации спецслужб. Зачастую в таких случаях дело практически полностью сфабриковано ещё до задержания подозреваемых, его фабула абсолютно ясна силовикам, поэтому ФСБ смело публикует видео вскоре после задержания. Так, например, видео с кадрами задержания двух героинь нашего обзора о делах, основанных на провокации, Валерии Зотовой и Вероники Нетунаевой были опубликованы через 3 и 4 дня соответственно после их ареста. Также быстро могут быть опубликованы сообщения о делах с простой и ясной фабулой. Хабаровчанка Тамара Паршина была обвинена в нескольких денежных переводах в украинские фонды на общую сумму 2500 рублей. Видео её задержания было опубликовано через 5 дней.
В случае, когда силовики продолжают размышлять, в чём именно обвинить задержанных, а фабрикация дела в самом разгаре, публикация откладывается.
«Бердянские партизаны»
Жители оккупированного Бердянска Дамиан Омельяненко и Артур Шашенок были задержаны 16 ноября 2022 года. Вероятно, Омельяненко привлёк внимание чекистов тем, что ранее учился в Харьковском университете Воздушных Сил, а также проходил срочную военную службу в ВСУ. Шашенок был знаком с Омельяненко. Для Омельяненко это было уже второе задержание. После пыток во время первого задержания Омельяненко сказал матери, что второй раз такого не выдержит. Третий задержанный по этому делу Алексей Макаренко в 2015–2016 годах являлся военнослужащим батальона «Азов». Он пропал ещё в августе 2022 года.
Первые месяцы задержанные не имели никакого процессуального статуса, каких-либо контактов с внешним миром, подвергались пыткам. Несмотря на потенциальную резонансность темы — всё-таки задержано несколько «украинских агентов», — публикация откладывалась, пока фабрикация дела была в активной стадии. Наконец, 9 февраля 2023 года ФСБ сообщила о задержании членов украинской ДРГ и раскрытии ряда громких покушений на сотрудников оккупационных администраций. Новость была подкреплена видео с задержанием бердянцев и их признательными показаниями. Видео задержаний являются очевидно постановочными. Детали не совпадают ни со временем, ни с обстоятельствами реальных задержаний. Пропавшего в августе Макаренко задерживают в более холодное время года, в частности, на деревьях совсем нет листьев. После его задержания спецназовцы с автоматами наперевес устраивают целый спектакль около дома, демонстрируя свои тактические навыки. Омельяненко и Шашенок в реальности были задержаны отдельно друг от друга. На видео они вдвоём выходят из подъезда. Выходят странно, не как два человека, идущие вместе, а один за другим. Как будто два знакомых человека решили зачем-то ходить колонной. При первом крике чекистов они, не испытав ни секундного замешательства и даже не повернувшись в сторону бегущих к ним спецназовцев, просто ложатся на землю.
Несмотря на то, что признательные показания бердянцев, очевидно, долго репетировались, они путаются и называют неверные даты покушений. Омельяненко и вовсе признаётся на камеру, что участвовал в убийстве работников оккупационных структур супругов Олега и Людмилы Бойко. Однако во время последующего судебного процесса чекисты решили отказаться от этого эпизода и обвинение в убийстве супругов Бойко Омельяненко предъявлено не было. Вероятно, несмотря на паузу в несколько месяцев, работники госбезопасности всё-таки поторопились с публикацией видео по этому делу. Впрочем, первый процесс был прерван, дело вернули прокурору, в во втором суде этот эпизод всё-таки появился.
Введение в заблуждение
В некоторых случаях ФСБ не просто скрывает, когда реально произошло задержание, а осознанно вводит в заблуждение.
Гражданин Румынии Адриан-Давид Керчо приехал к знакомой по переписке девушке в Абхазию. Возможно, там он стал жертвой провокации. В любом случае 28 ноября 2024 года Керчо был задержан спецслужбами Абхазии. 13 декабря Керчо был депортирован из частично признанной республики, а на самом деле передан ФСБ. О депортации даже сообщил ТАСС, правда, назвав молодого человека «Дэвид Керчь Адриан». Сразу же в машине чекисты его избили, надели пакет на голову, затем передали полиции. Последовала серия «карусельных арестов», периодически молодого человека вывозили из ИВС, избивали, требовали признаться в шпионаже. Его заставили заучить сценарий фабулы обвинения — передачи «украинскому агенту» данных о ПВО, разведку которого юноша якобы совершил с помощью беспилотника. Наконец, 15 апреля 2025 года были произведены постановочные съёмки его задержания, опубликовано видео было 25 апреля. Этот же день силовики объявили официальной датой задержания, а суд отправил его в СИЗО. В конечном итоге Керчо был приговорён к 15 годам лишения свободы.
Непубличное видео
Конечно, ФСБ публикует лишь малую часть видеоматериалов, которые снимает в ходе расследования. Есть много различного оперативного видеоматериала, который протоколирует те или иные следственные действия. А есть видео, которое снимается для иных целей.
Давление на близких
Видеозаписи используются для давления на родственников и близких. Студент из Иркутска Илья Украинский до официального задержания в рамках уголовного дела пережил два административных ареста, а затем находился в течение трёх месяцев в неизвестном месте. Матери Украинского во время обыска силовики показывали видео избитого и плачущего сына, оказывали на неё давление, угрожали, заставляли подписывать протоколы и какие-то другие документы, не читая. Впоследствии Илья Украинский сообщил, что с конца февраля до конца мая 2023 года он содержался без всякого статуса в СИЗО-2 УФСИН России по Воронежской области в Борисоглебске. Есть информация, что это СИЗО используется для содержания украинских военнопленных. Молодой человек заявил, что всё это время он провёл в тяжёлых условиях одиночного заключения, подвергался давлению и пыткам, а в ходе допросов ему прострелили ногу.
Для дискредитация или ради развлечения
Не всегда можно понять, что чекисты снимают по служебной необходимости, а что делают для собственного удовольствия. Особенно, конечно, это характерно для оккупированных территорий и в отношении украинских военных и гражданских лиц, но не только.
Челябинец Александр Новосад рассказал в суде, что происходило с ним во время обыска: «положили на пол, спустили штаны, мне завязали глаза, что-то бумажное вложили в руки. Меня сфотографировали с голым задом. Удары в этот момент не наносили. Но окутали меня новогодними гирляндами, которые взяли из тумбочки. Включили их и посмеялись, что я как новогодняя елка».
Фигурант дела «херсонской девятки» Юрий Каёв рассказывал, что в один момент к ним в камеру доставили бывшего сотрудника СБУ, ветерана АТО старшего лейтенанта Анатолия Зубрицкого. Ветерана жестоко пытали, он был весь с ног до головы синего цвета. «Когда они ездили к нему домой, без него, то привезли какие-то его книги, документы на квартиру, грамоты по службе, дипломы из университета и заставляли его на них расписываться и писать им пожелания, подписываясь «капитан СБУ». Ещё они снимали с ним видео, где он должен был рассказывать, что все сотрудники СБУ 9 мая ходили к Вечному огню, где собирались ветераны Великой отечественной, и как будто сотрудники СБУ избивали стариков и забирали у них ордена».
Архив
Возможно, где-то в ФСБ есть видеоархив, в котором хранятся тысячи разнообразных видео. Возможно, на основе этих видеоматериалов чекисты проводят какие-то свои тренинги и мастер-классы. Или же планируют использовать эти видео для дальнейшего давления и шантажа.
Заключение
За последние годы в ФСБ сложилась система производства видеоматериалов, используемых для пропагандистских целей.
Эти видео, очевидно, преследуют различные задачи:
- создать атмосферу тотального контроля,
- деморализовать и запугать нелояльных, предупредить любые нежелательные действия с их стороны,
- показать эффективность работы спецслужбы,
- навязать свою версию событий, связанных с конкретным делом.
Реальные съёмки не всегда оказываются достаточно эффектными. Решением этой проблемы стало производство постановочных видео. Больша́я часть видео, публикуемых спецслужбой, сняты именно таким образом.
К этому можно было бы относиться даже с некоторой иронией, как к очередному проявлению столь распространённой в российской системе госвласти показухи и очковтирательства. Однако, по сути, этот динамичный «видеопродакшн» — прямое продолжение и оформление пыточных практик, ставших общераспространёнными в российских силовых структурах, особенно в ФСБ.
Приложение 1
Список фигурантов и видео